Передружба недоотношения

Сказать вам, кто я? Дура! Самая настоящая. Дура, которая решает доказать себе, что стала сильнее, что научилась контролировать эмоции и не обращать внимания на всякую шелупонь. Сама не понимаю, как Коту удается уговорить меня. Да и, если честно, он даже не уговаривает толком. Просто предлагает, а я… Решение принимается импульсивно. Что-то во мне вопит, как резаное, — пора показать всем выскочкам, кто я такая! Еще и слова Виолетты крутятся в мыслях… Нельзя вечно пропускать всех вперед.
Я хочу вернуть себе Кота. Хочу, чтобы ни у кого не было больше сомнений, что он мой… Друг. Я говорю о дружбе. Именно это сейчас в приоритете. О-кей. У Кота есть своя компания. Я не обязана вливаться в нее, но если сам Богдан хочет, чтобы я была рядом с ним, то… Почему нет? Почему я должна отказаться и остаться дома в угоду какой-то Тасе или Оксане? Уверена, что вторая не ждет моего появления, несмотря на то, что сама пригласила, но тридцать первое декабря — вечер сюрпризов...
Мама меня не отговаривает, лишь уточняет, уверена ли я, что действительно хочу пойти на тусовку к Окси, а потом отправляет отпрашиваться к папе. Вот тут все куда сложнее, но упоминание Богдана и традиционный разговор с ним по телефону обеспечивают мне целых четыре часа вне дома. Последним шагом становится Тема. Мне нужно услышать его мнение. Он мой независимый эксперт. Друг не подводит. «Засоси котяру прямо на глазах у всех! А если это сделает он, не вздумай лупить его, а просто расслабься». Такое вот напутствие. Миленько, ничего не скажешь.
Выхожу из подъезда и вдыхаю морозный воздух. Вечер тридцать первого декабря. Через шесть часов новый год. Сегодня ночью можно будет выбрать себе мечту на следующие двенадцать месяцев, а первого января забыть о ней до следующей зимы. Так и живем.
— Привет, Лисенок, — говорит Кот, шагая по свежему снегу мне навстречу. — С наступающим!
— И тебя тоже, — улыбаюсь, позволяя обнять себя.
— Идем скорее, а то замерзнешь.
Добираемся до дома Оксаны довольно быстро. Кот рассказывает мне про новый фильм, который скоро должен появиться в кино. Слушаю его вполуха, потому что нервное напряжение все-таки дает о себе знать. Что я буду делать весь вечер? Сейчас мы с Богданом вдвоем, но там будет куча народа, с которым я, или не знакома, или не общаюсь. Прикольно.
— Что-то ты без настроения, — говорит Кот, когда мы уже поднимаемся по лестнице.
— Думаю, хорошая ли это идея. Прийти сюда.
— Конечно хорошая. Оксана так рада, что ты согласилась. Знаешь, мне кажется, она очень хочет помириться с тобой.
— Да ну?! — усмехаюсь, вспоминая ее поведение.
— Эй! — Богдан останавливает меня, схватив за плечи. — Ты же со мной, — смотрит в глаза. 
На языке вертится упоминание о Тасе, но оно так и не вырывается наружу. Не хочу портить момент. Не хочу сейчас думать о ком-то еще.
— Тогда не вздумай кинуть меня, — предупреждаю строго.
— Ни за что. Познакомлю тебя со своими пацанами. Помнишь Халву? Тоже закончил школу в прошлом году.
— Тот, который разговаривает так, словно сейчас взорвется?
— Да-да. 
— Помню. Угарный тип. 
— Он сегодня отвечает за «поржать». Не переживай, Лисенок. Будет весело.
— Надеюсь… — вздыхаю, а Кот пускает в ход свой шкодный и многообещающий взгляд, который я так… — Ну идем уже. Или мы тут до десяти постоим? Точно будет весело.
Богдан моргает несколько раз, словно приходя в себя, а после опускает руки с моих плеч и делает приглашающий жест, пропуская меня вперед.
Знакомая квартира, знакомая хозяйка. Оставляю неловкость за порогом, ведь весь сегодняшний вечер и мой поступок — эксперимент, который я намерена провести от начала до конца, но все же оставляю за собой право закончить его в любой момент.
— Привет! — радостно вскрикивает Оксана, встречая нас с Котом. — С наступающим! Что-то вы долго. Заблудились? 
В коридоре, как по команде появляется Тася со стаканом в руке. Ее тяжелый взгляд перемещается с Кота на меня и обратно. Пауза затягивается.
— Встретили Деда Мороза по пути, — отвечаю я. — Заболтались. Он сказал, что пропил подарки и в этом году делов не будет.
— Старый алкаш, — хохочет Окси.
По блеску ее глаз понимаю, что второе определение подходит и к ней тоже. 
— Раздевайтесь, заходите, — включается гостеприимная хозяйка.
