Frosty Peony

Остались считанные дни до конца года. Экзамены сданы. А это значит одно — пора наряжать ёлку и готовиться к долгожданным праздникам. Если парни и так находятся посреди леса проблемы с поиском дерева нет, но вот совершенно нечем украшать. Какой же новый год без праздничной ели?

К обеду обитатели дома друг за другом выползают из своих берлог. Самым бодрым был Намджун, как всегда, он уже оценил все прелести тренажерного зала на самом нижнем уровне дома и успел принять душ, теперь смотрел какую-то предновогоднюю программу по телевизору. Хосок и Чонгук разбирали огромные пакеты с едой, заказанные ещё до приезда, прибывшие этим утром. Джин рассказывал Чимину свой «наркоманский» сон, а тот умирал со смеху, катаясь по полу. Юнги только проснулся.

— Доброго дня, соня! — дружно встречают парни сонного альфу, отвлекаясь от своих дел.

Они не планировали этого, но вышло забавно, и все посмеялись, кроме Юнги, конечно.

— Завалитесь, — выдыхает парень, потирая глаза и взъерошивая блондинистые волосы, заметно отросших у корней.

Альфа такой уютный, невероятный милый по утрам: немного опухший, с мешками под глазами. И ему совсем не нравится, когда его видят таким. Мин мечтает выглядеть, как Джун, но не любит вставать рано. Он считает, что это несправедливо, так как все-таки он тоже альфа. Однако природа полюбила его именно таким. Или же поиздевалась. Юнги больше склоняется к последнему варианту.

Остальные возвращаются к своим делам, не нервируя старшего, перестав пристально разглядывать. Мин тянется за глубокой чашкой, попутно хватая кусочек сахара, наливает свежезаваренный кофе и устраивается на кресле. Над чашкой клубится густой пар, тут же растворяясь в воздухе. А Юнги, закрывая глаза, вдыхает невероятный аромат напитка, незаменимого для него по утрам. Утро, которое часто перетекает в обед.

У альфы давно сбитый режим. И все друзья знают, оттого и не удивляются. Он может порой вообще не спать сутками, а иногда уходит в «спячку» на день, два. Из крайности в крайность.

А вот Чимин не знал. Омега думал, что сможет вернуть толстовку с утра, которую нечаянно забрал, пока никто не увидит, но альфы все не было. Потом, когда его поймать за хвост, чтоб не было свидетелей? А то знает он Чонгука, не отвяжется от расспросов. Да и вообще народу многовато...

Омега в толстовке уснул так сладко и крепко, видя только хорошие сны, иногда разбавляемые глазами молочного шоколада с красноватой каймой у зрачка. Приятный запах альфы успокаивал, убаюкивал его, хотя не хочет этого признавать. Смешно. Потому что очевидно уже всем и давно.

Чимин не глупый. Он прекрасно понимает, как и многие другие, что белокурый альфа неровно к нему дышит. Но он пока не готов заводить отношения, влюблять... влюбляться. Хватило ему. Кстати говоря, Тэхен и Чимин друг друга обходят стороной, в большей степени, конечно, омега. Он не ненавидит его, просто это странно находиться, общаться с тем, кто тебя, ну, как бы, отшил. Да ещё особо спрятаться тут не получится, под одной крышей как никак. Один с одной стороны, второй с другой. Приехали, блять.

Чимин уже вполуха слушал рассказ Джина, как тот недавно ошпарил палец, закидывая в кипящую воду пачку рамена, и одним глазом поглядывал на альфу. Юнги выглядел уставшим или он всегда так выглядит? Чимин только сейчас об этом подумал.

«Почему я пялюсь на него? Стоп, хватит», — ловит себя омега на мысли.

Скрипит массивная входная дверь и входит красноносый Тэхен, потирая красные холодные руки.

— Я нашёл её, — говорит брюнет, закрывая за собой дверь и скидывает с себя куртку и обувь. Поправляет примятые шапкой волосы и присоединяется к остальным.

