Глава 16.
Вечеринка в Змее уже близилась к своему завершению, когда Ми Сук пришла туда. Чанёль, как всегда сидел в одной из частных комнат и постоянно подливал в рюмку, какой-то крепкий напиток, а рядом сидящие Сехун и Чонин старались его остановить.
Кан поднялась в их комнату и замерла в дверях:
— Ми Сук пришла, — заявил парень и икнул, таким пьяным, ей еще не приходилось его видеть.
— Братан, хватит пить, поговорите, — подобрав момент, Кай забрал бутылку из рук друга и они вместе с Сехуном поспешили выйти. Ми Сук села напротив парня и уставилась на него:
— Что ты делаешь? — она осмотрела хаос глазами, который царил вокруг него.
— Схожу с ума так, как умею, ты же бросила меня.
— Это разве повод? На мне, свет клином не сошелся, — Ми Сук говорила тихо, подбирая каждое слово.
— Это для кого-то не сошелся, а для меня сошелся. Я тебе что, врал о своих чувствах? Почему ты бросила меня Ми Сук? Это из-за учителя Хвана? Да я размажу его старую башку о стену завтра, ты только скажи.
— Это не из-за него, — Кан не знала чего ждать от пьяного Чанёля.
— Ну, так скажи из-за кого? Я убью его! — воскликнул Пак и ударил кулаком по столу.
— Из-за отца, — вымолвила Ми Сук, а Чанёль тут же замолчал на пару минут.
— Его не убью, — в замешательстве произнес Чан, отчего Кан усмехнулась, — Ну, это из-за рейтинга он так, если ты снова будешь первая, все будет хорошо?
— Учитель Хван слишком преувеличенно тебя описал, отца не переубедить, — продолжала настаивать на своем Ми Сук, скрывая главный её страх, угрозу от отца.
— Этот старый говнюк! — вымолвил парень и поднял полные боли глаза на девушку, от чего её сердце сильно сжалось, — Я так тебя люблю, Ми Сук, как же нам быть?
От подобных вопросов голова девушки совсем переставала работать, становилось настолько больно и, укрыться было негде. Они сидели друг напротив друга, два влюбленных одиночества и никак не могли придумать, как разрушить эту крепкую, прозрачную стену.
— Мы бессильны Чанёль, оставь это взрослым, и переставай издеваться над собой, иначе, все мои усилия падут крахом, — девушка поднялась с места и направилась к выходу.
— Ты можешь сдаться, Кан Ми Сук, — раздался громкий и твердый голос парня, — Но я, буду бороться.
После этих слов, девушка все же вышла из комнаты и направилась домой, в спину ей смотрел тоскливый взгляд парня с красной макушкой.
— Поговорили? — на выходе её поджидали Кай и Сехун. Ми Сук отрицательно помотала головой.
— Нам и обсуждать нечего, он ничего не добьется, если лезть напролом к моему отцу все будет ещё хуже, — Кан вздохнула и подняла молящий взгляд на парней, — Помогите ему, он должен забыть обо мне.
— На вас двоих смотреть жалко, неужели все настолько плохо? — спросил Кай.
— Отец уничтожит его жизнь, если я буду сопротивляться, нельзя этого допустить, — Ми Сук уткнулась лицом в ладони и тяжело вздохнула. Чья-то рука легла на плечо, это был Сехун.
— Мы сделаем, что в наших силах, но и ты не сдавайся, — произнес он и, парни направились обратно в клуб.
Время поджимало, Ми Сук должна была скорее возвращаться домой, иначе была вероятность попасться отцу на глаза. Поймав ночное такси, она назвала адрес, когда автомобиль подъехал к дому, то она быстро шмыгнула внутрь, сразу же устремляясь к своей комнате. Там она была застигнута матерью:
— Где ты была? — взволнованная мама подбежала к дочери, но она промолчала, — Я так напугалась, думала, ты что-нибудь сделаешь с собой.
— Я не настолько глупа, — прошептала Ми Сук.
— Ты к нему ходила? — дочь снова промолчала, — Как он?
— Хуже, чем я могла себе представить, — ответила она, мать тяжело вздохнула и обняла Ми Сук, — Как же мне вам помочь? Этот толстолобый мужлан, которого ты зовешь отцом, упирается в стену, как баран!
