Кто потерянный принц?

К пункту «Синее поле» он прибыл где-то к полудню. Путешествуя по северу, Синоэль с упоением любовался местностью: местность была холмистой, одаренной различными лесами и полями. Везде, куда ни кинь взгляд, видно пышущую энергией природу. А подъезжая к пункту, Синоэль понял, почему тот так назывался: он находился на некоторой возвышенности, с которой открывался вид на, казалось, бескрайнее поле синих цветов. Отдавая лошадь и получая свой серебряный назад, Синоэлю предложили пообедать в таверне при дворе, но, подумав, парень вместе с ужином купил здесь одну ночь. Он хотел дождаться захода солнца и проверить одну из своих разработанных по дороге теорий.

В комнате он наконец рассмотрел всю карту. Королевство Ровенра по территории было похоже на слегка неровный перевернутый ромб: в некоторых местах территории выходили «за края», в некоторых - «углублялись», а с одной стороны, с востока, были сильно урезаны. Больше всего территорий было на западе, куда утыкался один из острых краев «ромба», но рядом с восточной границей были нарисованы стрелки, указывающие куда-то за пределы карты, с подписью «топи Даффа». И линия, очерчивающая территории, также уходила за карту, давая волю воображению. Вероятно, там были продолжения владений Ровенра, но почему-то на карте их не изобразили.

В самом центре располагалась столица. От нее, в четырех разных направлениях, почти на равном расстоянии друг от друга находились столицы всех четырех сторон света. А вокруг них - хаотично расположенные города и деревеньки. Город Пайвер, если сравнивать размеры всех городов севера, был на третьем месте по площади, уступающий лишь Северной столицы и еще одному городу, находящемуся прямо на границе, - и одно лишь это говорило, что это далеко не «захолустье». На самом деле слова хозяйки трактира ещё тогда показались Синоэлю слегка странными, и сейчас, после долгих рассуждений, он пришел к выводу, что она была с ним несколько неискренней. Возможно, любой другой счел бы ее немного наивной и глупой за такие слова, но парень же начинал подозревать, что она пыталась намеренно создать себе такой образ. Зачем - лучше не думать. В голове уже не хватало места вопросам, на которые у него не было ответов.

За изучением карты и ее запоминанием Синоэль просидел до вечера. А после принялся ждать назначенный час.

И оказался прав: в три часа ночи он услышал стук в дверь, а после кто-то несколько раз дернул ручку двери.

На этот раз звук не казался оглушительным, наоборот, был еле слышен. Возможно, тогда, с таким неприятным пробуждением, ему могло лишь показался, будто к нему кто-то врывается.

Но, прерывая свои размышления, парень быстро подскочил к двери, распахивая ее и ожидая все, что угодно. Однако за дверью никого не было.

Распахнув глаза от удивления, Синоэль выглянул и оглядел коридор. Вышел на лестничную площадку, но и там, и внизу, в трактире, не было видно убегающей спины неизвестного. Недовольно нахмурившись - упустил! - Синоэль вернулся к своей комнате и снова неприятно удивился: перед дверью лежал еще один конверт. В этот раз он сразу же подобрал его и заперся в комнате. В груди начал разрастаться тревожный ком.

Без церемоний распечатав конверт, парень вынул оттуда лишь один лист.

«Господин, псов ведут! Они поменяли маршрут, слегка свернув на восток. Будьте осторожны!»

Синоэль со злостью скомкал лист, кривя губы. Они идут прямо по его следу. Но как?! Кто ведет их!?

Дафф его побери... кажется, ему нужно перестать вести себя настолько беспечно. За ним, судя по всему, как-то следят несколько человек, - и не имеет значения, враги это или союзники, ведь оба этих варианта показывают на его невнимательность, раз он ничего не заметил, - а он еще позволяет себе так вальяжно устраивать ночные конные прогулки, любуясь природой! Дело дрянь.

Слегка потерев виски, начиная чувствовать подступающую головную боль, Синоэль быстро схватил свои вещи и пошел в конюшню. Он не спал уже вторую ночь, и хоть это пока никак не сказывалось на его организме, нужно понимать, что предел есть у каждого. В этот раз он взял лошадь аж до Восточной столицы, собираясь ехать несколько дней без передышки... но не на восток, а на юг, решив все-таки воплотить в жизнь свой замысел. Зная, что за ним следят, было бы сверх глупостью ехать по маршруту, по которому взял в займы лошадь. А на те три серебряных в виде залога Синоэлю было плевать с высокой колокольни. Главное сейчас - оторваться от своих преследователей. А о деньгах он будет беспокоиться в последнюю очередь.

