Глава 1.

– И сколько ты готова торчать дома? – спросила меня мама, я обернулась к ней.
– Всю жизнь, – с сарказмом прошептала я.
Она вздохнула, посмотрев в окно.
– Сегодня хорошая погода, – подметила моя мама. – Вот что. Поезжай за продуктами в магазин, а потом погуляй, познакомься с кем-нибудь.
– Люди и так не слышат, о чем говорят их собеседники, так с моим шепотом, меня тем более не будут слышать, – я лениво перевела взгляд зелено-голубых глаз в тоже окно, в которое посмотрела моя мама.
– Мда, ты со своими книгами стала слишком много думать, – усмешкой ответила она мне.
– Это уже не из книг, а из моей головы, – я усмехнулась за мамой, как по команде.
– Ну, значит, ты уже точно стала совсем взрослой.
– Семнадцать лет, я вроде как, ещё совсем маленькая, – я просто передразнивала ее.
– Угу, моя малышка скоро поступит в институт!
Я не смогла не улыбнуться. Встав с зеленого кресла, на котором я хорошо устроилась, начала переодеваться. 
Коричневые брюки, синяя майка на лямках с мелкими цветами и балетки. Идеально.
Мама отдала мне листок со списком продуктов, а я зашла в гараж, откуда достала свой велосипед.
– Удачи! – мама помахала мне вслед рукой, когда я уже скрылась за листвой деревьев рядом стоящего парка.

  Изредка покручивая педали, я неслась на огромной скорости по велосипедной дорожке. Крашенные, рыжие волосы развевались подобно флагу на ветру, откинувшись назад. Мне казалось, что я полностью свободна. Что никаких проблем у меня и в помине никогда не было. Хотелось закрыть глаза,раскрыть свои руки,  и мчаться вперёд, только в перед!
Но я сразу дала себе знать о том, что я за рулем, и что в любой момент я могу врезаться в дерево, а еще хуже в человека.
Велосипедная дорожка кончилась, я слезла с велосипеда, чтобы пройти через пешеходный переход.  Перед мной оказался гипермаркет. Зайдя внутрь здания, я проверила наличие списка, который мне дала мама и начала искать продукты.
Яйца, молоко, огурцы с помидорами, еда для Криса (это мой рыжий кот)
Прошло минут десять, пока я набирала корзину продуктами.
– Остались только хлопья на завтрак, – тихо произнесла я у себя под носом.
Эти хлопья всегда почему-то стояли в самом дальнем отделе, ближе к кассе. И меня это впервые очень радует.
Пройдя мимо стеллажей с едой, я искала себе то, чем можно было бы перекусить, просматривая новые серии "Шерлока". Можно было бы, в лучших английских традициях – чай и пирожные, но мне так не хотелось заморачиваться со всем этим. Поэтому я остановилась на классике – огромная пачка попкорна.
Я собиралась уже выходить к кассе, как вдруг почувствовала, что будто кто-то мне наехал на ногу.
Я обернулась, поморщившись от  боли, и тут же была ошарашена. Перед мной сидел в инвалидном кресле парень, примерно моего возраста. У него светлая кожа, очень бледная,возможно, потому, что он точно так же много проводил времени не выходя из дома, каштановые волосы средней длины  и карие глаза, своими отеннками, напоминающие горячий шоколад.
– О, прошу прощения. Все еще не могу разобраться с этой бандурой, – он виновато опустил свой взгляд на коляску, словно объясняя, что он имел под словом "бандура", и еле заметно улыбнулся.
– Ничего страшного, – я, кажется, как раз пришла в себя. Еще никогда мне не удавалось так близко видеть инвалидов. Да что уж там, вру. Я инвалида вижу каждый день, когда смотрю в зеркало. Но вот именно колясочника я видела впервый раз. Это так... больно. Видеть, что люди, которых обделила жизнь возможностями живут более полноценной жизнью, чем те, кому даны руки, ноги, глаза, слух и голос.
Парень уехал дальше, а я продолжала стоять и смотреть куда-то в пустоту. Мне было так обидно... От своих мыслей.  Потому что это горькая правда нашей жизни и бытия.
Но затем я резко сказала себе собраться и побыстрее вернуться домой.
Заплатив за все товары, я все сложила в пакет, а когда вышла из магазина,повесила его на одну из ручек велосипеда.
– Я бы тебе не советовал так делать. Пакет попадет в раму колеса и он порвется, – перед мной снова оказался тот самый парень.
Я лишь пожала плечами. Я не взяла с собой свой любимый рюкзак, возможно, я бы смогла переложить все содержимое пакета в него.
– В любом случае, у меня нет выхода, – ответила я, все тем же противным для меня шепотом.
– Выхода нет только из гроба, – протянул парень, проходя взглядом по моему велосипеду и пакету с продуктами. – Тебе определенно нужно будет одеть на руль своего транспорта корзину. Так будет намного удобнее.
А сейчас... Хочешь, я подержу  твой пакет у себя на коленях?
– А тебе не будет тяжело? – спросила я, сначала оценив размер этого пакета, а затем ноги парня.
– У меня парализованы все ноги, начиная с таза. Я ничего не чувствую.
– Хм... А тогда как ты будешь передвигать колеса, если твои руки будут придерживать пакет?
– Пф... Я и одной рукой могу двигать свою телегу, – с ноткой иронии произнес мой новый знакомый.
– Ну... Хорошо.

