Передружба недоотношения

Мне не хочется выходить из школы. Слишком нервничаю и сама себя ругаю за это. Ну подумаешь Кирилл Синьков. Тоже мне павлин. Он сам ко мне прицепился. Я за ним не бегаю. Да и вообще!.. 
— Бо, ты идешь? — окликает меня Маруся.
— Я… Эм-м-м… Ты иди. Мне нужно… Короче, я позже пойду.
— Ну, ладно. Пока. Увидимся завтра, — подруга машет мне на прощание и недоверчиво хмурит брови, но все-таки ничего не спрашивает.
И я благодарна, потому что и рассказывать-то еще нечего. Я сама не очень врубаюсь, что происходит. 
Выждав еще пару минут, собираюсь с духом и надеваю шапку. Не май месяц еще на улице. Я не из тех модниц, которое дорожат прической больше, чем собственным здоровьем.
Выхожу на крыльцо и… В школьном дворе почти никого нет. Парочка младшеклашек только носятся друг за другом, видимо, ожидая родителей, которые задерживаются на работе.
Обида пытается открыть дверь, чтобы ворваться в комнату, где и так ссорятся эмоции, но я оставляю ее за порогом. Не собираюсь я ни на кого обижаться. Даже думать не хочу об этом. У-у-у… Что за глупый девчачий мозг? Куча сомнений, хотелок и ни одного здравого решения. Хочу, чтобы он мне писал. Пишет. Фу, надоел. Не хочу, чтобы он мне писал. Не пишет. Ну почему он не пишет? Козел! 
Выхожу на тротуар, и тут на мое плечо ложится чья-то рука.
— Ну, привет, Богдана. Я уж думал, ты меня продинамила и специально сказала неправильное время.
— Кирилл! — стряхиваю его лапу. — Ты меня напугал!
— Извини, — его улыбка тут же забирает баллы у извинений, они ненастоящие.
— Проехали. Что ты хотел?
— Как это что? Увидеть тебя.
— Увидел? 
— Снова выпустила свои колючки?
— Они всегда со мной. 
— Поэтому ты мне и нравишься, — вновь улыбка, только на этот раз такая, что я невольно задерживаю дыхание. — Могу я украсть тебя на пару часов? Обещаю, что буду вести себя очень прилично, и с тобой ничего не случится.
— И я должна тебе верить?
— Хотя бы дать шанс.
— У меня есть час.
— И то хорошо, но тогда нам нужно поторопиться, — говорит Кир и уверенно берет меня за руку. — Не хочу терять драгоценное время.
Держаться за руки с человеком, которого толком не знаешь, а до вчерашнего дня и вовсе считал придурком чистой воды, по меньшей мере странно, но почему-то я не пытаюсь что-то изменить. Не хочу показаться зажатой или чересчур правильной. Воюю с самой собой, и как только побеждает разумная часть, которая орет, что нужно быть собой от начала и до конца, я понимаю, куда меня ведет этот навигатор недоделанный.
— Я туда не пойду, — заявляю твердо, глядя на кафе «Чайка» более известное, как барюшник под личиной приличного заведения.
— Днем там почти никого нет. За баром сегодня мой кент, так что нам сделают самый вкусный чай или кофе. Все, что попросишь.
— Все это очень здорово, но я же сказала… Я не пойду.
— Ты была там хоть раз?
— Нет. И меня это устраивает.
— Но…
— Ты глухой? 
— Ла-а-адно. Куда ты хочешь?
— Домой.
— Черт! Богдана, ты просто…
— Зануда? Да. Я в курсе. Еще вопросы будут?
— Да что с тобой? Почему ты все время злишься? 
Да я сама не пойму почему. Просто что-то меня тяготит, как заноза в… Пальце. Чешется и мешается, а вытащить ее не получается, как ни старайся.
— Вот скажи мне, Кирилл, что тебе от меня нужно? С чего столько внимания? Закончились девчонки, к которым ты еще не подкатывал? Почему я? Почему сейчас?
— Потому что мы познакомились только вчера и ты мне понравилась. И я не пойму, откуда столько враждебности и недоверия? Ты меня не знаешь толком и даже не даешь возможности нормально пообщаться.
Его ответ заставляет меня заткнуться. Похоже на правду. 
— Может, все-таки зайдем, раз мы уже здесь. Выпьем… Чаю. И я провожу тебя домой.
— Ладно, — вздыхаю я, соглашаясь, но только потому что уже чувствую, как замерзает нос.
Когда же уже закончится зима?
