Глава 7
Глеб
Во время январских каникул Райнер предложил нам собраться у него, родители разрешили ему организовать маленький сабантуй с небольшой попойкой и ночёвкой. Мы с ребятами стали замечать его плохое настроение и проскакивающий негатив в общении, поэтому я обрадовался, когда он предложил дружеские посиделки. Но не предполагал, что причина настолько серьезна.
Мы собрались пятого числа вечером, заказав доставку пиццы и суши. Родители друга оставили нам пиво в холодильнике и уехали на дачу. Вроде всё было прекрасно, мы смотрели новогодние комедии, шутили и веселились. Когда алкоголь слегка ударил в голову, начали откровенничать на тему, что у кого и как получается с девчонками. А потом Макс спросил у Райнера:
— А у тебя с Машкой что-нибудь было? Вы же, вроде как, давно дружите.
Райнер сразу сник, зажался и погрустнел.
— Нет, ничего не было.
— А почему? Она не хочет? — поинтересовался я.
— Она была бы рада, но я не смог ей ничего предложить, — больно уж тихо ответил Райнер, затем закрыл голову руками и принялся всхлипывать.
Мы переглянулись и зависли, не зная, как на это реагировать. Потом я собрался с мыслями, подсел ближе к другу и обратился к нему:
— Эй, скажи, что не так? Мы же видим, что ты в последнее время не в настроении, ходишь задумчивый. Да и песня твоя новая совсем веет пессимизмом. Что случилось?
Райнер пытался себя успокоить, это не очень хорошо выходило, но всё же, взяв себя в руки, он, всхлипывая, заговорил:
— Я не знаю. Я честно пытался с ней дружить... Мы обнимались и целовались, но... — он перевел дыхание и продолжил: — Но, когда она намекнула на секс, я не смог себя пересилить. Для меня это сродни тому, как вас заставить целоваться с парнем. Маша не обиделась на меня, когда я ей отказал.
— Ну, может, именно она тебе не понравилась?.. — предположил я.
— Нет, это не так ...
— Так всё-таки тебе парни нравятся? — прямо спросил Максим.
Райнер уже не так сильно плакал, но по-прежнему шмыгал носом и вытирал слезы.
— Нравятся, но... Сука, об этом стремно даже говорить... Короче, Маша после этого предложила мне пойти с ней на парную свиданку. Но не как пацану, а как девчонке. Я согласился, и парень не просек, что я не девушка. И я так с ним долго встречался, но потом все-таки прекратил.
Пока мы ошарашенно переглядывались друг с другом, у Райнера снова начиналась истерика.
— Я правильно понимаю, ты притворялся девчонкой, чтобы понравиться парню? И в итоге продолжал с ним встречаться, пока тот, по ходу, тебе потрахаться не предложил? — подытожил я, чтобы как-то отвлечь его от слез.
Райнер ответил сквозь всхлипы:
— Да. Я не знаю, что со мной творится в последнее время! Я смотрю на себя в зеркало, и мне не нравится, что я вижу парня. Это всё больше стало раздражать... Начинают приходить мысли о том, чтобы с собой что-то сделать... Меня это пугает... Я не справляюсь.
И вот тут мне стало действительно страшно. Я нервно глядел на ребят, в то время как Райнер снова начал рыдать в голос. Тут резко подорвался с места Олег, взял пуфик и поставил его напротив друга, уселся и взял его рукой за шею.
— Так, собрался быстро! Не вздумай так думать, понял? Если я узнаю, что ты что-то с собой сделал такое, я приду и отмудохаю тебя! Мне хватило того, что мой отец болтался в удавке на моих глазах, я не хочу думать, что ты тоже помышляешь об этом! — на Райнера его ругань подействовала отрезвляюще, тот прекратил плакать. Олег тем временем продолжал: — А теперь собрал себя в кучу и выложил нам всё, что твориться в твоей башке.
Олег обвел нас всех взглядом, потом потянулся и взял коробку с салфетками и протянул их другу. Райнер принял их, поблагодарив, привел себя в порядок, Макс в это время сходил на кухню и принес стакан воды. Друг сделал несколько глотков, вздохнул и сказал:
— Я правда не знаю, что со мной творится. Я читал статьи и пытался понять, что со мной не так. Единственное, на что это похоже, так это на половое расстройство, непринятие себя таким, какой я есть.
— Типа, как будто ты не в своем теле живешь? Я вроде что-то такое слышал... — предположил Максим.
— Если ты сам это не вывозишь, может, обратиться к психологу или другому специалисту? — предложил Олег. — Ясень пень, что ты сейчас не пойдешь с такими мыслями к родакам, они подумают, что ты с головой не дружишь.
— Олег прав. Мы тебе не сможем помочь в этом разобраться, только выслушать, и всё.