— Что именно? Кого? — спрашивает Юнги, хмуря брови и допивая кофе, игнорируемый младшим.

Ким обходит Хосока и указательным пальцем у губ смотрит на альфу, умоляя не сдавать его, тот кивает, сразу затыкая уши, предвещая реакцию брата. Тэхен подходит сзади к Чонгуку очень тихо, словно на мягких лапках, и охватывает его голые плечи ледяными ладонями.

— ААА! — заорал Чон. — Блять, какого хуя! Отцепись! — подскакивает на месте и замахивается на старшего, высвобождаясь из ледяной хватки. Тэхен уворачивается, хохоча, и перепрыгивает через диван, чуть не свалившись. А Чонгук несётся за ним, пытаясь отомстить, посылая его на три буквы. Ким забегает на лестницу, а омега не отстаёт, и они скрываются из виду.

Редко можно было услышать искренний смех Тэхена.

Юнги, наблюдая за этой картиной, незаметно следил за Паком, точнее за его реакцией. Чимин, как и все, с улыбкой смотрел на парней, омега подумал, как же не сладко придётся Тэхену, если попадётся под горячую руку Чонгука. Мин выдохнул. Чимин в порядке.

Тэхен бежал со всех ног, перепрыгивая по две ступени сразу, он уже задыхался от нехватки воздуха в лёгких и от нахлынувшего адреналина. Альфа забегает в единственную незапертую тёмную комнату на четвёртом этаже без окон, затаился, выравнивания дыхание и бешено бьющееся сердце.

— Ким Тэхен, ты серьёзно хочешь спрятаться в моем же доме? — громко говорит Чонгук, чтобы альфа услышал. А сам упирается руками о колени, пытаясь отдышаться. — Интересно~о, — тянет омега уже с улыбкой, прислушиваясь к шуму за закрытыми дверьми.

— Блять, — тихо ругается Тэхен, когда неожиданно на что-то наступает босыми ногами. Холодное, кажется, металлическое.

Он ведь и вправду плохо знает дом, сам во второй раз только. Первый раз был в том году тоже на новогодних каникулах, но тогда не было Чонгука и компания в основном тусила на нижних этажах.

— Ау-у, выходи пока я сам тебя не нашёл, — омега потихоньку дёргает по очереди запертые двери. Он точно видел, как альфа побежал наверх и тот определённо в ловушке. Точнее сам себя загнал.

Остаётся последняя непроверенная дверь. Ну все. Попался. Тэхен слышит приближающиеся шаги и задерживает дыхание и делает шаг назад, упирается о что-то кожаное, плетеное. Сердце колотится ещё сильнее, быстрее. Он не боится, просто эта внезапная игра заставила кипеть в жилах давно застывшую кровь. Он не помнит, когда в последний раз такое ощущал.

Чонгук останавливается около двери и усмешкой смотрит на неё. Не может быть, чтобы её не закрыли.

— Даже иронично, что она не запрета, — облизывает губы Гук и расплывается в дьявольской улыбке. — И что ты ТАМ.

Дверь тихонько открывается, впуская омегу и поток теплого света, льющегося из коридора. Щёлкает замок с этой стороны.

— Я чувствую твой запах, можешь не прятаться, — осторожно ступает Чонгук, направляясь прямо к источнику запаха.

Put it on me — Matt Maeson

Вся комната пропахла ароматом найоли. Чон идёт медленно, словно хищник, загоняя жертву в угол. Тэхен сильнее жмется к стене, что-то мешает прочувствовать голую поверхность стен. Омега идет на запах. Чувства обостряются.

— Попался, — шепчет омега близко к уху альфы, привстав на носочки.

— Ты думал, что попался я, но, на самом деле, я поймал тебя, — отвечает Ким тоже шёпотом и рывком меняет их местами, Чонгук болезненно выдыхает, когда теперь его спину что-то с острыми концами впивается в его спину.

«Он обхитрил меня? А я повёлся? — думает Чон. — Вот же блять».