Кот снимает куртку и обувь. Оксана тут же бросается обнимать его, а после подходит очередь Таси. Вижу все боковым зрением, пока вешаю свою парку на крючок. Тася закидывает руки за шею Богдану, он коротко прижимает ее к себе. Девичьи губы касаются его щеки.
Отмечаю про себя, что девочки принарядились для домашней вечеринки. Оксана, как всегда, похожа на куколку. Темно-синее короткое платье с длинным рукавом и широким вырезом, открывающим ключицы. Тася скромнее, но не менее яркая. Голубое платье со свободной юбкой и кружевными вставками на животе и локтях.
А что, нужно было так? На мне джинсы и облегающий белый свитер. Ах да! Чуть не забыла. У меня праздничные носки. Белые в зеленую елочку. Это считается?
— Идем, Бо, — произносит Кот, отстраняясь от своей девушки. — Познакомлю тебя со всеми.
Киваю, игнорируя недовольное выражение лица Таси. Я никогда не считала нас соперницами, но сейчас… Все изменилось. Она может быть его девушкой, телкой, соской, кем угодно, но мной ей никогда не стать. 
— ЗдорОво! — громко произносит Кот, получая ответные приветствия от трех парней, сидящих на диване в комнате Оксаны. — Знакомьтесь, это Богдана, моя лучшая подруга. Лисенок, это Кир, Жора и…
— Халва! — представляется взбитый крупный парень с широкой кривой улыбкой. — А я тебя помню. Ты Лисецкая, все время вела концерты в школе. Тебе хоть пятерки халявные за это ставили?
— Халявные у нас только двойки, — отвечаю я, приподнимая бровь. — Ты ведь и так это знаешь?
— У-у-у… — проносится по комнате гомон вместе со смехом.
Замечаю на себе взгляд Кирилла. Он не смеется со всеми. Просто улыбается, чуть сощурив глаза. Отворачиваюсь, ощущая какое-то давящее беспокойство. Мне не нравится этот парень. Есть такие люди, которые тебе еще ничего не сделали, но уже попадают в черный список. Вот это тот самый случай.
— Бо! — зовет меня Оксана. — Поможешь нам с бутербродами?
— Правильно. Бабское место на кухне. Жрать уже хочется, — говорит Кирилл.
Его место в свинарнике. Пожри снега пойди, умник. Кот поворачивается ко мне, на его лице читаю: «Ты можешь отказаться». Улыбаюсь другу, довольная его поддержкой.
— Конечно, — отвечаю Оксане, делая шаг в сторону двери. — Составлю вам компанию, — говорю с намеком, что помощи от меня ждать не стоит.
Ромашова всего на секунду меняется в лице, а я про себя отмечаю — один-ноль. В мою пользу.
В целом чувствую себя спокойно. В квартире становится больше народа. Приходят девочки из параллельного класса, еще две каких-то подружки и четыре парня из одиннадцатого класса. У меня такое чувство, что я выше всего, что здесь происходит. И я не стесняюсь это демонстрировать. Отказываюсь от алкоголя, отвечаю на вопросы, которые мне задают, но сама ничего не спрашиваю и не участвую в разговорах, которые мне не интересны. Единственный с кем я общаюсь, это Кот, который, как и обещал, всегда рядом со мной, но и со всеми тоже. Как ему это удается, не знаю. Ну и Халва нормальный парень. Дурак, конечно, но в хорошем смысле. Он на самом деле забавный.
После девяти вечера разговоры становятся громче, фоновая музыка превращается легким движением руки в основной шум. Оксана сидит на коленях у Кирилла, его руки у нее на бедрах и все ближе подбираются к краю платья. Может, нам всем выйти? Или им уйти в спальню?
Кот болтает с Жорой и Халвой. Пытаюсь разобрать хоть пару слов, но это нереально. Тася шепчется с «собачками», то и дело бросая на меня косые взгляды. Наблюдаю за этим гадюшником и не понимаю, что здесь делаю.
— Жор, выруби музыку! У меня есть тост! — заявляет Ромашова, поднимая руку с бокалом. 
Приказ королевы выполнен, мгновение тишины и ее фирменная улыбка, которую Окси тренирует с первого класса каждый день перед зеркалом для конкурса «Мисс Вселенная».
— Хочу выпить за замечательного человека. Мою подругу детства.
Цепляемся с ней взглядами. Ее смазанный и чуточку надменный и мой равнодушный и трезвый. Зачем она это делает? Чувствую, сейчас произойдет то, ради чего я была приглашена. Тот самый момент, ради которого я и сама пришла. Нужно выдержать удар, а лучше отразить его. Поставим уже, наконец, точку в нашей замятой ссоре.
— Бо… — ее ласковый тон меня больше не обманет, но вот остальные вряд ли заметят подвох. — Предлагаю оставить все обиды в прошлом году. Мы повзрослели, изменились, но нас все еще многое связывает, ведь мы делились самым сокровенным с первого класса.
Стук сердца начинает набирать обороты. Не свожу взгляд с бывшей подруги, перестаю моргать и дышать. Она угрожает мне? Какой секрет она хочет выдать? 
