Глава 17.
Родители покинули палату, оставляя Чанёля, пришедшую Хён Ми и Ми Сук одних:
— Нет, я, конечно, разочаровалась в нём после всей ситуации, но никогда бы не подумала, что он может выдать подобное, — Хён Ми всю трясло от злости, она узнала о происшествии несколько позже и сразу же примчалась в больницу.
— Думаешь, кто-то из нас мог? — прошептала Ми Сук и посмотрела на Чанёля, тот багровел и сжимал пальцы в кулак каждый раз, когда упоминали об учителе Хване.
— Сукин сын, — процедил парень и потер переносицу, — Мало я ему навалял, надо было убить, лучше бы отсидел.
— Не говори такого, он не достоин того, лучше пусть он сидит! — Хён Ми начала нервно обмахиваться ладошкой, — Когда тебе в полицию?
— Не знаю, сегодня уже был следователь, а вызовут, когда понадоблюсь, — Кан уставилась в потолок, — Идите, уже поздно, вам нужно отдохнуть.
— Я останусь, — тут же ответил Пак, — Сегодня я точно останусь здесь.
— Тогда я могу быть спокойна, завтра забегу к тебе домой, — Хён Ми поднялась, чмокнула подругу в щеку и, попрощавшись, ушла.
— Тебе же тоже надо отдохнуть, — прошептала Ми Сук и перевела взгляд от закрывшейся за подругой двери к Чанёлю.
— Зачем ты настаиваешь? Я же сказал, что останусь, — Пак выдвинул из-под кровати ярус для ночующих посетителей и лег, Кан повернулась на бок, посмотрела на парня и взяла его за руку.
— Просто мне стыдно, — наконец произнесла она.
— За что?
— Мне теперь кажется, что я настолько грязная, что даже и думать об отношениях с тобой не могу.
— Глупая, не думай об этом, — Чанёль встал со своего места и лег около девушки, — Ты не представляешь, что было со мной, когда от тебя раздался звонок, а потом я услышал этого гада, — он снова сжал руку в кулак, — Хорошо, что я еще был в школе и знал, где тебя искать. Я боюсь представить, что он мог сделать, — тонкие пальцы Ми Сук накрыли губы парня.
— Тсс, ты оказался рядом и все хорошо.
— Посмотри на свое лицо и шею, это хорошо? — глаза Чанёля наполнились болью, когда он взглядом прошелся по багровым пятнам на шее Кан.
— Это лучше, чем-то, что могло бы случиться, не будь тебя, — Ми Сук не знала какими словами успокоить Чанёля.
Парень глубоко вздохнул и, прижав к себе Кан, уткнулся в ее волосы. Сердце неустанно колотилось от боли и злости, ему хотелось выставить в ряд всех обидчиков Ми Сук и расстрелять. И только она, мирно лежащая в его объятиях, сдерживала его.
— Как думаешь, твой отец все еще категорично настроен? — вдруг спросил он.
— Даже не знаю, хотя думаю, он все же будет более благосклонен, — Ми Сук уткнулась в грудь парню, — Мне все равно. Плевать. Я буду с тобой. Теперь я не позволю ему нас разлучить.
— Маленькая воительница, — Чанёль усмехнулся и закрыл глаза. — Давай спать.
Кан прижалась к Чану настолько, будто он собирался исчезнуть этой ночью.
***
— Айщ, болван! — звук затрещины и повалившегося тела на пол разбудил Ми Сук, — То, что я вам вчера обниматься разрешил, не значит, что можно спать с ней в одной кровати! — насупившийся отец, стоял, уперев руки в бока. И смотрел на Чанёля, лежащего на полу.
— Простите, мистер Кан, — Чан быстро поднялся и поклонился перед отцом.
— Пап, прекрати, — протянула Ми Сук и уткнулась от стыда в подушку.