Не задерживаясь ни на минуту, он тут же выехал со двора. Совсем не жалея лошадь, Синоэль гнал ее галопом прямо на юг, иногда сворачивая с дороги на ровные поля. Парень очень хорошо запомнил карту и знал, что, какими бы бесконечными не казались поля, на которые он съезжал, через несколько миль обязательно снова появлялась дорога. Таким образом, если преследователи ранее шли за ним по дороге, то на этот раз они должны быстро сбиться с пути.

Синоэль ехал так до самого утра, покуда лошадь его совсем не выдохлась. Они пробежали порядком ста миль - в два раза больше, чем он проехал до этого. Из-за того, что Синоэль сильно косил на восток, столица теперь находилась от него не на юге, а на западе с перекосом в южную сторону. Очень скоро он выйдет с северного графства королевства. Кобыла, совершенно не обращая внимания на подгоняющие её удары, начала постепенно переходить на рысцу, и вскоре задышала так загнанно, что Синоэль понял: ещё минут десять такого темпа, и она упадет. Из-за этого он был вынужден остановить ее и спешиться. Очень удачно рядом находился лес, и, решив найти какой-нибудь ручеек, чтобы помочь лошади немного прийти в себя, да и самому утолить жажду, он зашел туда вместе с животным.

Это был довольно просторный хвойный лес, разве что с очень неудобным рельефом: то и дело можно было по неосторожности напороться на какую-нибудь корягу и споткнуться. Лошадь приходилось вести очень медленно - не хватало только, чтобы животина случайно подвернула или сломала себе ногу. Когда же впереди послышался всплеск воды, Синоэль слегка прибавил шаг.

Наконец, они вышли на миниатюрную полянку, через которую тек маленький ручеек. Опустившись около него, Синоэль отвязал от своего пояса пустую флягу, наполнил ее водой, отпил, и снова начал наполнять. Лошадь в это время, опустив голову, утоляла свою жажду. Слегка наклонив голову, Синоэль решил слегка позаботиться об животине, и выплеснул ей на бока набранную воду. Освежиться ей всё-таки было необходимо, дорога дальше предстояла долгая... Синоэль только опустился, чтобы повторно набрать воды, как голова лошади настороженно приподнялась и посмотрела в направлении, откуда они зашли в лес. Синоэль резко поднялся, слегка сжимая рукоять кинжала.

И тут его лошадь заржала. В том направлении, куда она смотрела, послышался хруст ветки... а после ответное ржание.

Не задерживаясь ни на секунду, Синоэль рванул в глубину леса.

Синоэль бежал. Он не понимал, как - как?! - его преследователи могли так точно и быстро отследить его маршрут и пойти на перехват?! То, что это были они, сомнений не было. Он не знал кто они и зачем преследуют его, но понимал, что ответы на вопросы лучше искать после того, как сбросишь их с хвоста. Вероятно, это были люди с не слишком добрыми намерениями - иначе зачем они гонятся за ним с таким остервенением?!

Дафф его подери, даже ничего не помня, он был уверен, что эта была наихудшая ситуация, которая когда-либо происходила в его жизни!

Несмотря на то, что он не спал почти двое суток, усталости его тело не ощущало - и непонятно было, виноват ли был в этом адреналин, или же это была его невероятная выносливость. Бежать по лесу в полную силу ему мешали лишь постоянно лезущие под ноги корни деревьев и старые пни. Однако эта же местность не позволяла его преследователям передвигаться на лошадях: он слышал сзади далекие хрусты ветра и топот ног, а не копыт. Разве что было в этих звуках что-то странное... но раздумывать, что именно, ему не позволяла бьющая прямо по вискам сила, подгоняющая его все быстрее и быстрее. Примерно через минут десять такой беготни впереди задребезжал свет: он почти выбрался из леса!

...и только тогда, выскочив на дорогу и попав прямо в лапы мужчине, соскочившего в тот же миг с лошади, он понял, что его так сильно беспокоило всю дорогу: сзади слышался топот лишь одной пары ног! В то время как в письме было написано, что «псов» - двое!

По инерции парня и схватившего его человека резко потянуло вперед, по пути бега Синоэля. Они кубарем покатились по траве. Мужчина, схвативший парня, так цепко вцепился в него, что практически переплелся с ним всеми конечностями, в то время как юноша так сильно пытался вырваться, что было слышно, как трещит его одежда.

Сумев освободить одну руку, Синоэль без раздумий выхватил кинжал. Но преследователь был настороже - открытой ладонью он перехватил лезвие. Синоэль не успел отреагировать - через мгновение у него выбили оружие.

Плохо.

