Глава 8
POV Оливия
Я стою на сцене, с волнением ожидая выбора членов жюри. Мои ладони вспотели настолько, что если их выжать, то можно получить целое ведро воды. Пот стекает с меня ручьями, собственно, как и у всех моих конкурентов. Вот только Энджи стоит со спокойным лицом и смотрит в зал, не забывая улыбаться и махать зрителям.
Я с раздражением перевела взгляд с нее на Тома, который стоял около нее. Бедный парень. С левой стороны его прижал какой-то парень в очках, и блондину приходится с невероятным усилием сгибаться, чтобы не касаться Стюарт. Если он случайно дотронется до нее или еще, не дай Бог, упадет на нее или наступит на ногу, блондинка выцарапает ему глаза. Ну что ж, будем надеяться на лучшее.
На позитивные мысли настраиваться мне мешала девушка, которая стояла возле меня и от волнения теребила рукав моей куртки. Я с недовольным лицом отдернула руку и попросила ее стоять спокойно. Девушка обиженно фыркнула и отвернулась.
Неожиданно раздался звук фанфар. Я вздрогнула и, едва удержав равновесие, чуть не свалилась со сцены – мы стояли на краю и при любом неосторожном движении могли упасть.
- Дорогие зрители, готовьте свои блокнотики и телефоны – сейчас вы сможете выбрать себе фаворита, за которого будете голосовать в дальнейшем! – сказала ведущая, перевернув листик на планшете.
- Уважаемые члены жюри, вы готовы объявить результаты? – спросил ведущий, поправив бантик-бабочку на шее.
- Да, конечно, - вздохнув, сказал темнокожий мужчина, кажется, Рэнди Джексон.
- По общепринятому решению всех членов жюри, в проект попадут десять участников, - сказал Саймон Коуэлл.
Все стоящие на сцене ребята, и даже зал, притихли. Каждый ждал того, чтобы жюри назвали его имя. Никто не хотел уезжать домой. Конкуренция была жесткой. Я чувствовала весь негатив, исходящий с обеих сторон. Это с виду все такие милые и улыбчивые. На самом же деле каждый готов на все, чтобы попасть в проект. Если я говорю на все, это значит на ВСЕ.
- И так, прошу тишины, - сказала Дженнифер, хотя в зале и так стояла мертвая тишина. – Все ребята, безусловно, хорошо поют, но всех мы взять не можем. Поэтому не вздумайте на этом окончить свой музыкальный путь. Стремитесь к своей цели, развивайтесь.
- В проект проходят... - медленно сказала Мэрайя, испытывая мое терпение. – Конкурсантка под номером один – Ева Миллер!
Зал взорвался аплодисментами и криками. Счастливая девушка поклонилась членам жюри, послала им воздушные поцелуи и убежала за кулисы. Я проводила ее недобрым взглядом, так как она прекрасно поет и с ней будет очень тяжело конкурировать.
- Конкурсант под номером восемь – Мэйсон Олдридж!
Из строя выбежал темнокожий парень в джинсовой куртке и темных брюках и от счастья закричал. Зал одобрительно поддержал его. Парень поклонился членам жюри аж до самого пола и убежал к Еве.
- Конкурсант под номером тринадцать – Лукас Бейкер!
Вперед выскочил рыжий парень с длинными волосами, завязанными в пучок. Он улыбнулся залу, членам жюри, помахал им и убежал за кулисы.
Я видела, как напрягся Том, ведь он следующий. Я не меньше него переживала. Мест становилось все меньше и меньше. Сейчас осталось всего семь мест, а участников сорок семь! Сорок ребят должны будут попрощаться с проектом и ни с чем уехать домой. И в этом числе могу оказаться я.
- Конкурсант под номером четырнадцать – Томас Галлагер!
Я вместе с Томом закричала и начала радостно хлопать парню. Тот выбежал к самому краю и упал на колени, сложив руки на груди. Представляю, как радуется этой маленькой победе Том. Ведь это его единственный шанс доказать отцу, что он самостоятельный и сам может достичь чего угодно, даже популярности.
