Запятнанная корона

Как только Лорейн ушла, я направился к центру поля к Эштану, он стоял всё там же, где я его покинул, когда увидел Лорейн.

- Эй, не говори, что остановил наш бой только чтобы поговорить с подружкой?

Эштан не верил в дружбу между мужчиной и женщиной, он всегда считал, что такая дружба рано или поздно закончится постелью. Можно сказать, что судил он по себе - ведь любое его общение с женщиной не приводило к дружбе, оно всегда заканчивалось на рассвете. Иногда я совсем не понимаю, как мы подружились.

- Это всё было только чтобы ты передохнул и не сдулся быстро, а то будет слишком скучно, - с усмешкой парировал я, и постарался быстро сменить тему, потому что обсуждать Ло с ним у меня не было никакого желания.

Я поднял меч с земли и встал в стойку, показывая ему, что мы можем продолжить на том, где остановились. Он с улыбкой пожал плечами давая понять, что если я не хочу обсуждать то, что происходило сейчас между мной и Лорейн, он настаивать не будет, а затем принял такое же положение, как и я.

Эштан всегда нападал первым, и этот бой не стал исключением. За все годы тренировок с ним я выучил все его любимые комбинации. Чаще всего первой он использовал верхнюю атаку, в силу удара которой вкладывался максимально.

Его лицо вмиг из весёлого стало сосредоточенным, и я понял, что отвлекаться мне сейчас лучше не стоит. Он перенёс свой центр тяжести назад, чтобы появилось место для манёвра. Занеся руку с мечом он изо всех сил направил атаку в область головы. Чтобы отразить мне надо было всего лишь поставить верхний блок, но проблема была в том, что меч я должен держать безумно крепко.

Эштан всегда начинал таким ударом, ведь если противник меньше тебя ему понадобится вся сила чтобы отразить атаку. Не у каждого хватит сил чтобы продолжить сражение, мало кто мог сравниться с Эштаном. Он был одним из самых высоких и сильным в нашей группе, поэтому чаще тренировался со мной, ведь я ему по силе и комплекции никогда не уступал.

Так мы и продолжали наш спарринг: его действия были отточены годами, он всегда с усердием относился к обучению, старался довести любое действие до идеала. Его выпады были молниеносны, в них чувствовалась сила и уверенность. По большей части, благодаря своей скорости он больше атаковал чем защищался, но пора бы нам поменяться местами.

Но тут я почему-то вспомнил день моего знакомства с Лорейн. Это было так давно, что мне сейчас кажется, что я знаю её буквально всю жизнь. Это был первый год после того как я попал в академию, мне было двадцать, а она на два года младше меня.

В академию разрешено вступать с шестнадцати лет, а это значит, что любой мужчина после исполнения этого возраста мог решить, чем он хочет заниматься - пойти на службу или найти себе работу. Но никто и не запрещает пойти на службу и в двадцать лет, и в сорок. Но хочешь или нет, с осуждением уж точно столкнешься.

Я никогда не задумывался о том, чтобы стать рыцарем или гвардейцем, в моих планах было помогать семье. Отец погиб на войне ещё в ранних годах моей жизни, я совсем его не помню, поэтому основной моей целью было стать хорошим главой семьи, ухаживать за матерью и обзавестись собственной семьёй.

Но всё сложилось совсем не так как мне хотелось. Мама начала болеть, а ни один целитель не мог ей помочь, она просто постепенно забывала свою жизнь. И меня. И всё, что было ей дорого.

Последние два года были особенно тяжёлыми: мама путала меня с молодым отцом, когда они только начинали свою семейную жизнь (те, кто видел моего отца в молодости всегда говорили, что мы похожи как две капли воды), ей было тяжело ходить, поэтому она в основном лежала, и угасала на моих глазах.

В тот день когда её не стало, я сидел у кровати, что стояла у окна, я специально её туда перенёс, чтобы мама могла смотреть на свой маленький садик, который очень любила и постоянно за ним ухаживала. Я держал её за руку, она была такой холодной, но мне никак не удавалось её согреть. Смотря на неё тогда, я так сильно сдерживал слёзы, потому что не хотел, чтобы она видела меня таким.

Она улыбалась этому дню, он был такой солнечный и яркий, как и она когда-то. Она повернулась ко мне и вытерла большим пальцем правой руки слезу, которая всё-таки скатилась по лицу.

