глава 4
После того поцелуя всё изменилось. Но не сразу. Просто воздух стал гуще, дыхание — острее, а ожидание — осязаемым. Ты ощущала его взгляд даже тогда, когда он уходил.
Ты не говорила друзьям. Никому. Это было слишком хрупко, слишком ранено, чтобы делиться. Внутри — страх. Он был не таким, как остальные. Более настоящим. Более опасным.
На третью ночь после того, как он вернулся, ты услышала стук в окно.
Не громкий. Не настойчивый. Но он разбудил тебя, как будит голос на грани сна и кошмара.
Ты подошла к стеклу. Темнота за окном — как чёрная ткань. Ни одного фонаря. Только твой тусклый силуэт в отражении. Ты попыталась убедить себя, что это птица, дождь, случайность.
Но на подоконнике ты увидела след. Как будто пальцы провели по запотевшему стеклу. Пять линий, коротких, как дыхание.
⋆⋆⋆
Ты рассказала об этом Тому на следующий день, пытаясь говорить спокойно, но он сразу напрягся.
— Ты уверена, что это был не ветер? — спросил он.
Ты посмотрела на него: челюсть сжата, взгляд — в сторону, как будто он прокручивает в голове старые воспоминания.
— Что-то не так?
Он не ответил. Только выдохнул сквозь зубы:
— Если это то, что я думаю... я разберусь.
Ты прижала ладонь к его руке.
— Том. Объясни мне. Что ты скрываешь?
Он встал. Прошёлся по комнате. Вернулся. Посмотрел в окно — будто боялся, что кто-то подслушивает.
— Когда я жил в Лондоне, — начал он, — у меня был один друг. Он был... одержим. Музыкой. Мной. Он следил за мной, но долго я не понимал этого. Он был талантлив. Чёрт, он даже помогал мне писать. А потом... он начал говорить, что мы с ним одно целое. Что я не могу существовать без него.
Ты слушала, затаив дыхание.
— Я оборвал связь, когда понял, что он не просто странный. Он опасный. Мне пришлось исчезнуть. И вот теперь... если он здесь — это плохо.
— Как его зовут?
— Он называл себя Джей. Но это не настоящее имя.
Ты почувствовала, как внутри что-то сжалось.
— Ты думаешь, он нашёл тебя?
— Я не знаю. Но если он снова рядом... тебе может быть небезопасно.
⋆⋆⋆
На следующий вечер ты возвращалась домой поздно. Улицы были пусты. Свет фонарей — рваный. Воздух пах бензином и мокрым бетоном. Ты почти дошла до подъезда, когда почувствовала это.
Взгляд.
Ты резко обернулась.
Никого.
Но у соседнего дома, в тени — темная фигура. Слишком неподвижная. Слишком тихая.
Ты вошла в подъезд почти бегом.
⋆⋆⋆
В квартире ты дрожала. Не от холода.
Ты открыла телефон и написала Тому:
«Он здесь. Я чувствую это. Мне страшно.»
Ответ пришёл мгновенно:
«Я еду.»
⋆⋆⋆
Когда он прибыл, в его взгляде уже не было той мягкости, что была в первые дни. Там был инстинкт. Защита. Он держал тебя за руки и сказал:
— Если он действительно здесь, мы найдём его. Но тебе нужно держаться рядом со мной. Хорошо?
Ты кивнула. А потом прошептала:
— Я боюсь не за себя. Я боюсь, что он разрушит то, что только начало рождаться между нами.
Том прижал тебя к себе. Его голос стал шёпотом:
— Он ничего не разрушит. Я не позволю. Я потерял слишком многое. Но тебя я не отдам.
⋆⋆⋆
И в тот момент, в его объятиях, ты почувствовала: страсть может стать оружием. И любовь — щитом.