— Еще и вы поссоритесь из-за меня, — Кан села на пол и обняла свои колени.
— Это не то, о чем я буду сожалеть, дочка. Если он не хочет верить своей дочери и доверять, то, как я могу спокойно жить с таким человеком?
— Неужели эта учеба настолько важна, что должны рушиться отношения? — Ми Сук вопросительно посмотрела на мать, глазами полными слёз.
— Все наладится, милая, не плачь.
***
Снова растрепанный вид вместо красивой одежды, обычная школьная форма, а на ногах кроссовки.
Ми Сук вышла из машины и, пиная камушки под ногами, направилась в школу. По пути она столкнулась с учителем Хваном, девушка хотела поклониться и пройти мимо, но тот остановил её:
— Почему на вас лица нет? — и долго он будет донимать её подобными вопросами, Ми Сук закатила глаза.
— Вы разрушили не только мои отношения, но и отношения моих родителей, мне улыбнуться?
— Разве отец еще не отругал вас за дерзость?
— А разве это имеет для меня теперь какое-то значение?
— Кан Ми Сук! — крикнул учитель, — Совсем меня ни во что не ставите?
— Я раньше очень вас уважала, правда учитель, но не теперь, теперь пропала даже маленькая надежда на уважение.
— Я же ради вашего блага все это делаю! — не унимался учитель.
— На благо — это когда человеку после ваших действий становится хорошо, а вы, несмотря на то, что знали, что ожидает меня после вашего разговора с отцом, все равно сделали это, так о каком благе идет речь?
Учитель покраснел от злости и засеменил глазами вокруг, не зная, что ответить ученице:
— Вы… остаетесь со мной после уроков! — гаркнул мужчина и поспешил удалиться.
— За что интересно?! Снова несправедливые обвинения! — Ми Сук топнула ногой и замахнулась кулачком, однако учитель давно её не слышал, а на девушку смотрело много любопытных глаз. Быстро спрятав руки за спину, Ми Сук побежала в школу.
В классе все было по-прежнему, за одним исключением, девчонки, которые продолжали фанатеть от Чанёля, прознали об их расставании и снова кружили над ним. Когда Кан вошла внутрь, они смерили её недоброжелательным взглядом и специально стали уделять парню больше внимания, однако тот только и делал, что лениво отмахивался от них, как от надоедливых мух.
— Ми Сук! — воскликнула Хён Ми, Чанёль слегка дернулся, но продолжал так же лежать на своих руках, уткнувшись лицом в парту.
— Привет, — Кан кинула сумку на стол и села около подруги.
— Ты о чем сегодня с учителем говорила? Он снова за свое? — Хён Ми говорила как можно тише.
— А он бросал это дело? — Ми Сук усмехнулась. Хён Ми продолжала смотреть на нее и чем дольше смотрела, тем меньше узнавала свою подругу. Она так же улыбалась и пыталась смеяться, но глаза не выражали ничего, насколько же она опустошена?
— И что на этот раз?
— Я слишком дерзкая, настолько, что заслужила наказания. Знаешь ли, суровое!
— Да ладно! Что такое?
— Я остаюсь с ним после уроков, — ответила Ми Сук, а Хён Ми закатила глаза и надула губки.
— Какой же он оказывается мерзкий! — в класс зашел учитель и, все разговоры пришлось прервать, чему Ми Сук была рада, ей вовсе не хотелось вести беседы.
Весь урок, на своем затылке, девушка ощущала взгляд Чанёля, но развернуться, не смела, она просто уставилась в свою тетрадь и что-то записывала за учителем. Время неумолимо приближалось к трём, а это означало, что совсем скоро она будет наблюдать это омерзительное лицо некоторое время.
— Ты туда надолго? — спросила Хён Ми после урока, складывая учебники в сумку.
— Надеюсь, что нет, — Ми Сук надела жалкое подобие улыбки и, закинув сумку на плечо, махнула подруге рукой и ушла в кабинет учителя.
— Куда она? — Чанёль подошел к О, поправляя свою челку и вопросительно глядя на девушку.
— Учитель Хван оставил после уроков, — Хён Ми вздохнула и топнула ножкой.
— За что?
— Сама не очень поняла, она вроде как дерзила ему.
