Наш последний май

Прошло 5 дней

– Эдгар, ты уверен, что сможешь участвовать в завтрашнем матче? – спросила я в сотый раз.

– Грейс, не переживай, я в порядке. Мне не привыкать. А вот ты, сейчас опоздаешь на репетицию, – подметил он, показывая время на смартфоне.

– Ого, да, ты прав. Всё, я пойду, – ответила я, выпрыгивая из машины.

– Я заберу тебя – крикнул Эдгар мне в след и уехал.

Несмотря на запрет врача, он всё равно решил участвовать в матче, и не он один кстати. Эти двое друзей за эти дни столько нервов нам с Бет помотали. Я все эти пять дней была рядом с Эдгаром, конечно, я приезжала домой через день, но ненадолго. Эдгар хотел уступить мне свою комнату, но я отказалась и заняла комнату напротив. На третий день он уже встал, а на четвертый вообще на пробежку пошел. Сказать, что я была в шоке – ничего не сказать. Его травмы были очень серьезными, но на нем все зажило, как будто он просто упал с велосипеда. За это время мы очень много разговаривали, играли в настольные игры, смотрели фильмы. А вчера даже вместе готовили пиццу, конечно, он слопал большую её часть, но я была не против. За это время он открылся мне совершенно с новой стороны. Он стал таким участливым и заботливым, словно учился жить по-новому.

Сегодня должна быть первая репетиция танца на выпускной, мы с Бетти встретились в раздевалке, пока я переодевалась, она рассказывала мне последние новости.

–Девчонки сказали, что к нам пришли три новенькие. Сегодня будут заниматься первый раз, – рассказала она, крутясь перед зеркалом.

– Хорошо, после ухода Эми, надо поставить кого-то на передний план. Ты ведь не хочешь, – упрекнула я подругу. Бетти круто танцевала, но в последней тройке она чувствовала себя комфортнее.

– Хватит, что ты у нас в центре первой тройки стоишь, – ехидно улыбнулась она.

– Ладно, пошли через пять минут будем начинать.

Мы с Бетти вошли в зал и застыли на месте. Оказалось, что новенькими являлись Кристин Прайс и двойняшки – Эва и Дороти Янг.

Эва и Дороти были одинаковы во всем, и мало кто мог отличить друг от друга. Блондинки с голубыми глазами, стройного телосложения. Они выполняли поручения Кристин, поэтому она с ними дружила.

– Девочки, внимание! Это наши новенькие, прошу любить и жаловать. Кристин, Эва, Дороти, – представила миссис Лорен.

Кристин злобно уставилась на меня, и я поняла, что она здесь не просто так. Она пришла именно в эту группу, чтобы усложнить жизнь мне. Все время они кидали на меня злобные взгляды или смеялась, ничего не скрывая. Уже к перерыву половина группы были на стороне Кристин, а вторая, более адекватная были на моей стороне.

Тренировка прошла напряженно, девочки пытались меня подставлять, а в конце вообще подставили подножку. Если бы не Бетти, я бы полетела прямо на стеклянный стол. В раздевалке ситуация ухудшилась.

Бетти ушла пораньше, а я быстро приняла душ и переоделась. Когда я выходила, Кристин перегородила мне дорогу.

– Далеко собралась, Дэвис? – рявкнула не своим голосом она.

– Послушай Кристин, у меня нет времени на твои глупости, – как можно спокойнее сказала я. Обернувшись назад, я увидела, что меня оцепили в круг. Девочки стояли и насмехались, над моим страхом. Конечно, десять на одного, очень честно.

– Что за детский сад, Кристин?

– А что страшно? Сейчас я тебе покажу, – она замахнулась на меня, но я успела поймать её руку.

– Только камеру справа прикрой – твердо произнесла я, указывая взглядом вверх. Воспользовавшись моментом смятения, мне удалось ускользнуть из раздевалки и выбежать на улицу. Около машины стоял Эдгар, и я кинулась к нему.

– Что случилось? Как будто за тобой гонится стая гиен.

– Можно и так сказать, – еле слышно ответила я. Через минуту на улицу выбежали мои преследователи, увидев рядом со мной Эдгара, они пулей унеслись назад.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – с серьезным видом спросил он.

