Nеожиданный гость

Голоса, раздавшиеся из холла заставляют нас с Харви отмереть. Друг подскакивает на ноги и я вслед за ним. Мое сердце проваливается в пятки от осознания того, чем может обернуться этот прекрасный ужин, который едва ли успел начаться. Глаза друга наполняются зверством и разорвав со мной зрительный контакт, он устремляется в холл. Я спешу за ним, пока не понимая зачем именно. Мои ноги успевают затормозить прежде чем я бы врезалась в спину друга. Выглянув из-за широкой спины Харви, я наблюдаю картину: тетя Кэли стоит напротив открытой входной двери, а на пороге в дом замер высокий темный силуэт. Мороз, быстро проникающий в помещение, заставляет меня поежится от холода и сложить руки друг на друга. Так не теплее и я кошусь на дверь, которая по прежнему открыта. Теперь я внимательней оцениваю происходящее. Мне не видно лицо тети Кэли, но она никогда бы не позволила так на долго оставить дверь открытой, по-этому, могу предположить, что она потеряла дар речи и оцепенела. Но когда до моих ушей доходит едва уловимый всхлип, я понимаю, что тетя Кэли плачет. И я теряюсь. Очень давно я не видела на её лице горести, а в глазах слез. По моему телу проходит слабая дрожь. А в ногах чувствуется вялость. Дальше происходящее смешивается с туманом. Я вижу как Харви дергается в сторону двери и ничего не могу сделать. Просто стою и смотрю.

— Зачем приехал?! — яростно кричит друг встав между мамой и братом, лицо которого мне не особо видно из-за пышной прически тети Кэли.

— Не твое дело. — в ответ звучит уверенный, сильный голос. Я совсем не помню его голос из детства и даже внешность складывается только из представления родства с Харви. Но моя фантазия ничего общего не имеет с тем, кто на самом деле сейчас стоит на пороге. И мне интересно посмотреть на этого человека.

Я делаю шаг в сторону в тоже время, как и тетя Кэли отшатывается в ту же сторону. Она облокачивается одной рукой на тумбочку, тем самым снова перекрывая мне обзор. Взглянув на Харви я замечаю как напряжено все его тело. Руки сжаты в кулаки, корпус наклонен вперед, будто он готовиться к нападению, а тяжелый взгляд устремлён на объект его раздражения. Если они начнут драку, то боюсь мы с тетей Кэли не сможем их остановить. Но, надеюсь, Харви подумает о том, что помимо их травм, которые они могут нанести друг другу, они ещё могут причинить боль своей матери. А учитывая через что ей пришлось пройти, боли она больше не заслуживает.

— Не мое дело? Ты стоишь на пороге в моем доме и без ответа на мой вопрос дальше ты не пройдешь! — огрызается Харви. Его голос становится таким жестоким, что холодок по всему тело перерастает в лихорадку и колючие мурашки.

— Харви, прошу... — вклинивается тонкий голос матери. Но сын будто не слышит её.

— По хорошему, разворачивайся и проваливай туда, где обосновался! — взмах рукой в воздухе на секунду останавливает мое сердце. Но Харви просто очень эмоционально жестикулирует и пока ничего серьезного не произошло. Но кажется, уже скоро может потребоваться вмешательство.

— Харви...

— Я имею полное право находиться в этом доме и ты не станешь препятствовать этому, иначе, боюсь, тебе будет не по зубам разбираться со мной!

— Слушай, ты, мерзкий ублюдок, — делая шаг, Харви заносит руку в воздух и в моей голове уже проносятся страшные картинки. Но мама Харви резко отмирает и встает между сыновьями. И моим глазам открывается вид на Кевина.

Высокий. Темноволосый. С острыми чертами лица. Но в данный момент больше всего в глаза бросается его взгляд — цепкий, прямой, уверенный. Направленный на Харви. Но когда он опускает его ниже, на свою мать, взгляд меняется. Становится менее свирепым и более подконтрольным. Тетя Кэли упирается своим маленьким кулачком в грудь Харви, но боюсь, это совсем его не сдерживает и если друг решит закончить то, что запланировал, он это сделает.

— Харви, прошу. — говорит тетя Кэли надломленным голосом, который она пытается сделать более уверенным. — Прошу, дай время. — смотря на сына снизу вверх, наполненными глазами слез, просит мама. У меня от этого вида сжимается сердце. Я молюсь, что бы Харви сделал правильный выбор. Что бы дал им нормально поговорить, как и обещал. И не на пороге, а хотя бы в гостиной. Тетя Кэли не видела своего сына столько лет. И ее сейчас переполняют эмоции. Даже не представляю насколько сильные и неуправляемые. И если она просит, значит ей нужно это время, о котором она говорит. Наверняка им есть что сказать друг другу. И если с Харви все ясно, что он не даст ни малейшего шанса на прощение своему брату, то тетя Кэли может подарить искреннее прощение.