— Знаете... — продолжает Оксана, обводя взглядом всех присутствующих и останавливается на Коте. 
Ах вот какой. Расскажет о моих чувствах к Богдану. Если бы до этого, она не разбила мне сердце дважды, то я, может быть, сейчас бы свалилась от дикой боли, но… Я продолжаю молча ждать, готовясь к худшему.
— Богдана классная девчонка, и я рада, что мы дружили. Правда, Бо. Ты смешная, милая. Только вот интересы с тобой у нас совсем разные. Если раньше это не было так очевидно, то сейчас… — она качает рукой, как бы намекая, посмотрите на нее и на меня. — А еще я рада, что не смотря ни на что мы продолжаем общаться с Богданом. Он же наш общий друг. Верно?
Ладони покалывает электричество. Никому не кажется, что этот тост затянулся? Почему все молчат и слушают так внимательно, точно Ромашова открывает какое-то священное таинство?
— В общем, за тебя! — заканчивает, наконец, она. 
Чувствую, как по волосам и плечам стекают помои. И это было только предупреждение.
— Все пьют за тебя, Богдана, а у тебя в руках даже стакана нет, — бросает Кирилл насмешливо.
Остальные присутствующие молчат. Не уверена, что все поняли смысл этого спектакля, но те, кому надо, точно поняли.
— Она не пьет, — вмешивается Кот, причем довольно грубо.
И теперь все становится кристально ясно и понятно. Что к чему. Нельзя сказать, что я удивлена. Чего-то подобного и ожидала. Подвоха или провокации. Возможно, все было бы хуже, если бы Богдан не находился все время рядом со мной. Он действительно весь вечер практически не отходил от меня.
— У меня есть ответный тост, — выхватываю у Кота стакан из рук, глядя на Ромашову. — У нас действительно нет ничего общего, Оксан, кроме воспоминаний. И я буду молиться каждый день, чтобы это никогда не изменилось. Всех с наступающим!
Делаю пару глотков горьковатой колы и возвращаю стакан обратно Богдану, не обращая внимания больше ни на кого, потому что все люди в этой комнате для меня не имеют никакого значения. Ни их мысли, ни их взгляды, ни их мнение не имеет веса. Они могут засунуть все это себе...
— Я ухожу, — говорю Богдану с улыбкой на лице.
Богдан ставит стакан на ближайший стол и берет меня за руку, шагая на выход из комнаты. В коридоре он помогает мне надеть куртку, а потом тянется за своей, но я его останавливаю. 
— Кот, ты можешь остаться.
— Нет. Я иду с тобой.
Такой серьезный и решительный. Вау. Снова улыбаюсь. Не понимаю, какого фига и чему вообще радуюсь, но чувствую такой душевный подъем, что не могу перестать. Оксана хотела опустить меня, но кое-чего не учла. Больше она для меня не авторитет. Совсем нет. Она не вызывает у меня ни зависти, ни восхищения. Ее слова просто звук. Смешки этой компании — пшик. Я сама смеюсь над ними. Мы квиты. А вот ее угрозы… Что будет, если Кот узнает обо всем. Еще и вот так? А может и пусть? Довериться судьбе? 
— Слушай, — шагаю спиной к двери. — Серьезно, Кот. Это твои друзья, здесь твоя девушка. Она и так уже гуглит номер киллера, чтобы убрать меня, ведь ты к ней почти не подходил за последние два часа. Оставайся. Я не вписываюсь. Мы оба это понимаем. Я напишу тебе, как буду дома.
— Бо… — начинает Богдан, но я не хочу слышать, что он скажет.
— С наступающим, — открываю дверь.
— Я тебя не отпускаю.
— А я у тебя и не спрашиваю.
Сама закрываю дверь перед Котом и чуть ли не вприпрыжку спускаюсь по лестнице. По-моему, отличное завершение года. Теперь можно насладиться салатами и жареной курицей в кругу любимых и близких людей, а не на этой дурацкой тусовке, где каждый пытается уколоть побольнее другого. В чем смысл? Они, типа, друзья? Это что за дружба такая? 
Кот…
Он и правда сегодня вел себя со мной так, как я и хотела. Только в целом ситуация идиотская. Зачем мне вообще делить его с кем-то, бороться за внимание? Он может быть моим другом, но и своя жизнь и круг общения у него должны быть. Я ведь не хочу присвоить его себе, как какую-то вещь. Это неправильно. 
Я что-то совсем запуталась в своих чувствах к нему. Друг? Сейчас мне кажется, что этого действительно было бы достаточно. Ведь со мной он все тот-же Кот, которого я знаю, а с ними… Он  будто меняется. Можно ли как-то это разграничить на комфортные половины? 
Блин! Снова качели. Снова кидает из стороны в сторону. Снова слишком много Кота в моих мыслях.