- Конкурсантка под номером пятнадцать – Анджела Стюарт!
Под шум аплодисментов Энджи буквально продефилировала к краю сцены, помахала зрителям и такой же походкой ушла. Я проводила ее презрительным взглядом, так как она даже не посмотрела на членов жюри. По ее спокойному и довольному лицу было видно, что блондинка нисколько не переживала по поводу своего прохождения. Создавалось такое ощущение, что она считала, будто жюри просто обязаны взять ее.
Все ребята заметно напряглись, так как свободных мест осталось всего пять. Некоторые, а именно ребята, чьи номера прошли, стояли и плакали, так как было понятно, что члены жюри к ним уже не вернутся.
- Конкурсантка под номером двадцать три – Оливия Грейстоун!
Зал начал хлопать и кричать, а я осталась на месте и ожидала, когда этот счастливчик выбежит вперед. Совершенно не подозревая о том, что выбрали меня, я как последний даун стояла на сцене и хлопала в ладоши с кислой миной.
- Эй, ты че стоишь? – сказала мне девушка, которая мяла мне рукав куртки. – Тебя вообще-то выбрали! Беги, счастливица!
- ЧТО?! – не поверила я.
- Оливия Грейстоун, двадцать третий номер, - повторила Мэрайя.
Завизжав, я кинулась к концу сцены и от счастья начала прыгать на месте, выкрикивая слова благодарности. Я посмотрела на Эмму, которая прыгала вместе со мной и плакала от счастья.
Я поклонилась членам жюри и зрителям и со счастливой улыбкой и слезами на глазах убежала за кулисы. Там я увидела смеющегося Тома. Я побежала и прыгнула на него. Он словил меня и прокрутил в воздухе.
- Ты понимаешь? Мы прошли! – орал он.
- Да, мы прошли! – смеялась я.
Парень опустил меня и обнял. Я похлопала его по спине и взъерошила его светлые волосы. Именно такой реакции я и ожидала. Все ребята, которых выбрали, подбежали к занавесу и теперь выглядывали оттуда, наблюдая за остальными конкурсантам. Помимо нас еще выбрали Марка, который был под номером двадцать девять. Он со счастливой рожей пробежал мимо нас. Я бросила в его сторону презрительный взгляд и отвернулась.
Затем выбрали полненькую афроамериканку под номером тридцать пять – Нору Эванс. Та, тяжело топая ногами, поклонилась зрителям и побежала к нам. Мы с ребятами сразу же разошлись, освобождая ей путь. Мало ли, вдруг кого-нибудь убьет еще.
После этого выбрали парня под номером сорок – Уильяма Фишера. У него были очень светлые волосы, почти как у Хлои, и темные глаза. Кстати о Хлое – ее выбрали самой последней – она стояла под номером сорок семь. Девушка расплакалась на сцене и чуть не упала в обморок. Все остальные ребята сверлили ей дырки в черепе, но виду не подавали.
Я обняла девушку, когда она прибежала к нам. Ее счастью не было предела. Даже я так не радовалась. Я была счастлива, что те, кого я знаю, прошли вместе со мной. Но я также была огорчена неудачей Мэтта. Мне было жаль, что его не взяли.
Когда тот с немножко расстроенным, но улыбающимся лицом вернулся за кулисы, я сразу же подбежала к нему и обняла его. Тот от неожиданности чуть не упал, но вовремя схватился за меня.
- Ты молодец, - сказал он улыбаясь, гладя меня по спине. – Ты заслуживаешь этого места.
- Но... ты ведь не прошел! –расстроенно произнесла я, еще крепче сжав его в объятиях.
Я всегда любила полненьких людей. Не поймите меня превратно. Все полные люди всегда добры и чистосердечны. Есть, конечно, неприятные исключения, но Мэтт не входит в этот список. От него всегда веет теплом и радостью. Как говорится, у больших людей большое сердце.