— Что это за место? — прерывает мысли альфа, медленно прикасаясь к предплечьям омеги, пуская крупные предательские мурашки по всему телу.

— Игровая... необычная, — прерывисто отвечает Чонгук, не сопротивляясь ласкам. Он уже давно изголодался по ним. Молодой организм остро реагирует на столь нежные прикосновения, требуя больше, требуя продолжения. У него давно никого не было, а одноразовые партнеры со временем наскучили. С таким же успехом он может использовать свою руку. Без нервов и тратой кучей денег.

— Так может поиграем? — почти касаясь губ омеги, низким голосом произносит Тэхен.

Они уже забыли, как и почему сюда попали.

— Исключено, — еле выдавливает Чон, сглатывая вязкую слюну. Как бы не хотелось утолить свои физиологические потребности, он не может по одной простой причине.

— Почему?

— Все ждут внизу, — с горечью выдаёт Гук.

— Да они по любому уже про нас забыли.

***

— Как думаете кто кого разложил? — предполагает Намджун, вскидывая бровь и жуя большую дольку мандарина, любезно поданную Чимином. — Я бы со стопроцентной уверенностью поставил на брата, не будь это Чонгук. Но теперь... мне даже интересно.

Парни уже довольно долго отсутствуют, остальные стали делать ставки.

— Без обид, но ставлю на мелкого, — подаёт голос Юнги, смотря на Кима старшего, на что, тот понимающе кивает.

— А ты что думаешь, Хосок? — спрашивает блондин, откусывая зелёное сочное яблоко.

— Ну, даже не знаю, честно говоря, — задумывается Хосок, постукивая пальцами о мраморную столешницу, — в последнее время он сам не свой. Раньше бы я тоже поставил на Чонгука. Теперь я не уверен ни в чем.

— А вы как думаете? — интересуется Намджун у Джина и Чимина, которые сидели на другом конце дивана. — С точки зрения омег: кто кого?

Парни переглядываются между собой и пожимают плечами.

— Ставлю на Чонгука, — говорит Джин через минуту, приковывая заинтересованные взгляды. — От поцелуя не сможет удержаться, — улыбается.

***

— Тогда можно я... — тянется Тэхен к чуть влажным манящим губам. Темнота не помеха, он не может промахнуться.

— Стоп, — прерывает Гук, прикладывая прохладную ладонь от волнения к губам старшего, — попался ты, поэтому...

Чонгук убирает ладонь, не договорив реплику, обвивает шею альфы и утягивает в сумасшедший поцелуй. Тэхен довольно хмыкает в рот омеги, за что младший прикусывает его губу, но старшего это лишь больше заводит, и он перехватывает инициативу. Языки сплетаются в неизвестном до этого танце, разжигая костры. Температура в этой комнате стремительно растет. Что-то с грохотом падает на пол, но никто на это не обращает внимания. Альфа прижимает к себе еще ближе Дикую Милашку, боясь, что она вот-вот вырвется или рассыпится на руках, из-за этого углубляет поцелуй, надеется, что не последний. Тэхен изучает каждый уголок, скользит, встречается с ровными зубами и нежными, как лепесток цветка, губами. Поцелуй получается жарким, диким, страстным. Чонгук зарывается в темных немного волнистых волосах альфы. Тэхен чуть сильнее сжимает бока омеги, скользит к пояснице и тот мычит, не отрываясь от процесса. Младший податливый, обмякает на глазах, тело очень хочет, но не теряет рассудка. Чон с чмоком отрывается от Тэхена и отступает на шаг. Он был на грани потери связи с реальностью, ноги стали подкашиваться, а в сердце — аритмия.

Хорошего понемногу.

— Это... ты... пошли уже, — вспоминает слова Чон, поправляя челку, опустив голову. Куда же улетучился напор и твердость в словах омеги, преобладающие несколько минут назад?

«Необыкновенный», — думает Тэ, облизывая свои губы с остатками вкуса вербены.