Выбегаю на улицу и быстрым шагом направляюсь в сторону дома. Снег хрустит под ногами, усиливая ощущения ненормального счастья. Оксана правда думала, что, ткнув в мою непринадлежность к ее «избранной» касте, сможет расстроить меня? Нет. Наверное, еще пару месяцев назад, такая ситуация заставила бы меня расплакаться и позорно сбежать домой. Только вот она опоздала. Если Ромашова думает, что ее «взрослость» заключается в безобразии, которое она себе позволяет, то флаг ей в руки и барабан на шею. Я так не считаю. И я сейчас не сбегаю, а просто ухожу, потому что мне противно находиться среди них.
Поднимаю голову к небу, ловя губами и ресницами снежинки. Дышать так легко и свободно. Чувство гордости практически отрывает от земли. Я оставлю всю эту грязь в уходящем году. Не хочу тащить с собой в новый ничего лишнего. Договариваюсь сама с собой. Кровь бурлит от радости. 
— Бо! Погоди!
Оборачиваюсь и вижу бегущего за мной Кота. Куртка распахнута, шапка зажата в одной руке. Он останавливается передо мной, едва ли не сбивая с ног.
Ничего лишнего…
Видимо, это судьба. Пора рассказать уже Богдану всю правду. Останемся друзьями — хорошо. Нет — переживем!
— Я тебя провожу, — говорит Кот, тяжело дыша.
В серых глазах виднеется напряжение, выступающие скулы кричат о злости. Там наверху что-то произошло, когда я ушла? Да и плевать!
— Ну, проводи...
Наши шаги медленные, молчание затягивается, как удавка на шее. Больше нельзя ждать. Пытаюсь придумать правильное вступление, подобрать нужные слова. Да к черту! Это нереально! Буду нести весь бред, что есть в голове. Честно и искренне. Это лучший выход. Раньше Кот понимал меня с полуслова, пусть попробует и сейчас.
— Кот, мне нужно тебе сказать кое-что, — как только фраза слетает с губ, сердце сходит с ума, точно перед выходом на сцену первый раз.
Сегодня у меня всего один зритель, но очень важный. На меня направлен луч прожектора, а Богдан сидит на единственном кресле в пустом зале. В финале я, либо услышу аплодисменты, либо громкие шаги по паркету и хлопок двери.
— И мне тоже, — говорит Богдан.
Я не могу позволить ему начать первым, ведь тогда моя решимость может растаять, раньше чем снег. Пусть сидит на месте.
— Сначала я. Послушай, пожалуйста, и попытайся понять. Это непросто, — тяжело вздыхаю.
Кот останавливается, заставляя затормозить и меня, выскакивает передо мной и перекрывает дорогу. Его внимательный взгляд лишь накаляет атмосферу. Над нами высокий фонарь, вокруг ни души. Пустой двор и два лучших друга. А что вообще между нами? Какая-то передружба или недоотношения? Он считает меня подругой, а я его любимым человеком. Любимым? Да. Бесспорно я люблю его, но… Как кого?
— Бо, это же я, — с улыбкой произносит Кот. — Я тебя слушаю.
Да. Это он. Мой лучший друг. Все ведь было замечательно, пока я не решила изменить наши отношения, поддавшись чувствам. А чем именно они были? Оксана мне все время повторяла, что Кот должен нравиться мне, как парень, что мы должны встречаться. Так часто! Что я в это поверила, хотя до этого была абсолютно счастлива рядом с Богданом, в том статусе, который мы оба для себя определили. Вся эта кутерьма с планом, потом с выходкой Ромашовой и их отношениями… Это все так меня запутало, что теперь я не могу найти начало. Исток. 
Кто ты для меня, Кот? И самое главное, кем я хочу, чтобы ты был?
— Все изменилось между нами, — начинаю, открывая сердце, которое с огромным трудом собрала после осенней катастрофы. — Кот, я… Я люблю тебя. Ты для меня очень важен. Ты дорог мне. Ты мой лучший друг.
Не смотрю на Богдана. Не могу. Пытаюсь справиться с собой и эмоциями, что рвутся наружу словестным потоком бессмыслицы. Нет! Нужно объяснить нормально и четко, а главное честно.
— Оксана сказала сегодня одну вещь… Мы друзья детства, но время идет. Мы выросли. Мы все. Теперь все по-другому. Ты другой. У тебя изменились интересы и круг общения. 
— И ты первая в этом круге, — вмешивается Богдан, его голос глушит волнение.
— И я хочу в нем остаться, но, как ты видишь, с остальными я не контачу. 
— Забудь о них. Лисенок, я…
— Подожди, — зажмуриваюсь, ощущая, как на виски давит напряжение. — Дай мне закончить. Я думала, что влюблена в тебя. Ты, блин, единственный парень, с которым я общаюсь так близко. Наверное, меня покусали девчонки с бурлящими гормонами и заразили этой ерундой. Я ревновала тебя, а когда ты начал встречаться с Оксаной, то…
— Бо!