– Ну, вообще-то хочу.

По дороге домой я поведала Эдгару, что я сделала с репутацией Кристин. Когда мы доехали, Эдгар отстегнул ремень безопасности, вздохнул и сказал слова, как приговор.

– Теперь она не успокоится, пока не растопчет тебя. Тебе больше нельзя ходить одной и надо купить перцовый баллончик. Для моего спокойствия. На танцы буду привозить, и отвозить я.

– В этом нет необходимости. Студию закрывают на мини-ремонт, почти на две недели, – спокойно объяснила я. Немного помолчав меня, напугали его слова.

Ты думаешь, всё так серьезно? – немного отстраненно спросила я.

– Уверен, – твердо произнес он, в этот момент в моё окно постучали, я вскрикнула.

– Мама! Я чуть инфаркт не получила! – крикнула я, открыв дверь машины. Мама с Эдгаром заливисто рассмеялись.

– Я увидела вас в окно и решила выйти. Пойдемте пить чай, я такой пирог испекла.

– Нет, спасибо. Уже поздно, не хочу вас обременять.

– Отказ не принимается, – отчеканила мама. Не родился еще тот человек на свете, кто смог бы противостоять моей маме.

Эдгар был настоящим мужчиной, он забрал мой рюкзак и открыл нам с мамой двери.

– А где Сара? – спросила я, присаживаясь за стол.

– Дорогая, видимо ты забыла, что сегодня Сара уезжает в конный лагерь, на два месяца.

– Точно, совсем из головы вылетело. Эдгар, что ты будешь?

– Чай, пожалуйста, – застенчиво ответил он. Я уже собиралась вставать, но мама меня остановила.

– Дочь, я сама. Садись, – твердо, как отрезала, произнесла мама. – Эдгар, как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, уже всё хорошо. Конечно, если бы не Грейс, мне пришлось бы довольно тяжело, – ловко подметил он.

– Да, тебе с Грейс очень повезло, – подхватила мама. Я даже подавилась. Только Эдгара, это никак не смутило, он лишь улыбнулся и деликатно постучал мне по спине.

***

– А вы можете рассказать что-нибудь интересного о детстве Грейс? – неожиданно для самого себя, попросил я. Мне было просто необходимо узнать ее лучше.

– Конечно, – ответила мама, присаживаясь за стол. – Грейс была спокойным ребенком, пока не подружилась с Бетти. Эти две непоседы, находили приключения на свои головы через день. Когда им было по 5 лет, бабушка Бетти взяла их на лето к себе. Свежий, морской воздух, прекрасные виды, о чем еще можно было мечтать. Вначале все было хорошо, пока эти две красавицы не решили сшить себе платья из дизайнерских штор, сколько криков было, говорить не надо, – рассмеявшись, закончила мама.

– Ничего себе, – восхитился я рассказом.

– Да. А когда ей было десять, она решила спасти соседского кота. Она залезла на дерево, спустила кота, но слезть сама побоялась. И она решила, что спрыгнуть будет намного легче и быстрее. Итог: сломанная нога и два месяца лета, проведенных дома. Но она сильно не расстроилась, уже тогда она любила читать. Три книги в день, для неё были как разминка.

– Я заметил, что она обожает читать.

– О да, в тринадцать она увлеклась Шекспиром и до сих пор сходит по нему с ума.

– Мама, но у него самые прекрасные стихи о любви! – стала возражать Грейс.

– Ты, правда, так восхищена им? – искренне удивился я.

Нет, не то чтобы я ревновал, но мне хотелось бы, чтобы она так восхищалась только мной. Вдруг Грейс откинулась на спинку стула и, улыбнувшись, мелодичным голосом начала:

У сердца с глазом – тайный договор:
Они друг другу облегчают муки,
Когда тебя напрасно ищет взор
И сердце задыхается в разлуке.

Твоим изображеньем зоркий глаз
Дает и сердцу любоваться вволю.
А сердце глазу в свой урочный час
Мечты любовной уступает долю.

Так в помыслах моих иль во плоти
Ты предо мной в мгновение любое.
Не дальше мысли можешь ты уйти.
Я неразлучен с ней, она –с тобою.