- Ой, подумаешь, - отпустив меня, поправил свои очки парень. – Зато меня сняли на камеру. Представляешь, меня покажут по телеку!
- Но тебя уволят с работы, - всхлипнув, сказала я. – Ты ведь ради этого конкурса приехал сюда и оставил ее. Что ты скажешь своим родителям?
- Надеюсь, мама меня поймет.
- Мэтт, иди сюда, дружище!
К нам подошел Том. Он обнял Мэтта и похлопал его по спине. Я заметила, что за эти несколько дней парни сдружились. Многие подумают, что это невозможно, что это все вздор, но это не так. Чудеса случаются, и очень часто.
- Претенденты на звание самого-самого проходят несколько отборочных этапов, количество которых меняется из года в год, - тем временем подводила итог на сцене ведущая.
- Общая схема остается неизменной: отбор в Нью-Йорке, выбор полуфиналистов и, наконец, живые выступления, где за своих фаворитов голосуют зрители. По условиям конкурса двое победителей получают контракт на продвижение и запись альбома, - продолжил ведущий.
- Ждите следующего эфира с нашими полуфиналистами через неделю, в субботу в девять вечера. Не переключайтесь и оставайтесь с нами!
- С вами была очаровательная Кэрри Милбенк! – указав на ведущую, сказал парень.
- И всеми любимый Райан Сикрест!
Ведущие поклонились и направились в нашу сторону. А я в ужасе стояла и смотрела на них. В смысле следующий эфир состоится через неделю? Я думала, что ВЕСЬ конкурс продлится неделю! И что же мне делать? Как я объясню родителям, что задержусь здесь почти на месяц?! А как же мои друзья? Что я скажу Аманде?
- И так, ребята, быстро скучковались, - крикнул в нашу сторону Райан Сикрест. – Мы должны сообщить вам кое-что важное.
Все ребята, которые прошли в проект, включая меня и Тома, подбежали к ведущим и окружили их. Каждый хотел быть ближе к этим звездам. Одна девушка даже протянула руку и коснулась плеча Райана, но под яростным взглядом Кэрри быстро убрала руку.
- Деточки, это вам не школьный конкурс, - строго сказала ведущая. – Здесь шоу-бизнес. Каждый из вас должен рвать и метать, чтобы пройти дальше. Здесь вас жалеть никто не будет.
- Кэрри, будь с ними по мягче, они же дети, - покачал головой ведущий. А он мне нравится. – Ребята, завтра вы должны будете прийти сюда после завтрака. Здесь вас будут ждать наши уважаемые жюри, а именно - Рэнди, Саймон, Мэрайя, Стив и Гарри. Каждый из них возьмет себе под два участника и подготовит к полуфиналу.
- А что, разве Дженнифер Лопес не будет в списке наставников? – послышался расстроенный голос Норы.
- Нет, у нее слишком плотный график и она не сможет присутствовать здесь около четырех дней. А столько ждать мы не можем.
Все сразу поникли, так как каждый, я уверена, каждый хотел поработать с Дженнифер. Мне тоже очень этого хотелось, но я была бы не против поработать со Стивом Тайлером – моим любимым рок-певцом.
- Так, а сейчас расходимся по номерам, - хлопнув в ладоши, подытожил Райан. – Ребята, расслабьтесь, все уже позади, вы можете отдохнуть.
Увидев напряженные лица ребят, ведущий улыбнулся и, помахав нам рукой, ушел. Следом за ним на высоченных каблуках побежала Кэрри. Ведущий мне сразу понравился, а вот эта Кэрри... она очень неприятная личность.
Я выбежала в коридор и увидела там Мэтта. Тот уже успел собрать свои вещи и теперь возвращался домой. Мы с ним тепло попрощались, обменялись номерами телефонов, страничками в фейсбуке и профилями в инстаграме. После этого я вернулась к своим новым друзьям, а он к новой жизни. По дороге я, конечно же, встретила людей, пришедших в отель после концерта. Многие из них пожелали мне удачи. Ну а некоторые попросили сфотографироваться, уже предполагая заранее, что я могу стать кем-то в этой жизни.