— Не перебивай! — сжимаю руки в кулаки, он и не представляет, как мне сейчас трудно. — Я не хочу, чтобы это все стояло между нами. Это были выдуманные чувства. Я сама их придумала. Ты мне нужен. Мне нужен мой друг Кот, который смеется над моими шутками, смотрит со мной сериалы и рассказывает о том, что впереди нас ждет куча приключений во взрослой жизни.
— Я нужен тебе, как друг? — тихо переспрашивает Кот, обхватывая мои запястья.
— Да… Если ты все еще хочешь им быть.
Моя голова опущена, подбородок дрожит. Боюсь услышать ответ, но жду его с нетерпением. Вот. Я призналась. Где облегчение?
Облегчение приходит в крепких объятиях. Жарких, как летний полдень. Светлых, как утро на берегу моря. Обхватываю руками торс Богдана, прижимаясь щекой к его плечу.
— Я всегда им буду, Лисенок. Всегда… Давай только договоримся. Впредь мы будем честными друг с другом. Вся та ситуация с Оксаной и…
— Не хочу об этом, — отмахиваюсь. — Пожалуйста. Просто забудем. Такая жесть. 
— Хорошо, — соглашается Кот, покачиваясь из стороны в сторону. — Проехали. Идем к тебе. Дядя Леша мне голову оторвет, если опоздаем.
— Это он может, — усмехаюсь, делая шаг назад.
— Как думаешь, за вашим столом найдется еще одно местечко?
— Ты хочешь встретить Новый год с нами?
— Это же семейный праздник, — широкая улыбка появляется на его лице, и я превращаюсь в зеркало, показывая такую же.
— Мы выделим тебе детский стульчик.
— Какая щедрость!
Направляемся в сторону моего дома, топая по узким дорожкам между многоэтажек. Чувствую себя такой окрыленной и беззаботной. Все именно так, как я хотела. Все замечательно. Но стоит подумать об Оксане и всей компашке, становится не по себе.
— А твоя девушка не будет против? — задаю вопрос на правах лучшей подруги, не чувствуя ни капли ревности, или чувствуя, но не замечая.
— Да какая девушка? — усмехается Кот. — Тася? Мы с ней и не встречались, просто мутили, но уже и это закончили.
— Почему?
— Она попыталась поставить меня перед выбором. Терпеть это не могу! — жестко выплевывает он. — Что за прикол? Нельзя заставлять человека выбирать, мы вообще-то в свободной стране живем.
— А что за выбор? 
— Не важно, Бо. Забей! У них там своя вечеринка, у нас своя.
— Ага…
Жаль я не успеваю сфотографировать лица родителей, когда появляюсь на пороге вместе с Богданом. Чистый восторг. Нас сразу усаживают за стол и принимаются кормить так, будто следующий год будет годом голодной собаки и это последний шанс подкрепиться.
Болтовня не стихает ни на минуту. Звучит смех и звон посуды. Я не помню, когда в последний раз чувствовала себя настолько… Дома. Так уютно и хорошо, что нет правильного описания этих чувств. Все на своих местах. Так, как и должно быть. Никакой неловкости, никаких переживаний.
Без пяти двенадцать перебираемся из кухни в гостиную поближе к телевизору. Речь президента, счастливые улыбки на лицах родных. Здесь все, кроме Ангелочка, но у нее будет еще множество возможностей загадать желания, сегодня я сделаю это за нее, ведь мое желание и так сбылось.
— Леша, скорее шампанское! — воодушевленно говорит мама, под бой курантов.
— Дети, готовы? — папа трясет бутылку, и пробка выстреливает, благо не в потолок.
Мы с Котом подставляем бокалы, а после комнату наполняет дружный перезвон бабушкиного хрусталя.
Счастье в моменте. Радость от атмосферы. Чувство единения и предвкушения чего-то нового и прекрасного. Слезы скапливаются в уголках глаз, трогательность этой секунды щекочет нос.
— С новым годом!
— С новым счастьем!
Первый раскат салютов слышится за окном. Поворачиваю голову к Богдану, он тоже смотрит на меня. На улице начинается световое шоу, и у меня в душе тоже. Я не понимаю, что это. Что-то новое для меня самой, как будто я вижу все впервые. И человека перед собой тоже.
— С новым годом, Лисенок. Успела загадать желание?
— А ты? — ухожу от ответа.
— Успел. Надеюсь, оно скоро сбудется.
— Дети, идите на фейерверк хоть посмотрите, — говорит мама, прижимаясь к боку отца.
— Только шапки наденьте, а то не посмотрю, что взрослые, обоим ремня дам.
— Леша! Праздник же. Не бурчи.
На черном небе играют огни. Взрываются множеством цветных искорок и гаснут, уступая место новому залпу. Стою задрав голову и широко распахнув глаза.
— Краси-и-иво…
— Да, — отвечает Кот справа от меня. — Очень красиво.
— Ты не смотришь, — возмущаюсь я, заметив, что взгляд его прикован ко мне.
