Когда я, кажется, почувствовал любовь

— Я завтра типа ко второму уроку иду. — сказал я сестре, заходя в ее комнату. — Маме только ничо не говори!
Она сидела на кровати, а рядом лежал ноутбук. Я видел улыбку на ее лице, поэтому мой взгляд скользнул прямо на экран.
— На Адама слюни пускаешь? — ухмылялся я, пока она, замешкавшись, убрала гаджет на тумбу. Я раньше думал, что девочки на объект своего обожания, а точнее на его фотку только в фильмах пялятся.
— Не пускаю, а любуюсь. Та-а-ак... — она развернулась в мою сторону и похлопала ладонью по месту на кровати. — С кем ты там гулял?
— Да с парнями на доске катался. — я присел, смущенно отведя взгляд.
— Ага, ври больше. — Джоан усмехнулась. — Сам же сказал что с девочкой, когда по телефону разговаривали. Да и в окно все видно. Все-все, Ричи, все! — она подмигнула мне. — С рыжей этой, как ее? Я забыла.
— Беверли. — я устало закатил глаза.
— И о чем вы там разговаривали, пока стояли? М?
— О важных вещах. — все, надоело. Я встал с кровати и направился к двери, но ненадолго остановился. — Знаешь, с ней как-то хорошо. Она прикольная. — я вышел из комнаты и направился к себе, а сестра разорялась, что я опять не закрыл дверь.

Беверли

— Пуговка, ты вернулась? Где ты была? Так резко из машины выскочила... Ты не замерзла, милая? — я увидела маму, пройдя в дом, которая готовила на кухне, смотря параллельно в ноутбук.
Пахло божественно. А то, что она готовит, на вкус тоже божественно. Мама внимательно смотрела новости, зачесывая руками время от времени свои короткие огненные кудри, как у меня, назад.
— Мам, все в порядке, просто решила немного прогуляться. — я пришла на кухню и потянулась на носочках к маминому лицу, а она наклонилась поближе и мы чмокнули друг-друга в щеки. — Чего готовишь?
С мамой я всегда чувствовала себя маленькой принцессой. Несмотря на ее довольно большую занятость, от нее я всегда получала внимание и любовь.
— Секрет. — с ангельской улыбкой и тихим, бархатным голосом ответила она. — А ну-ка, попробуй! — она поднесла к моему рту чайную ложку с рисом, подставив снизу руку, чтобы на пол ничего не попало.
— Чудесно! — ответила, улыбаясь, я.
— Ну-у. Как тебе Итан?
— Это кто?
Мама с насмешкой развернулась ко мне. — С кем мы сегодня в театр ходили?
— М-м! — я чуть не подавилась водой. — Нет. Не-ет, нет, нет. Он странный, мне не понравился.
— Честно? — она с какой-то радостной улыбкой посмотрела на меня. — Мне тоже.
Я рассмеялась. Надо же, у нас одно мышление на двоих?
На кухню вбежал наш пес Келли. Точнее мой, мне его мама подарила, когда десять исполнилось. Золотистый ретривер с шелковой золотистой шерстью. Он оперся на меня передними лапами и начал счастливо лаять, виляя хвостом.
— Приве-ет, малыш! — я начала его гладить по макушке.
— Помой ему лапы.
Он еле как оторвался от меня, и мы начали подниматься в ванную. Уже когда я была на лестнице, мама крикнула:
— Беверли, а что за милый высокий парень, с которым вы на улице стояли? — маме явно было интересно.
— Это Р-ричи... Мы учимся вместе. — я поспешила побыстрее подняться, пока мои щёки начали слабо гореть. 

После водных процедур собаки, я бухнулась на кровать, устремив свой взгляд в потолок, залепленный звездами, котрые светятся в темноте, кстати очень крутая штука. Тело уже ныло от давящей одежды, но я не торопилась снять это. Это чувство неудобства ушло на второй план.
— Ричи, Ричи, Ричи... — не знаю почему, но я крикнула.
Из открытого нараспашку окна вдруг послышался приглушённый голос. — Что?!
Кричал Ричи! РИЧИ! Я ничего не ответила, а только с выпученными глазами перевернулась на бок, поджав колени к себе. Наверное, он там смеётся во всю уже. Или он не умеет. И как ему теперь в глаза смотреть?
Ричи. Он классный. Хоть и говорит всего мало, но все равно. И красивый, я не спорю. Помню до сих пор во всех подробностях (потому что это было недавно?), как он стоял, потупив взгляд в асфальт, а я держала его за холодную ладонь, рассматривая то наши руки, то его лицо. Мне нравилось держать его руку, я только этим и наслаждалась, немного улыбаясь.
Ричи парень со смазливым светлокожим лицом. Такой, что чтобы рассмотреть красоту, нужно вглядеться. А потом, ты эту красоту будешь видеть всегда, не вглядываясь.
В кармане завибрировал телефон. Пришлось напрячься, чтобы вытащить его, потому что я извилась как червь.
По фейстайму звонила Момо. Я оперла телефон на подушку, а сама приподнялась на локтях.
— Приве-ет! — я с улыбкой помахала подруге в трубку. — Как ты?
— Привет. С тобой бы этот вечер мог бы быть лучше. — она ободряюще подмигнула мне. — Как прошел твой «культурный» вечер? — подруга саркастично поводила взглядом по верху.
— Да нормально, спектакль мне понравился.
— Я все никак понять не могу, как вам нравится все эти мероприятия... По типу тетров, концертов...
— Момо, — я усмехнулась. — ты же сама в спектаклях играешь!
— Играть это одно, смотреть — совсем другое. — Момо всем своим видом пыталась показать, что все такое — нудятина. Она сидела на балконе, сзади высотились в небо бесчисленные небоскрёбы. — Кстати... Щас, подожди немного.
Она зашла в квартиру, удалясь из экрана, оставив меня один на один со своим котом.

