Глава 26
- Ну? Что встала? Проходи! – поторопил ее Хади.
- Это чья комната? – холодно спросила Сати.
- Наша. Чья еще? - Хади обернулся пожелать Фаруку спокойной ночи и закрыл за ним дверь.
- И где ты будешь спать?
- Справа.
- Я хочу спать в другой комнате!
Хади закатил глаза к потолку и склонился раскрыть свой чемодан. Краем глаза Сати заметила, что одну часть содержимого занимает целая стопка аккуратно сложенных футболок разных оттенков, не меньше десяти штук.
- Да не трону я тебя, можешь не волноваться, - Хади осторожно вытащил из этого стратегического запаса чистую бежевую футболку. - Я устал как собака. Может, завтра, но точно не сегодня.
Сати с шумом выдохнула, намекая, что он снова нарушает ее просьбу.
- Дело не в этом! Я не могу спать с тобой в одной комнате!
– Да ну? И как я это объясню родным? С какого перепугу моя жена спит не со мной? - С этими словами Хади по привычке бесцеремонно оголил торс и переоделся. Сати по привычке отвела взгляд. - Ты хотела выйти беленькой и пушистенькой перед своими предками, так знаешь, я тоже хочу, чтобы все выглядело достоверно. Я очень многим обязан своим старикам и хочу, чтобы они искренне за меня порадовались. Даже если на самом деле это блеф. – Хади подошел к ней вплотную и предупреждающе поднял указательный палец. - Так что будь добра, на две недели сделай вид, что у нас все по чесноку, тамам мы?
- Чего? – только и смогла переспросить опешившая от такого наезда Сати. Она не ожидала, что Хади так трепетно относится к бабушке и дедушке.
- Я сказал, «ладно?», – пояснил Хади. - Сбиваюсь, извини. В общем, поняла меня? Спишь здесь и без всяких. Но если ты так боишься, что не сдержишься и опять начнешь ко мне лезть, я так и быть посплю на полу!
С этими словами он демонстративно стащил с кровати огромную квадратную подушку, швырнул на тонкий коврик у двери и улегся на пол, отвернувшись от нее. Сати могла бы подать ему одеяло, но увы на кровати оно было одно. Ужасная ситуация. Конечно, она не хотела, чтобы Хади две недели спал на полу, и чувствовала себя отвратительно, но что она могла поделать? Лечь с ним в одну кровать – это уже ни в какие ворота не лезло! Сейчас из-за его присутствия она не могла даже нормально переодеться.
- А... Где тут ванная? – спросила она робко.
- Выйдешь и сразу направо, через дверь, - буркнул Хади и отвернулся к стене. Ему явно было неудобно. – И давай быстрее, чтобы можно было уже вырубить этот чертов свет!
Сати быстро достала из чемодана свободные домашние штаны и широкую футболку и выскользнула из комнаты в темноту дома. Поход в ванную обошелся без происшествий, а когда она вернулась, Хади уже крепко спал, обхватив себя руками. Вздохнув, Сати закрыла дверь комнаты на щеколду, накрыла его одеялом с постели, а сама завернулась в простыню и провалилась в сон, едва голова коснулась подушки.
***
Глыба льда. Натуральный айсберг. Лауре показалось, что стоит прикоснуться к мужу, и она ощутит пальцами холод в прямом, а не переносном смысле слова. Илез сидел за большим кухонным столом, листая страницы «Коммерсанта», то и дело нащупывал чашку кофе и, едва пригубив, отставлял снова. Убрав со стола, Лаура присела напротив него, любуясь его отстраненным лицом.
Сати наконец-то вышла замуж и укатила со своим чудаковатым муженьком за границу, но на сердце у Лауры все равно было неспокойно. Она почему-то внушила себе мысль, что после свадьбы сестры их с Илезом отношения начнут налаживаться, но... прошла уже неделя, а ничего не менялось. Быть может, нужно, чтобы прошло побольше времени? Но у Лауры его уже практически не было – беременность так и не наступила, а с той ночи, когда ей удалось соблазнить Илеза кэтсьютом, он больше к ней не прикасался все по тем же избитым причинам. «Занят», «устал», «завтра», «не хочется». И никакое белье, никакие кэтсьюты его не пронимали.