— Смотрю, — произносит с улыбкой. — Мне пора идти, Бо. Я обещал маме вернуться после полуночи. Поздравить и их с отцом.
— Передашь от меня поздравления?
— Конечно.
— Тогда шуруй.
Кот кивает, но прежде чем уйти снова заключает меня в объятия.
— С новым годом, Бо, — шепчет он и оставляет легкий поцелуй на моей холодной щеке своими теплыми губами.
Петарда взрывается в моей груди, но так и не успевает засиять, потому что Богдан разворачивается и шагает прочь.
— С новым годом, — произношу одними губами, глядя ему вслед.
Эмоции неоднозначны. Снова раскачиваются старые качели и скрипят противным ржавым звуком, мучая уши. Что-то не так. Я что-то упускаю. Все ведь хорошо. Мы все наладили. Так почему во мне опять прорастает этот сорняк — сомнение.
Нет! Хватит!
Топчу его ногой, что есть сил.
Достаточно метаний. Определились. Друзья так друзья. Больше никаких недоотношений. Я не буду желать недоступного. Я к этому не готова. Мой комфорт в моем выборе. Я его сделала, и предоставила выбор Коту.
Все будет хорошо.
Жизнь отсеивает лишних людей. Все, что случилось помогло мне понять две вещи. Дружба — это взаимоподдержка и понимание. Любовь — я еще не знаю, что это, значит пока рано. Всему свое время. И когда оно придет, вопросов не будет.
Тринадцать месяцев спустя
Тихий зимний вечер. Первое февраля. Четыре месяца до экзаменов и полгода до вступления в новый этап, как все вокруг твердят, во взрослую жизнь. Но единственная моя проблема сейчас — закончилась память на телефоне. Количество тестов, методичек и других фотографий по учебе превышает все допустимые нормы, поэтому решаю выгрузить все памятные кадры на компьютер, чтобы не потерять, и залипаю, погрузившись в воспоминания.
Вот мы с Марусей ходили в кино на позапрошлых зимних каникулах, а потом гуляли в снежном парке. А вот спящий на моей кровати Кот, которому я нарисовала усы маминым черным карандашом. А что? Мы возобновили традицию по просмотру сериалов, а он заснул. Получай! Расплата беспощадна. Как и я.
Прошлогоднее четырнадцатое февраля. Глинтвейн на вишневом соке и пара карамельных чизкейков. Это мы с Марусей ходили в кофейню в день всех влюбленных, как сильные и независимые и выбирали имя нашим сорока кошкам, потому что ее невидимый принц умчался по каким-то делам, а я… А что я? Я получила только шуточное признание в любви от Темы и стикер сердечка. Ну и коробку любимых фисташковых конфет от Богдана, со словами: «Тупой же праздник».
Ооо… А вот эта серия кадров особенно веселая. Мое шестнадцатилетие. Я не очень хотела отмечать, но родители сказали, что, если не праздновать дни рождения, то Вселенная не поймет, когда уже нужно будет менять мою жизнь. Не то чтобы мне сильно нужны были перемены, но… Я собрала в пиццерии своих самых близких друзей и действительно осталась довольна.
На фотографии я вся в подарках. Маруся подарила сережки в форме Эйфелевых башенок, Кот свитшот с красивущей рыжей лисой, а Вадик… Его подарка не видно, но я помню, как тут же надушилась духами, которые он принес. Еще одним подарком стало перемирие между Вадиком и Котом. Это произошло само собой, они как будто забыли о случившемся и все.
Но самое крутое случилось потом. Я весь день переписывалась с Темой, рассказывала, где и как буду праздновать, и в какой-то момент он просто вошел в кафе с огромным медведем в руках и букетом белых роз.
— Где тут самая рыжая именинница?!
Мой восторг неописуем. Бросаюсь на шею другу с такой широкой улыбкой, что боюсь треснет рожа, но по-другому никак. Я скучала по нему. Очень.
— С днем рождения, Богдана. Я привез тебе нового друга. Он будет подменять меня. Ну, если захочется поплакать у кого-то на плече или…
— Или дать по роже! — отвечаю, прижимая медведя к груди.
— Ну, или так… Только не представляй мою рожу в этот момент. Она слишком хороша для этого.
Взрываемся дружным смехом, на мгновение возвращаясь к морскому побережью, где мы и подружились. Я безумно рада видеть Тему и тут же тяну его к столу, чтобы познакомить с остальными ребятами. Теперь точно все в сборе.
— Это Артем, мой друг из санатория. Это Маруся, Вадик и Кот… То есть Богдан.
Маруся приветливо машет, парни пожимают друг другу руки, но если Вадик в своем репертуаре сельского дурочка просто лыбится, то Кот немного напрягся и распрямляет спину. 
После нового года наши отношения с Котом нормализовались. Мы снова стали соседями по парте и лучшими друзьями, снова тусим вместе, но упоминания о Теме всегда действуют на Богдана неоднозначно, словно я заставляю его глотать резиновые мячи.
— Рад встрече, — говорит Кот, не сводя глаз с Темы.