А после он практически перестал видеть - мужчина сжал ладонь в кулак и подвел ее к лицу Синоэля - и кровь из пореза полилась парню прямо на лицо. Синоэль, слегка дезориентированный такой подлой атакой, лягнул коленом. Перед глазами мутнела красная пелена - он видел лишь какой-то темный силуэт. Преследователь в это время свободной рукой схватил парня за волосы, и, отводя его голову, раскрыл шею.

Опасно!

Синоэль вслепую сделал выпад другой рукой, и очень удачно вцепился ногтями мужчине в горло. И тут же, почувствовав усиливающуюся хватку на своей руке, потянул на себя. Но вырвать кадык не успел: преследователь, чувствуя смертельную хватку, с силой надавил на его правое плечо.

Послышался хруст - его вывихнули.

Глухо простонав, Синоэль ослабил хватку, а преследователь, будто этого и ожидая, отпрянул, в последний момент уходя от смерти. Шея парня была открыта, и мужчина мог попытаться в ответ придушить Синоэля, однако он лишь крепче обхватил его тело, заводя за спину вторую руку и осторожно прижимая вывихнутую.

Почему он сражается так, будто не хочет причинить Синоэлю какой-либо серьезный вред?!

Парень злобно оскалился, пытаясь вырваться из захвата. В любом случае, он жалеть его не собирался!

Тяжело дыша, он выдохнул полной грудью, а после полностью обмяк, расслабляя мышцы - только для того, чтобы, когда преследователь попытается перевести дыхание, с силой дернуть вывихнутой рукой - и вырвать ее из захвата.

И тотчас же, не обращая внимания на боль, Синоэль поднял кинутый на траву кинжал и метнул его в направлении расплывающейся в кровавом тумане головы. Парень сквозь кровь увидел, как в удивлении распахнулись глаза мужчины. Но кинжал не успел пронзить его - был сбит на полпути рукой второго человека.

Результат схватки стал до смешного предсказуем, ведь оказался совершенно не равный: двое против раненого, слепого парня. Через пять секунд Синоэль был полностью безоружен и обездвижен.

Все трое тяжело дышали, сидя напротив друг друга.

- Теряешь хватку, - наконец усмехнулся подбежавший мужчина, тяжело хлопнув товарища по плечу.

- Нет, - тихо возразили ему, с силой сглатывая, из-за чего улыбка второго медленно угасла.

Он оглядел парня, которого они безжалостно привязали к дереву, даже не попытавшись вправить плечо обратно. Впрочем, если ему и было больно, он ничем этого не показывал, продолжая без каких-либо эмоций сверлить их покрасневшими от чужой крови глазами. Однако даже так он совершенно не выглядел как человек, который может причинить какой-либо серьезный вред. И это вызывало у рыцарей легкий мандраж.

- За лошадку свою не волнуйтесь, кобылы из пунктов не имеют привычку уходить без хозяина, - сказал единственный не пострадавший в недавней битве человек, снова растягивая уголки губ в открытой улыбки.

Синоэля его ухмылка уже начала порядком подбешивать. Он выглядел где-то на три десятка, причем значительно моложе первого, лет так на десяток, но в большей степени отличался именно своей сверкающей «улыбкой придурка», как про себя окрестил ее Синоэль. Разве что слегка перекошенной с правой стороны - там был шрам, уходящий на шею и дальше, к ключицам, за тунику воина. Шрам был страшный, но совершенно не портящий внешность мужчины, наоборот, показывающий его закаленность и храбрость. Вкупе со сверкающими темными глазами и лохматыми черными волосами этот эффект лишь удваивался. По всему его виду можно было сказать, какой же он любитель различных сражений и заварушек. Настоящий лиходей. Что нельзя сказать о втором. Совершенно не примечательная, обычная внешность. Безэмоциональное лицо, даже слегка постаревшее на вид. Встреть такого на улице в каких-нибудь лохмотьях, его легко можно было бы принять за бедного крестьянина. И только взгляд его пронзительно светлых глаз и умение держать спину раскрывали его истинную личину, - это был воин, что мог не моргнув и глазом убить Синоэля на месте.

- Кто вы?

- Ох, мы? - сразу же подскочил веселый мужчина, слегка кланяясь. - Прошу прощения за такую неучтивость, господин. Однако вы также должны понять - у нас не было возможности раньше проявить любезность и...

- Мы - рыцари из гвардии Его Величества Альмира, - неспешно перематывая ладонь, перебил товарища второй. - Позвольте представиться: рыцарь Лойвер, Лойвер Банхир. Рядом со мной - рыцарь Тиван. Без фамилии.

