Пианист

— А где Катрин?

— Ещё не возвращалась… — тихо сказала Дейзи, глядя на меня. — Её долго нет, да? У нас проблемы?

— Что? — я глянул на девочку и постарался выдавить подобие улыбки. — Нет-нет, все хорошо. Я пойду проверю её, ладно? Посиди ещё чуть-чуть и совсем скоро мы поедем домой.

— Хорошо… — тихо проговорила она, отворачиваясь в окно.

Шёл дождь. Снова. Я пошёл в сторону, куда ушла Каролина.

— Кар… Катрин! — я постучал в дверь, но в ответ получил лишь гнетущую тишину. — Катрин, все в порядке? — моя рука легла на ручку, но я все ещё не решался открыть. — Эй… — я был обеспокоен и потому все же решился повернуть ручку.

По сути, дверь должна была быть заперта. Однако, дверь с лёгкостью отворилась. Никого. Я прошёл внутрь, но её нигде не было.

— Как же…

Что это значило?

Выйдя из туалета, я озадаченно оглянулся. Куда она могла уйти? Быть может, её кто-то забрал? Разоблачил, узнал, кто-то из собак этого Акэля?

Я в растерянности побежал к машине.

— Дейзи.

— Сэр Лиам, у нас проблемы?

— Нет-нет-нет, Дейзи… Мне нужно отыскать Катрин, сможешь посидеть ещё немного?

Она грустно глядела на меня.

— Я могу помочь поискать. Я люблю детективы. — тихо продолжала девочка.

Я покачал головой.

— Прости. Посиди здесь, ладно? Никуда не уходи, я пришлю к тебе Джорджи. Хорошо?

— Мгм. — Дейзи снова отвернулась в другую сторону.

Мой шаг сменился на лёгкий бег, зайдя в здание я не обнаружил самого Джорджи, только его друга.

— Простите, сэр. — проговорил Мишель. — Я видел, как он поднимался к себе после вашей встречи, но… Понимаете, полно работы и отвлекаться не очень хочется.

— Понимаю, хорошо. Я хотел попросить его посидеть с малышкой Дейзи, она совсем одна в машине. Эм… Проверю его наверху.

Парень кивнул и проводил меня взглядом до самой лестницы.

Следуя чётким указаниям Мишеля, я нашёл комнату Джорджи.

— Джордж? Ты там? — я постучал в дверь, а затем прислушался. Тишина. Такая же звенящая и не сулящая ничего хорошего. — Я вхожу. — после этих слов я открыл дверь.

— Джордж? — закрыв за собой дверь, я прошёл подальше. — Ты здесь?

— Лиа…ммм!

Я резко обернулся и замер. Возле окна… Возле окна на коленях стоял Джорджи, а за его спиной, направляя пистолет прямо в затылок, молча стояла Каролина.

— Что… Что происходит?

— О, Лиам. Дорогой Лиам… — тихо проговорила она. — Мне так жаль… Но у меня не было выбора.

— О чем ты? Опусти пистолет. Джорджи, Господи…

Парень стоял на коленях и плакал.

— Лиам… — тихо сказал он. — Просто… Уходите…

Я снова перевёл взгляд на девушку. Она смотрела на меня, словно в пустоту.

— З… Зачем? — тихо спросил я. — Зачем, у нас ведь почти получилось, Каролина. Ты могла бы жить дальше, как раньше.

— Нет. — твёрдо сказала Каролина. — Это план Акэля. Он задумывал это уже очень давно, Лиам. Он просчитал каждый шаг.

— Но почему ты?..

— Я люблю его, Лиам. И он знал, что моя верность настолько крепка, что я готова на все, во имя нашей любви.

— Нет… Нет, я не могу поверить. Ты…

Я возненавидел себя навсегда. Из-за моей оплошности, из-за доверчивости и глупых мыслях о прошедшей любви… Сейчас мой лучший друг, младший брат… Сейчас он стоял на коленях и плакал, умоляя Бога о хорошем исходе.

Маленькая Дейзи сидела в машине совсем одна. Меня радовало только то, что она не могла увидеть всего этого ужаса.

Моё сердце разбилось, как когда-то давным-давно. Я… Я все испортил.