— Вот! — подруга появилась, но уже в очках с черной оправой прямоугольной формы. — Мне идет?
— Мо-о-омо! — я расплылась в восхищающейся подругой улыбке. — Ты красавица!
— Да ну... — она смущённо сняла очки и начала тискать кота. — В школе буду в линзах ходить.
Если Момо что-то решила, ее уже не переубедить. Я только разочарованно вздохнула. А потом зевнула, из-за чего она загнала меня спать и сбросила трубку.

                               ***
В школу я пришла вовремя. Из-за того, что вечером очень хорошо погуляла (хорошо - не только потому что долго, а вы сами понимаете), я довольно быстро уснула. Первые пять минут я, как любая уважающая себя девушка, прокручивала самые любимые моменты с прогулки в голове. А потом сразу провалилась в сон.
Следующая неделя обещала быть ударной. Школьный юбилей,а с ним и выставка, благотворительные акции и еще множество всего по мелочи. А мне, как президенту учсовета школьников, придется поднапрячься. С ребятами из совета придется попотеть, проверяя площадки, всякие списки и все такое. И, скорее всего, меня пригласят читать речь.

Перед уроком я дошла до шкафчика снимать пальто и переложить некоторые вещи. Пока я смотрела в зеркало, прикрепленное к дверце с внутренней стороны, сзади незаметно выросла фигура Тони. От неожиданности я даже вздрогнула.
— Чего так пугать! — поморщившись воскликнула я, повернувшись к нему.
— Прости. Скоро юбилей и еще куча всего... — вздохнул он.
— Знаю... — я покачала головой. — Слушай, надо поискать оригинал бланков в кабинете совета где-то в ящиках. Или на компьютере, если он там конечно есть. Скоро же соберутся подавать заявки в клубы и кружки.
— Понял! — он зачесал свои волнистые светлые волосы назад.
— Займись этим на переменах пожалуйста, мне надо будет обойти клубы и кружки, спросить кого вписать на ЭКСПО. — когда начиналась вся эта школьная суматоха, я превращалась в занятую серьёзную девушку. Хотя, насчёт серьёзности можно было поспорить. Она лишь иногда слышалась в голосе.
Тони одобрительно кивнул и похлопал меня по спине, после чего ушел.
Я открыла расписание на телефоне, первым стояла астрономия. Совмещенка с другой группой девятого класса. Раз в 3 недели нам ставили урок в специальном темном зале, мы ложились на пол, а на потолке показывали созвездия и планеты, пока учитель рассказывал что-то. Очень круто.

Я уже вошла в кабинет и села на пол, листав в телефоне ленту в инстаграмме. Постепенно начали подходить другие ребята, и в комнате становилось все больше и больше разговоров.
Вдруг меня кто-то задел за плечо, и я обернулась. Рядом со мной присела улыбчивая девушка с длинными черными кудрями и красивым макияжем, вид у нее был божеский, прямо как с обложки журнала «Vogue». Она улыбчиво поздоровалась со мной. Вроде бы это была сестра Ричи, точно!