Рыцарь Тиван на это лишь улыбнулся чуть шире и невозмутимо продолжил:

- И все же я договорю. У нас не было возможности проявить любезность раньше и представиться. Однако и сейчас ситуация не располагает к приятному знакомству. Но, в конце концов, мы совсем не хотим причинить вам вред. Позвольте я подойду, и вправлю вам плечо? Также нужно промыть ваши глаза. А если вы не возражаете, я бы хотел вас еще и развязать. Только с тем уверением, что вы не попытаетесь сбежать или исподтишка напасть на нас: мне кажется, мы уже сполна прошли этот этап. Вместо этого предлагаю поговорить. Вы согласны?

Синоэль медленно кивнул. Тогда воин, показывая пустые ладони, быстро подошёл к парню и присел на корточки. Его раскрытая шея оказалась в непозволительной близости от лица Синоэля - если бы он захотел, то смог бы спокойно впиться зубами в плоть и выдрать воину глотку. Вероятно, рыцарь Тиван сел так специально, всеми доступными способами показывая парню, что не опасен.

Веревки поддавались очень туго, и было понятно, что воин такими темпами будет развязывать их достаточно долго. Разрезать ножом их было бы в разы быстрее и эффективнее - однако, верно рассудив состояние Синоэля, рыцарь приблизился совершенно безоружным. Парень, вначале вполне удовлетворившись этим жестом, вскоре начал испытывать дискомфорт. Рыцарь Тиван действовал очень аккуратно, однако почти каждое движение отдавалась вибрацией в правом плече, принося с собой вспышки тянущейся боли. В конце концов Синоэль выдохнул:

- Возьми нож и разрежь их.

- С вашего позволения, - тут же с облегчением поднялся рыцарь.

Вернувшись обратно, он одним движением разрезал веревки. Синоэль осторожно опустил руки, а после, кинув предостерегающий взгляд на рыцаря, сам коснулся рукой своего правого плеча.

Не дрогнув ни одним мускулом, Синоэль сжал, а после дернул руку, вправляя ее на место. Тихий щелчок костей на секунду заставил его напрячься - вероятно, он не слишком сильно приветствовал боль. Он опустил руки, чувствуя в плече пульсирующии уколы боли. Следующим движением Синоэль наконец протер свои глаза, хоть раздражение от этого не прошло.

- Вода, - протянул флягу рыцарь, но Синоэль проигнорировал его порыв, беря свою.

Ещё с минуту он осторожно промывал глаза, и, пользуясь возможностью, протер лицо от пыли. В это время двое преследователей затихли, один - на обочине дороги, второй - рядом с ним. За их невозмутимыми лицами скрывалось внутреннее напряжение и даже нервозность. Синоэль не понимал, от чего, и сам из-за этого чувствовал себя не слишком спокойно. Однако, увидев, что пока эти рыцари не имеют каких-либо дурных намерений и ведут себя очень учтиво, решил согласиться со сказанными ранее словами, и поговорить.

Синоэль слегка кивнул на траву в десяти футов от себя, сам еще больше навалившись на дерево, показывая, что никуда перемещаться не намерен. Рыцарь Тиван без каких-либо возражений отодвинулся, в то время как рыцарь Лойвер встал и коротко свистнул. Ещё когда он на полном ходу спрыгнул с лошади, врезаясь прямо в спину Синоэля, лошадь не сразу, но, вероятно, больше не чувствуя посторонней тяжести на своей спине, остановилась. И все это время издалека наблюдала за людьми. Теперь же, услышав свист, она легкой поступью приблизилась к своему всаднику, и зачем-то ткнула мордой ему в плечо.

Мужчина же, сняв с ее бока сумку, наконец приблизился к рыцарю Тивану и присел рядом с ним. Склонил голову в сторону Синоэля, а после выпрямился и посмотрел прямо в глаза. Синоэль в ответ сжал конец разрезанной веревки, незаметно наматывая ее на свои костяшки на манер кастета.

- Рыцари гвардии короля, - начал он, сощурив глаза. - зачем вы преследовали меня?

- Прошу прощения, господин, - слегка прикусил губу рыцарь Тиван. - мы всеми возможными методами хотели избежать подобного, однако вы не оставили нам выбора.

- Я не оставил? - вздернул бровь Синоэль.

- Видно, как-то узнав о нас, вы очень старались запутать следы и уйти от нас. Возможно, вы приняли нас за ваших врагов... в любом случае. Из-за того, что вы в спешке покинули постоялый двор и направились на юг, мы больше не могли медлить и слегка форсировали события.

- Форсировали события, - повторил Синоэль, хмуря брови.

По его скулам заходили желваки. Он ждал объяснений.

- Да... к сожалению, на юге мы бы упустили вас из виду. А этого никак нельзя было допустить!

