Ему тоже было больно.
Юнги вошел в комнату сводной сестры. Девушка в свою очередь, в уже привычном ритме своей жизни, просто лежала на кровати, глядя пустыми влажными глазами в потолок. Выглядела ужасно. Последнее время она почти ничего не ела, из-за этого очень сильно похудела, при том что никогда не отличалась полнотой.
- Джун, я понимаю...
- Нет, не понимаешь, - перебила девушка совершенно спокойным голосом, не меняя своего положения, - Ни ты, ни твой отец или брат... Не один человек не поймёт меня.
- Послушай, я тоже потерял однажды своего самого важного, самого любимого в моей жизни человека. Ты даже себе представить не можешь как мне тогда было тяжело. Я скатывался медленно, но верно в пропасть... Стыдно признаться, но и опыт употребления наркотиков, чрезмерного количества алкоголя и табака был в моей жизни... Я ненавидел, да что там, и до сих пор терпеть не могу отца. Он мог! Он мог спасти её! Но ему это было не нужно, неудобно... В тот момент самым близким человеком для меня стала музыка. В те моменты я начал писать песни. Все они были посвящены маме. Моему лучику света. До сих пор, вспоминая то время, чувствую жуткую боль в районе груди, на месте сердца. Никому не позволю говорить плохо о ней! Много раз в школе бил морды отморозкам, которые смели открыть пасть в сторону моей семьи. Мою мать обзывали шлюхой, мол она гуляла направо и налево, вот отец и продел её голову в петлю... - Юнги сжал челюсть до скрипа зубов, мышцы напряглись, венка на лбу стала пульсировать, а кулаки сжались до побеления костяшек. - Но это не так! В тот момент единственным человеком, который стал на мою сторону и не позволял другим даже смотреть на меня - был Хосок. С ним мы познакомились на занятиях по боксу. Мне нужно было куда-то выплескивать весь негатив, а он занимался в соседнем зале танцами. На самом деле Хоби - уличный танцор, этим и зарабатывал какое-то время на жизнь и обучение. После нашего знакомства, стали вместе проводить школьные будни, а потом записывали свои треки в моей личной студии, которую я оборудовал в бывшей гардеробной моей комнаты. Со временем все затихли, но раны на сердце всё ещё кровоточили. Мне необходимо было занять себя ещё чем-то, чтобы свободного времени на глупые мечты или размышления не было совсем. И я решил пойти в школьный баскетбольный клуб, там же и по сей день занимаюсь. Поэтому, не ты одна переживаешь тяжелые времена. Я предлагаю тебе свою помощь, Кегван также всегда придёт на выручку, даже Хосок, и тот спрашивает про тебя и твоё самочувствие. Ты не одна такая на свете, как минимум пару лет назад я был также не в лучшем состоянии, однако смог выкарабкаться, уверен, ты такая же сильная и сможешь пройти этот сложный этап своей жизни.
Джун приподнялась на локтях, смотря на, стоящего перед её кроватью, парня. Её глаза были опухшими с большими темными кругами. Юнги не долго думая, преодолел расстояние между ними. Он сел на край кровати, затем ловким быстрым движением притянул к себе истощенное тело девушки и прижал к своей стальной груди. Джун не сопротивлялась, она вообще ничего не чувствовала, словно кукла, она обмякла в руках "брата". Юнги же ещё с минуту крепко, с неприсущей ему нежностью, обнимал её, поглаживая шелковистые волосы. Он во чтобы то ни стало хотел не дать ей упасть в ту бездну, из которой выкарабкивался сам. Нет, он не допустит этого.