Пианист

Мы направлялись к детскому дому, чтобы помочь местным, а заодно попытаться найти документы, если они остались.

— Я пойду поищу вон там. — Джорджи указал рукой в сторону, где когда-то были кабинеты.

Я кивнул.

— Думаю, на втором этаже что-то должно быть. Там был архив. — здоровый мужик стоял рядом с нами и мы все подняли голову к окнам второго этажа.

— Мгх. — я аккуратно вошёл в детский дом и посмотрел на разрушенную лестницу.

— О, нет, Лиам. — Джорджи заглянул внутрь. — Там не забраться.

— Вполне возможно.

— Что? Лиам… Ты ведь не собираешься?.. Это дело можно оставить профессионалам. Пойдём.

— Джорджи. — я обернулся на него с совершенно невозмутимым видом. — Всё в порядке, я справлюсь.

Джорджи молча смотрел на меня, а затем вздохнул.

— Что ж… Я буду недалеко. Если нужна будет помощь…

— Хорошо. — и я развернулся к лестнице.

Особого доверия она, конечно, не внушала. Здание было полуразваленным, сырым, поэтому любое лишнее движение могло привести к обрушению.

Я аккуратно поднимался по ступеням, сначала наступал слегка, проверяя на прочность, а затем уже, едва дыша, поднимался. И оказался на втором этаже. Верхние этажи пострадали больше, чем первые два нижних, поэтому я особо не напрягался. Ну, почти.

Тяжело. Тяжело смотреть на все это. Я шёл по коридору, иногда заглядывая в комнаты и наткнулся на комнату моей девочки, Дейзи.

Войдя, ничего интересного я там, конечно, не обнаружил. Разбросанные вещи, игрушки, пару книжек. Я подумал, что хорошей идеей было выглянуть в окно, и совершенно так и сделал. Внизу стоял Джорджи рядом с тем самым здоровым мужиком и нервно прикусывал палец.

Дорогой Джорджи… Неужели ты действительно так сильно переживаешь за меня? Разве я… Разве я заслужил такого друга, как ты?

Мужик поднял голову, а затем ткнул в плечо моего друга. Джордж посмотрел на меня и облегчённо улыбнулся. Я улыбнулся в ответ и махнул рукой, а затем продолжил осматривать комнату. В углу стояла кровать Дейзи и полка. А на полу лежал её плюшевый медведь.

— О, маленький плюшевый Бенни? — подойдя, я присел на корточки и взял в руки медведя. — Бедняга… — немного оттряхнув медведя, я взял его в подмышку и хотел было встать, но моё внимание привлекло что-то под кроватью Дейзи. — Хм?

Да, там было грязно и сыро, но я все же протянул руку и достал оттуда… Пару грязных носков и фантиков от конфет.

— А, что ж. Мм?

Чуть выше, где была застежка на матрасе, торчала какая-то ниточка. Или не ниточка? Ленточка? Ленточка… В матрасе?

Я тут же попытался открыть замок, но он не поддавался. Всё же моё любопытство не давало мне спокойно уйти, и поэтому я, потратив драгоценное время, все же открыл застежку. На матрасе ничего, но вот под ним… Под ним лежала какая-то тетрадь или небольшая книга?

— Это ещё что?..

Маленькая розовая тетрадь, в каких-то блестках. Похожа на альбом, или что это? Я открыл первую страницу. Немного потекшие чернила гласили «Дейзи Розамунд Уиллсон».

— Дневник? Или… Какая-то обычная рабочая тетрадь?

На следующей странице буквы были меньше и неразборчивее, а от влаги стали совсем непонятными.

Я перелистнул ещё пару страниц и на одной странице была фотография.

— Дейзи, Маргарет, Лилит… и… К… — разглядел фотографию, я замер. — Каролина… Каролина?! Что она делала… Что… Что это значит?!

Стал вглядываться в записи.

— Подождите…

Год. Был указан год. И фотография эта была сделана пять лет назад. Пять лет назад. Как такое возможно? Откуда там могла быть Каролина???

Следующие несколько минут я пытался прийти в чувства. Стало тяжело дышать и я совсем не понимал, что происходит. Но пока я не смог бы понять, что конкретно написано дальше и не мог узнать, как была сделана эта фотография. Спустя некоторое время я все же смог успокоиться. Эту тетрадь я решил взять с собой, чтобы потом прочесть, что же все это могло значить. А пока, прихватив тетрадь и медведя, я направился в архив.

Наступил уже вечер и мы с Джорджем сидели возле дома и отдыхали.

Я достал все, что нашёл в архиве. Эти бумаги нужно будет отдать тем, кто заберёт детей.