— Ты уверена? — выплевывает Харви искоса смотря, на удивление, уже на без эмоциональное лицо брата.

— Дай нам несколько минут. — слегка похлопав сына по груди ладонью, просит женщина. По её щеке скатывается слеза и у меня подкашиваются ноги, будто невидимая сила ударила меня сзади. Кевин молча ждёт решения, а Харви лишь скривив лицо, показав насколько ему мерзко, разворачивается и шагает в мою сторону. Наши взгляды встречаются и его лицо меняется. Открывает мне всю душу наполненную горечью и бессилием.

Я не свожу взгляда с Харви. Слышу как закрывается входная дверь. Мама Харви пустила в дом Кевина. И теперь я с двойной силой чувствую насколько сильно замерзла пока стояла на сквозняке. Да можно даже сказать, что на улице. Проходя мимо меня, Харви взглядом заставляет пойти за собой. Выровнявшись с ним, мы направляемся к лестнице, что бы подняться на второй этаж в его комнату. Внутри мне по прежнему тревожно, но я стараюсь не показывать этого, когда мы остаемся наедине. Нужно постараться успокоить друга.

— Просто выдохни. — быстро говорю я, когда Харви поворачивается ко мне с таким видом, будто хочет очень грубо наорать на меня. Но я знаю, что весь его гнев сейчас направлен на другого человека. Вместо слов, которые уже готовы были вылиться на меня, парень набирает очень много воздуха в грудь и шумно выдыхает. Разворачивается и начинает энергично мерить шагами комнату.

— Просто выдохни. — не со зла, пародирует меня друг. — Единственное, что я просто могу сделать — это спустится вниз и начистить наглую морду своему уродцу братцу! — резко высказывается парень. Ладно. Пусть выскажется. Я продолжаю стоять облокотившись на дверь руками, которые держу за спиной и следить взглядом за другом, который маячит передо мной. — Право он имеет находиться здесь, — вспоминает слова брата Харви, — Не по зубам мне разбираться с ним, — с желчью перечисляет парень. — Да я убью его при первой же возможности и отправлю посылкой обратно в Чикаго!

— Харви, — с укором зову друга, который переходит грань. — Он ещё ничего плохого не сделал. — напоминаю я и прохожу мимо друга до кресла, в которое сажусь вместе с ногами.

— Оли, ты защищаешь его? — с ноткой обиды в голосе спрашивает Харви, который наконец-то замер глядя на меня.

— Нет, Харви. Не защищаю. Но я не позволю тебе натворить необдуманных дел на фоне эмоций. Не забывай, что не только ты с ним сегодня увиделся впервые за многие года, но и твоя мама, которой, возможно, важно хотя бы поговорить с сыном. И знаешь, у вас могут расходиться желания. Что, если она захочет наладить с ним отношения? Оставить его в гостях? Что ты будешь делать? Так же ругаться и желать его убить? А если своим поведением ты будешь причинять боль маме? Ты подумал об этом? Она ведь, может как между двух огней сейчас быть. Она и твою злость понимает и скорее всего не может ничего поделать со своим материнским инстинктом. Дай ей время о котором она просит и веди себя хотя бы немного сдержанней. — я выпаливаю все это чуть-ли ни на одном дыхании. И прозвучавшее следом молчание означает, что мне удалось достучаться до друга и заставить его пораскинуть мозгами.

— Ладно, ты права. — кивает Харви и на моей душе становится чуточку спокойнее. — Но Оли, я тоже не могу ничего с собой поделать и меня переполняют эмоции. Переполняет желание врезать ему. — сквозь зубы зло рычит друг. Его руки вновь начали сжиматься в кулаки. — Мне просто смотреть на все это и терпеть? Серьезно? Мы и так много чего натерпелись, и снова? Из-за них?

— Эй, — я встаю и подхожу к другу, — Я буду рядом. Ты всегда можешь прийти ко мне, остаться, если хочешь, поговорить или просто помолчать. — коснувшись его плеча, я слегка улыбаюсь, смотря в большие зеленые глаза друга. Его взгляд становится спокойнее, тело под моей ладонью расслабляется. Надеюсь, я правда смогу его утешить в трудную минуту. Я знаю, что ему тяжело. Встречаться лицом к лицу с человеком, которого ты считаешь предателем, по венам которого течет родная кровь — мучительно.

— Спасибо. — тихо молвит Харви.

— Знаешь, думаю, на всякий случай, тебе стоит переодеться. Этот костюм действительно хорош и тебе очень идет, не хочется что бы он испортился. — усмехнувшись говорю я.

— Да, сейчас. — выдыхает Харви почти что засмеявшись. Одернув пиджак, парень направляется в гардеробную, что бы переодеться. У меня такой роскоши нет. Шкаф с вещами стоит прямо в комнате.