— Взаимно, — отвечает Артем, сжимая ладонь своего оппонента еще крепче.
Что у них с голосами? Животы болят? Откуда эти хриплые суровые нотки?
Первые полчаса я чувствую себя неуютно. Стреляю глазами то в Тему, то в Кота. Только вечные подколки Вадика и Маруськин громкий хохот спасают ситуацию, но в один прекрасный момент Богдан и Артем выходят на улицу, чтобы подымить, хотя я знаю, что Фролов не жалует эту привычку. Пятнадцать минут тянутся будто вечность, но зато эта парочка возвращается абсолютно другими людьми. Ржут с какой-то фигни и обсуждают мотоциклы. Так-так… Они там за углом побратались что ли?

Тема подмигивает мне в ответ на нахмуренные брови, а Кот поднимается с места и хватает стакан с соком.
— Ну что, Лисенок! За твои шестнадцать. Оставайся такой же классной, доброй и милой занудой. И помни, твои друзья всегда будут рядом.
— Поддерживаю! — подключается Тема.
— Ура! — вскрикивает Вадик.
— Е-е-е! — тянет Маруся.
Листаю следующие фотографии. Тема и Богдан держат меня на руках, а я обнимаю медведя. Вадик нюхает мой букет. Маруся танцует медленный танец с Эдуардом Потапычем — так мы назвали косолапого. Десяток ржачных селфи. Пялюсь в монитор и сама улыбаюсь, как дурочка. Крутой был день.
Та-а-ак… Что тут еще есть? Ага. Последний звонок. Смотрю на черный джинсовый сарафан, который купила мне мама. А ведь он действительно смотрится не так уж плохо. А вот еще кадр, где Кот делает мне хвостики из волос, показывая все тридцать два зуба. Я, конечно, как всегда с лицом «что за идиоты меня окружают», но позади стоит человек, который выглядит еще более недовольным, чем я. Точнее, недовольной. Оксана смотрит в нашу сторону, сложив руки под грудью. Мы не общались с ней, после той тусовки в новый год, до сих пор не общаемся, лишь иногда здороваемся из вежливости. Кирилл ее бросил полгода назад, так что и с Котом она потеряла контакт. Не знаю, что именно там произошло, да мне и плевать, если честно. Собирать сплетни никогда не было моим любимым занятием.
Летние фотографии. Наш семейный отдых. Первая встреча Ангелочка с морем. Она уже тогда была такая большая, а сейчас… Уже носится вовсю по квартире и даже болтает что-то, правда, больше на своем каком-то детском языке. 
Две милые мордочки девочек-двойняшек мелькают в фото-ленте. Катя и Лиза стали мне хорошими приятельницами. Летом было дико скучно. Кот уехал на спортивные сборы на два месяца, Маруся моталась с родителями по курортам, а я… Решила заняться хоть чем-нибудь, чтобы отвлечься от репетиторов и курсов. Экзамены нависли над головой, как палач с топором. Я до сих пор не определилась, на какую специальность собираюсь поступать, поэтому сдаю универсальный набор предметов: русский и математику, естественно, а еще физику, обществознание и английский. Хотела включить в свой смертельный список историю и литературу, но тогда я вряд ли доживу до последнего звонка. Так вот, я записалась в волонтеры и молодежные активисты на лето. Мы организовывали концерты для подростков, детские площадки с веселыми играми. Я завела кучу новых знакомств и вообще отлично провела время. Но главным моим духовным и дружеским приобретением стали Катя и Лиза. Две болтушки-веселушки. Надо бы позвонить девчонкам. Давно уже не виделись.
Еще один ряд фотографий с важного дня. Последнее первое сентября в школе. Маруся уговорила меня завязать большой белый бант на макушке, но от гольф мне удалось откреститься, а вот подруга воплотила образ полностью, даже белый фартук надела поверх черного платья. И не она одна. Линейка была похожа на инкубатор на выгуле. Следующее фото, и снова Богдан рядом со мной. Обнимает за плечи и смотрит на меня своими шкодными кошачьими глазами, а я дую губы, потому что тогда он сказал, что я вылитая первоклашка и должна держаться поближе к нему, иначе кто-нибудь из учителей заберет меня в начальную школу и придется проходить все одиннадцать кругов этого ада еще раз.
Дальше становится все меньше фотографий с изображением людей и все больше учебных пособий. Собственно первое полугодие в школе не было таким уж ярким на события. Уроки, задания, репетиторы. Прогулки с Марусей, редкие просмотры кино с Котом, у которого куча мальчишеских дел. Он все время где-то пропадает со своими пацанами. Как говорит он сам, — «налаживает связи и мутит замуты». Лучше бы математику подтянул. Тригонометрию вообще не понимает, а на экзамене я вряд ли смогу ему помочь. Усатая бестолочь.