— Мы сегодня много сделали, Лиам. Как ты?

— Я в норме… Я в норме, Джорджи. А ты?

— Честно говоря, немного… — он запнулся. — Я в порядке, Лиам. Мы с тобой сегодня молодцы, а? — он, улыбаясь, встал со скамейки.

— Да, пожалуй ты прав. — я слегка улыбнулся, глядя на друга.

— Слушай, Авраам и Николь предложили отдохнуть. Хочешь с нами? Посидим в пабе, отдохнём?

— О, нет, что ты…

— Да брось, Лиам. Мы так давно не проводили время вместе, как обычные друзья. Ты постоянно в делах, а я то и дело остаюсь в Лондоне…

Я поднял на него взгляд. Джорджи… Обычно такой весёлый в последнее время, вдруг показался мне довольно опечаленным и мрачным.

— Джорджи, что такое?

— Я… Мне… — он посмотрел в сторону, а затем на меня и опустил взгляд. — Мне кажется, что мы в последнее время… Отдалялись друг от друга. Эта общая проблема сейчас, несомненно, нас сближает, но… Я… Я хотел бы… — он опустил голову ещё сильнее.

В этом был весь Джордж. Он хотел говорить о своих чувствах и переживаниях, но так сильно стыдился, что всегда скрывал свое лицо, когда начинал говорить о чем-то личном, откровенном.

— Джорджи.

Он медленно и нерешительно поднял на меня голову. Я смотрел на него не как на лучшего спутника или друга, а как на родного младшего брата. Я смотрел на него со всей любовью и теплотой, которую чувствовал.

И тогда в его взгляде что-то переменилось. Джорджи глубоко вдохнул и затем, выдохнув, его взгляд стал чуть решительнее. Он не опустил взгляда, когда снова заговорил.

— Я хочу, чтобы мы сближались не из-за общих проблем, а просто потому, что мы друзья, Лиам. Я хочу проводить с тобой время не за раскопками обломков, а за чашкой чая или чего нибудь покрепче. — спокойным, ровным голосом, не запинаясь, произнёс парень.

Я встал с места.

— Что ж, тогда, полагаю… Ты сходишь за детьми, а я пока приведу себя в порядок. От меня ужасно пахнет гарью и сыростью.

Джорджи приподнял брови, а затем мягко улыбнулся. Я едва заметно улыбнулся ему в ответ.

— Ну давай, дети сами себя не приведут, Джорджи. — я махнул стопкой бумаг на него и парень хмыкнул.

— Так ты специально это сказал, чтобы за ними не идти, а пойти отдохнуть. Я понял.

— Я настолько лёгок и предсказуем?

Джорджи рассмеялся и пошёл в сторону парка.

— Надеюсь ты будешь готов, когда я вернусь! — парень скрылся где-то на тропинке.

— Обязательно, мой друг. Обязательно. — тихо проговорил я, глядя ему вслед.

Я действительно любил Джорджи, как брата, как друга. Как человека. Он всегда был со мной, несмотря ни на что. Виноват я, или не я, он в любом случае оставался рядом. Такого друга, наверное, желал бы каждый…

Спустя какое-то время я уже был готов, а еще я постирал медведя Бенни и поставил сушиться. Завтра я отдам его Дейзи.

— Мы пришли за тобой, Лиам! — Джорджи зашёл в комнату, улыбаясь.

— Ну Авраам, что может пойти не так?

— В прошлый раз, когда ты напился, ты чуть не разнес весь паб, успел поругаться с Карлом и оставить свой номер телефона какой-то девушке. — Авраам вошёл вслед за Джорджи, а за ним опечаленный Николь.

— Девушке! Не может быть, Авраам, ты мне лжешь. — Николь театрально плюхнулся на диван и накрыл тыльной стороной ладони свой лоб.

— Да, конечно. Она названивала тебе ещё пару дней, а затем пришла к тебе в магазин. Этого ты тоже не помнишь?

— Прекрати, зануда. — парень протянул руки к Аврааму и тот подошёл ближе.

— Что ж, вижу, все в сборе?

— Да. — немного грустно произнёс Джорджи. — Не хватает только Мишеля…

— А по моему, всех хватает. — в дверном проёме появился Мишель и, убрав руки в карманы, облокотился на косяк.

— Мишель!

— О-о, вот это подарочки! — Николь похлопал в ладоши и затем потянул Авраама за руку поближе к себе.

— Подожди, я думал ты в Лондоне?

— Как видишь, Лиам, уже нет. — Мишель усмехнулся и перевёл взгляд с меня на Джорджи.

— Отлично! Я рад… Мы рады тебя видеть. — Джордж обернулся ко всем и тут же указал идти на выход.