***
В свой номер я вернулась ближе к одиннадцати часам вечера. Вернее, я вернулась туда не сама, а с помощью Эммы. После отбора ребята устроили вечеринку, на которую была приглашена и я. Эта вечеринка была не такой, как предыдущая – она была более спокойной. Если, конечно, это можно назвать спокойным.
Нора откуда-то притащила караоке, а Уил с помощью фальшивого паспорта купил в ближайшем магазине пива и виски. К виски мы так и не притронулись, так как были слишком пьяны из-за пива.
Сначала все было нормально. Мы танцевали, играли в различные настольные игры. Но это было до прихода Уила. Когда к нам в руки попало пиво, то мы нажрались настолько, что уже не соображали, что творим.
Ребята включили караоке и начали орать песни LP, отбирая друг у друга микрофоны. Я пыталась доползти до пуфиков, которые забрал Том. Тот постоянно швырял в меня подушки. Одна из них даже влетела мне в голову, отчего я пошатнулась и упала на бок. Вместо того, чтобы разозлиться, я начала дико ржать.
Но счастье наше длилось недолго. Когда пьяная Хлоя на пару с Мэйсоном пыталась выползти в коридор, в гостиную ворвались наши преподы. Мы с дикими криками и смехом рванулись от них как можно дальше. После долгих пятнадцати минут мучений нас все-таки выловили. Больше всех досталось Мэйсону. Его училка была слишком деспотичной женщиной. Не смотря на то, что парню почти восемнадцать лет, она схватила его за ухо и потащила в коридор. С остальными обошлись более мягко.
Я не помню, как добралась до номера, как оказалась в пижаме и в постели. Набухавшись настолько, что даже не отзывалась на свое имя, я совершенно потеряла рассудок. Меня дико тошнило. Проснувшись в четыре утра, я очистила свой желудок и вновь легла в постель. Окончательно я проснулась уже в одиннадцать утра. Хотя, вряд ли этот мой «часовой пояс» можно назвать утром.
У меня так раскалывалась башка, словно я бухала несколько недель. Схватившись за лоб, я неловко развернулась на узкой кровати и, не удержавшись, упала на пол. Вернее, на что-то другое.
Посмотрев вниз, я поняла, что лежу в большом красном тазе. Стоп. Какой еще таз? Что он тут делает? Обнаружив под собой что-то мокрое и неприятное, я выползла из него и шлепнулась на пол, больно ударивись копчиком. Глянув на дно таза, я увидела какую-то желто-зеленую жидкость с комочками.
- Проснулась? – вышла из ванной Эмма, заматывая волосы полотенцем. – А я вот всю ночь не спала!
- Интересно, из-за чего же, - поморщившись от ее громкого голоса, сказала я.
- Тебе всю ночь было плохо! Я тащила тебя два этажа! Мне пришлось просить у уборщицы тазик, чтобы ты, так сказать, освободила свой желудок от алкоголя. А ведь тебе всего лишь пятнадцать лет!
- Мне... мне шестнадцать, - икнув, улыбнулась я. – Почти. По крайне м-мере, будет через два месяца... Подожди, что?
Медленно осознавая то, что сейчас я упала в таз с блевотиной, я вскочила с места и, наплевав на головную боль, кинулась в ванную. Сняв с себя все грязное шмотье, я кинула его в корзину для белья и прыгнула под душ.
- Всегда рада помочь, - недовольно отозвалась моя учительница.
- Спасибо большое, - опомнившись, поблагодарила я ее. – Я безумно счастлива, что мой препод – ты. Только пожалуйста, не говори ничего моим родителям. Они накажут меня на всю мою оставшуюся жизнь!
- Ну... я даже не знаю...
- Ну Эмма, ну пожалуйста, - умоляла я. – Я стану хорошо относиться к твоему Калебу. Я даже косого взгляда в его сторону не кину. Только ничего не говори родителям.
- Ну хорошо, хорошо, - согласилась она. – Но смотри, я тебя на слове поймала.