А вот и «елка». Маруська в розовом платье, Вадик с безумной улыбкой и я в том самом свитшоте с лисой. Кота, правда, не было. Точнее он был, но уехал через полчаса после начала. Мутить, видимо, что-то… Мое настроение было немного подпорчено, это видно на селфи, которые делала Маруся. Грусть в глазах говорит сама за себя, но чуть позже я просто отпустила, и ситуацию, и саму себя.
Раньше я думала, что когда буду в одиннадцатом классе, эта новогодняя гулянка будет крутой и запоминающейся, но… Скажем так, «вау» не произошло. Все было, как и обычно. Единственное, я танцевала без пинков подружек. Просто веселилась потому что хотела. И было так все равно на чужие взгляды и людей вокруг. Еще полгода и мы станем просто бывшими одноклассниками и будем видеться в лучшем случае пару раз в год. Уверена, через несколько лет половина из параллели даже не вспомнит, кто я. 
Расстраивает ли меня это? А должно?
— Лисенок, к тебе пришли, — говорит мама, заглядывая в комнату и выдергивая меня из прошлогодних воспоминаний.
— Заводи по одному, я ножи уже наточила, — отвечаю, потирая уставшие от монитора глаза.
— Ты меня резать собралась? А как же кино? — в комнату входит Кот.

Мама загадочно улыбается и скрывается с глаз, а Богдан закрывает дверь.
— Мне послышалось?! — кричит папа из гостиной.
Богдан с усмешкой открывает дверь обратно.
— Сквозняк, дядь Леш!
С сентября месяца у папы новый прикол. Когда приходит Богдан, дверь в мою комнату должна быть открыта. Мы все понимаем почему, точнее понимаем ход его мыслей, но… П-ф-ф-ф… Я и Богдан? Мы с ним друзья. Все романтические горки в прошлом. Нет, ну бывают неловкие моменты, но все это просто гормоны и возраст. Так пишут на форумах в интернете. Да-да! Я их читала. Давно.
Вообще за этот год, что странно, у Кота не было ни одной постоянной подружки. По крайней мере я их не видела и не слышала. У меня так же. Была пара попыток пообщаться с парнями. Летом ко мне подкатывал Миша, один из активистов, но у него был такой ужасный запах изо рта, что я могла нормально общаться с ним только по телефону, а от встреч постоянно отмазывалась. И был еще Рома. Познакомились в интернете, общались пару недель, а потом он куда-то пропал. Не могу сказать, что сильно расстроилась, но было не очень приятно. Тема сказал, что он придурок, а Кот выразился покрепче. В общем, мне хватает парней в жизни. И хорошо, что они мои друзья, потому что сопли, размазанные по лицу Маруси из-за невидимого принца, не внушают мне уверенности, что я тоже так хочу.
— Ты готова или нет? — спрашивает Богдан, привалившись к стене и засовывая руки в карманы.
— Если в кинотеатр пускают в пижаме, то да.
— До сеанса час. Ты успеешь?
— Нам идти десять минут, собираться мне от силы четыре. Мы успеем соорудить бомбу за оставшееся время.
— Слушай, Бо… — начинает Кот, но останавливается, поджимая губы.
Мне это не нравится. Это значит, он собирается сказать мне то, что я не хочу слышать.
— Рожай, Кот! — нетерпеливо подгоняю я.
— Ты будешь сильно против, если мы пойдем не вдвоем?
— А с кем?
— С Киром. Он обещал вести себя супер-прилично, — тут же добавляет Богдан, чтобы успокоить мое негодование.
Нам удалось провести четкую границу между друзьями Богдана и мной. Это было общим решением или скорее интуитивным стечением обстоятельств. Друг — не собственность. Он живой человек со своими интересами и кругом общения. Нельзя присвоить его только себе или постоянно диктовать, с кем ему можно дружить еще, а с кем нет. Это вообще бред какой-то и настоящее извращение. Мне ребята Кота не очень нравятся, но на самого Богдана это не распространяется, просто они… Ну, отморозки. По-другому не скажешь. Мне не весело с ними и не прикольно. Хотя Кот все равно зовет меня потусить всем вместе время от времени, я никогда не соглашаюсь. Мне хочется общаться только с ним. И меня устраивает положение вещей.
— Если ты не хочешь, то я дам ему отбой. Он просто тоже собирается на этот фильм сегодня. Купим билеты в разных рядах и…
Это уже клиника. Я же не истеричка какая-то. Думаю, одного Кирилла смогу вытерпеть. Если Кот не врет, и его друг действительно будет вести себя сносно. Я помню его только на вечеринке у Ромашовой. Жутковатый типок, но то, что он расстался с Оксаной доказывает, что у него все-таки есть мозг. Может быть, все не так безнадежно?
— Нет. Все нормально. Пойдем вместе. Не вопрос. Подожди меня у двери. Я переоденусь.
— Я зайду пока с мелкой поздороваюсь и с дядей Лешей.
— Ага…
Выпроваживаю Кота и в мыслях мигает красный огонек. Почему-то мне хочется сегодня потратить на сборы больше, чем четыре минуты.