— У меня есть знакомая психолог, мне её назначили после смерти отца. По крайней мере, она мне вдолбила мысль, что не стоит винить себя за действия других людей. Думаю, она сможет тебе помочь переварить всю ту кашу, что у тебя в голове. Я приду завтра домой и попрошу её телефон, по любому мама его сохранила.
Райнер почти успокоился, только периодически шмыгал носом, и вытирался салфеткой.
— Хорошо. Буду рад, если узнаешь.
— Не держи всё в себе, если тебя что-то беспокоит. Пиши нам по отдельности или в общий чат. Мы ведь твои друзья и правда беспокоимся, — добавил я.
— Спасибо, я услышал.
— Ну, вот и отлично. Давайте допьем пиво и будем ложиться спать, — предложил Олег и откупорил бутылочку.
Спустя полтора часа мы убрали со стола посуду и разложили диван в зале, отказавшись от предложения Райнера кого-то из нас положить у него в комнате. Поняв, что он, наконец, ушел в свою спальню, я решился поделиться мыслями:
— Ребята, это пиздец. Я думал, он просто загоняется по мелочи, а тут реально депрессией пахнет...
— Хорошо, что он высказался. Всё лучше, чем мы сидели бы и думали, что с ним не так. Еще бы вскрылся не дай Бог, — произнес Олег.
— А что за история с твоим отцом? Если не хочешь, можешь не говорить, конечно... — спросил Максим.
— Да че тут скрывать, раз уж начал. Просто я пришел два года назад домой из школы, а он висит в петле посреди зала. У него были проблемы с работой, не знал, куда себя приткнуть. Естественно, они ругались с мамкой по этому поводу, но что реально у него в голове творилось, никто из нас не знал. А мне мозгоправ правда помог это пережить.
— Надо вытаскивать Райнера как-то из этой херни, мне реально стало страшно, когда он начал говорить о суициде, — заявил Максим.
— Абсолютно согласен. Хорошо хоть Машка не повела себя как свинья, не треплет никому об этом. Надо с ней переговорить наедине, может она еще что расскажет, чтобы лучше понять ситуацию.
Парни солидарно угукнули.
Райнер
Я проснулся рано, немного полежал, попробовал еще поспать, ворочаясь с бока на бок, но сон так и не пришел. В итоге поднялся, сходил умылся, потом уселся на кухне и написал Маше, о том, что поделился с ребятами своими переживаниями. Она ответила спустя час, обрадовалась, что я не держу всё в себе, а пробую разговаривать с друзьями. Спросила, как парни восприняли эту ситуацию, я лишь ответил, что вроде как адекватно, даже предложили дельный совет. Ближе к десяти друзья начали подтягиваться по одному на кухню, потом мы перекусили вместе, стали пить чай с конфетами.
— Слухай, я всё не пойму, как ты, блядь, пацана провел? Как он не догадался, что ты не девка? — вдруг спросил Глеб, вспоминая о вчерашнем.
Я пожал плечами, достал телефон и показал пару фоток, которые мы сделали в тот день с Машей.
— Не, ну, если так поглядеть, то можно, конечно, и спутать. Хотя, я вот в первый день знакомства тебя тоже за девчонку принял, — протянул Олег, рассматривая экран.
— Не знаю, для меня тоже было очевидно, что я на парня похож. Боялся идти с Машей, думал, отхвачу за это, еще и подругу подставлю. Но проканало. Блядь, я два месяца с ним тусил, — стыдливо я прикрыл лицо ладонью.
— Ты вот теперь вынуждаешь при первом знакомстве приглядываться внимательнее к девчонкам и, по возможности, проверять, есть ли у нее сиськи, — усмехнулся Максим.
Я улыбнулся прямолинейности друга и решил поделиться откровением:
— Было реально пара моментов, когда я чуть не спалился, но он не заметил этого. Парень был любитель полапать ниже пояса, на сиськи, видимо, ему было по хер. Да и я была выше его.
— Вот, кстати, у тебя в разговоре часто стал женский род проскакивать, и ты этого не улавливаешь. Я уже замечал пару косых взглядов в классе. Так что попытайся фильтровать, — аккуратно заметил Глеб.
— И часто это бывает? — озадачился я.
— Не часто, если подумать... Просто слух цепляется, если это происходит. Так, когда беседа оживленная очень. Так что не заморачивайся. Такое и у девчонок бывает. Ну, у тех, гоповатых, — с набитым ртом пробубнил Олег.
После того, как мы закончили пить чай, я проводил парней до остановки и решил съездить до родителей. Олег не заставил себя долго ждать, он и правда скинул мне вечером номер психолога. Я решил выйти сначала на учебу, и уже потом позвонить, не беспокоить человека в выходные дни.
Связавшись с женщиной, я выяснил, что так как я несовершеннолетний, желательно чтобы меня записал на прием кто-то из родителей. Они должны быть в курсе моей терапии, а вот беседовать можно и без них. Я поблагодарил специалиста, она взяла с меня слово, что я обязательно к ней приду хотя бы на один сеанс. Осталось только обсудить это с мамой.