— Я тебе дам, негодница, прекрати! — папа фырчал, как паровоз, — Спят они в обнимку! Я только решил разрешить вам встречаться!
Ми Сук хотела, что-то сказать, но в палату вошла доктор:
— Как себя чувствуешь? — спросила она и начала измерять давление.
— Все замечательно.
— Показатели тоже в норме, — врач сняла капельницу, — Можешь собираться домой!
После того, как все было собрано и мама забрала выписку, все направились к парковке. Байк Чанёля стоял не далеко от машины семьи Кан, отец закатил глаза:
— Он и правда ездит на мотоцикле!
— Пап!
— Ты обещал, — заговорщически шикнула мама Кан.
— Что обещал? — Ми Сук раскрыла глаза и любопытно взглянула на родителей.
— Я изменю условия, — ответил отец и рукой подозвал Чанёля, — Значит так, встречаться можете, но чтобы в десять вечера она была дома, — последние слова отец адресовал Паку.
— Понял, мистер Кан, — Чанёль снова поклонился.
— Пап, в десять даже детей с песочницы не загоняют! — девушка топнула ногой.
— А тебя загоняют, и это мое последнее решение, не хотите, можете не встречаться, — отец показал язык дочери и сел в машину.
— Я буду внимательно следить за временем, — с натянутой улыбкой произнес Пак и помахал рукой родителям Ми Сук, на что мама счастливо улыбаясь, помахала в ответ.
— Ну вот, — заныла Ми Сук и недовольно надула губы.
— Да ладно тебе, это не плохое начало, — ответил Чанёль, когда машина родителей скрылась за поворотом, и он посмотрел на девушку, — Лучше, чем полный запрет!
Ми Сук, конечно, понимала, что Пак прав, но её жадность не давала покоя, хотелось смотреть на эту красную макушку круглые сутки, но теперь она не могла себе этого позволить из-за глупого комендантского часа.
***
Спустя неделю, Ми Сук вернулась в школу в надежде, что все разговоры о ее ситуации давно утихли, но стоило школьникам завидеть Кан, как тут же шепот понесся по коридорам:
— Ты слышала? Учитель Хван изнасиловал её, это так мерзко…— какой-то рыжий парень косился на Ми Сук и, она прибавила шагу.
— Да нет, я слышала он просто напал на нее, не успел изнасиловать, — отмахнулась собеседница рыжего.
— Ой, не верю я, что не успел.
— Меня больше пугает, что такой учитель преподавал у нас, я его считала хорошим.
— Да кого это волнует, а вот то, что он лапал Ми Сук! — парень не успел договорить, как словил мощную затрещину от Чанёля.
— Смотрю, в сплетницы записался? Варежку захлопнул, — рыкнул Пак и снова замахнулся на парня. Рыжий сжался от тона Чанёля и, поспешил уйти подальше.
Парень подошел к Кан и чмокнул в щеку:
— Как ты?
— Спасибо, что заткнул его, — Ми Сук, вздохнула и обреченно посмотрела на Пака.
— Да не переживай, я их быстро заставлю молчать, — усмехнулся ПакЧан и пара направилась на урок.
В классе их встретили Хён Ми, Сехун и Чонин, ребята тут же разбрелись по своим местам, многие косились на Ми Сук, но никто не смел, что-либо говорить при Чанёле.
На место учителя Хвана уже приняли нового молодого педагога, его звали Чжан Исин, выходец из Китая, хорошо знал корейский язык, но имел жуткий акцент. Половина девчонок из класса даже не пытались слушать, что он говорит, а просто любовались и томно вздыхали, в их число вошли и Ми Сук с Хён Ми. Вся ситуация не утаилась от глаз Бэкхёна и Чанёля, все время до окончания урока, они пытались прожечь дыру в девушках.
Наконец урок кончился, учитель покинул кабинет, а все ученики направились в столовую, О и Кан, сцепившись за руки и не обращая внимания на своих парней, поспешили на обед:
— Какой же он классный, похож на единорожку, кажется, он исцелит моё сердце, — Хён Ми витала в облаках.
