Все будет хорошо, помни.

Леа

С отцом мы не общались с того вечера после бала. Он приходил домой ещё позже, чем раньше. Я совсем не видела его, только иногда слышала, как машина подъезжает к дому. Зато уже неделя, как я могу совершенно официально обнять Мэйсона или поцеловать. Это делает меня по-настоящему счастливой. Отец совсем не интересуется моей жизнью, поэтому скрывать наши отношения мне достаточно легко. Александр названивал мне каждый день, но сегодня я решила заблокировать его номер. Против меня у него ничего нет. Пусть шантажирует отца. Это не мои проблемы.

Отношения с Мэйсоном— это лучшее, что случалось в моей жизни. Мы разговариваем обо всем, что придет на ум, будто знакомы всю жизнь, а не несколько месяцев. Целуемся, не скрывая чувств, гуляем, держась за руки. В школе мои старые друзья смотрят на нас косо, но мне все равно. Я счастлива с ним.

Закат сегодня был невероятно красивым. Розовые, фиолетовые, оранжевые полоски неба просто завораживали. Одно облако, отражающее ярко- розовый цвет заката напомнило мне фламинго, которые в детстве казались мне самым красивым, что создала природа. Мы ехали с Мэйсоном почти на пустой дороге, а я не могла оторвать взгляд от вида из окна. Но боковым зрением видела, что Мэйсон не сводит глаз с моего лица.

— Чего ты? — я повернулась на Мэйсона, пытаясь скрыть счастливую улыбку.

— Что? — он сделал вид, что ничего не понял.

— Что ты так смотришь?

— Я знаю, о чем ты подумала. — заявил парень.

— Дааа, и о чем же?

— О том, что это облако похоже на фламинго. — самодовольно заявил Мэйсон и отвернулся к дороге. Я расширила глаза от удивления, затем всё-таки позволила себе расплыться в счастливой улыбке.

— Как ты понял?— Все мои саркастичные высказывания застряли в горле. Мне просто захотелось спросить у него.

— Раньше ты казалась мне непредсказуемой, а сейчас я просто стараюсь мыслить как ты. Это не так сложно, если любишь, — Спокойно разъяснил парень. Мое лицо тут же залилось краской.

— Следи за дорогой, Мэйсон,— улыбнулась я.

Парень резко отвернулся, сделав вид, что совсем не заинтересован во мне. Я тихо посмеялась. — Ты потрясающий актер. — Я потянулась губами к его щеке, но когда почти поцеловала, Мэйсон повернулся и мы встретились губами.

— Попалась,— сказал он.

— Я так не играю. — я сложила руки на груди. Потом улыбнулась и поцелова его в губы ещё раз.

Теперь я стала рассматривать его профиль. Если он чувствует ко мне тоже самое, что и я к нему, то я понимаю, почему он смотрел на меня. В лучах заката, его лицо было лучше, чем идеальное. Неужели такой парень мог достаться мне? Я, видимо, невероятно везучая. Я улыбнулась собственным мыслям и отвернулась к окну, продолжая рассматривать лучи заходящего солнца.

Мы подъехали к дому, и я заметила свет в одном из окон. Желудок моментально связался в узел. Лицо тоже изменилось, и Мэйсон это заметил. Он положил свою руку на мою и поцеловал меня.

— Все будет хорошо, помнишь? Я с тобой.— пообещал парень.

Я кивнула, поцеловала его в щеку и вышла из машины. Если бы я знала, что это был наш последний поцелуй, я бы задержалась. Но я просто глубоко вздохнула и пошла к двери.

В этом доме мне уже давно неуютно находиться. Все стало чужим. Я поставила ногу на первую ступеньку лестницы, но отец все таки окликнул меня из кухни. Я зажмурила глаза и остановилась.

— Леа! — Повторил отец. По его голосу стало ясно, что ничего хорошего он мне не скажет.

— Привет,— я медленно вошла в кухню, застав отца со стаканом виски в руке.