— Без комментариев, пожалуйста, — вставляет Чон.

— Милашка, — касается горящей щеки альфа, погладив большим пальцем, который омега убирает и идёт к выходу, игнорируя прозвище.

«И в каком же месте я милашка?» — задаёт себе вопрос омега, съежившись от ванильного слова.

Глаза привыкли к темноте и теперь можно было видеть очертания силуэта. Тэхен не видел, но чувствовал, как «горит» Чонгук и, наверное, опять закатил глаза в своей любимой манере. Альфа ухмыльнулся и идет за омегой.

Щелк. Дверь снова открыта. Чонгук даже не знает, зачем её закрыл, ведь в ловушке в итоге оказался сам.

Чонгук попал в сети Тэхена.

Открывая дверь, он жестом указывает на выход, пропуская альфу. А сам вытаскивает ключ, закрывает дверь.

Ещё рано. Эта комната особенная.

Хорошо, что Тэхен додумался не ждать омегу, а сам вернулся к парням, под громкое «ооо, мы думали, что вы к нам не вернётесь». Ким ничего не ответил, но все было и так понятно по его лицу. Сиял, как та самая яркая звезда на ёлке. Альфы похлопали по плечу, омеги улыбнусь. Даже Чимин радовался за Гука, но лично поговорить бы не помешало.

Спрятав в задний карман ключ от «игровой», Чонгук спустился в свою комнату. Умыв лицо холодной водой, он немного успокоился, но сердце унять было сложнее. Он смотрит на себя в зеркале и видит потрепанные волосы, чуть опухшие красные губы, касается их. Не сон. Кожа даже сейчас чувствует те прикосновения, которые сначала были ледяными, а потом сжигали дотла нежную кожу омеги. Такого диссонанса между головой и сердцем у Чонгука ещё не было.

Что это, черт возьми?

***

Парни после сытного обеда двинулись на поиски той самой ели, которую заприметил с утра Тэхен. Оказалось, не только Чонгук обладает кулинарными способностями, но и, совсем неожиданно для всех, Юнги, поэтому они вместе командовали над голодной оравой. Эти двое хорошо сработались на территории кухни, Чонгук даже ни одной шутки не пустил. Всё чётко, ясно, быстро. Джин и Чимин помогали мыть, чистить, резать под чутким руководством «поваров». Тэхен, Намджун и Хосок занимались сервировкой стола.

Яркое солнце сильно слепило глаза, из-за чего они беспрестанно слезились и сужались в тонкие полоски, а у Чимина глаза вообще исчезали. Хосок смеялся до упаду на пару с братом. Мороз пощипывает щеки, а изо рта выходит густой пар. Пейзаж просто невероятный, словно с картин великих художников.

Тэхен довольным видом указывает на самую высокую голубую раскидистую ель, покрытую белым золотом, посреди заснеженной лесной поляны. Все соглашаются с выбором альфы без вопросов. Хосок тут же кому-то звонит, а позже сообщает, что эта красавица уже вечером будет стоять в их гостиной. Теперь надо решать вопрос с украшениями. В том году они не запаривались насчет таких мелочей, просто накидались в хлам, остального и не вспомнить, но остановились на версии «просто посидели в узком кругу друзей». В этом году омеги захотели веселья на всю катушку. Гулять, так гулять с размахом.

После этого они вернулись к коттеджу и сразу решили съездить в ближайший магазин, где точно что-то должно быть для декорирования елки и дома. В этот раз обошлись двумя машинами: хосоковой и чонгуковой.

Тэхен собственнически уселся на переднем сиденье машины Чона младшего, а тот даже возразить не успел, лишь закатил глаза. Сзади примостились Юнги с Чимином. Остальные соответственно у Хосока.

Поездка обещает быть веселой.