Мой взор тебя рисует и во сне
И будит сердце, спящее во мне.

– Прекрасно. Дорогая, а можешь моё любимое? – попросила её миссис Дэвис. Грейс опустила голову вниз, и медленно переводя взгляд с пола на меня начала. Сердце заколотилось, а слова потерялись в нежных нотках её голоса.

Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли,

Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела.

Так пусть же книга говорит с тобой.
Пускай она, безмолвный мой ходатай,
Идет к тебе с признаньем и мольбой
И справедливой требует расплаты.

Прочтешь ли ты слова любви немой?
Услышишь ли глазами голос мой?

– Замечательно, моя дорогая!

– Мама! – крикнула она, было видно, что ей очень неловко.

– Ох, мне пора. Завтра матч, хочу выспаться. Спасибо большое за чай, пирог был просто великолепным, – поблагодарил я миссис Дэвис и направился к выходу.

– Заходи почаще, дорогой. Я уверенна, что завтра вы победите, только береги себя, – она обняла меня так крепко, что по коже пошли мурашки. Так меня обнимала только мама, но это было очень давно.

– Спасибо, до свидания – тихо ответил я, стараясь скрыть волнение.

– Я провожу, – крикнула Грейс маме, когда мы выходили из дома. В её голосе звучала тревога, и я почувствовал, как сердце забилось быстрее.

– Ты уверен, что сможешь играть? – спросила она с беспокойством. В её глазах, таких прекрасных глазах читался страх и волнение. От мысли, что она переживает за меня, я не мог не улыбнуться.

– Всё будет хорошо. Не переживай, просто... – запнулся я, терзаясь в мыслях говорить или не говорить. – Просто будь рядом, – прошептал я. Она улыбнулась и подошла ближе.

– Буду. Я всегда буду рядом, – твердо выдала она. Мы смотрели друг другу в глаза, словно в этом мире больше никого нет. Только она и я. Этот момент мог длиться вечно, но вибрация телефона прервала наше мгновение. Я достал телефон и чуть не выронил его, когда увидел сообщение от Брайана.

« Нам срочно надо поговорить! Приезжай ко мне один»

– Прости, мне нужно ехать, – отстраняясь, произнес я.

– Конечно! До завтра.

– Я утром заеду. Спокойной ночи.

– И тебе, – она улыбнулась, помахала рукой и ушла в дом.

Как только я сел в машину тут же ударил по газам и поехал быстрее к Брайану. Ожидание было мучительным, меньше чем за пятнадцать минут я добрался до его дома. Как только я подъехал, вышел Брайан и сел ко мне в машину.

Что-то случилось? – спросил я, как только друг сел в машину.

– Да. У меня есть две новости, и они не очень хорошие, – резко выдал он, поворачиваясь ко мне.

– Давай по порядку, – вздохнул я.

– Звонила Ларри. Короче, кто-то пробрался в школьный архив и выкрал наши дела. Как ты сам понимаешь, кто это сделал – никто не знает. Она попросила своего брата, затребовать видео с камер наблюдения. Но записи оказались стерты, она ищет, но ей надо время. Еще она нашла того журналиста, который раскручивал дело. Он рассказал, что к нему приходил какой-то парень и расспрашивал о тебе.

– Кому понадобилось это делать? – спросил я в недоумении.

– Я не знаю. Но меня волнует другое. Как могли здесь узнать об этом? Мы ведь никому не рассказывали.

– Видимо, человек, который похитил дела, связан с кем-то из Калифорнии. Других вариантов нет.

– Я понял. А, какая вторая новость? – нервно буркнул я.

– Она связана с Грейс, – немного помедлил Брайан и продолжил. – Этот урод Джастин не просто так накинулся на Грейс. Он дал показания, что его наняли сделать это, но кто не сказал. Тогда Фил решил проверить, с кем он созванивался за последние две недели. И ты не поверишь, кого он там нашел!

– Ну и кого же? – спросил я с нарастающим беспокойством.

– Кристин Прайс. Она звонила до вечеринки и после. Фил выяснил, что Кристин на следующий день перевела ему крупную сумму денег. Именно она, была заказчиком.