глава 25
Сердце под кожей
Утро началось не с поцелуя, а с тошноты.
Лолита стояла в ванной, сжимая в пальцах край раковины, будто пыталась удержаться на поверхности. Мир плыл. Стены казались ближе, чем должны быть. Она открыла кран, умылась ледяной водой и посмотрела в зеркало. Глаза были круглыми. Испуганными.
Она всё поняла ещё вчера, когда у неё не пришли. Но только сегодня решилась купить тест — завернула в платок, спрятала в карман, и теперь он лежал в мусорке, две чёткие полоски, как две черты на асфальте: туда — не возвращайся.
— Всё в порядке? — окликнул Марат с кухни. — Яичницу жарю.
— Да, — срывающимся голосом ответила она. — Просто устала. Немного.
Он ничего не заподозрил. Подал завтрак, налил чай. Поцеловал в висок.
А у неё тряслись руки.
---
Днём она позвонила Наташе. Медсестре, подруге, единственной, кто знал, куда она исчезла со съёмок. Они встретились во дворе старой поликлиники, где когда-то лечили Марата после драки.
Лолита сидела на лавке, закутавшись в плащ. Наташа рядом, строгая, взрослая, будто постарела за это лето.
— Беременна, — выдохнула Лолита. — Я не знаю, что делать…
Наташа молчала.
— Я боюсь. Боюсь, что он не захочет ребёнка. У него и так жизнь была сложная. Ему нужно спокойствие, а тут я… с пузом.
— Ты с ним это обсуждала?
— Нет. Я не могу. Он подумает, что я его привязываю. Что сбежала, а теперь… — голос сорвался. — Я даже… я думала… может быть… прервать?
Наташа вздохнула.
— Ты же любишь его?
— Люблю.
— Тогда скажи ему. Пока не поздно.
---
Она не знала, что за деревом стоял Марат.
Он пришёл раньше — принёс куртку, зная, что она забудет. Увидел их. Услышал. Не сразу понял, что речь идёт о ребёнке. А потом в груди что-то сжалось.
Она боится ему сказать. Боялась, что он не захочет.
Он ушёл, не дождавшись конца разговора. Ушёл домой. Молча. В голове — гул. В душе — ледяная воронка.
---
Она вернулась ближе к вечеру. Боялась встретиться взглядом. Вошла тихо, сняла ботинки, куртку, хотела пройти в комнату, но он стоял в коридоре. Ждал.
— Ты знала и молчала, — сказал он.
Она вздрогнула.
— Ты всё слышал?..
Он кивнул.
— И ты правда думала, что я сбегу? Что я от тебя, от него... от вас?
Лолита опустила голову.
— Прости…
— Я не святой, Лола. Не знаю, буду ли хорошим отцом. Но если ты всерьёз подумала, что мне плевать на это… ты ничего не поняла.
Он подошёл, медленно, и положил руку ей на живот — робко, будто впервые касался будущего.
— Я не дам тебе упасть. Ни в какой омут. Ни одной.
— Но я… я боялась.
— Бойся. Только не одна.
---
Ночью он держал её крепче, чем когда-либо.
И впервые она не чувствовала одиночества.
Впервые за долгое время внутри — билось два сердца.