В «Чайке» и в самом деле никого нет. Только мы вдвоем и бармен. А тут не так уж и плохо. По крайней мере сейчас. Слава у этой кафешки премерзкая: постоянные драки, разборки и другие инциденты с участием нетрезвой молодежи. Но ведь это не место виновато, а люди, которые сюда приходят.
Не могу сказать, что чай какой-то особенный. Обычный молочный улун. Кирилл рассказывает о своей учебе в колледже, а точнее, как он мастерски ее прогуливает. Теперь понятно, с кем пропадает Кот, когда не приходит в школу.
— И чем вы занимаетесь, когда прогуливаете?
— А это тебе знать не нужно, — отвечает Кир и касается указательным пальцем кончика моего носа.
— Вот и Кот так говорит. У меня складывается ощущение, что вы делаете что-то запрещенное.
— Просто это мужские дела. И Богдан правильно делает, что не рассказывает тебе. Я думал вы делитесь всем.
Эти слова скребут по больному.
— Не всем, но многим. И мне, кстати, не хочется от него ничего скрывать.
— Я и не прошу скрывать. Просто дать мне возможность поговорить с ним первым. Я сделаю это сегодня же.
— Да что может такого случиться?
— Что-то может…
— Исчерпывающий ответ!
— Ты очень красивая, Богдана… — говорит Кир, и моя голова пустеет. 
Его рука опускается на мою ладонь и мне хочется ее одернуть, что я и делаю, хватаясь за телефон.
— Мне уже пора, — делаю вид, что смотрю на время, но на самом деле ничего не вижу, перед глазами синие и красные проблесковые маячки.
— Конечно. Идем.
Всю дорогу домой держу руки в карманах парки. Стараюсь поддерживать диалог, но как-то вяло, потому что в мыслях все еще прокручиваю сцену из кафе. Меня пугает напор Кирилла, но с другой стороны… Это такой непонятный адреналин. Я как будто перед прыжком в пучину соблазнительной неизвестности и качаюсь на краю, глядя вниз, но все никак не могу решиться и решить. Нужно мне это или нет?
Вхожу в квартиру и тут же натыкаюсь на грозный взгляд отца. Ой-ой… Мне это не нравится. Уже догадываюсь, что случилось. Он снова караулил меня у окна?
— Привет, пап. Как прошел твой день?
— Привет, Лисенок. Лучше расскажи мне, как прошел твой?
— Хорошо, — наклоняюсь, чтобы снять обувь, затылок печет, точно лазером. 
— Случилось что-то интересное?
— Да вообще-то нет.
— Ты уверена?
Вешаю куртку и поворачиваюсь к отцу. Вселенское недовольство на его лице меня пугает.
— Пап, если хочешь что-то спросить, то спроси. Я не понимаю, в чем дело.
— Кто тебя провожал? Я его не знаю.
Я все-таки была права.
— Ты следишь за мной?
— Это моя обязанность. Так кто он?
— Мальчик.
— Я заметил, что не девочка. 
— Пап! — напряженно вздыхаю.
— Дочь! — копирует он меня.
— Его зовут Кирилл. Он друг Богдана, — использую секретный прием.
— Если он друг Богдана, пусть с ним и гуляет, — твердо заявляет родитель.
— А мне что, нельзя ни с кем гулять?
— Почему же? С Богданом можно.
Это бессмысленный разговор и он начинает меня злить.
— Есть хочу, — бросаю я и топаю на кухню. — Где мама?
— Они с Ангелочком ушли в магазин. Мы еще не закончили с тобой…
— Разве? — засовываю голову в холодильник, желая спрятаться в нем целиком.
Мама-мама… Где ты, когда так нужна? Тут твой муж меня достает…
— Лисенок, я понимаю, что сейчас у тебя такой возраст, но… 
— Па-а-ап, — стону я. — Пожалуйста, не надо. Меня просто проводил домой парень. И все!
— Он мне не нравится. 
— Ты его даже не знаешь.
Наш диалог похож на игру в теннис. Только без дурацких криков.
— Так познакомь. Приведи его домой, и я с ним поговорю. 
— Ты серьезно? — хлопаю дверцей холодильника, удерживая в одной руке палку колбасы. — Мы с ним только начали общаться. Может быть я сама разберусь?
— Тогда я должен поговорить с Богданом. Он обещал мне присматривать за тобой.
Боги! Кто-нибудь спасите меня от этого унижения. Присматривать и контролировать каждый мой шаг разные вещи. Вам так не кажется? 