— Александр говорит, что ты не отвечаешь на звонки.

— А я должна? — спокойно спросила я, хотя коленки почему-то тряслись. Каждое движение рук отца заставляло меня дергуться. След от пощёчины уже прошел, но из головы он не уйдет никогда. Никогда не забуду, с какой ненавистью он смотрел на меня в тот вечер.

— Я сказал тебе не общаться с этим парнем.— продолжил папа, будто не слыша меня.— Ты нарушила все, что я сказал тебе. Дай свой телефон. — эта просьба поставила меня в тупик. Но он не знает пароль, поэтому я протянула ему телефон.

Он включил экран блокировки и повернул ко мне. Там было десять пропущенных от Алекса. Вины за это я не чувствовала.

— Зачем тебе телефон, если ты не отвечаешь на звонки?! — Отец сделал шаг ко мне, а я сделала два назад. — И чтобы я не видел того парня рядом с тобой, ты меня поняла?!

— Я знаю все. — тихо, но уверенно сказала я. — Все. Про то, что Алекс шантажирует тебя! И про Лидию я знаю все! И про то, что ты уволил отца Мэйсона! Ты ужасный человек, отец! Ты готов пожертвовать дочерью ради репутации! — он замахнулся, чтобы снова влепить мне пощечину, но я отошла ещё на шаг от него.

Ярость вернулась в глаза отца. Казалось, он готов меня просто убить. Но я держалась стойко. Он резко кинул мой телефон в стену, и он разлетелся по всей кухне. Я вздрогнула, но не заплакала.

— Собирай вещи. — грозно сказал отец, отвернувшись от меня.

— Что? — растерянно спросила я.

— Что слышала. Ты едешь в частную школу, куда отправили Александра. — отец ударил кулаком по столу. — Не хватало ещё, чтобы меня шантажировала собственная дочь!

— Но я закончу школу через несколько месяцев! — Не выдержала я, и слезы, которые я сдерживала, всё-таки вырвались. Я поверила отцу. Он никогда не угрлжал просто так.

— Нет. В той школе ты будешь учиться ещё четыре года. Получишь образование, как в университете. — Уже почти спокойно сказал отец.

— Я никуда не поеду! — истерически закричала я, пытаясь проглотить ком в горле.

— Я все решил, Леа. — отец стал спокойным. Ему нравилось, когда его решения выводили кого-то из себя. — Ты стала просто невыносимой! Ты не выполняешь ни одной моей просьбы! Иди к себе и собери чемодан.

— Я не уеду отсюда. — я тоже решила успокоиться. Хотя соленые слезы все ещё текли по щекам.

— Тебе нечего здесь делать.

— Есть!

— Что же? Общаться этим парнем? — усмехнулся отец.— Я уволил его отца. Он скоро уедет отсюда. Или сопьется. — уже тише произнес отец.

— Что? — я не понимала, почему отец решил, что отец Мэйсона сопьется.

— Он много пьет, Леа. У него теперь нет работы, потому что в нашу компанию его не примут. У него слишком испортилась репутация. А дети обычно похожи на своих родителей. Тебе разве нужен такой?— как же отец был не прав. Мне нужен любой Мэйсон. Но перспектива того, что его отец будет пить и у них не будет денег, чтобы жить, пугала меня больше.

— Почему же ты не можешь принять его обратно?

— Потому что алкоголики нашей компании явно не нужны. А отец твоего дружка именно такой.

Я уже закипала от злости. Ведь жена отца Мэйсона изменила ему с моим отцом, а мой отец решил просто добить Криса Уильямса. Я смотрела на мужчину перед собой и не верила, что это мой папа.

— Ты ужасен.

— Это жизнь, дочь. Никогда не знаешь, чего ожидать от людей. Поэтому нужно бить первым. — Отец пожал плечами и сделал глоток из стакана.