- Мой рыцарь, - последнее время мама всегда так называла меня, но это было не моё прозвище, она называла так только отца, - Спасибо, что всегда был рядом со мной.

Она покинула меня, когда мне было двадцать. Мою маму унесло с собой Забвение. И тогда я поставил для себя единственную цель - я сделаю всё чтобы стать рыцарем, и на этом пути меня ничего не остановит.

Так я оказался в академии, и тут же моя судьба переплелась с судьбой одной девушки. Первое время пребывания в академии меня в основном сторонились и избегали, поэтому в начале я очень много наблюдал. И случайно заметил её. Мы тогда ещё не были знакомы с Лорейн, поэтому просто изучали друг друга. Она очень часто приходила на тренировки, стояла в стороне и следила за всем процессом.

К тому дню, когда я осмелился подойти познакомиться, я уже очень многое разузнал о ней. В начале, я счёл её кем-то из королевской семьи - то как она держалась и разговаривала с другими явно говорила о королевском обучении. Но когда я узнал, что она не принадлежит королевской семье был очень удивлён, а мой интерес к этой девушке вырос до невероятных масштабов.

Поэтому я и хотел точно так же заинтересовать её в своей персоне, и для этого придумал целый план по привлечению внимания. Перед началом одного из боёв я подмигнул ей, чем очень сильно смутил девушку, но меня устравала любая её реакция на мои выходки. Во время другого боя я смотрел только на неё, чем сильно взбесил Арчи, который принял это на свой счёт - ведь, по его мнению, как такого сильного противника можно не замечать во время боя, самомнение этого парня иногда готово было улететь к облакам. После ещё одной победы в поединке, я положил руку на сердце и с лёгкой улыбкой слегка поклонился ей, давая понять, что эта победа была посвящена ей - что привело к моей любимой реакции - она настолько смутилась, что даже отвернулась от меня, тогда я долго не мог прекратить смеяться.

Когда после одного из выигранных поединков я подошёл к ней, её глаза просто сияли любопытством. Её волосы, собранные в высокий хвост на затылке, были темно русыми, но при ярком солнце немного отливали каштановыми нотками, передние пряди были выпущены и их постоянно хотелось заправить за ухо, чтобы они не мешали ей. Голубые глаза испытывающе смотрели на меня, ожидая дальнейших действий.

- Солярис Ильакос, - я протянул ей руку, как обычно делал при знакомстве с другими.

Она взглянула на мою ладонь и подняла взгляд на меня.

- Я знаю кто ты, - эти слова вызвали во мне улыбку, ведь план сработал - я привлёк её внимание.

Она снова посмотрела на мою протянутую руку и вложила туда свою. Её рука была меньше моей и казалась очень хрупкой, поэтому я старался быть аккуратным с ней.

- Моё имя Лорейн Клемен, - она произнесла своё имя тише, чем то, что говорила ранее и на какое-то время отвела взгляд.

Чтобы вновь привлечь её внимание я заговорил с ней дальше:

- Я очень рад познакомиться с тобой, принцесса, - она перевела на меня недовольный взгляд возможно приняв последнее слово за оскорбление. Тогда я и заметил, что её глаза не чисто голубого цвета - возле значка они были немного карими.

- Я не принцесса, - воскликнула девушка, - и не из королевской семьи. Поэтому не надо передо мной так стелиться, я не помогу тебе взобраться по твоей служебной лестнице! - она резко вырвала свою ладонь из моей и направилась от меня прочь.

Догнать её не составило труда, она была меньше меня ростом, но шагала быстро. Обогнав я встал перед ней и выставил ладони вперёд пытаясь остановить её.

- Стой-стой. Я знаю кто ты, - я вернул ей её фразу, которую она сказала ранее. - Я просто хотел познакомиться, тут не так много ребят моего возраста или хотя бы немного младше. Прости, если обидел тебя...

Из воспоминаний меня выбил Эштан, выбил в прямом смысле этого слова. Я упал на землю из-за того, что задумался, а он в это время сделал подсечку. Острие его меча оказалось у моего горла на пару секунд, затем он убрал его и протянул руку, чтобы было проще подняться.