— Почему ты не можешь поверить в меня? Я что, какая-то идиотка, не способная отличить хорошего человека от плохого? Я когда-нибудь делала глупости, которые совершают семьдесят процентов подростков? Доставляла вам с мамой проблемы? Позорила? — меня прорывает.
— Лисенок, — ласково произносит папа и забирает у меня колбасу. 
Он подходит к кухонному островку и делает нам по большому бутерброду, а я наливаю чай. Молчим несколько минут, восстанавливая спокойствие, и садимся за стол.
— Я просто волнуюсь за тебя, — озвучивает папа свои переживания. — И я не хочу, чтобы тебя кто-то обидел.
— Я сама кого хочешь обижу.
— Ты у меня хорошая девочка. Я это знаю, но мальчики умеют пудрить мозги. Я сам был таким.
— И многим ты запудрил мозги?
— Только одной не смог, — с улыбкой отвечает он. — Твоя мама была той еще штучкой. Самая красивая первокурсница в нашем университете.
— Ну-ка, ну-ка… — усмехаюсь я. — Поподробнее, пожалуйста.
— Ох… Сколько я ее добивался. И не я один. У нее была целая толпа поклонников, но никому она не отвечала взаимностью. Крутила носом и закатывала глаза, слушая комплименты.
— И как же ты ее покорил?
Слышится звук открывающейся входной двери и шорох пакетов.
— Леша! — кричит мама. — Ты мне нужен!
— Вот так и покорил, Лисенок. Я был рядом, когда она нуждалась во мне, — отец встает из-за стола. — Леля! Я же сказал тебе позвонить, как подойдете к подъезду!
Остаток вечера посвящаю учебе. Тест по алгебре, сочинение по русскому, доклад по истории. Глаза начинают слипаться в начале одиннадцатого, и я просто завалилась на постель, чтобы немного отдохнуть и пойти в душ, но… Мой организм решает, что я и так чистая и это лишняя трата энергии.
Меня будит телефонный звонок. Мелодия установлена на определенного абонента. Шарю руками по кровати в поисках мобильника и, когда нахожу, тут же принимаю звонок.
— Че тебе надо, Кот? Я уже сплю, — бормочу сонно.
— Ты дома?
— Нет, блин! В клубешнике. Прилегла тут в туалете, это ведь лучшее место для сна.
— Я серьезно.
— Дома я, конечно. Который час?
— Двенадцать. Я у тебя за дверью. Сможешь выйти на пять минут?
Мозг потихоньку включается и я улавливаю в голосе Богдана тревожные и взволнованные нотки, приправленные нетерпимостью и даже злостью.
— Что случилось? — спрашиваю, отрывая голову от подушки.
— Нужно поговорить.
— Это не может подождать до завтра?
— Нет.
— Ладно. Сейчас выйду.
Тихо крадусь к спальне родителей. Вроде спят. Так же на цыпочках пробираюсь к двери и медленно и аккуратно поворачиваю защелку. Богдан стоит оперевшись о стену, руки в карманах, голова опущена. Он поднимает подбородок и его взгляд ударяет меня по лицу.
— Почему ты мне не сказала?
Закрываю за собой дверь и прижимаюсь к ней спиной, складывая руки на груди. Я знаю, почему он пришел, но не очень понимаю его реакцию. 
— Кирилл хотел сам тебе все рассказать.
— А ты не хотела?
— Что за предъявы, Кот? Я не собиралась скрывать. Ты ведь все теперь знаешь. В чем проблема?
— Проблема в том, что узнал я не от тебя.
Начинаю потихоньку подкипать. Да он же сам мне через раз все рассказывает. Я постоянно узнаю о его жизни из чужих ртов. А тут… 
— Детский сад, — вздыхаю я. — Я хотела тебе сразу сказать, но Кир попросил…
— А ты теперь его во всем слушаешь? — рычит Богдан.
— Я думала, это будет правильно. Он твой друг. Он хотел первый с тобой поговорить.
— О-о-о… Он поговорил.
— И что теперь? Будешь обижаться на меня? Ты же сам хотел, чтобы я нашла контакт с твоими друзьями. Вот! Я нашла! — как же тяжело возмущаться шепотом.
— Но не мутить с ними, Лисенок. Кирилл тебе не подходит.
— А это теперь ты решаешь? Я вроде бы не теряла свои мозги. Они на месте. Прикинь? И я даже могу думать и принимать решения самостоятельно, если ты не знал.
— Я знаю. Знаю, что ты всегда принимаешь решения сама и никогда не думаешь о последствиях.