— Но ты бьешь лежачего, — мой голос начал бессовестно дрожать, а к глазам подступали слезы. Юношеский максимализм и жажда справедливости? Да, это про меня в этот момент. Я была готова на все ради торжества справедливости. Добро всегда должно побеждать. Проблема лишь в том, что злом в этой ситуации оказался мой отец.

— Собирай чемодан. — Тон отца, означающий конец разговора. Но я была слишком взвинчена, чтобы заканчивать разговор.

В голове родилась странная мысль.

— А если я поеду, ты возьмёшь отца Мэйсона обратно? — тихо спросила я. Сама не понимая, как решилась сказать такое.

Отец сделал глоток из стакана и странно посмотрел на меня. Он будто бы обдумывал все, что может произойти. Но я понимала, что ему это только на руку. Я уеду, Александр уже уехал. Отец Мэйсона не помешает жизни моего отца, под страхом потерять работу снова. Я правда уеду, если он сейчас согласиться.

— Возьму. — Он сделал долгую паузу и добавил,— самолёт завтра рано утром. Все твои документы уже там, ты принята.— Отец ни на секунду не сомневался, что я поеду. Это пугало меня больше всего. Но он выиграл.

Решено. Я уеду. Оставлю Мэйсона. Но это только для его же блага. Боже, я и подумать не могла, что мне может быть так больно. Слезы градом полились из глаз. Я начала рыдать.

— Хорошо.— выдавила я и убежала из кухни, вытирая слезы с лица.

Я открыла чемодан, закинула туда первые попавшиеся вещи и захлопнула. В этот вечер я испытала самую сильную боль за всю свою жизнь. Я теряла самого дорогого мне человека. Теряла по собственной вине. Я надеялась, что он когда-нибудь поймет и простит меня. Слезы не останавливались, как бы я не старалась. Я рухнула на кровать и закричала в подушку. Потом я все таки решила написать ему хотя бы сообщение. Я полезла в карман, но вспомнила, что мой телефон сейчас валяется в разных частях кухни. Я даже не смогу попрощаться! Грудь затряслась от попыток сдержать слезы, я до боли прикусила нижнюю губу и почувствовала вкус крови.

Единственное, что пришло мне в голову— написать Мэйсону письмо.

Я взяла карандаш и накарябала на листе бумаги несколько предложений, которые родились в моей голове. Это были все мои чувства в этот момент. Я совсем не думала о том, как буду чувствовать себя, но я думала о чувствах Мэйсона и хотела, чтобы он знал, что я не просто так оставила его. Я позаботилась о его будущем.

Я сложила лист напополам и сунула в какой-то конверт, который почему-то лежал в одном из ящиков моего стола. Я почти запечатала конверт, но что-то остановило меня. Я сняла с шеи подвеску в виде журавля и положила в конверт.

Быстро спустилась вниз, не наткнувшись на отца, накинула куртку и побежала в направлении дома моей старой подруги. Бежала и плакала, потому что не могла остановить слезы. Не видела дороги, освещенной только тусклыми уличными фонарями. Через несколько минут пошел снег. Первый снег в этом году. Радостное событие, а я вся в слезах бегу и задыхаюсь. Хлопья медленно кружились над моей головой и ложились на землю. А я бежала. Снежинки прилипали к мокрым ресницам, и я не видела практически ничего. Задыхаясь, я добежала до его дома. Я подняла голову и увидела в окне силуэт Мэйсона. Он показался там на секунду, но больше я бы и не выдержала. Первый раз мне было так больно смотреть на него. Прямо сейчас я пришла, чтобы оставить его одного. Я стою здесь, а он там, и не знает, что завтра мы не встретимся. Я опустила голову и подошла к почтовому ящику. Но это письмо было слишком личным, чтобы оставлять его там. Я повернула голову в сторону машины Мэйсона. Окно водительской двери было закрыто неплотно и туда легко пролез конверт с письмом. Я заплакала, поняв, что обратной дороги нет.

Я ухожу. Сейчас.