- А я говорил, что сделаю тебя, - довольно проговорил Эштан, он улыбался так жизнерадостно, что даже я не смог сдержать улыбки.

Эштан обладал довольно интересной внешностью, завораживающей я бы даже сказал, что позволяло ему пользоваться популярностью у девушек - тёмная кожа, карие глаза и почти чёрные волосы, которые он часто заплетал, сейчас были собраны маленькими косичками по всей голове.

- Но сегодня было как-то просто, тебя что-то беспокоит? - видимо от друга не ускользнул тот факт, что в какой-то момент я погрузился в свои мысли. Не смотря на то, каким иногда легкомысленным бывает Эштан, о своих друзьях он заботится.

- Не бери в голову, я просто задумался. Там ничего важного, - отмахнулся я.

- А у этой «ничего» есть имя? - с ухмылкой спросил он.

Я пихнул друга в плечо, и он рассмеялся, прекрасно поняв, что со своими домыслами не ошибся.

Услышав его смех к нам подошёл тренер Гаррет Стоун:

- Вижу вы уже закончили. Амаре, сегодня очень хорошо, наконец-то отточил технику и скорость, а ещё и не ведешь себя как какой-то шут, поздравляю, - обратился он к Эштану и похлопал ладонью по его плечу, это явно было одобрение.

Затем дал немного замечаний Эштану, что доработать и на что ещё стоит обратить внимание. Ну а теперь его внимание было полностью сосредоточено на мне:

- Сегодня я немного разочарован тобой, Ильакос. Начал так хорошо, а под конец, что устроил? Ты же понимаешь, что будь это не тренировочный бой, ты был бы уже мёртв?! - он потёр переносицу большим и указательным пальцем, а потом устремив на меня хмурый взгляд продолжил отчитывать. - Больше концентрации и следи за своим противником, тем более, когда так скоро отборочный турнир.

- Я вас понял тренер, впредь буду избегать этих ошибок, - ну а что ещё я мог ему ответить? Я и сам прекрасно понимаю, что отвлёкся.

- Ладно ребята, на сегодня вы свободны, дальше ваше личное время и можете распоряжаться им как хотите, - тренер похлопал нас обоих по плечу и направился следить за другими кадетами.

Вместе с Эштаном мы направились к домикам. Все кадеты в основном жили в небольших постройках, похожие на дома жителей в деревнях, только очень маленькие, в таких домах могло жить до 6 человек. Со временем постройки делали больше и выше, чтобы вместить больше кадетов, в таких могло поместиться до 20 кадетов.

Наш дом был маленький: он включал две комнаты для сна, в каждой по три кровати, купальню, небольшую комнату с диванчиками, где можно было посидеть с соседями и пообщаться перед сном.

Ещё на первом году обучения у меня были другие соседи. Я был самым старшим кадетом в тот год, и, само собой, это принесло небольшие сложности. Меня сторонились и избегали общения, даже соседи по комнате, многих смущала разница в возрасте, хотя я был всего на 4 года старше. Зато это дало мне очень много времени для развития и укрепления своего тела, всё своё время я посвящал тренировкам.

На втором году обучения я познакомился с Эштаном и Финном, они тогда только стали кадетами. Тренер тогда заметил это и поспособствовал тому, чтобы нас поселили вместе, за это я ему благодарен до сих пор.

Зайдя в комнату, я сел на кровать, а Эштан со вздохом плюхнулся на свою. Комната хоть и была небольшой, но уютной и обжитой. Уголок Финна был очень аккуратный: кровать заправлена клетчатым серым покрывалом, а на прикроватной тумбочке рядом со свечой лежала стопка книг, он постоянно что-то изучал в них. Эштан лежал на бордовом покрывале, которое привёз с собой из дома, и, если я не ошибаюсь, его ему сделала мама. Он хоть и не признается в этом, но очень скучает по родным.

Сам же я сидел на темно-зелёном покрывале, что очень напоминало лес возле родного дома. На подоконнике у нас стоял горшок с фиалками, я привёз семена этих цветов из домашнего сада, и я рад, что ребята были не против такого оживления в комнате.

От погружения в воспоминания меня прервал Эштан - он встал с кровати, подошёл к шкафу и начал куда-то собираться.

- Планируешь как-то интересно вечер провести? - поинтересовался я у него.