Ближайший гипермаркет находился в пяти километрах от них. Машины быстро и без происшествий добрались до места назначения. Хорошо, что не было никого неловкого молчания в машине и глупых подколов, тогда бы Чонгук и точно набил морду альфам. Неважно кому, пусть только свои рты раскроют в его сторону. Старшие обсуждали, что надо бы докупить выпивки и еще по мелочи. Чимин не мог оторвать глаз от красоты за окном, еле поспевая запомнить все. Его первая поездка куда-то с друзьями. Такое ощущение будто он их знает всю жизнь и это греет душу. Чонгук сосредоточился на дороге, но его мысли были далеко от этого места. Припарковавшись у самого входа, все посыпались наружу.

— Разделимся, — предложил Хосок, расстегивая куртку. — Так будет быстрее и продуктивнее. Вы, — указывает на омег, — идёте за украшениями, а вы, — теперь указывая на альф, — со мной. Встречаемся у выхода через полчаса.

А вот теперь начинается игра «Не потеряй друга в огромном гипермаркете».

— Джин, как думаешь, если взять эту мишуру и эти игрушки, они будут сочетаться между собой? — спрашивает задумчиво Чимин, прикладывая друг к другу вещи в руках. Но ответа нет. — Джин?

Омега оборачивается, но омеги в молочной куртке и в помине нет.

— Только не это, — вздыхает Пак. — Чонгук!

***

— Боже я обязан это купить! Им должно понравиться, — Джин с детским восторгом рассматривает огромные плюшевые игрушки в виде зверей в детском отделе.

Как его сюда занесло? Непонятно. Он, как и другие омеги складывал пачки с пластиковыми шарами, гирляндами в корзину и вдруг увидел чье-то плюшевое ухо. И вот теперь он посреди огромных стеллажей, без телефона. Он благополучно оставил его в машине Хосока, надеясь, что он будет только мешать в руках. И тут судьба сыграла с ним злую шутку: у омеги топографический кретинизм.

— Чимин? Чонгук? — но друзей нет. — Ребята, где же вы? — продолжает оглядываться по сторонам.

Попал.

***

— Сколько можно ждать? — не выдерживает Мин и тянется к пачке в этот раз ментоловых сигарет, пытаясь унять нарастающее раздражение. В отличие от суперспокойного Тэхена. Прошло уже пятнадцать минут, как они должны были выйти и ждать всех в договоренном месте. — Они решили весь магазин скупить?

— Омеги, — раздаётся голос Намджуна, сложившего руки на груди. — Им целого дня может не хватить.

— Я звоню Чонгуку, — Хосок вытаскивает телефон и набирает номер брата, но в этот момент к ним сами подбегают омеги. Без пакетов и без Джина.

— А где Джин? — смотрит на запыхавшихся омег Ким старший.

— Он... он потерялся, — тяжело дышит Чимин.

— Твою мать, — нервно толкает язык за щеки блондин. — Вот, блять, чуял я, что без приключений не обойдётся.

Первым на поиски бросается Намджун. Удивительно. Они с Хосоком идут вместе обратно вовнутрь магазина. Тэхен и Юнги несут оплаченные товары в машину, а омеги открывают багажники и двери. После этого тоже идут на поиски. Магазин огромный и Джин может быть где угодно.

Чтобы и этих омег не растерять, они делятся на пары. Намджун и Хосок проверяют левую сторону магазина, Юнги и Чимин — правую, а Тэхен и Чонгук — посередине.

— Где вы оставили корзины? Вы же не зря тут так долго торчали, — задает вопрос Юнги, оглядываясь по сторонам, ища знакомую фигуру.

— У большого куба в центре магазина, его невозможно не заметить.

Паку хочется что-то ещё сказать, только вот что.

— Юнги, — зовёт старшего омега, не смотря на него самого. Тот вопросительно мычит и старается уловить зрительный контакт. Альфе нравится, как Чимин произносит его имя, как мед на душу, хочет ещё и ещё слышать этот чудесный голос. У него мелодичный чуть высокий голос, чем у Чонгука, но не писклявый, идеальный для Юнги, а он в музыке много чего понимает. — Я бы хотел вернуть твою толстовку.