Каждый раз, наступая на горло своей гордости, Лаура робко тянулась к нему, пыталась зажечь хоть малюсенький огонек, и натыкалась на отсыревшую древесину. Однако выбора у нее не было. Все вокруг считали ее беременной, и она из последних сил пыталась ею стать. Илез исправно приносил фрукты и свежий творог, свекры уже подбирали имя второму внуку или внучке, а подруги расписывали плюсы и минусы взращивания погодок. Лаура ощущала, как маленькая ложь огромным вязким болотом растеклась по ее жизни, все ближе подбираясь к горлу, стремясь поглотить ее окончательно. Врач-гинеколог, у которой Лаура прошла все обследования от стандартного мазка до анализа уровня гормонов, сказала, что с ней все в порядке, и просто нужно запастись терпением. Оставалась вероятность, что причина в Илезе, но его Лаура по понятным причинам привести на обследование не могла. От отчаяния она даже задумалась о том, чтобы сделать искусственное оплодотворение, но, во-первых, она не была уверена, что сможет воспитывать ребенка, зная, что он от чужого мужчины, а во-вторых, процедура требовала затрат, которые пришлось бы объяснять либо мужу, либо отцу.
Еще от силы месяц. Потом плоский живот станет заметен даже Илезу. Лаура встала и с тяжелым сердцем подошла к мужу со спины. Признаться бы... Сказать, что соврала ради сохранения и семьи... Сказать, что она знает о том, что было между ним и Сати... Что это он толкнул ее на постыдную ложь. Лаура все также безвольно смотрела на его затылок и не могла заставить себя открыть правду. Она до дрожи боялась его реакции, боялась, что он немедленно разведется с ней и выставит из дома, забрав Камала. Нет. Только не правда.
Илез наверняка знал, что она стоит у него за спиной, но никак не реагировал – наоборот, неторопливо перелистнул страницу и поднес газету ближе к глазам. Лаура положила руки ему на плечи и, склонившись, легко поцеловала в щеку. Ноль эмоций. Она провела руками по его скрытой футболкой груди, коснулась губами шеи, потом зашла сбоку и убрала газету, чтобы сесть ему на колени.
- Ну что ты? – с укором сказал Илез, отстраняясь. – Родители заметят.
- Они взяли Камала и пошли к соседям, - ответила Лаура, мысленно поблагодарив Всевышнего за идеальных свекров, готовых днями напролет возиться с внуком.
Илез бросил на нее быстрый взгляд и попытался вернуть газету на место, но Лаура придвинулась ближе и нежно сжала его пах. Беременность беременностью, но ей хотелось и кое-чего другого. Несмотря на неспособность получать оргазм, Лауре нравилось заниматься с ним любовью. Из-за холодности мужа в ней скапливалась сводившая с ума, не имевшая выхода жажда, с которой она не знала что делать.
- Лаура, ты что? – спросил Илез, но она заметила, как он сдержал возбужденный вздох. – Я читаю.
- Почитаешь потом.
Она приникла губами к его губам, и Илез ответил. Задрожав от нетерпения, Лаура целовалась с ним в ожидании, когда он продвинется дальше. Однако Илез осторожно прервал поцелуй и просунул между ними газету.
- Вечером, ладно? Мне скоро выходить.
- Куда? Мы же собирались поехать погулять с Камалом...
- Да? Прости, я наверное забыл. Завтра. Сегодня я обещал Зейду, что заеду.
- Но ты же обещал! - не в силах проглотить обиду, Лаура сразу перешла на повышенный тон.
- У меня и так полно дел, я не могу помнить обо всем, - ровным тоном ответил Илез. – Я же сказал, завтра свожу вас куда-нибудь.
- А ты не можешь съездить к Зейду завтра? Что я скажу Камалу?
- Ой, да брось, он еще ничего не соображает!
- Если не хочешь с нами никуда ехать, так и скажи! – Лаура отскочила от него. Не разреветься бы... - Мы и сами съездим!
Илез поднял на нее строгий взгляд.
- Сиди дома, - с раздражением сказал он. - Завтра отвезу. У тебя горит что ли?
- Да, горит! – запальчиво отрезала она. – Ты обещал мне! Тебе твои друзья дороже семьи, да?
- Не говори глупости! Что на тебя нашло?
- Это что на тебя нашло! Ты относишься ко мне так, будто я для тебя ничего не значу! Ведь ты не был таким!
Илез быстро встал, видимо собираясь сбежать с поля боя и не поднимать больные темы. Лауре хотелось плакать, бить посуду, бить его, только бы вытрясти правду, которую она совершенно не готова была услышать.
- Нет, ответь мне! – закричала она, вставая у него на пути. – Ответь мне! Ты больше не любишь меня?!