— А оно у тебя больное? — раздался негодующий голос Бэкхёна позади девушек. Те развернулись и столкнулись с обезумевшими взглядами, над парнями буквально летала темная аура.
— Упс, — прошептала Ми Сук и, игриво подбежав к Чанёлю, взяла его под руку, тот вывернулся, — Ну Чанни! — Кан надула губки и скривила мордашку.
— Не делай вид, что ты милая, — фыркнул он и, схватив Бэкхёна так же под руку, как и Ми Сук, ранее взяла Хён Ми, направился с ним в столовую. Девушки лишь переглянувшись и закатив глаза, направились за ними.
За их обеденным столом тишину нарушал только стук столовых приборов о поверхность посуды.
— Ну и долго так себя вести будете? — Хён Ми насупилась и уставилась на увлеченно жующего Бэкхёна.
— Ну не знаю… О, учитель Чжан идет! — воскликнул Бён, а подруги, как по команде развернулись, но там никого не было, недовольные мордашки снова уткнулись в тарелку.
Чанёль усмехнулся и с силой воткнул палочки в яичный ролл:
— Видимо долго, — ответил он и запихнул еду в рот, резко и демонстративно разжевывая.
Спустя пару минут в столовую и правда зашел новый учитель, а за ним кокетливо поправляя очки, увязалась англичанка. Ми Сук хотела на этом фоне сказать что-то парням, но в ее кармане зазвонил телефон:
— Да?
— Кан Ми Сук? Это следователь, подойдете сегодня в участок?
— Конечно, — неуверенно произнесла девушка, привлекая внимание друзей.
— Кто это был? — поинтересовалась Хён Ми, когда Кан отключила телефон.
— Следователь. На допрос вызывают, — Ми Сук непроизвольно поморщилась, сегодняшний допрос должен будет пройти в присутствии бывшего учителя.
— Я пойду с тобой, — Чанёль отложил приборы, — Пусть только вякнет что-то не то…
— Я схожу сама.
— Даже слышать этого не хочу, — Пак поднялся с места и, сунув руки в карманы брюк, поспешно вышел из столовой. Он все еще продолжал злиться при каждом упоминании Хвана и, сейчас ему нужно было остыть.
Парень вышел на улицу, встал недалеко от устроенной учениками курилки и вздохнул, однако расслабиться ему не удалось:
— Ми Сук та еще штучка оказалась, тебе не далась, а к учителю быстро в койку прыгнула, — Чанёль не знал, чей это голос.
— Крис, прекрати, ты же знаешь, что не спала она с ним и вообще это была попытка насилия, оставь её уже, — а вот это «любимый» Минсок.
— Ой, это так, присказки для левых прохожих, — раздраженно фыркнул этот самый Крис.
— А ты у нас типа очевидец? — злой и басистый голос Чанёля раздался за спиной беседующих парней. Сюмин закусил губу и недовольно поморщился, «а-ля» попался.
— Ты кто? — спросил Крис, явно притворяясь, что не знает Чанёля, ибо знали его все.
— Знакомиться будем? — видимо этот парень учился в параллельном классе, но Пак его не помнил совершенно, — Какого черта твой поганый язык мелет всякую хрень?
— Говорю, что знаю, какого ты лезешь? — парень расправил плечи, пытаясь казаться крутым и невозмутимым, Минсок попробовал его одернуть, но бесполезно.
— Лезу, потому что речь о моей девушке.
— О, так ты у нас по ночным бабочкам? — рассмеялся Крис и тут же получил удар по челюсти, — Какого ты делаешь? — закричал он и попытался ударить в ответ, но Пак поймал его руку и вывернул.