— И в чем… В чем состоял ваш план? — сквозь слезы я глядел на эту незнакомку. Кто она? И кем оказался я?..

— Изначально он собирался убить всех твоих любимых людей. Однако же, все разъехались. Тогда у нас появился новый план. Мы поняли, как дорог тебе стал тот детский дом и Акэль отправил меня на место Лилит. В прочем, это было необходимостью, поскольку наш человек перестал выходить на связь.

— Ваш человек?

— Да. Тот, что рассказывал нам обо всем, что происходит в вашей проклятой деревне. — хмыкнув, она продолжила. — Этот старик умер от какой-то болезни.

— Старик…

— Угу.

— Так и в чем план?

— Убить тебя.

— Тогда почему на месте Джорджи сейчас не я?

— Застрелить тебя было бы слишком просто. Ты бы не мучился, не сожалел, просто отправился бы на тот свет. Сейчас же, твоему другу грозит опасность. Твоя девушка откажется от тебя, поскольку она получит письмо о том, что у тебя появилась другая. И, думаю, она точно поверит.

Девушка кивнула, а затем повела плечом.

— И ещё… Твой дом, детский дом, к которому ты так привязался, сгорит дотла. Вместе с этими маленькими милыми детишками. И ты, узнав это сейчас, не успеешь их спасти. Поэтому будешь винить себя до конца жизни. Поэтому ты умрёшь. Внутри. Но признайся, Лиам… Ты ведь всегда знал, что все вокруг страдают именно из-за тебя?

— Это не так, Лиам, не слушай её!

Я молча смотрел на девушку. Она была права. Если бы не я, эти люди жили бы спокойно. Маленькие дети сейчас не погибли бы в огне…

— Вот видишь, Лиам, ты согласен со мной. Ты ненавидишь весь мир из-за меня, но разве они виноваты? Почему ты ещё не оградился от них? Почему ты все ещё мучаешь их?

— Лиам, нет! Всё не так, Лиам!

— Я прошу, отпусти его. Я уйду, хочешь? Я уйду, я могу умереть, только прошу… Оставь Джорджи. Пожалуйста.

— Я не могу, Лиам. — она взяла пистолет второй рукой.

— Стой! Прошу тебя, остановись, Каролина!

Её отвлекла дверь, однако пистолет она не убрала.

— Сэр?.. Дяденька… Лиам?

— Дейзи?

Мишель подвинул девочку рукой назад, а сам нахмурился.

— Джорджи.

— Мишель?.. Уходите, пожалуйста.

— Теперь они свидетели. Придётся потрудиться… — тихо проговорила девушка. — Проходите, не стесняйтесь.

— Господи…

Они вошли внутрь, остановившись сбоку между мной и Джорджем с Каролиной.

Каролина смотрела на пистолет в руках и молчала. Я смотрел на Дейзи, такую маленькую, прикрытую спиной незнакомца. И что я наделал? Что я наделал… Все они сейчас могут погибнуть. Из-за меня. Мне так жаль. Так жаль…

— Не позволю! — вдруг выкрикнула девочка и побежала ко мне.

— Дейзи! — крикнули хором я и Мишель.

— Нет! — она побежала ко мне и обняла. Обняла так, что казалось, будто бы её сила могла укрыть нас от этого сумасшествия.

— Дейзи… О, милая… — я присел на корточки и обнял её. — Прости меня. Прости.

— Я не дам вас в обиду, сэр дяденька Лиам.

— Прости меня.

— Сэр… — она шептала мне на ушко, вытирая щеки о моё плечо. — Вы ведь храбрый рыцарь, сэр. Вы сможете… Мы сможем.

Я погладил её по спине, глядя на Каролину.

Девушка не сдвинулась, и даже не отвела взгляд. Она все так же молча смотрела на пистолет, и только спустя немного времени подняла на меня глаза. Глаза, полные сожаления, безмерной тоски и ужаса. Девушка посмотрела на Мишеля, на Джорджи, на Дейзи. И снова на меня.

Я поднялся и опустил глаза на её руки. Они дрожали, отчего создавалось впечатление, что она вот-вот выстрелит в парня. Но… Медленно, будто бы вокруг время замедлилось, её руки стали подниматься.

Мы все смотрели на неё совершенно не понимая, что происходит. Она сняла предохранитель, и её руки остановились возле лица.

