"Точка невозврата"[ Завершонная история]

"Игра стоит раны"

Это был важный матч — полуфинал регионального чемпионата.
Лисы против команды Когтей — агрессивной, быстрой, бескомпромиссной.

Такимичи снова вышел в стартовом составе.
Он был готов. Но знал, что противник будет играть жёстко.
И не ошибся.

---

Второй тайм. Счёт 2:2.

Мичи ловит мяч и рвётся вперёд, но один из защитников намеренно сбивает его в подкате.

Хруст. Боль. Удар в плечо.

Он падает, прижимая руку к груди. Команда кричит, судья подаёт сигнал, врачи бегут.

Аирон подбегает первым. Он стоит на коленях рядом, сжимая ладонь Такимичи.

— Сильно?

— Только вывих, — сквозь зубы выдавливает тот. — Я же говорил: игра стоит раны.

— Ты упрямый.

— А ты меня всё ещё держишь, значит, не зря.

---

Мичи уводят с поля, но команда выигрывает.

3:2 — после шикарной атаки Эндрю и финального удара Кевина.

---

Позже, после игры. Интервью.

Он сидит в раздевалке, рука перевязана. Напротив — журналистка из EXE-TV.

> — Такимичи, вы снова в игре — и снова в крови. Стоило ли это того?

— Всегда стоит. Я знал, во что ввязываюсь. Я никогда не был самым сильным или быстрым. Но я всегда был тем, кто не сдаётся. И я знал, что команда — моя семья.

> — Вы сказали "семья". Это только про Лисов?

Он улыбается.

— Про них. И про одного из них в частности.

> — Можете сказать, кто именно?

Он на секунду смотрит в сторону. У двери стоит Аирон, слегка кивает.

— Аирон. Он не просто со мной в игре. Он — моя игра после игры. И каждый день, что я просыпаюсь и знаю, что он рядом — уже победа.

> — Это ваше первое публичное признание?

— Ага. Я долго шёл к тому, чтобы быть честным не только на поле. Но и в жизни.

---

Конец интервью.

Аирон подходит и садится рядом.
Мичи прижимается к нему плечом — даже через бинты. И впервые в жизни ничего не прячет.
"Только ты и я"

Они вернулись с празднования поздно. Команда разошлась, улицы опустели.
Такимичи едва держался на ногах — не от усталости, а от переполненных эмоций.

Аирон открыл дверь номера.
— Внутрь. Пока не упал прямо здесь.

— А может, я просто хочу, чтобы ты меня поймал? — усмехнулся Мичи.

Аирон не ответил — просто закрыл дверь, подошёл и осторожно прижал лоб к его лбу.

— Я каждый день ловлю тебя, Мичи. Просто теперь хочу делать это не на поле.

Такимичи затаил дыхание. Это был их первый вечер наедине… без игр, без команд, без шума.

Он поднял руки, обвил Аирона за шею.

— Ты не боишься, что я всё испорчу?

— Ты уже испортил. Мне покой. И одиночество. Спасибо за это.

Их поцелуй был сначала робким.
Потом — горячим. Открытым. Настоящим.

Они медленно отступали к кровати, сбрасывая одежду как доспехи — каждый слой, каждая пуговица — часть прошлого, которая больше не имела значения.

В темноте звучал только их смех, дыхание, шёпот:

— Я с тобой, — прошептал Такимичи, прижимаясь к груди Аирона. — Всегда.

— И я, — ответил тот, целуя его в висок. — Даже когда ты вывихнешь себе всё, что можно.

— Ты тогда будешь моими руками и ногами?

— Я всегда был твоими крыльями, Мичи.

Они провели ночь, в которой не было страха. Только тепло, нежность и ощущение, что ни один бой — больше не в одиночку.
"Утро своих"

Солнце пробивалось сквозь шторы, мягко ложась на покрывало.
Такимичи медленно открыл глаза. Несколько секунд он просто лежал, прислушиваясь — к дыханию рядом. Ровному, тёплому.

Аирон всё ещё спал.
Один локон упал ему на щеку. Мичи осторожно смахнул его, едва касаясь кожи.

— Как ты вообще существуешь такой идеальный? — прошептал он, улыбаясь.

— Не знаю… может, мне просто повезло с тем, кто рядом, — пробормотал Аирон, даже не открывая глаз.

Мичи фыркнул.

— Ты не спишь?

— Спал. Пока ты не начал на меня дышать влюблённостью.

Он открыл глаза и потянул Мичи к себе, обнимая.
— Как плечо?

