Глава 8 «те, ради кого»
Алина сидела в автобусе, прижимая к груди тёплый пакет с фруктами и тетрадями. Сердце колотилось быстро, будто она едет не к сестре, а на сцену. И всё же - внутри было тепло. Настоящее.
Каждая их встреча была глотком воздуха. Давала вернуться девушке туда от куда она начинала, в дом, в семью. Хотя она уже слабо чувствовала домашнюю нежность, тепло и любовь.
Света жила в общежитии медучилища - скромно, но чисто. Обычная студентка медицинского университета, Алина помнила, что очень обрадовалась, когда Света сказала, что ее зачислили в общежитие. Когда девушка постучала, дверь открылась почти сразу.
— Сеструха! — Света кинулась ей на шею, как всегда — резко и неуклюже.
— Тише, зверюга. Сейчас разбудишь весь этаж.
— Мне плевать. Ты пришла! Я думала, ты опять на недели пропадёшь!
Они сели на кровать, расстелили пакет — яблоки, бананы, сыр, пара йогуртов. Света ела, болтала — о лекциях, преподах, девчонках. Глаза горели. Она была совсем другой — настоящей, живой. Искренней, с чистыми глазами, которые верили в сестру и искали любовью и поддержку, но при этом оставались такими же серьезными и грустными одновременно.
Алина смотрела на неё и молчала.
Сколько раз она приходила сюда, сдерживая слёзы. Сколько раз врала, что «всё нормально».
— А ты чего молчишь? — спросила Света — Устала?
— Думаю.
— Про что?
— Про то, чтобы всё поменять.
Света остановилась.
— Ты уходишь оттуда?
Алина кивнула. Хотя хотелось вопросительно поднять бровь, уставиться на сестру и рассердиться, но девушка понимала, что Света уже взрослая и давным-давно можно уже было бы закончить врать ей, не сдерживать слезы и просто начать жить для себя.
Сестра взяла её за руку.
— Я всё знала, — прошептала она. — Я просто не спрашивала. Потому что боялась услышать.
Алина впервые позволила себе расплакаться перед ней.
— Прости.
— Не за что. Ты спасала меня. А теперь — пора спасать себя.
***
Позже, в её квартире, было темно. Только лампа на кухне освещала комнату. Лев сидел на полу, облокотившись о диван. Она вошла, не включая свет, и села рядом. На колени. Лбом коснулась его плеча.
— Я была у сестры, — прошептала она. — Я хочу жить так, чтобы не врать ей.
— Ты можешь, — ответил он, обнимая её.
— Только если ты рядом.
Она посмотрела в его глаза. Долго. Глубоко.
И впервые не отводила взгляд.
Он наклонился. Коснулся её губ нежно. Сначала почти нерешительно. Но в следующую секунду — как будто между ними прорвало плотину.
Руки сплелись. Сердца ударяли в унисон. Никакой суеты. Только напряжение, накапливающееся всё это время. Она откинулась на диван, он — над ней. Дыхание смешалось. Пальцы касались кожи — мягко, внимательно, будто изучая каждую линию, как карту.
Это не была та близость, что происходит по привычке, из одиночества.
Это была страсть, вызревшая в доверии.
Он гладил её шею, проводил пальцами по ключице. Она стянула с него футболку, коснулась его спины, почувствовав, как он дрожит под её руками.
— Ты точно хочешь? — спросил он, глядя ей в глаза.
— Я хочу тебя. Но только так — когда ты видишь меня. Всю. Такой, как есть.
— Я всегда видел.
***
Этой ночью не было фальши.
Только два тела, нашедшие приют друг в друге.
Два сердца, уставших от борьбы.
И тишина, в которой не было одиночества.