Он оторвался от своих мук выбора и повернулся ко мне:

- Сегодня после заката планировалась музыка у главного костра. А если есть музыка, - он улыбнулся и поиграл бровями, - то есть и девочки.

Я не смог сдержать своего смеха, и он разнёсся по всей комнате. За это время Эштан успел переодеться: его выбор пал на светлую и лёгкую рубашку, что очень хорошо подчёркивало цвет его кожи. Заправив её в брюки, он решил расстегнуть ещё пару верхних пуговиц.

- Пойдешь со мной? - спросил он, как бы невзначай.

- Нет, спасибо, у меня своя вечерняя рутина.

На самом деле мне просто нечего было там делать - я не мог назвать себя любителем шумных компаний и каждый раз, когда посещал такие посиделки у костра, не знал, как лучше всего себя вести.

- Тебе не надоедает каждый вечер бегать по этому лесу? Это же скучно.

Повернувшись ко мне, он оперся на дверь шкафа и уставился на меня. Он определённо ждал от меня ответа. Когда-то он даже вызвался пару вечеров составить мне компанию на пробежке, но довольно быстро отказался - он рассчитывал, что я буду больше болтать с ним, а я предпочитал бегать молча.

- Зато хорошо помогает сбросить напряжение, - и обдумать всё что волнует, добавляю я про себя.

- А знаешь, что ещё помогает снять напряжения? - он начинает хитро улыбаться и я уже готов предугадать продолжение его ответа, - Секс, подумай об этом, когда будешь по этому лесу бегать.

Я был уже готов запустить в него чем-нибудь, но он смеясь выбегает из комнаты. И я остаюсь один. Я решаю не откладывать пробежку, всё равно занять себя не чем.

Переодевшись в более свободную одежду, я выхожу на улицу и начинаю свой привычный маршрут. Начинается он с того, что я оббегаю наше маленькое поселение вокруг, двигаясь к тренировочному полю, затем вокруг него и в сторону замка, вдоль восточной стороны, и назад к домикам. При медленном беге у меня уходит почти два часа на этот путь, а если приложить больше сил чуть больше часа.

С каждым шагом отдаляясь от поселения я отдалял от себя и музыку со смехом, исходившей от ребят у костра. В конце концом я остался один в тишине леса, но эта тишина была приятной, она принесла мне спокойствие.

Шаг за шагом я двигался своей привычной тропинкой: я старался в первую очередь контролировать своё дыхание, нужно было постоянно следить за тем чтобы оно было ровным и размеренным, затем прочувствовать мышцы в ногах (не хватало ещё на утро проснуться с растяжением каких-то связок). Старался прочувствовать как кровь циркулирует по телу, и не учащается ли пульс.

Как только бег становится почти автоматическим я перестаю следить за телом, а мысли приводят меня к Лорейн и её просьбе. Когда-то ещё давно я случайно узнал, что она приходит к тренировочному полю только чтобы следить за нашей техникой и потом самостоятельно повторять её. Это конечно вызвало у меня восхищение, но и какую-то обиду, что она просто не попросила меня заниматься с ней. И вот она попросила, а я не знаю, как быть.

Но то как она просила меня заниматься с ней было слегка странным, она как будто умолчала о чём-то важном, и пока я не узнаю, что это, не могу быть уверенным как правильно будет поступить.

Но если так подумать, тренировать Лорейн может быть полезно и для меня. Она как новый противник, которого я совершенно не знаю. А если сократить немного сон, можно заниматься с ней после рассвета, а там отправляться на общие тренировки. Надо только подобрать какое-то место не сильно приметное, а то не уверен, что принц Каллиас будет в восторге если узнает о просьбе Лорейн. А пока от него не последовало прямого приказа, которому я не смогу не подчиниться, я могу тренировать её в тайне от всех. Остаётся надеяться, что это не приведёт ни к чему плохому.

Пробегая возле замка, я попросил одну из служанок отнести в комнату к Лорейн конверт с запиской. Служанка смотрела на меня с не скрываемым любопытством пока я писал послание, явно придумывая множество вариантов что же там написано. Могу поспорить, что она будет считать, что это любовное письмо, но уж пусть лучше думает так, чем знает правду.

Возвращаясь к себе меня не покидало чувство тревоги. Такое бывало не часто, а значит впереди я явно буду разбираться с последствиями своего решения.