Мы вместе двинулись через парк к моему дому. Я уже не ехала на своем велосипеде, а просто вела его рядом, чтобы парень не отставал от меня.
– Меня зовут Алекс, – произнес он, спустя некоторое наше молчание. – А тебя как зовут?
– Адель, – прохрипела я.
– Почему ты говоришь шепотом? – Алекс посмотрела на меня, заинтересованным взглядом.
– Так... Я не могу говорить в полный голос из-за серьезной травмы связок, – по моим словам, казалось, что это пустяк. Но это не так. Это катострафическая проблема.
– Но ведь они скоро восстановятся, верно?
– Нет. Это не тот случай, когда ты весь день кричал, а на следующий день ты только и делаешь, что хрипишь. Это у меня теперь на всю жизнь. Знаешь, как у курильщиков, которые столько вдохнули никотина, что они могут говорить только с помощью специального аппарата, с голосом компьютера Стивена Хокинга.
– Плохое сравнение с курильщиками. Я же вижу, что ты не такая, – от слов Алекса, я смутилась, и попыталась сменить тему.
– Так... А как ты стал, ну... таким?
– Ох, не пытайся ходить вокруг да около этой темы, это выглядит убого, – в голосе парня слышалась отчетливо раздраженность. Видимо, все, кто общается с ним, говорят о его инвалидности так же, как и я, не называя конкретных слов. – Прости, накипело, – добавил Алекс уже более спокойно. – Я прогуливался как-то со своей собакой, и в какой-то момент, она выбегает на трассу, ну а я следом за ней, потому что не мог отпустить её поводок. И в итоге вылетает откуда-то фура, моя собака погибает, а я, собственно, оказываюсь в этой чудо-колеснице.
– Видно, тебе нравится давать различные названия ей, – я не смогла не улыбнуться находчивости парня.
– А то. "Коляска", звучит, как будто я какой-то маленький ребенок, который спит в коляске
– Мда уж... А разве ты не ребенок
– Но, но! Мне остался год до того, как стать совершеннолетним!
– О, так тебе двадцать? – я была удивлена. Он старше меня на каких-то три года, но уже зная, сколько ему лет, мне казалось, что мы из разных возрастных категорий. Он – взрослый, молодой юноша, студент, а я – старшеклассница.
– Не похож ты на двадцатилетнего, – подразнив, я ответила ему. – Скорее на моего ровесника похож, выпускника старшей школы.
– Ооо, так ты выпускница? – я так не смогла понять, был ли Алекс приятно удивлен такому известию.
– Да.
– И на кого поступать собираешься? – спросил он.
– Я не знаю. Я всегда хотела стать певицей. Но, как видишь, не суждено.
Алекс громко и протяжно вдохнул воздух в свои легкие,
пытаясь либо что-то придумать, либо просто переварить всю информацию.
– Хотелось бы мне тебе помочь, – он не заметил, как тоже перешел на шепот. Это нормальное явление. Почти все люди, с которыми мне удалось пообщаться, тоже переходили на шепот. Цепная реакция? Или эффект толпы на них срабатывает?
– А мне бы хотелось тебе помочь, – к тому времени я и Алекс успели дойти до синих ворот моего дома с живой изгородью.
– Да зачем мне помогать? Как-нибудь и без ног обойдусь.
– Ну, а как же, не знаю, карьера спортсмена? Или секс? – я несла все, что мне приходило в голову.
– Я бы и так могу стать спортсменом, только для инвалидов. Секс... Позы девушки сверху? – все мои аргументы были разбиты в дребезги. –  Но вот у тебя... Давняя мечта. Цель на всю жизнь. Я бы не хотел, чтобы она умерла, так и не появившись на свет.
– С-спасибо, – я была польщена. Алекс был первым, кому показалась моя мечта реальной, не какой-то сказкой.
Я взяла пакет с его колен, и мы распрощались. Я зашла домой, оставив велосипед на своем почетном месте в гараже, а Алекс – поехал на своей колеснице в свою сторону.и