Синоэль неприятно хмыкнул на последнюю фразу. Ему жуть как не нравилась эта ситуация, однако за неимением других вариантов, он понял, что сидевшие перед ним люди - возможно единственные, кто может хоть немного пролить свет на происходящее. Только поэтому он сидел и достаточно спокойно выслушивал этих рыцарей, не предпринимая попыток напасть на них, попутно придумывая предлог проводить дальнейшие переговоры на своих требованиях. Хотя заглушить порыв все же напасть было достаточно сложно.

- Нельзя было допустить... отчего же?

- Если вы не против, мы объясним это позже, - вмешался рыцарь Лойвер. - Лишь для того, чтобы вы не потерялись в куче не связанной между собой информации.

- Даже так. Какова причина вашей погони?

- Причина... вы сами.

Приподняв брови, Синоэль повернул голову к рыцарю Тивану. Но тот лишь извиняюще улыбнулся и пожал плечами.

- Истинно так. Мы искали вас.

- Зачем?

- Затем, что... вы - потерянный пятнадцать лет назад принц, Его Высочество Ровен Райтуш.

Синоэль застыл буквально на секунду, прежде чем выдавить искусственную улыбку в ответ на такие слова. Принц? Звучит слишком фантастически для того, чтобы быть правдой. Слишком! И имя Ровен ничего не всколыхнуло в его душе. Тогда что за бред несут эти двое?

Синоэль, находясь под пристальным взглядом двоих рыцарей, промолчал.

- У нас есть кое-что, что развеет все ваши сомнения, - уже не так непринужденно, как до этого, улыбнулся мужчина, кивая в сторону рыцаря Лойвера и сумки, что он положил рядом. - Точнее, если они есть. В любом случае, посмотрите.

Рыцарь Лойвер раскрыл сумку и достал две тонкие каменные таблички. Они были достаточно большие, примерно десять на десять дюймов. И на каждой из них была искусно вырезана какая-то карта. Город с прилегающими к нему территориями, что виднелся на одной из карт, был настолько детализирован, что Синоэль казалось - если он подойдёт ближе, то сможет увидеть вырезанные на табличках названия различных заведений. Рассматривая ее, он обнаружил в левой части карты, ближе к краю, вертикальный прямоугольник, закрашенный по контуру, который закольцовывал в себе площадь и расставленные по ее периметру палатки. Неужели это была... та самая Ночная улица? Внезапно он понял, что это была карта столицы. Тут же взгляд безошибочно переместился в центр, к значительныму по размерам замку с подписью «дворец королевской семьи Райтуш». И Синоэль лишь ещё больше удивился четкости картины: на табличке можно было разглядеть каждую оконную раму, каждый порог. Невероятно искусная работа...

Вторая карта показывала уже местность чуть более обширную. На ней без проблем можно было понять, где находились возвышение, холмы и низины, где был лес, а где - поля или пустые местности. Города, что тут виднелись, тоже были четко обрисованы, но без каких-либо деталей. И, хоть эту карту было разглядывать несколько скучнее, чем предыдущую, было в ней что-то странное... и тут, присмотревшись, Синоэль удивлённо распахнул глаза: он увидел город, над которым тянулась надпись «Пайвер».

Это были территории северной части королевства Ровенра, которые он изучал на купленной у торговца карте! Разницей лишь в том, что та карта была обширней, показывая все королевство, а не только северную часть, и не настолько детализированной. А ещё... рыцарь слегка сдвинул пальцы с нижнего края таблички, и взгляд Синоэля переметнулся вниз: прямо на маленькую светящуюся голубым светом точку, расположенную почти вплотную к нижней границе. Вначале парень принял эту точку за какого-то светлячка, однако чем дольше он смотрел на нее, тем более четко приходило понимание: нет, не насекомое.

А если сопоставить его маршрут с этой картой... то сейчас он должен находиться как раз где-то в том же месте, где горела точка.

Что это значит?

- Что это значит? - повторил он свой вопрос вслух.

- Вы же слышали о родовом камне королевской семьи, Ваше Высочество?

- Нет, - резко выпалил Синоэль, не отрывая взгляда от точки. - И не называйте меня «Ваше Высочества».

Рыцари быстро переглянулись, но остались невозмутимы.

- То, что мы держим в руках, называется осколком родового камня. Таких осколков всего пять штук. Каждый из них показывает кусок какой-то территории. Сейчас у нас карта северного графства и карта столицы. А тут... - рыцарь Тиван осторожно прикоснулся к светящейся точке. - Пожалуйста, присмотритесь.

Конечно, он сразу же заметил маленькую надпись, находящуюся прямо над точкой. Но смотреть на нее Синоэль не хотел. Будто предчувствуя, что именно на ней увидит.