— Простите меня. — по ее щекам побежали солёные ручьи. — Прости, Лиам…- снова еле слышно проговорила она и направила пистолет на себя.

— Каролина! — выкрикнул я.

Все произошло мгновенно.

Пушка во рту, выстрел. Падение.

Я подбежал к девушке. Конечно, от такого выстрела она бы не выжила, но я надеялся. Я надеялся услышать её, почувствовать дыхание.

— Каролина, прошу тебя, Каролина… — я аккуратно приподнял тело и обнял.

— Лиам… Её не спасти… — тихо сказал Мишель, развязывая руки Джорджи.

— Н-нет… Пожалуйста… — я плакал, умоляя её проснуться.

— Лиам, нам нужно спешить. Прошу тебя. — рядом со мной присел Джорджи и положил руку мне на плечо. — Пойдём. Помнишь, что она сказала?

— Дом… Дети! Детский дом! — я словно очнулся и поглядел на парня.

— Вставай. Нам нужно им помочь. Мы можем успеть.

Мы быстро сели в машину. Джорджи за руль, Мишель сзади вместе с девочкой. Я молча глядел в окно и сердце моё разрывалось. Каролина умерла. Её больше нет. Дом горит. Как… Как я мог такое допустить?

— Эй… — тихо проговорил Джорджи, поглядывая на меня. — Ты не виноват.

На его слова я никак не отреагировал.

Дорога казалась мучительно долгой, мы ехали в полной тишине.

— Что будет, когда найдут тело? — продолжая смотреть в окно, спросил я.

— Я улажу этот вопрос. — голос Мишеля был твёрдым.

Я обернулся на него, а затем посмотрел на Джорджа.

— У Мишеля есть свои связи. Не волнуйся об этом, братец.

Братец. Так он назвал меня после того, что я наделал?

Наконец дорога была позади, но самое страшное уже поджидало нас…

— Скорее! — кричали люди, пытаясь потушить пожар. Мы побежали к дому.

Страх. Ужас. Сожаление. Запах гари ударил в нос, а перед глазами возникло воистину адское зрелище. Всё здание детского дома горело. Полыхало жарким, жадным огнём… Ему все не хватало того, что он уже забрал, и он забирал ещё и ещё.

— Черт! Вы уже вызвали пожарных? — Джорджи подошёл к местным.

— Конечно, но… — их голоса раздавались эхом.

Сейчас до меня доносились крики детей из того пекла.

Из окна верхнего этажа высунулась Маргарет, держа малыша на руках. Оттуда же показались ещё несколько детей.

Люди быстро спохватились и соорудили подушку с помощью одеяла. Одни натягивали его, другие помогали малышам оттуда выбираться.

— Есть ещё?

Маргарет что-то невнятно прокричала, а затем обернулась и через пару секунд исчезла.

— Да! Ещё пару детей!

— Скорее!

Маргарет снова исчезла, а затем появилась с тремя ребятами.

— Ну же! — кричал здоровяк, указывая им жестами прыгать.

Я поднял взгляд чуть выше… Огромная деревянная балка догорала с одной стороны и готовилась упасть.

— Нет! Скорее, Маргарет! Прыгайте! — кричал Джордж.

Женщина проследила за его взглядом и последнее, что она успела сделать, это посмотреть наверх. Огненная древесина, падая, послужила цепной реакцией… Дом стал валиться. И вот, Маргарет и двоих детей уже не видно. Один только мальчик успел вынырнуть быстрее, чем упала балка.

— Нет… — я закрыл рот рукой, задыхаясь от запаха гари, но больше от своих душащих слез. — Нет! — я сорвался с места и побежал к дому, но меня останов ил Джордж.

— Постой же, Лиам! Постой!

— Нужно спасти их, нужно их спасти, Джорджи… Прошу тебя… — я упал на колени, парень опустился рядом со мной и обнял.

— Тише, Лиам. Тише…

— Нужно им… — я задыхался, бесконечно рыдая, — по… Помочь…

Джорджи молча гладил меня по спине и я, закрыв глаза, зарыдал пуще прежнего, иногда крича и замолкая, чтобы набрать воздуха.

Всё сгорело. Вместе с домом, вместе с детьми и Маргарет, сгорел и я.