глава 2 вечера во дворе
Короче, всё началось, как и планировалось. Копейка и Маринка стояли напротив друг друга, как два кота перед дракой — плечи вперёд, глаза в щёлки. Волохов в стороне, руки в карманы, делает вид, что он вообще тут случайно.
Бабка Соня-мусульманка в хиджабе, рядом дед Дима — оба сидят на лавке, семки щёлкают, комментируют, как футбольные комментаторы.
С другой стороны уже подкатывают Соня, Полина и Дианка-мусор. За ними, как неприкаянный хвост, плетётся Габорик-Паштет — парень Полины. Дианка подмигивает Девяностому, а тот, как истинный джентльмен, подкуривает ей сигу прямо на ходу.
Хряк и Штрих-Кот стоят у ларька, пивко потягивают. “Ща начнётся”, — ухмыляется Хряк, а Штрих-Кот снимает на телефон.
И тут понеслось: Копейка хватает Маринку за волосы, Маринка отвечает апперкотом. Толпа орёт. Дианка лезет в разборку, но Девяностый хватает её за шкирку — мол, “потерпи, я тоже хочу в живых остаться”. Габорик-Паштет куда-то пропал — возможно, просто растворился в воздухе.
А потом, откуда ни возьмись, вылетает бабка, вся в платке, в руках деревянная балка, и как даст по столбу, чтоб все вздрогнули. “Хватит, бля, цирк устраивать!” — и тут же звонит ментам. Только ментов в итоге вызвал не она, а дед Дима, который тихо отошёл за гаражи и “сдал всех по-тихому”.
Через полчаса все уже сидели во дворе на лавке, мимо прошли менты, посмотрели, поняли, что разборки уже закончились, и ушли.
А Волохов? А Волохов встал, обвёл всех взглядом, сказал:
— Ну чё, выбираю Маринку.
Копейка, конечно, обиделась, но быстро пошла к Хряку и Штрих-Коту — мол, “а я и без него весело живу”.
С этого дня Маринка с Волоховым стали “официальной парой двора” — фоткались на фоне гаражей, вместе ходили за шавухой, а по вечерам слушали “Каспийский груз” на лавочке.
Но, как шептались бабки, “эта история не окончена дали буде"