- Ты в неадеквате. Выпей валерьянки что ли, - холодно сказал Илез, пытаясь убрать ее с дороги, но Лаура больше не могла держать себя в руках. Плевать на то, что он не любит истерики и ссоры. Плевать на него так, как он наплевал на нее!
Лаура вывернулась у него из рук и схватила за футболку.
- Скажи мне!!! Скажи мне правду! Зачем ты меня мучаешь?!
Она трясла его изо всех сил, но пошатнуть двухметровую скалу было не так-то просто. Илез несколько секунд выслушивал ее истерику, потом перехватил руки и крепко сжал, отводя в сторону.
- Какую правду ты хочешь услышать, идиотка бешеная?! Я люблю тебя и сына, успокойся! Ты пьяная что ли?!
- Ты врешь! Ты любишь Сати! – выпалила Лаура, и сердце в груди взорвалось на тысячи мелких кусков. Выпущенный на свободу тайный страх заполнил ее душу беспросветным отчаянием.
Услышав эти слова, Илез замер, будто получил удар в спину, которого не ждал, однако замешательство было недолгим. Его темные брови сошлись на переносице, глаза полыхнули зеленым пламенем. Все еще держа брыкающуюся Лауру за руки, он как следует ее встряхнул.
- Что за бред ты несешь! Совсем рехнулась, да?! Такие вещи мне предъявлять!
- Я видела, как вы целовались!
- Чт... Когда?!
- Тогда, в гостях у мамы!
- Это вышло случайно, - отрезал Илез и отпустил ее. – Не бери в голову.
Лаура отступила от него. Ярость сменилась воющей пустотой, подоспели и слезы.
- Зачем ты женился на мне? Зачем?! Ты мне всю жизнь разрушил! Вы оба! Сволочи! Ненавижу вас!
Сотрясаясь в рыданиях, она привалилась к дверному косяку.
- Лаура, перестань... - Илез сразу пошел на попятную и попытался ее обнять. – Успокойся, ну?.. Тебе нельзя нервничать. Подумай о ребенке... Ты все не так поняла.
- Не прикасайся ко мне!!! – исступленно закричала девушка и метнулась прочь из кухни. В холле она столкнулась с вернувшимися свекрами, но даже не поздоровалась с ними и быстрее бросилась наверх по лестнице, чтобы избежать объяснений.
Он любит Сати! Всевышний, за что ей такое наказание?! Ее муж любит ее сестру! Лаура закрылась в ванной и, сев прямо на пол, позволила рыданиям вырваться наружу. Ей хотелось умереть от разрыва сердца, но оно лишь судорожно сжималось, заставляя ее с трудом делать вдох, а потом снова назло уверенно стучало в груди.
Как Илез мог так жестоко ее обмануть? И зачем?! Если они оба любят друг друга, какого хрена они не поженились?! Какого черта он втянул в это ее?! Неужели он думал, что раз они близнецы, значит совершенно одинаковы?!
Лаура плакала очень долго, но никто так и не пришел постучать в ванную, чтобы узнать, как она. И к лучшему. В эту минуту она ненавидела всех Дачиевых, и срывавшиеся шепотом с губ проклятия могли быть обращены даже на свекров.
- Лжец! Чертов врун! – сквозь всхлипывания повторяла Лаура.
«Но разве ты сама не хотела быть обманутой? Разве ты не догадывалась, что между ним и Сати не все так просто?»
- Он убедил меня! Сказал, что между ними все кончено!
«Тебе немного было нужно, чтобы в это поверить».
- Он посватался ко мне!
«Ты не оставила ему выбора. Ты рассказала про ваши отношения маме, зная, что она поспешит расспросить его мать и будет всячески продавливать идею сватовства».
- Он мог отказаться! Он мог не свататься вообще и все оборвать!
«Мог. И ты могла. Ведь ты подозревала, что он мстит ей за что-то. Что он сам запутался и, возможно, использует тебя».
- Он виноват, а не я!
«Да. Но от этого не легче».
- Ненавижу этого проклятого ублюдка! Ненавижу!!!
«Ты любишь его несмотря на все, что он с тобой делает. Как бы он тебя ни унижал и не отталкивал, ты все равно приползешь к нему и снова обманешься жалкими крохами внимания, которые он тебе стряхнет. Сейчас ты отрыдаешься, выйдешь из ванной и будешь радоваться даже брошенному исповдоль взгляду, лелея глупую надежду однажды завоевать его сердце».
Новые рыдания сдавили грудь Лауры, когда она поняла, насколько по сути зависима от Илеза.