На этом наш разговор закончился. Эмма куда-то ушла, забрав с собой таз. Фу-у-у, там же мои... ладно, забыли.
Я тупо простояла под душем полчаса. Затем выскочила из ванной, высушила волосы, накрасилась, оделась более-менее прилично и легла на кровать. Нужно было обдумать свои действия. Интересно, как там себя остальные чувствуют?
Я достала из под подушки телефон и зашла в инстаграм. Я сразу же увидела обновления друзей. Не задумываясь о чем либо, я зашла в профиль Адама. Тот выставил фотку из больницы, как бы случайно сфотографировав медсестру, которая перематывала ему ногу. Под фоткой красовалась надпись: «Ребзя, болейте чаще. В больницах такие симпатичные медсестры...». Боже, Адам такой Адам.
Я вышла из его профиля и зашла к Мэтту. Он выставил целых три фотки. На первой он собирал чемоданы, на второй пел на сцене, а на третей улыбался вместе со Стивом Тайлером и Дженнифер Лопес. И когда он успел? Нужно будет потом тоже с ними сфоткаться.
Не думаю о чем-либо плохом, я зашла на профиль Аманды. У нее появились две новые фотки. На первой был Дэвид, который целовал ее в щечку. Так, значит, она все-таки обратила его внимание на себя. Ну а на второй... на небольшом столике стоял тортик с надписью «HAPPY BIRTHDAY, AMANDA!». За этим столом сидели улыбающиеся в камеру Аманда и Кортни. Под фоткой была такая надпись: «Праздную свой день рождения. Скромно, тихо, но с душою...»
- Господи, - прошептала я.
Как я могла забыть про день рождения Аманды? КАК?! Мало того, что я не пришла к ней, разрушив ее мечту поехать в Дисней Лэнд, так еще и не поздравила ее.
В панике выйдя из инстаграма, я сразу же набрала номер подруги. От волнения я вскочила с кровати и теперь ходила по комнате туда-сюда. Если я не смогу поговорить с ней, то о нашей дружбе можно будет забыть.
- Возьми трубку, пожалуйста, - нервничала я, кусая губу.
- Что? – послышался недовольный голос Аманды через каких-то пару секунд.
- Аманда! Ты не занята?
- Вообще-то занята, - холодно ответила она. – Если ты забыла, то я тебе напомню. Я учусь в школе. И сейчас у меня урок. Урок математики. Если для тебя учеба ушла на второй план, то для меня еще нет. Что тебе нужно?
- Прости меня, я не могла позвонить тебе вчера, - оправдывалась я. – День был такой сложный... оказалось, что мой конкурс вовсе не конкурс, а проект, и...
- Мне не интересно, - перебила она меня. – Ты могла выделить мне хотя бы минутку и поздравить с днем рождения! Но нет, у тебя, видите ли, день сложный был. Ты же знаешь, что это для меня очень важно!
- Но я хотела тебе позвонить...
- Ты всегда хочешь, но не делаешь. У тебя всегда на первом месте твои песенки, а не друзья. И какая ты мне после этого подруга? Ты бросила меня!
Неожиданно в дверь кто-то постучал. Подождав пару секунд, дверь открыл Том. Он зашел в комнату в приподнятом настроении, весь такой бодрый, в яркой розовой рубашке и джинсах.
- Лив, ты готова? – спросил он. – Если ты не забыла, сегодня у нас собрание. А так как ты пропустила завтрак, придется тебе переться в зал без него. Но в принципе, это не так важно. Мы вчера так нажрались, что сегодня есть совершенно не хочется...
- Том, ты можешь подождать?! – рявкнула я на парня.
- Ладно, ладно, не заводись, - растерялся он, выставив руки перед собой. Он обошел меня и сел на кровать.
- Я вижу, у тебя там новые друзья появились, - дрогнул голос Аманды на том конце провода. – Знаешь что, Лив? я считала тебя лучшей подругой. Лучшей, понимаешь? Мы дружили с тобой с садика! А ты... Не звони мне больше. Слышать тебя не хочу...