— Что-о-о? — нижняя челюсть падает на пол. — Это я не думаю о последствиях? Да ты… Ты…
Кот делает несколько быстрых шагов вперед и останавливается меньше чем в пяти сантиметрах от меня, практически вжимая меня в дверь. Его глаза похожи на расплавленный металл, губы сжаты в тонкую полоску, а грудная клетка упирается в мои руки, которые служат щитом.
— Он тебе нравится? — спрашивает Богдан, а у меня трясутся колени.
Столько злости, столько обиды… И я уже не могу разделить эти чувства на свои и его. Кажется они перемешались где-то в воздухе и льются сейчас нам на головы. Я вспоминаю, как смотрела на Кота и Окси, когда они были вместе. Когда я думала, что люблю его. Мне было так больно, а никто из них этого даже не замечал. Они наслаждались друг другом, а меня превратили в собственную тень. Может быть я пыталась заставить себя забыть все это, пыталась отпустить и больше не возвращаться к этому излому, но… Он был. Я не все это помню, стоит только прикрыть глаза, как чувствую, что колет под ребрами.
— Да, — отвечаю смело, но потом теряюсь. — Нет… Я не знаю… Может быть. Мы всего пару дней общаемся. 
— Бо, не надо… Он… — уже спокойней говорит Кот, ударяя меня лбом о лоб.
— Ты сейчас будешь мне рассказывать, какой козел твой друг? Это подло.
— Ты для меня важнее. Мне пофиг, как это выглядит. Я очень хорошо его знаю. И знаю, как он относится к тел… к девушкам. Ты такого не заслуживаешь.
— То есть, ты не веришь, что я смогла по-настоящему его заинтересовать? Не веришь в меня, что я куда умнее, чем все ваши телки вместе взятые?
— Ты все перекручиваешь.
— Это ты все перекручиваешь. Еще ничего не произошло. Мы всего лишь переписываемся. Хватит уже, Кот. Ты мой друг, но мне достаточно опеки и контроля от родителей.
— Ладно, — тяжело вдыхает Богдан и обхватывает руками мою голову, закрывая ладонями уши. — Лисенок… — тихо произносит он, но дальше я не могу разобрать слов, потому что сердце кажется нашло где-то ударную установку и фигачит по барабанам, раскрывая старые раны.
Богдан целует меня в нос, а я крепко зажмуриваюсь.
— Пожалуйста, держи меня в курсе. Бо, я очень тебя прошу. Я тебе ничего не запрещаю, но знай, что я против.
Кот отстраняется и мы смотрим друг другу в глаза. Не знаю, что на меня находит, но какая-то извращенная мазохиста внутри меня так рада тому, что произошло. Рада этим больным эмоциям. Он здесь. Он злится. Он волнуется за меня. Он… Ревнует? И я, чтобы получить еще большую дозу, говорю глупость:
— Он мне реально нравится.
Богдан едва заметно дергает подбородком, точно от удара по лицу.
— Это ненадолго, — цедит он сквозь зубы.
— Ты хоть раз можешь порадоваться за меня?
— Я порадуюсь, когда будет действительно чему.
— Какой же ты… — качаю головой, — эгоист. Я всегда была рядом с тобой. Всегда… В любой ситуации. Даже когда считала, что ты не прав. А ты… Ты только и можешь что… Знаешь, что? Уходи. Уже поздно. Я хочу спать. 
— Бо, послушай…
— Я не собираюсь тебя слушать. Наслушалась уже. Кирилл так и сказал, что ты будешь против… Что попытаешься отговорить меня.
— Кирилл сказал, — усмехается Кот и его лицо ожесточается. — Ну слушай его дальше.
— И послушаю…
— Ладно, — бросает Кот, разворачиваясь.
— Ладно… — шиплю я ему вслед.
Возвращаюсь в свою комнату, а в душе такой раздрай. Хочется схватить подушку и отмолотить ее, как следует. Даже не знаю, на кого злюсь больше на тупого Кота или же на себя. Я сказала ему совсем не то, что думаю. Совсем не то… Я не хотела ссориться, но эта чрезмерная опека меня уже достала. Со всех сторон. Чувствую себя ребенком, который хочет сделать первый самостоятельный шаг, но все тянут свои руки, чтобы удержать и только мешают сосредоточиться.