Однако бесконечно тянуть время было невозможно. В итоге Синоэль злобно, будто вымещая на ней всё своё раздражение, посмотрел на надпись.

«Ровен Райтуш». Да Дафф его подери...

- Ваше Высочество... вы - принц Ровен. Наследник престола. Потому что...

- То есть, - перебил его Синоэль, язвительно усмехаясь. - Из-за того, что над какой-то точкой есть надписью «принц Ровен», а меня вы поймали в том же месте, где она расположена, вы приняли меня за этого принца? Это смешно. Это мог быть кто угодно, проезжающий мимо в этот момент! Если бы я не... - внезапно в своем запале запнулся Синоэль. - Если бы я не свернул в лес, чтобы... напоить лошадь и...

И какой же бред он несёт! Но, благо, Синоэль успел остановиться, вовремя прикусив язык. На секунду прикрыл глаза, успокаиваясь. Мужчины же не стали заострять на этом внимание, а рыцарь Тиван все также почтительно продолжил:

- Примерно три дня назад на родовом камне появилась эта точка с вашим именем. Точнее... их было три, но сейчас мы не об этом. Вы ведь, до того, как ушли, находились в городе Пайвер несколько дней, верно?

Синоэль почувствовал, как похолодело его тело.

- Мы видели это на родовом камне. На осколке показывалось тоже самое. Тогда, когда точки только появились... король Альмир... король Альмир вышел из Храма... а через некоторое время мы выдвинулись по приказу Его Величества к вам. Но вскоре ваша точка начала удаляться от города. Благо, достаточно медленно, чтобы мы смогли в итоге догнать вас.

- Какая радость, - бесцветно прокомментировал их рассказ Синоэль.

- Но потом... стало ясно, что вы пытались намеренно сбросить нас с хвоста. Если бы не осколок, мы бы потеряли вас из виду.

- Ты говорил, их пять, - перебил рыцаря Синоэль. - Тогда другие три показывают западные, восточные и южные земли?

- Все верно.

- Тогда вам было не страшно потерять меня из виду. Вы бы в любом случае могли найти меня, где бы я не прятался, - Синоэль сказал эти слова и ему самому стало жутко неуютно от них.

- Не совсем, - прикусил губу рыцарь, странно посмотрев на Синоэля. - Другие таблички были забраны. И мы просто могли не успеть обменяться. Но главная причина нашей невозможности медлить... Вы же принц... а мы не знали ничего о вас: ни что с вами, ни в каком вы положении, ни нужна ли вам помощь. А что если минута нашего промедления могла стоить вам жизни? Недопустимо. Как рыцари гвардии короля Альмира, мы не могли допустить никаких промашек. Не могли медлить. А еще... ваш отец... мы не могли подвести Его Высочества. Королевская гвардия была и до сего дня остается бесконечно верна Его Высочеству, и даже не смотря на то, что это первый приказ короля Альмира за последнии семь лет, мы никак не могли упустить вас сейчас.

- За... - только хотел переспросить Синоэль, но тут же снова прикусил язык.

Замолчал и тут же задумался. Не будет ли это слишком подозрительно? Он слишком многого не знал. И слишком многое хотел спросить. Однако как поведут себя эти рыцари, узнай они, что он ничего не помнит? Хотя, возможно, они уже что-то поняли. С самого начала он вёл себя настолько странно, что невозможно не начать что-то подозревать. Так не все ли равно...?

Синоэль поменял свое положение, облокотившись локтем на одно колено и положив на ладонь подбородок. Рыцари снова начали играть в переглядывание, но молчали. А парень размышлял. Что он теряет? К сожалению, сколько не раздумывай, но в его положении это был вопрос без конкретного ответа. Без каких-либо воспоминаний, он даже не мог сказать, насколько опасно было открываться этим рыцарям. Возможно, все-таки следовало написать ответ на то письмо с предупреждением. В конце концов, ему пытались помочь. И тогда, вероятно, он мог бы встретиться с тем человеком, что отводил его от опасности... и узнать всю интересующую его информацию. Хотя в итоге все же оказалось, что и «псы» эти вовсе не опасны. Значит, могут помочь и они?

Синоэль прикрыл глаза. Дафф его подери, как же неприятны сами мысли о том, что ему требуется чья-то помощь. Из-за этого он чувствует себя таким немощным. Хотя, по сути, таким и является.

Рыцарь Лойвер кашлянул, пытаясь что-то сказать, когда Синоэль, так и не открывая глаз, резким движением вскинул руку, призывая к молчанию. Если ему нечего терять... тогда этот вопрос следовало рассматривать со стороны безопасности. Однако, если бы эти двое хотели причинить ему какой-либо вред, то могли сделать это намного раньше. Вывихнутое плечо не в счет - по сути, тот рыцарь просто защищался. Ведь в ином случае Синоэль без сожалений убил бы его... но это уже дело прошлого.

