Госпожа

2025 год. Музей
Гюлен султан — загадочная и благородная фигура османской истории. Хотя её имя часто связывают с греческим происхождением, достоверных данных о её родине нет. Однако итальянский посол в своих письмах утверждал, что Гюлен была особенно близка к Хюррем султан, по причине её славянских корней и схожести с Хюррем: обе женщины были светловолосыми, с голубыми глазами, и обладали не только внешним, но и внутренним сходством. Они были жизнерадостными и весёлыми, но в то же время глубокими и благородными в своих поступках.

Гюлен султан была известна своим мягким сердцем и добротой. Она была очень щедрой, и одна из самых ярких её историй — это её пожертвование всего своего состояния в 1550 году, когда она помогла голодающим. В трудное время она не только подарила деньги, но и активно участвовала в строительстве мечетей и школ, стремясь обеспечить образование и улучшение условий жизни для бедных. Эти её действия выделяют её как одну из самых милосердных женщин своего времени в османском дворе.

Гюлен султан стала символом женственности и доброты, её имя связано с важными социальными инициативами, а её жизнь — с реальными делами, которые оставили след в истории Османской империи.
Портрет изображал молодую женщину с нежной улыбкой, которая держала в руках младенца. На ней было лёгкое желтое платье из муслина, а солнечный свет, проникающий через окно, играл на её шелковистых золотистых волосах, придавая им особый блеск. Волосы были кудрявыми, мягкими, как сама она. Её взгляд был чистым и невинным, в глазах читалась простота и тепло, а на щеках едва заметный румянец, словно лёгкий поцелуй весеннего ветра. На шее, под шелковыми тканями, скрывалась заметная родинка, как маленький отпечаток судьбы. На её руке был шрам, который, хотя и казался едва видимым, всё же рассказывал свою историю. Этот портрет назывался "Шрам Анастасии".
Эта картина называлась "Елена", и до сих пор никто не смог разгадать её историю. На ней была изображена молодая брюнетка с нежными чертами лица, в одежде раба. Счастливая улыбка играла на её губах, а на шее висел кулон с ядом. В её образе не было ничего особенного, ничто не бросалось в глаза. Ходили слухи, что у султана была еще одна женщина, которая сбежала, так и не став рабыней, — продолжил он. — Но, конечно, женщин у него было много, — с улыбкой добавил представитель музея. — Вот и одна из них, пожалуй, самая яркая и любимая, — он указал на портрет женщины с глубокими черными глазами. — Это произведение называется "Отчаяние Анастасии". Но не обращайте внимания на название, их тайну тоже так никто и не разгадал, — махнул он руками, словно отмахиваясь от загадок, скрытых за полотнами.

Дети сдержанно перешептывались, не сводя глаз с картины. На фоне густого бархата и золотистого свечения женщина выглядела будто из другого мира. Её красное платье переливалось шелковым блеском, подчеркивая мягкость линий фигуры. Глубокий вырез на груди, украшенный массивным ожерельем, сверкал, словно заманивал взгляд. Волосы, длинные и вьющиеся, спускались каскадом на плечи, смешиваясь с тканью.

Но не наряд притягивал внимание детей — это был её взгляд. Глубокий, словно бездна, он прожигал насквозь. Глаза женщины будто видели больше, чем простой взгляд на картину мог передать. Казалось, она знала все тайны, все секреты, которые дети пытались скрыть даже от самих себя.

В её руках черный кот лениво свесил хвост, его желтые глаза отражали свет, добавляя сцене таинственности. Перстень на её пальце был слишком велик, словно чужой, но его массивный камень переливался кроваво-красным сиянием.

— Она... улыбается? — прошептала девочка, глядя на уголки её губ.

Улыбка была странной, почти неуловимой, будто она знала что-то, что никто из смотрящих не мог понять. Но её глаза... эти глаза улыбались по-настоящему. Словно в них прятался огонь.

А это... Вечер продолжался, растягиваясь на долгие часы. Но для детей они пролетели незаметно быстро, оставив в памяти лишь отголоски незабываемых мгновений. Неразгаданные тайны, подобно скрытым шрамам, будут мучить их еще много лет.