— Понятно, — больше не произнеся ни слова, Пак скрылся с глаз.
***
— Как же мне выбить из вас хамство? — спросил учитель Хван, стоя лицом к книжной полке и что-то выискивая. Затем он забрался по лестнице к самой верхней полке и скинул все стоящие на ней книги на пол. Ми Сук удивленно округлила глаза, — Соберите в алфавитном порядке и расставьте, конечно.
— Издеваетесь?
— Нет, воспитываю, — произнес учитель, демонстративно сел в кресло и раскрыл газету.
Ми Сук встала со стула и осмотрела бардак вокруг, все книги беспорядочно валялись на полу, и было не понятно, откуда стоит начать. Так и не решив, Кан просто схватила первую, попавшуюся под ногу, книгу. Учитель Хван встал со своего места и настежь раскрыл окно, затем снова приземлился в кресло и продолжил читать. Ми Сук подняла очередную книгу с пола, теперь, ранее тихую комнату, наполнял шум от шуршащих страниц, которые колыхались от ветра, это в некотором, роде действовало на нервы и нагнетало обстановку. Наконец, когда книги были расформированы по алфавиту, дело осталось за малым, расставить их на полку. Так как Ми Сук была в юбке, то прежде, она внимательно посмотрела на учителя, убедившись, что он увлеченно читает газету, девушка взяла пару книг и полезла на стремянку. Лестница была не очень устойчива, приходилось все делать медленно, так как руки были заняты. Подул ветерок с окна, который приподнял ткань юбки девушки, от чего Ми Сук непроизвольно выронила все книги из рук и поспешно прижала руками вещь.
— Вы из-за такой мелочи решили испортить мои драгоценные книги? — учитель поднялся с места и, подойдя к месту, куда упали книги, поднял одну, — Вы знаете, что они очень дорогие, теперь не расплатитесь.
— Вы прежде тоже их небрежно раскидали, — огрызнулась Ми Сук.
— Мои книги, могу себе позволить, но не тебе, — учитель оторвал взгляд от зеленой обложки и поднял взгляд на девушку. Только вот смотрел он не в глаза, а на юбку, точнее на то, что было под ней, глаза Кан в страхе расширились, и она поспешила слезть со стремянки, — Спешишь? — мужчина схватил своей ладонью ногу девушки, та замерла. Его мерзкая, шершавая рука заскользила вдоль её ноги и остановилась на бедре.
— Что вы себе позволяете? — закричала Ми Сук и, резко дернув ногой, вырвалась и спрыгнула со стремянки, устремляясь к двери, но та была заперта.
— Думала, я настолько не предусмотрительный?
— Думала вы мерзкий, что и подтвердилось! — вновь огрызнулась Кан, старательно дергая ручку двери.
Мужчина сократил расстояние между ними за пару шагов и, резко дернув Ми Сук на себя, прижал её к стене:
— Некуда бежать и никто даже не узнает, замечательно правда? — он жадно облизнул свои губы и выдохнул перегаром прямо в лицо Ми Сук, — Я так долго тебя желал, а ты повисла на этом мальчишке и перестала замечать, что-либо вокруг, глупая. Теперь ты моя! Ты же сама сказала, благо — это когда человек доволен, ты будешь очень довольна и попросишь еще, — прохрипел учитель и примкнул своими мокрыми губами к шее Ми Сук. Та истошно закричала и со всей силы укусила мужчину за плечо, тот, от резкой боли отскочил в сторону и схватился за укушенное место, а Ми Сук воспользовавшись моментом, подбежала к окну и что есть мочи закричала. Однако вот на кампусе уже никого не было и помощи ждать неоткуда, а мерзкий мужлан снова приближался к ней. Кан схватила свой телефон и нажала на кнопку быстрого вызова, но ровно в этот момент, учитель выбил аппарат из ее рук и, снова прижав ее к подоконнику, стал более грубо и упорно целовать девушку в шею, оставляя багровые пятна. Ми Сук не прекращала кричать о помощи, её голос срывался, она плакала, но не переставала молить. В момент, когда силы почти покинули её, а рассудок погрузился во тьму, она успела заметить, как кто-то выбил дверь и налетел на учителя Хвана, после, Ми Сук потеряла сознание.
