Пианист

Пожар потушили к утру. Благо, он не разгорелся дальше, но от детского дома почти ничего не осталось. Сейчас Дейзи и остальные дети сидели под нашим присмотром. Дом, в котором мы с Джорджи жили, обычно пустовал, поэтому места должно было хватить на всех.

«Проводка разгорелась, сэр.» — до сих пор в моей голове доносился голос пожарного. Проводка… Они продумали все?

— Нужно подумать, что делать с детьми. Есть предложения?

— А в этом доме что?

Я молча смотрел в окно, обрывками вникая в разговор Мишеля и Джорджа.

Я должен был избежать этого, должен был. Погибли дети, Маргарет… И все это по моей вине. Разве люди заслужили нести на себе мои грехи? И были ли грехи?

— Лиам? — лёгкая ладонь упала мне на плечо. Я отвёл взгляд от окна, в котором разглядывал остатки горелого дома.

— М?

— Послушай… Нам сейчас нужно придумать, что делать с детьми. Я понимаю, тяжело. Но мы должны помочь тем, кто остался. Ты ведь знаешь.

Я снова посмотрел в окно. Как же… Как же я ненавижу эту жизнь. Как же я ненавижу себя.

Месяц назад.

— И после, мы с Николь отправимся в кругосветное путешествие. — звучал гордый басистый голос Авраама.

Я сидел в привычном кресле с газетой в руках, в то время как Джорджи и остальные попивали чай и мирно разговаривали.

— Значит, путешествие?

— Да! А потом… Выберем себе местечко поуютнее и купим дом.

— Купим дом! — восторженно повторил Николь. — Заведём собаку, желательно трех…

— Ну конечно, и куда мы денем трех собак, Ник?

— О, только не говори, что ты не хочешь заводить собаку?! — Николь театрально отодвинулся от возлюбленного и хмыкнул.

— Ох, Николь… Хорошо, собака будет.

— Да! Правда?! Обещаешь, да? — парень снова придвинулся к Аврааму и обхватил его руку.

— Да. Да… Если тебе так хочется, то будет и собака. Главное, чтобы ты был счастлив. — Авраам нежно приобнял парнишку и мягко улыбнулся. Николь же положил свою голову на плечо и прикрыл глаза.

Джорджи вздохнул и задумчиво откинулся на спинку своего кресла.

— А может мне тоже рвануть в кругосветку? — вдруг выдал он, глядя в потолок.

Я перевёл взгляд на друга.

— Кругосветку? Ты?

Джорджи мечтательно улыбнулся.

— А что, хорошая идея. Возьмём тебя с собой, найдёшь себе кого нибудь интересного. Горячего мексиканца, например. — Николь рассмеялся, а Авраам озадаченно на него глянул.

— А может ему больше по душе скромные японки? Или симпатичные француженки?

— Ты! Тебе что, нравятся француженки? — Николь толкнул любимого в плечо и нахмурился.

— Мм, предпочитаю шотландок. — он лукаво улыбнулся, глядя на парня.

Николь был родом из Шотландии, так что Авраам абсолютно точно сделал… Комплимент?

— Я знаю, глупый. — Николь закатал глаза и снова прилёг на плечо. — Так что ты, Джорджи, думай, мы будем только за, если ты будешь с нами.

Честно говоря, я не хотел бы, чтобы мой друг уезжал. Мне кажется, жизнь без него совершенно пуста и блекла.

— Я подумаю, друзья. Подумаю. — так же мечтательно глядя в потолок, говорил Джордж.

— А ты как, Лиам?

— О, нет-нет, спасибо. Я уже нашёл свой дом. — я легонько улыбнулся и убрал газету.

Это мой дом. Здесь мои друзья, моя Лилит. Здесь тихо… Я знаю, что если мне нужна будет помощь — они придут. И если им нужна будет помощь… Я тоже помогу. Я сделаю все возможное, чтобы эти люди были счастливы. Я сделаю все.

Настоящее время.

— Заснул?

Я открыл глаза. На диване сидел Джорджи.

— А где… Мишель?

— Ушёл в другую комнату. Мы уложили детей. Дом спит.

Я медленно кивнул, снова глянув в окно.

— Как ты?

— Терпимо.

— Ты несколько часов смотрел в окно, а затем закрыл глаза. Ты снова был в своих мыслях, Лиам?

Мой взгляд устремился в пол.

— Прошу… Ты сейчас нужен здесь, Лиам. Здесь. Оставь прошлое и вернись к нам. Мы всё… Всё починим. Всё будет как прежде, друг.

— Ничего не будет как прежде, Джорджи. Уже ничего.

— Лиам…

— Вы решили что делать с детьми?

— Пока нет. Но мы думаем, что через пару дней из Лондона приедут и отвезут детей в другое место.

— В другое место…

— Дейзи спрашивала про тебя. Говорит, видела, как ты можешь расстроиться.

Я невольно улыбнулся.

— Она уже спит?

— Угу.

Я снова кивнул.

— Что ж, если Лондон поможет, будет очень хорошо. Возможно там дети найдут свой дом.

— Может быть, Лиам, может быть. — тихо проговорил Джордж.

— Лилит?

— Никаких вестей.

— Надо подумать, как восстановить дом…

— Мы подумаем об этом, Лиам. Но сейчас тебе пора спать. Нам всем нужно отдохнуть.

Я лёг на кровать и посмотрел на Джорджа, стоящего возле меня.

— Джорджи…

— Не вини себя, Лиам. Ты делал то, что считал нужным. И это было благородно. Ты… Ты молодец, слышишь? Все будет хорошо. — он подошёл, накрывая меня пушистым одеялом. — Всё будет хорошо. — тихо повторил парень, поправляя скомканные части.

— Спасибо. — едва слышно выдавил я из себя и закрыл глаза.

— Доброй ночи, мой дорогой друг. — он погасил свет, и дверь закрылась. Я открыл глаза и уставился в потолок.

Свет луны проникал через окно, создавая на стенах и потолке узоры. Тишина. И вот закрылась соседняя дверь. Теперь весь дом спал. Все, кроме меня. Сон совсем ко мне не шёл, хотя усталость была невыносимо тяжёлой. Все это казалось миражем, ложью, сном. Кошмаром. Самым ужасным кошмаром. Сложно было поверить во все то, что произошло. Бесконечный поток мыслей вёл меня в незабываемое и весьма странное приключение. Воспоминания то и дело вспыхивали и угасали, люди растворялись и постепенно мысли стали несвязными и рассеянными. Наконец веки, будто не выдержав тяжёлый груз, закрылись.