глава 3
Когда Том уехал, ты думала, станет легче. Но вместо этого наступила тишина, в которой звучали только его слова. Запах кофе, оттенок кожи под татуировками, голос — всё это ты пыталась вытолкнуть из головы. Бесполезно.
Ты не знала, куда он поехал. Не знала, с кем. И даже не была уверена, будет ли он снова здесь. Но он оставил обещание. И ощущение — странное, как будто ты стоишь на краю чего-то, что может либо исцелить, либо сломать.
⋆⋆⋆
На третий день его отсутствия в кафе зашла девушка. Высокая, с платиновыми волосами, в очках и с голосом, обволакивающим, как бархат. Она попросила двойной эспрессо, как будто знала, что ты умеешь варить его идеально.
— Ты работаешь тут давно? — спросила она, делая глоток.
— Несколько лет.
— Тогда, возможно, ты знаешь, часто ли сюда заходит Том?
Ты замерла.
— А вы?..
— Старая знакомая, — сказала она, усмехнувшись. — Хотя, скорее, старая проблема.
Она посмотрела на тебя поверх очков, оценивающе. Не враждебно — но настороженно.
— Ты не знаешь, с кем ты рядом, правда?
Ты не ответила.
— Не бойся, — продолжила она. — Он — как огонь. Привлекает. Греет. Но если подойти слишком близко — обожжёшься. Я знаю. Я была одной из тех, кто обжигался.
Ты провела рукой по чашке.
— Я не понимаю, к чему вы...
— Просто будь осторожна, — прервала она мягко. — Том умеет любить. Но его любовь — это не цветы и шоколад. Это пожар. И не каждый способен выжить в нём.
Она ушла, оставив на столе визитку.
На ней было написано:
"Lina. Психолог. Когда захочешь понять, что с тобой происходит — позвони."
⋆⋆⋆
Ты не позвонила. Но визитку не выбросила.
А спустя два дня Том вернулся. Он зашёл тихо, будто не уходил вовсе. Только в глазах была новая тень — длинная, с кровавыми отблесками.
Ты не сдержалась:
— Кто такая Лина?
Он смотрит на тебя. Долго.
— Она... часть старой жизни. Той, где я был другим.
— Каким?
Он делает шаг ближе. Его пальцы касаются стола, почти не двигаясь.
— Тем, кто теряет всё, что любит. Тем, кто способен причинить боль, даже не желая этого. Тем, кто слишком рано понял, что любовь не всегда лечит — иногда она ломает.
Ты молчишь.
— Когда умер мой лучший друг, я ушёл из музыки. Я уехал. Исчез. Несколько лет я жил как призрак. Я был в отношениях, которые закончились клиникой. Я пытался забыться в вещах, которые разрушают. И когда я думал, что уже всё... тогда ты появилась.
Ты не знаешь, как на это реагировать. Слишком много информации. Слишком резко.
Он опускает взгляд.
— Я не хочу лгать тебе. Не хочу прикидываться кем-то. Я сломан, Т/и. Не романтическим образом. По-настоящему. И если ты останешься рядом — ты тоже начнёшь трескаться.
Ты подходишь ближе. Смотришь в его глаза.
— Тогда, может быть, я тоже немного сломанная. Может, вместе мы — не идеальны, но настоящие?
Он резко выдыхает, как будто не ожидал.
Ты ощущаешь, как напряжение между вами колеблется — как тонкая нить. Он тянется к тебе, но не дотрагивается. Смотрит, словно просит разрешения.
Ты киваешь.
И в этот момент всё замирает.
Его губы касаются твоих. Сначала осторожно, как будто он боится тебя разбить. Но потом глубже, увереннее, горячее. В этом поцелуе — всё: страх, надежда, боль, желание.
И, кажется, впервые ты понимаешь, что с этим человеком будет нелегко. Но будет по-настоящему.