Парень слегка потер висок. Если же посмотреть с другой стороны... что он приобретает? В первую очередь знания. То, чего ему так сильно сейчас не хватает. Причем без всякой лжи и прикрас - да и разве посмеют рыцари солгать ему? Очевидно, до тех пор, пока они считают, что Синоэль их принц Ровен, - ни за что. Учитывая, что любая неправда может вскрыться позднее, причем в очень неприглядном виде. Потом... защиту. Теперь, найдя своего принца, рыцари точно не оставят его без присмотра. А с фактом потери памяти будут еще бдительнее, чем ранее.

И, в конце концов, он приобретет хоть какую-то определенность. Ведь... если в итоге окажется, что он и правда принц... лучше ему все же заранее признаться, что ни даффской слезы не помнит. К тому же... если верить словам рыцарей, - а не верить у Синоэля причин пока не было, - король Альмир вышел из храма ради того, чтобы удостовериться, что на родовом камне появилось имя его сына. Чтобы не значило это «вышел из храма», но то, каким тоном говорил тогда рыцарь Тиван... Синоэль не мог так беспечно игнорировать такую деталь. А учитывая слова, произнесенные рыцарем... «первый приказ за семь лет»... все это могло быть как-то взаимосвязано. Было понятно, что король сделал что-то важное ради лишь одного удостоверения подлинности слов его подчиненных о появлении Ровена. А ведь это произошло, учитывая, что принц Ровен пропал, по словам рыцарей, пятнадцать лет назад. Пятнадцать лет! Если по истечении такого количества времени король так и не забыл о своем сыне... Так можно ли думать, что, узнав о потери памяти принца, он сделает все возможное, чтобы вернуть ее Синоэлю? Найдет лучших врачей и лекарство, поможет сыну вернуть свои воспоминания?

Синоэль с легким вздохом выпрямился, оглядывая рыцарей.

А после наконец определился.

- За последнии семь лет... это немалый срок. Что же произошло семь лет назад?

Рыцарь Тиван удивленно вскинул брови.

- Что? Вы ничего не знаете?

- Нет, - Синоэль слабо улыбнулся. - И, возможно, я «ничего не знаю» чуть больше, чем вы можете себе представить. Может, даже не «чуть». И больше даже «не помню», чем «не знаю».

- Что...? - не понял его рыцарь Лойвер, сильно хмурясь.

В то время как второй рыцарь подскочил на ноги, во все глаза уставившись на Синоэля.

- Ваше Высочество, ваша память... ваша память была как-то повреждена?

Синоэль молча вскинул брови, предоставляя им самим мучиться в поисках разгадки на этот вопрос. Хотя его намек был кристально ясным настолько, насколько он мог его дать в такой ситуации.

- Так что же произошло семь лет назад?

Но мужчины снова не ответили. Почему-то их неимоверно сильно обеспокоил его этот недоответ. Рыцарь Тиван, вскинув голову, даже шагнул в сторону Синоэля, но вовремя отдернул себя. Парня даже несколько удивила его учтивость - не подходит, даже несмотря на потерю самообладания. Рыцарь Лойвер же застыл, скрещивая руки на груди. Взгляды, которые они посылали друг другу, были полны каких-то сложных волнующих эмоций. Синоэль же подумал, что сейчас отличный момент, чтобы начать сомневаться в выбранном им решении признаться в потери своей памяти. Однако паники не было: выполнив задуманное, он спокойно наблюдал за реакцией собеседников, даже и не думая начинать как-то беспокоиться. Видно, по жизни он был очень хладнокровным человеком.

- Ваше Высочество... вы потеряли память? - повторил вопрос рыцарь Тиван, в конце концов возвращаясь на место. - Это очень плохо...

- Плохо, - легко подтвердил Синоэль. - Но вы не сильно удивлены, а скорее напуганы. С чего это?

- Нас предупреждали о таком исходе, - осторожно подбирая слова, перехватил разговор рыцарь Лойвер. - Но мы все надеялись на благополучный исход.

- О? - поднял брови Синоэль. - Предупреждал - кто? Он знал? И кто «мы»?