— Не надо, не возвращай. Оставь себе, — выпаливает Мин. Эта серый кусок ткани, вот на минуточку, его любимый, но он хочет, чтобы у омеги осталось что-то от него, напоминающее об альфе.

— Но...

— Без «но», я дарю. Считай, подарок. Новогодний. Сойдёт? — пристально смотрит на Пака в ожидании ответа.

— Хорошо, только тогда с меня тоже подарок будет, окей?

Альфа кивает, но Чимин ведь упрямый, как баран. Ему от младшего ничего не надо, только бы был рядом и все. Желательно всегда. Самый лучший подарок.

***

— Не хочешь ничего сказать? — ленивым шагом идёт Тэхен в расстегнутой куртке с нечитаемым выражением лица. Он специально бесит Чонгука, чтобы разговорить его.

— Чего тебе? Говори, блять, прямо, я сейчас не в состоянии твои ребусы решать, — огрызнулся парень, продолжая выискивать Джина среди толпы. Почему здесь так много народу в это время? Омега не уверен, что все ищут ёлочные игрушки, когда до Нового года осталось всего два дня.

«Отлично, думал, придётся дольше уламывать», — ухмыляется альфа, не показывая на лице.

— Про тот внезапный порыв. А? Мне интересно: почему вдруг? — он останавливает Чона, смотрит словно в душу и расплывается в наглой ухмылке, ожидая ответа. Младший прекрасно понимает о каком порыве толкует Ким.

«Ну, начинается, сука».

— Слушай, это была ошибка. Как ты там сказал? Порыв? Именно. Забудем и не будем вспоминать, — уводит взгляд брюнет. Только выяснять отношения посреди магазина ему не хватало. Хотя о каких отношениях может идти речь, если их нет.

Тэхен не отступает, а только наступает, прижимая младшего к ближайшему стеллажу с мягкими игрушками. Чонгуку не страшно, ему интересно что на этот раз долбанутый выкинет на публике, хорошо в этом отделе почти никого нет.

— Врешь, — вплотную подходит Тэ, заглядывая в чёрные глаза, пытаясь увидеть что-нибудь, кроме бескрайнего космоса.

— Нет, — твёрдо.

— Да.

— На кой хуй мне врать? - взрывается Чон. — Думай, что хочешь, плевать, — пытается вырваться передвигаясь вправо, не зная, куда идет. Тэхен следом.

— Отвали, — как можно грубее говорит Чонгук.

— Нет.

— Сука, — трёт глаза, продолжая идти.

— Осторожно! — успевает схватить за шиворот болоньевой куртки Ким, спасая от мини машины, которая развозит товар по магазину, крепко прижимая к себе. Ещё чуть-чуть и он бы не успел.

У Чонгука сердце бьется как ненормальное и сам он мелко дрожит. Альфа прижимает его крепче, гладя по волосам, успокаивает тихим «все хорошо», он тоже испугался. Очень сильно. Они так стоят так минуту или две, Чон коротко вдыхает приятный успокаивающий запах Кима, потихоньку расслабляется.

— Ну и сколько вас прикажете ждать? — раздаётся знакомый голос альфы с вскинутой бровью.

— Ты, как всегда, умеешь портить момент, Юн, — улыбается Тэхен, а Чонгук быстрее отстраняется. Он не зол, им действительно уже пора.

— Всегда пожалуйста.

Недалеко от Мина стоит Чимин и остальные парни вместе с Джином. Нашёлся.

Они оплачивают покупки, вместе с плюшевыми игрушками для каждого, который присмотрел потерявшийся омега. Джин сказал, что обидится и был на грани истерики, когда потерялся, поэтому даже грозный Юнги, не собирающийся соглашаться на эту авантюру, назвав милого зверюшку «омежьей херью», под настойчивым взглядом, прикусив язык, забрал своего очаровательного плюшевого котёнка. И наконец, компания парней покидают это злосчастное место полное происшествий.