На глаза попадается Эдуард Потапыч. Хватаю медведя и сажусь с ним в обнимку на кровать. Хочется позвонить Теме в эту самую секунду, но я не делаю этого. Наша нить связи совсем истончилась, после того, как он поступил в универ. Новая ступень жизни, новые знакомые, на меня уже почти нет времени. На глупую маленькую Богдану, которая только и делает, что жалуется или бурчит. Пора мне уже взрослеть. Пора самой решать проблемы, а не бежать за советом каждый раз, когда начинается землетрясение.
Заваливаюсь с мишкой на подушку и закрываю глаза. Возвращаюсь на десять минут назад и делаю то, чем не занималась уже очень давно. Представляю, как все могло бы быть, если бы мир вдруг стал сказкой или любовным романом.

Ладони Кота на моих щеках. Его тихий шепот: «Лисенок, я люблю тебя. Я никому тебя не отдам. Я хочу, чтобы ты была моей девушкой, а не просто подругой». А после он целует меня. Скромно, нежно, медленно. И вот они бабочки в животе и гусенички по рукам и ногам. Его губы теплые и приятные, но никакого языка… Фу! Хотя… Если это будет Богдан, возможно, мне даже понравится. Крепкие объятия. Стук сердец в унисон.
О-о-о-о… Нет. Нет! Только не это. Круг замкнулся. Я снова вернулась туда, откуда начала. Пожалуйста, не надо. Я не хочу. Что мне теперь с этим делать?
Богдан не приходит в школу на следующий день. Сначала я принимаю этот момент с облегчением, но потом отчего-то начинаю волноваться. Судя по переписке с Кириллом, который сегодня решил посетить свою шарагу, они не вместе, а значит не прогуливают. И где тогда шарится Кот?
Во время шестого урока не выдерживаю и пишу ему сама, усмирив гордость. 
Богдана: «Привет. Ульянушка уже ядом брызжет из-за твоих прогулов. Где ты?».
Кот не отвечает, хоть и в сети. Обиделся? Да ладно? Он обиделся? Он?! Хочу уже долбануть телефон о парту, но от позорной смерти его спасает новое сообщение.
Кот: «Привет. Прости, что сразу не ответил, задремал под музыку. Я дома. Заболел. Ульянушке должна была мама позвонить.»
Мне становится стыдно за свою маленькую ложь. Я ведь просто искала повод, чтобы написать, и так прокололась. Нужно срочно сменить тему.
Богдана: «Что случилось? Как себя чувствуешь?»
Кот: «Ты хочешь узнать, как скоро я помру и оставлю тебя в покое?»
Богдана: «Ну да, я просто думала киллера нанять, но может удастся сэкономить пару тысяч долларов»
Богдана: «Кот, ты дурак? Я вообще-то переживаю за тебя *смайлик закатывающий глаза*»
Кот: «Я думал, ты на меня злишься и снова будешь игнорировать»
Богдана: «План был именно такой, но что-то пошло не так… Ты вечно все портишь. *смайлик улыбочка*»
Кот: «В этом я спец *смайлик в темных очках*»
Богдана: «Ага… Человек-косяк. Как ты умудрился заболеть?»
Кот: «Зима меня отымела. Температура тридцать девять, а в горле размножаются ежи».
Богдана: «Сто раз тебе говорила, застегивай куртку!!! Давай я забегу к тебе после школы, сделаю тебе шоколадного молока»
Кот: «Это ты его литрами пьешь, когда болеешь *смайлик с хитрой улыбочкой*»
Богдана: «Ты мне его литрами готовишь *смеющийся до слез смайлик*»
Не знаю с чего Кот взял, что я люблю шоколадное молоко, но он, правда, каждую мою простуду всегда готовит это варево и заставляет пить, приговаривая, что так я быстрее поправлюсь. И мне действительно становится легче, но не от молока, а от его внимания.  
Кот: «Спасибо за заботу, Лисенок, но лучше не надо. Заразишься еще. Я пару дней поваляюсь в постели и все пройдет»
Богдана: «Даю тебе два дня. Потом я накуплю горчичников и приду тебя лечить»
Кот: «Нет! Только не это! Я уже завтра буду здоров, как бык *смеющийся до слез смайлик*»
Кот: «Бо, прости меня за вчерашнее. Я был не прав. Мир?»
Улыбаюсь, глядя на экран. Уже набираю ответ, но меня перебивает еще одно сообщение. 
Кирилл Синьков: «Привет, Богдана. Знаю, что сейчас только начало недели, но… Какие у тебя планы на выходные? У меня день рождения и я очень хочу, чтобы ты пришла. Очень… *смайлик-ангелочек*»