Так как у нас была прекрасная знакомая, которая согласилась приглядеть за детьми, никому из нашей компании не пришлось оставаться. Хотя я предпочёл бы, чтобы остался Мишель.

Вся наша компания сидела за столом и веселилась. Мы пили пиво, затем разговаривали, смеялись, ели мясо, снова пили, разговаривали, пили… Казалось все проблемы были позади и мы могли спокойно выдохнуть.

Но кое-что не давало мне покоя. Весь вечер мне казалось, что Мишель находился слишком близко к Джорджи.

Пока Николь и Авраам что-то рассказывали, Мишель склонил голову к уху Джорджи и что-то ему шептал. Мой лучший друг чуть улыбнулся, а затем тоже зашептал что-то.

Авраам махнул рукой и задел стакан, тот повалился на меня и все мои рубашка и брюки были в пиве.

— Вот черт, Авраам, ты такой неряха… — Николь произнёс это с весьма двойной интонацией. Он больше заигрывал с Авраамом, чем сожалел мне.

— О, вот, салфетку? — Джорджи протянул мне салфетку.

— Да ему ничего не поможет…

— Извини, дружище.

— Да все нормально, я сейчас вернусь. — я вышел из-за стола и направился в туалет.

«Что этому Мишелю надо? Неужели он… С Джорджи? Не может быть, это было бы странно. Но почему они так близко друг к другу? Джорджи говорил, что хочет сблизиться, но я весь вечер наблюдаю, как он «сближается» с этим…» — я умыл лицо и затем тяжело вдохнул, глядя на себя в зеркало. — «Я отвратительно выгляжу. Не помешал бы хороший сон или новое лицо.»

Выйдя из туалета, я, глядя за наш столик, направлялся к друзьям, но тут почувствовал толчок в спину. Обернувшись, я увидел мужчину и девушку-официантку.

— Красавица, чего ты боишься?

— Прошу, сэр, мне нужно работать… — она встретилась со мной взглядом.

— Всего пару минут, Бит… — мужчина навалился на неё всем телом и протянул руки за талию.

— Прекратите, пожалуйста, сэр…

— Ты не можешь мне отказать, иначе тебя уволят, да?

— Сэр…

— Эй, мужик. — я подошёл к нему и положил руку на плечо. — Тебе сказали прекратить.

— Я вроде не с тобой разговаривал. — он медленно обернулся на меня.

Я тут же отдернул руку.

-…Ли-и-ам… — мерзко протянул он, а затем стал смеяться, всё громче и громче.

— Но как ты… Почему?

Но Акэль продолжал смеяться и смех его становился громче и проникал в каждый уголок этого паба.

Я посмотрел на девушку и обомлел.

— Лилит?

— Всё из-за тебя, Лиам… — тихо проговорила она и по её щекам покатили слезы. — Ты даже не можешь защитить меня. Посмотри… Посмотри на себя…

— Нет… — я попятился, пока не споткнулся и не упал на пол.

— Вот видишь, Лиам, — медленно, словно песня, доносились до меня слова Акэля. Он подошёл совсем близко и склонился надо мной. — Ты всем портишь жизнь. Каролина умерла из-за тебя. Дети, Маргарет. Всё сгорело. — Акэль присел на корточки, улыбаясь. — Твой друг теперь с кем-то другим. И ты, — он вдруг посмеялся, — ты даже не можешь помочь собственной девушке…

— Это… Не так.

Я был загнан в угол. И у меня не было сил сражаться. Яркий отблеск металла засветил мне в глаза и я прикрыл их. А затем, я почувствовал резкую боль и открыл глаза настолько, насколько мог.

— Вот и твой конец, мой дорогой друг. К этому мы с тобой шли так долго… — Акэль провернул нож в груди и заглянул в мои глаза. Все, что я успел в них разглядеть, это тени отчаяния и страха. Но страха не от того, что он кого-то убил… А от того, что это был конец и для него.

Акэль вытащил нож и, недолго думая, воткнул его себе в шею. Его тело упало прямо рядом со мной.

Конец. Разве таким я его себе представлял? Разве так я хотел умереть? Достойно ли я прожил свою жизнь?.. Сейчас моё тело лежало с телом моего врага, когда-то лучшего друга. Так и должно было быть. Так мы и хотели умереть, тогда, в детстве. Мы хотели умереть в один день, как самые настоящие друзья. Чтобы наши жизни были связаны.

— Братья… — тихо проговорил я.

— Б… ра… тья… — хрипло ответил Акэль.

Я закрыл глаза. И ничего, кроме пустоты, я больше не видел и не чувствовал. Ни-че-го.