— Закрой свой рот об этом навсегда, иначе вырву твой поганый язык, а посмеешь еще раз её оскорбить, то будешь лично копать себе могилу, — процедил Чанёль, резко оттолкнув парня, кинул его на землю и сплюнул. Больше он здесь не задерживался, немного расслабившись, он вернулся в столовую за Ми Сук.
Ребята уже доели и о чем-то весело болтали. Кажется, Бэкхён травил очередной анекдот:
— Ну что пойдем? — прервал он их и взглянул на Кан. Ребята удивленно на него посмотрели, но вопросов задавать не стали, они все прекрасно видели и понимали настроение Чанёля. Ми Сук быстро собрала свои вещи и, лишь помахав друзьям, вышла с Чаном из школы:
— Все в порядке?
— Да, все нормально, просто злюсь из-за этого урода, которого придется увидеть.
— Забудь и держи себя в руках, наказан должен быть только он.
***
В полицейском участке, как всегда царил беспредел. В одной из комнат орал какой-то пьяница и раскидывал бумаги, в другой наоборот кричал детектив на молчаливого преступника, а по коридорам туда-сюда носились сотрудники полиции. В этом году Ми Сук слишком часто возвращалась в это место.
— О, Кан Ми Сук, вы уже пришли, — следователь еще не успел закончить со своими делами, но завидев подростков, отложил их, — Допрос будет не из приятных, вы будете в одной комнате со мной и мистером Хваном.
— Да, слышала об этом, — голос Ми Сук утих и, она опустила голову, Чанёль ободряюще её обнял.
— Я могу присутствовать? — спросил он.
— На допросе нет, но вы можете понаблюдать из соседней комнаты.
— Спасибо.
Ми Сук отвели в комнату для допроса, с ней остался следователь, и только после, привели учителя Хвана. Все внутри Кан сжалось в несколько тысяч раз сильнее, когда она увидела его, нежели, когда воспоминания просто всплывали в ее голове.
Его мерзкое лицо не изменилось. В нем не было ни грамма сожаления и смущения, он надменно посмотрел на Ми Сук и расслабленно уселся на стул.
— Кан Ми Сук, расскажите то, что вы рассказывали в больнице. Что произошло в тот день?
Ми Сук снова начала рассказывать, вороша воспоминания, а мистер Хван гадко ухмылялся и облизывал губы, затем он резко подал голос:
— Я не делал этого, она меня соблазнила.
— Что?! — воскликнула Кан, но следователь жестом успокоил её.
— Она пришла ко мне в кабинет, в юбке залезла на лестницу, навела хаос, а затем якобы убирая книги, стала соблазнять меня.
— Что за бред?
— Вроде взрослый мужчина, а такие отговорки, — растянуто и напряженно произнес сотрудник полиции, затем поднявшись и через стол, склонившись над Хваном, произнес, — На тебя столько доказательств, хоть ты тут книгу напиши, не выкрутишься, просто скажи на камеру, при жертве правду и иди гнить в тюрьме.
— Грубо, господин следователь, — он снова по змеиному облизал губы. И перевел взгляд на Ми Сук, — Что, стерпеть не могла? Жизнь мне испортила, довольна теперь? Дрянь. Когда я вернусь, будь готова.
— Угрозами раскидываемся, — подметил следователь, пока Кан испуганно вжалась в стул.
Чанёль наблюдавший весь процесс, несколько раз срывался бежать в комнату, чтобы убить этого гада, но его сдерживали, и только когда Ми Сук, наконец, вышла из комнаты и кинулась в его объятия, он смог немного успокоиться:
— Теперь он надолго сядет, — следователь подошел к паре и помахал бумажками, — Спасибо, Кан Ми Сук, что вытерпели, на ваши хрупкие плечи свалился и правда нелегкий груз. Хорошо, когда есть на кого опереться, — следователь улыбнулся и хлопнул Чанёля по плечу, — Всего хорошего!
«Да. Всего хорошего» — подумала Ми Сук, глубоко вздыхая и прижимаясь к Паку.