***
Резкий запах медицинских лекарств ударил в нос. Ми Сук раскрыла глаза и уткнулась взглядом в белоснежный потолок.
— Очнулась? — кто-то схватил её за руку, это была мама, Кан облегченно улыбнулась.
— Как ты, доченька? — рядом послышался голос отца. И он здесь? — Прости меня, дурака, такому гаду верил, а родной кровиночке нет, — кажется, отец плакал.
К койке подошел доктор, это была женщина, и она тут же осмотрела пациентку:
— Как вас зовут? — спросила она.
— Кан Ми Сук, — прошептала девушка.
— Помните, что с вами произошло?
Ми Сук замерла на мгновение, она снова ощутила мерзкие прикосновения учителя Хвана на своем теле, она рефлекторно потянулась пальцами к шее:
— Помню, — рядом всхлипнула мама.
— Отдохните, а позже к вам придет участковый, — доктор перевела взгляд на родителей, — Сегодня пусть побудет тут, а завтра можете забрать её. Несколько дней ей нужен отдых, тепло и забота. Никаких стрессов, — договорив, врач ушла, а мама снова заливаясь слезами, склонилась над дочерью.
— Он в тюрьме? — спросила Ми Сук. Больше всего она боялась, что он снова придет к ней.
— Да, милая, он там останется надолго, — отец провел ладонью по волосам Кан.
— А где Чанёль? Я уверена это был он, — сердце бешено забилось в волнении, вспомнив, как кто-то спас её. Пусть она и не видела, но явно ощущала и сейчас она переживала, что с ним, ведь наверняка Чанёль не сдерживался в своих эмоциях.
— Его забрали на допрос, после он придет, — мама тепло улыбнулась, — Как хорошо, что он оказался рядом.
— Он всегда рядом, он всегда меня спасает, — выдохнула Ми Сук, она уже перестала считать, сколько раз Чанёль оказывался в нужном месте, в нужное время.
— Я действительно погорячился с выводами об этом парне, прости меня, — пробурчал отец, было видно, как ему неловко.
— Я рада, что ты понял это, хотя и не самым лучшим методом, — Кан пыталась шутить, но родители явно не оценили её юмора.
— Когда придет следователь, ничего не бойся, говори правду и не упускай ни одного момента. В его кабинете камеры не было, но благодаря раскрытому окну, небольшой кусок засняла уличная камера, так что доказательства есть, — отец запнулся, сжимая ладонь в кулак, — Хотел бы и я добавить этому ублюдку! Чанёль отлично начистил ему морду.
— Его закон накажет, — без эмоционально произнесла Ми Сук и вздохнула, в палату постучались, и зашел мужчина в полицейской форме.
— Здравствуйте, я следователь Сеульского отделения полиции, могу я задать вопросы потерпевшей?
Родители вопросительно взглянули на дочь, та согласно кивнула, тогда они вышли из палаты, оставляя следователя и Ми Сук одних. Около тридцати минут работник полиции проводил допрос, задавая вопрос за вопросом, иногда совсем нелепые, но Кан понимала, что следователь проверяет её, ведь она могла иметь какие-либо мотивы, для специального обвинения учителя. Хоть и имелась запись с камер, все же там было видно не все. Допрос был окончен и, предупредив, что Ми Сук будет еще вызвана, ушел, родители вернулись в палату, а следом за ними зашел Чанёль.
— Чанни, — впервые Ми Сук так назвала его, из глаз полились слезы и, она потянулась руками к парню, не в силах поднять свое отяжелевшее тело. Чанёль подошел к девушке и, поймав одобрительный взгляд родителей, сел на край кровати и обнял Ми Сук. На его лице тоже было много ссадин, волосы небрежно приглажены, а рукав куртки был сильно порван, — Спасибо тебе, — прошептала Кан на ухо Паку и прижалась еще крепче, не желая отпускать своего любимого спасителя.
— Задушишь, — отшутился парень и приподнялся, заглядывая в глаза Кан, а затем, нежно убирая выбившиеся волосы за ухо, — Знаешь, как ты меня напугала? Я думал, что убью его, а затем и сам умру, если с тобой что-то случится.
— Не нужно умирать, просто будь всегда рядом, тогда со мной ничего не случится, даже, если весь мир будет против меня.