Я подняла взгляд на потолок, чтобы не заплакать. Не хватало еще разреветься перед Томом. Еще стебать меня потом будет.
- Но Аманда! Дай мне все... - только и успела выкрикнуть я. – Объяснить.
Рыжеволосая сбросила. Я медленно присела на пол, в ярости кинув телефон в сторону кровати. Тому пришлось нагнуться, так как он летел прямо в него. Я закрыла лицо ладонями и попыталась успокоиться.
- Лив, с тобой все в порядке? – осторожно спросил парень, подходя ко мне.
- Нет, со мной не все в порядке! – закричала я на него. – Я только что лишилась лучшей подруги! Еще и ты тут... Зачем ты вообще пришел?!
- Я пришел позвать тебя, - растерялся Том. – Но если тебе плохо, я могу уйти.
Парень развернулся и направился к двери, даже не посмотрев на меня. Ну вот кто меня за язык тянул? Зачем я это сказала? Я пыталась его остановить, но он как танка выбил дверь ногой и ушел. Я опять осталась одна. Все мысли обрушились на мою голову. Мне стало так тяжело, что хотелось убиться себя, разбив голову об ламинат.
Я быстро переодела кофту, смыла макияж и направилась на собрание. Местоположение этого зала я уже знала, так как ходила туда уже несколько раз. Сейчас мне было совершенно пофигу, что подумают обо мне другие. Мне даже было пофигу, что мне пофигу.
Я вышла на улицу. Этот отель был довольно-таки престижным, так как он находился рядом с концертным залом. Здесь очень часто останавливались звезды, в основном гастролирующие. Здесь было очень удобно. Даже мне тут нравилось. Если честно, то тут лучше, чем дома. Никто не действует на нервы, никто тебя не трогает.
Я зашла в зал. На меня сразу же устремились все взгляды. Я закатила глаза и пошла к ребятам. Там были все, кроме Энджи. Цитирую нашу блондинку: «Королева всегда должна опаздывать». Усмехнувшись своим мыслям, я встала в строй, не обращая внимания на косые взгляды остальных участников.
Все преподы были в сборе. Кроме Дженнифер, конечно же. Мне стало интересно, с кем я буду работать, и кто мне достанется в паре. Надеюсь, это будет или Том, или Хлоя.
- Все в сборе? – разглядывая нас, спросила Мэрайя.
- Блондинки нет, - выкрикнул с места Мэйсон.
- Выражайтесь точнее, - строго сказал Конник.
- Стюарт нет.
Я закатила глаза. Да-а-а, тяжело мне тут придется. Все преподы разные. У каждого свое мировоззрение. И под каждого подстраиваться... с ума можно сойти.
- Здесь я, здесь, - раздался неприятный мне голос сзади.
Мы все синхронно обернулись. К нам шла Энджи. Сегодня она нацепила на себя особенно короткую красную юбку, которая еле-еле прикрывала ее тощий зад. Смерив нас взглядом Бога, она встала около Тома. Создавалось ощущение, что звезда здесь она, а не наши наставники.
- Почему вы опоздали? – строго спросил Рэнди Джексон, поправив очки.
- Автобус долго ехал, - огрызнулась она.
- Юная леди, ведите себя скромнее, - смерил ее презрительным взглядом Гарри Конник.
Энджи закатила глаза и скрестила руки на груди. Наша «звезда» не ожидала такого отношения к себе. Ути-пути, какие мы нежные.
- И так, я рад, что мы здесь собрались, - заговорил Саймон Коуэлл. – Сейчас я объявлю свое решение и решения моих коллег по поводу того, кого мы возьмем к себе в команды. И так, я буду рад поработать... пожалуй, с Хлоей и Лукасом.
Рыжеволосый парень улыбнулся во все тридцать два зуба и поклонился Саймону. Хлоя же просто поблагодарила его и, последовав за парнем, встала возле своего наставника.