— Болеть перестало, когда ты рядом. Медицински необъяснимо.

— Я универсален: лечу, целую, спасаю в защите. Что ещё нужно?

— Только кофе. И, может… ещё раз тебя. Но попозже.

---

Позже, на кухне отеля.

Рене и Кевин сидели за столом, болтая и перебирая свежие булочки. Эндрю зевал у кофемашины.

Когда Мичи и Аирон вошли вместе, команда замолчала на секунду… а потом раздались насмешки.

— Оооо, ну наконец-то, вы что, всю ночь пытались не шуметь? — подколол Рене, подмигивая.

— Мы слышали, как кто-то уронил что-то тяжелое, и подумали, что это был мяч. Но мяч не стонет, — добавил Эндрю с невинной миной.

— Вам всем так скучно? — спросил Аирон, наливая себе кофе.

— Мы просто счастливы за нашего Такимичи. Он наконец-то не только спасает всех, но и себя — через тебя, — сказал Кевин мягче.

Мичи покраснел, но не отвернулся.
Он просто взял руку Аирона под столом и сжал.

— Знаете, это, наверное, впервые, когда я чувствую, что не должен ничего доказывать. Что могу быть не сильным. Просто — собой.

Команда молча кивнула.
И это молчание было громче аплодисментов.

---

Вечером, уже в автобусе.

Такимичи сидел у окна. На экране телефона — новое сообщение:

> [Новая фотография сохранена]
Подпись: "Первое утро новой жизни."

На фото: он, Аирон, их перемешанные волосы, одеяло до подбородка и ленивые улыбки.
Подпись оставил Аирон.

— Я ведь не фотогеничный, — проворчал Мичи.

— Зато живой. Такой, каким я тебя люблю.

Он наклонился и поцеловал его в висок.
"Финал. Любовь. Стая."

Стадион гудел. Финал был не просто игрой — это было доказательство.
Для Лисов — что они стали новой силой.
Для Такимичи — что он уже не беглец, а воин.

Противник — Волки. Жёсткие, тактические, громкие.
Счёт — 1:1. Осталось десять минут.

На поле — жара. Пульс. Грубые подкатки. Кто-то из Волков пытался выдавить Такимичи из ритма, снова и снова.
Он едва увернулся — и всё равно получил удар по ноге.

Больно. Не так, как тогда, но достаточно.

Он рухнул. Время замедлилось.
В этот момент рядом оказался Аирон, как всегда. Всегда рядом.

— Поднимайся. Ты — наш финал.

— А если я не дойду?

— Я дойду за нас обоих.

Такимичи встал. Стиснул зубы. Он больше не боялся боли. Он знал, для чего и ради кого идёт до конца.

На последних минутах он отдал пас Аирону — тот вбежал в штрафную, обошёл защитника…
И забил.

2:1. Лисы — чемпионы.

---

После игры. Интервью. Камеры. Вспышки.

Такимичи стоит, перевязанная нога, но улыбка — как у победителя, не только матча, но и жизни.

> — Такимичи, вы прошли путь от беглеца до капитана, от неизвестного до символа. Что для вас победа?

— Это не просто медаль. Это… признание, что я больше не один.
Я нашёл своё место. Свою стаю.

> — И кто в этой стае ближе всего?

Он смотрит в сторону. Аирон — рядом, как всегда.
Не нужен текст. Но он говорит.

— Аирон. Он не просто мой напарник. Он мой человек. Мой дом.
Может, для кого-то это шок. Но я не хочу больше прятаться. Любовь — не слабость. Это моя сила.

Вокруг — аплодисменты, не свистки.

---

Позже, вечером. В комнате.

На полу лежит форма, медали, футболки с подписями.
На кровати — двое.

Аирон гладит пальцами по бинтам на ноге Мичи.

— Ты снова пострадал. Ты неисправим.

— Я и не должен быть исправим. Я должен быть любимым.
Скажи… ты не жалеешь?

— Только о том, что не встретил тебя раньше.

— А теперь?

Аирон прижимает его к себе.

— Теперь ты — мой. И на поле. И в жизни. И в любом следующем матче, даже если это матч за завтрак.

---

Эпилог. Через несколько дней.

На официальной странице EXE выходит фото:
"Лисы — чемпионы. А это — сердце их стаи."
На фото: Такимичи и Аирон держатся за руки на фоне стадиона, позади — команда, а впереди — новая жизнь. Без страха. Без прошлого.

Только они. И мир, который они выбрали.