— И долго ещё они там будут разговаривать? — нервно отбивая ногой ритм интересуется Харви. Я поднимаю на парня взгляд, который уже весь извелся, хотя прошло от силы минут пять. Теперь на нем тот свитер и спортивки, в которых я увидела его перед началом фотосессии.

— Думаю, мама сама поднимется, когда они закончат. А ты наберись терпения, пожалуйста. Давай поговорим о чем-нибудь, что бы ты отвлекся?

— Что может меня отвлечь от такого? — удивляется друг. — А если он досаждает маме? Может они ругаются? — парень подскакивает с кровати на ноги.

— Харви! Хватит думать о том, чего на самом деле нет...

— Но может произойти. — вставляет парень не дав мне закончить. Закатываю глаза и кутаюсь в плед, который Харви одолжил мне, что бы я согрелась. Опустившись обратно на кровать, Харви утыкает пустой взгляд в сторону. — Мы так и не поели.

— Да... Черт! — теперь на ноги вскакиваю я. — Мне нужно к Норду! — выпаливаю я с бешено стучащим в груди сердцем. Я даже о времени забыла. Сколько меня не было дома? Час? Два? Три? Мы столько времени потратили на фотосессию, звонки. Я должна знать, что все в порядке. Скинув плед на кресло, целенаправленно двигаюсь к двери.

— Эй, стой! Ты оставишь меня одного?

— Если хочешь, можем пойти вместе. За одно, сходишь на разведку и убедишься, что твой брат нормально себя ведет с мамой. — предлагаю я, дергая за ручку дверь.

— Фу, брат. — бубнит друг и встает с кровати, следом направляясь за мной. Ему не особо нравится, когда я напоминаю ему о их родстве.

На первом этаже царит мертвая тишина. Если они и разговаривают где-то, то очень тихо. Наверное, это хорошо. Я спускаюсь первая и решаю, что нужно найти тетю Кэли и сказать ей о том, что мы с Харви уйдем. Не красиво будет уходить в тихую, да и лишние переживания ни к чему, а Харви пускать не рискну, что бы он не наткнулся на Кевина. Поэтому, отправив друга одеваться, сама вхожу в приоткрытые двери ведущие в гостиную и сразу нахожу два силуэта сидящих на одном диване. Они не замечают меня и замерев на пороге я осторожно осматриваю их. Тетя Кэли сидит боком ко мне и неотрывно смотрит на сына, подперев голову рукой. Между ними некая дистанция и видимо никто из них не решает её нарушить. В воздухе чувствуется небольшое напряжение, но возможно я ошибаюсь. Все же, Кевин говорит. Его губы медленно двигаются, а это значит, что они общаются и узнают друг друга заново. Это и печально и радостно одновременно. И мне не хочется нарушать их уединение, но цепкий взгляд вдруг поднимается выше, прямо на меня и начинает бегло изучать. Мне приходится отмереть и завершить то зачем я пришла.

— Тетя Кэли, — зову женщину, которая до сих пор не повернула голову в мою сторону. Вздрогнув от испуга, она устремляет взгляд на меня. — Мы с Харви пойдем ко мне. — говорю я и стараюсь смотреть только на маму друга, но мой взгляд так и норовит соскочить и взглянуть на рядом сидящего с ней парня. Мне интересно его изучить. Узнать человека, который навел такую шумиху в нашем маленьком крае. Из-за которого мой друг не находит себе места. Который, даже ради приличия, не отвел от меня своего прямого взгляда. Я уже чувствую, как он медленно прожег в моей голове дыру.

— Хорошо, Оли, передай, пожалуйста, Харви, что я его буду ждать. — заботливо говорит тетя Кэли. Я киваю и не удерживаюсь, что бы перед уходим, ещё раз не взглянуть на Кевина.

Он вырос. Заметно так. Стал мужественным, взрослым мужчиной. С уверенным лицом и волевым подбородком. Его кожа из-за ровного загара на несколько тонов темнее нашей. Хотя я знаю, что в Чикаго не такая солнечная погода по осени, как например в Лос-Анджелесе, что бы загар сохранялся до середины зимы. Тем не менее, где бы он его не получил, он ему очень идет. Обратив внимание на одежду, я отмечаю городской стиль: черные джинсы не прикрывающие щиколотки, тонкая черная кофта без капюшона и белая футболка, торчащая из под нее. Мы не одеваемся так легко, обычно отдаем предпочтения свитерам, толстовкам, жилеткам и всему что содержит в составе шерсть. И желательно которая по размеру и по максимуму прикрывает части тела. Вздохнув и выдавив из себя что-то наподобие улыбки, я разворачиваюсь и иду на выход. И всем своим телом чувствую на себе его взгляд. Он помнит меня? Или хотя бы предполагает кто я вообще?