- Рэнди выбрал Мэйсона и Еву, - продолжил он, перевернув листик своего блокнота.
Ребята радостно заулыбались и встали возле своего наставника. Я напряглась, так как шансов попасть к моему любимому Стивену Тайлеру оставалось все меньше и меньше.
- Стив выбрал Уильяма и Нору.
Я улыбнулась, так как ожидала этого выбора. Ведь именно они из нашей компашки были рок исполнителями. Все остальные больше относились к джазу и обычному эстрадному вокалу.
Самое страшное еще впереди. Остались мои самые нелюбимые – стерва Мэрайя и конь Гарри. Я скрестила руки на груди, напряженно сверля глазами блокнотик продюсера.
- Уважаемая мисс Кэри выбрала Тома и Анджелу, - продолжил Саймон.
Ребята бросили друг на друга недовольные взгляды, но все же встали возле довольной Мэрайи. Я искренне сочувствовала Тому, так как ему достались две необычайные стервы.
- Ну а Гарри выбрал оставшихся – Оливию и Маркуса.
Я вздрогнула, услышав эти два имени. Ну вот зачем меня подставляет моя судьба-матушка? Все было так хорошо. И в один момент это все обрушилось. Я не представляю, как я буду работать с этими тиранами.
- Сейчас каждый из вас должен подойти к своему наставнику и забрать у него диск с песней, которую он должен будет прослушать сегодня и попытаться выучить, - подвел итог Саймон. – Завтра каждый наставник соберет вас после обеда и вы приступите к репетициям.
Все ребята подбежали к своим учителям. Я нехотя пошла вслед за Марком к коню Гарри. Тот грозно смотрел на нас, словно хотел расчленить. Очень скоро все ребята ушли, даже Том с Энджи, испепеляя друг другу взглядами.
- И так, сейчас я объясню вам свой выбор, - наконец-таки заговорил Гарри. – Маркус, я выбрал тебя потому, что ты один из сильнейших участников этого проекта. Благодаря мне ты продвинешься настолько, что если ты даже не победишь, то прославишься на всю страну, а может, и на континент. Возьми диск с песней Адама Ламберта, одного из моих выходцев. Начинай уже сегодня учить эту песню.
- Спасибо, - улыбнулся парень, положив руку на сердце.
- Ты сильно не обольщайся, - поумерил он его пыл. – Тебе придется работать и стараться вдвойне. Я буду требовать от тебя невозможного. Ну а ты, - он посмотрел на меня. – Тебя я выбрал не из-за своей особой любви. Меня просто попросила взять тебя Дженнифер, так как сказала, что из тебя можно лепить что угодно.
Марк бросил на меня победный уничтожающий взгляд. Я отвернулась от них, чтобы не было видно моих слез, навернувшихся на глаза. Мне стало так обидно, что это словами нельзя было описать. Так унизить меня... да еще и при Марке. Неужели он взял меня только из-за просьбы? Неужели никто не разглядел во мне мои качества и умения?
- Грейстоун, не нужно сверлить меня и Марка взглядом, - спокойно сказал Гарри. – Я делаю это все не для себя. Попытайся наладить с ним отношения. Не забывай, что тебе через неделю выступать с ним в дуэте. Возьми альбом с песнями Майли Сайрус. Я отметил там ту, которую тебе нужно учить. Все, ты свободна. А тебя, Марк, я попрошу остаться ненадолго.
Я сорвалась с места и побежала на улицу. Слезы застелили мои глаза. Я бежала вперед, ничего не видя перед собой. Каким-то чудом обнаружив скамейку, я свалилась на нее, дав волю чувствам.
Не знаю, сколько я просидела на этой скамейке. Час или два. Но очень скоро я успокоилась и, собравшись с мыслями, четко выстроила у себя в голове план действий. Поднявшись со скамьи, я направилась в сторону отеля. Но вдруг я услышала, как кто-то выкрикнул мое имя. Я обернулась, вытерев слезы и скрестив руки на груди. В мою сторону бежал тот, кого я хотела видеть меньше всего на свете.