- Королевский лекарь Венезив. Потомок последних магов, он живет уже больше ста двадцати лет и более сведущ во всех делах, хоть как-то связанных с магией... Нет, он не знал, но предполагал, - на лице рыцаря Тивана появилась бледная тень улыбки. - Мы не настолько осведомлены об этом, но пятнадцать лет назад, когда вы пропали, вероятно, кто-то специально стер вашу кровь с родового камня, чтобы вас не нашли. Лекарь предположил, что стирание вашего имени не пройдет бесследно и нанесет удар либо вашей душе, либо вашему сознанию. Либо магия отрикошетит в сам камень. Но он не мог сказать наверняка, потому что... вы же пропали. Если вам и прилетела какая-то отдача, то нам это было неизвестно. И сейчас, когда имя появилось, удар мог повториться. На камне это отразилось определенным образом - на нем появилось три точки с вашим именем. Это ошибка крови, которую пятнадцать лет назад насильно изъяли из камня. Лекарь Венезив предположил, что камень показал ваши остаточные образы, которые когда-то в трех разных местах случайно срезонировали с камнем. Но это был камень. А пострадали ли вы...? Маг Венезив предположил, что в самом неприятном случае вы можете потерять память. Но надеялся на хороший исход. Которого, к сожалению, не произошло...

Синоэль слушал, с каждой минутой понимая, что головная боль увеличивается все сильнее и сильнее. Слишком много информации, а к ней все больше и больше новых вопросов. Когда рыцарь Тиван договорил до конца, парень поднялся, своим жестом побуждая встать и мужчин.

- Значит, хорошего исхода не случилось. Как я понял, теперь вы не сможете вытянуть из меня информацию о произошедшем пятнадцать лет назад событии, и о том, где я был все эти года. Тогда как вы проинструктированы действовать в таком случае?

- Господин, - почему-то весело улыбнулся рыцарь Тиван. - Мы бы не посмели действовать таким образом. Даже будь с вашей памятью все в порядке, мы бы ни за что не стали насаждать или расспрашивать вас. Наша обязанность - найти вас и в безопасности доставить во дворец.

- Доставить во дворец... - задумчиво пожевал губу парень. - А если я не хочу?

- Мы все же надеемся на ваше благоразумие, - осторожно произнес рыцарь Тиван. - Мы не желаем вам ничего плохого. И во дворце вам ничего не будет угрожать...

- Гарантии? - мило улыбнувшись в ответ на такую раздражающую Синоэля ухмылку рыцаря, произнес юноша. - Ведь какой же фантастический вырисовывается сценарий: внезапно, пятнадцать лет спустя, из ниоткуда появляется принц Ровен. Так не просто принц, а к тому же еще и наследник. И, вероятно, весьма удачно смещает остальных кандидатов на престол. Так где же гарантии, что во дворце мне ничего не будет угрожать...?

- Они есть, - усмехнувшись, ответил рыцарь Лойвер. - Хотя, возможно, не те, что вы ожидаете услышать.

- Объясни.

- Могу я предложить обговорить их по пути? Путь все-таки не близок - отсюда до столицы больше двухсот пятидесяти миль, и, боюсь...

- Я так и не услышал причину, по которой должен отправиться с вами в это место, - перебил его Синоэль,

Рыцарь Лойвер спокойно поднял на него старые глаза.

- Вы увидите то, что забыли, и примите назад то, что должны.

Синоэль будто ощутил, как его ударили под дых.

- Вы - принц, и должны были жить, как принц; и вашу жизнь вне этой схемы эти пятнадцать лет можно считать... лишь незапланированным событием. Но оно окончилось. Вне зависимости от того, помните вы это или нет, но теперь настроиться жить - не важно как: нормально, хорошо или даже плохо - просто в принципе жить - вы сможете только после того, как завершите незавершенное дело. Повторюсь, вне зависимости, пойдете вы с нами или нет: от своей судьбы не сбежишь.

Синоэль остался невозмутимым, внутренне же сгорая от накаляющихся все сильнее и сильнее чувств. Как смеет... этот рыцарь... говорить так с ним? Почти угрожать. Угрожать! Хотя и говорить отчасти правильные вещи.

Синоэль слегка хмыкнул, просовывая пальцы в петельки от ремня своих черных брюк.

- Что ж, я тебя услышал, - наконец протянул он. - Тогда... по пути расскажите мне о гарантиях моей безопасности.

- Премного благодарен за ваше благоразумие, - с явно притворным, хотя очень старательным облегчением кивнул рыцарь Лойвер. - Ваше Высочество, вам, - и тебе, Тиван, - не помешало бы вернуться за вашими лошадьми. Они, конечно, самовольно никуда не уйдут, но из леса их вывести все же стоит. И я боюсь, ваша лошадь не сможет преодолеть какое-либо значимое расстояние, и мы должны приготовится к долгому пути.

Синоэль молча развернулся к лесу, открываясь для атаки. Теперь и он специально подставил спину рыцарям, будто говоря: смотрите, я не опасен. Насколько же ложное это было чувство, каждый решал сам для себя.

Главное было не ошибиться.