— Приветик! Ты же Беверли, да?
Вчера я с ней уже пересеклась, но ненадолго. Она торопливо всучила мне Ричину карточку и попросила передать ему, еще сказав что он в раздевалке. Я не успела рассмотреть ее лицо тогда, только чуть-чуть, но запомнила ее кудри. Правда, когда я была дома у Ричи в тот день, когда мы претворялись парой, мне всё-таки удалось немного ее рассмотреть.
— Привет, да... — я растерянно ответила, продолжая любоваться ее причёской. Я будто была какой-то маленькой девочкой, которая рассматривала принцесс на картинке. Странно, но у меня ведь тоже были кудри, но почему-то ее волосы казались мне чем-то прекрасным.
— Прости, вчера все так быстро произошло, я торопилась. — она продолжала улыбаться, а затем протянула мне руку с тонкими длинными пальцами и красивым маникюром. — Я Джоан.
— Ничего страшного! Приятно познакомиться. — наши ладони сжались.
— Ну-у, побывала у мальчиков в раздевалке? — она интересующе подняла бровь. — Как тебе Ричи без футболки? Он мне, правда, сказал, что был одет, но так засмущался, когда я спросила. Так что я уверена, что он соврал.

— Не-е-ет! Ты что! Ричи и впрямь был одет... — я отрицательно затрясла ладонями, а щеки начали горячеть.
— Ну блин... — она шуточно надула губы, накрашенные бордовым блеском.
«Родная, сегодня не приду. Мы с классом поехали на анализы какие-то и МРТ ;( Чувствую тут долго будем, с нами еще девятый класс.
Не скучай! 🙌» — на экране высветилось сообщение от Момо.
«:(((((Удачи!» — я набрала ответ и хотела уже убрать телефон в рюкзак, как вдруг Джоан остановила руку, рассматривая мой брелок с пингвином Пен-Пеном из Евангелиона и еще всякими висюльками.

— О божечки, какая прелесть! — ее глаза словно заблестели от восхищения.
— Спасибо... — только и выдавила я, пытаясь усмирить радостный салют внутри.
— Смотри-ка! — она показала мне свой брелок. На цепочке к ее чехлу была прикреплена фигура Аски, тоже из Евангелиона.
Я горела от радости и восхищения, хотелось визжать. — Ты тоже знаешь Еву? — спросила я.
— Да, я ее фанатка! — она, видимо, тоже не смогла сдержать радость.
— Какая прелесть!
Она одобрительно закивала, а потом дала мне прямоугольничек жвачки. Я сначала отказалась, но она все равно уговорила меня взять.
— Ричик! — она замахала в камеру, начала записывать видео-кружок своему брату, я даже чуть-чуть хихикнула, она его так мило называет! — Смотри с кем я тут... — она навела камеру на меня.
Не знаю что произошло, но я сразу как-то забеспокоилась. Я начала думать, вдруг как-то не так выгляжу, не то что эта ангел-королева, сошедшая с небес.
— Привет... — я поджала губу и как-то по-тупому улыбнулась, а Джоан отвела камеру.
— Оп, вот и ответочка. — через минуту она вновь показала мне экран.
В ответном видео-кружке был Ричи еще лежавший в кровати, который, видимо, только что проснулся. Слиппи-айс, которые с просони были еще более «слиппи». Растрепанные черные, на вид мягкие волосы, синяки и выраженные маленькие мешочки на нижнем веке под глазами. А глаза... Либо мне показалось, либо один у него был зелёный, а другой темно-орехового цвета. Наверное, показалось.
— И вам привет, дамы... — он хоть и вяло, но с улыбкой на лице помахал. А еще, он видимо был без футболки, были видны его красивые ключицы, выступающие из-под кожи... Так, Беверли, все парни спят без футболок, это нормально...
— Смотри-ка, он тебе улыбается! — Джоан с искренней улыбкой посмотрела на меня, она, казалось мне, радовалась, как за самую близкую подругу.
— А мне ты такое никогда не показывала. — сзади послышался голос моей одноклассницы, Триши. — Мы с тобой столько дружим, а с этой пять минут от силы знакома.
— Я не «эта». — попросила заметить я.
—Беверли, подожди. — Джоан повернулась к ней. — Не дружим, а дружили. А еще, не заглядывай в чужие телефоны. — они лишь переглянулись с фальшивыми злыми улыбками. — Мы с ней поссорились. Кое из-за чего. — ее шепот звучал так, будто Триша совершила что-то ужасное.
—Да нет, он же нам вместе... — я как ни в чем не бывало захотела оставить тот разговор и пыталась отрицать слова Джоан про улыбку Ричи, но мне очень хотелось, чтобы было так, как сказала она, чтобы он улыбался мне.
— Не выдумывай, а! — она потрясла меня за плечо, а напряжение сразу куда-то улетело, мы словно забыли, что только что разговаривали с Тришей.
В класс зашел учитель и выключил свет, следом прозвенел звонок. Мы рядом легли на пол и погрузились в объяснения учителя, рассматривая на потолке созвездия. А где-то на середине урока Джоан сказала мне на ухо:
—

Ты славная, будем подругами?
Я была готова взорваться от счастья. Метаться по кабинету и кричать от восторга! Но вместо этого я повернулась к ней и широко улыбнулась. — Конечно! Да!
Все это время что мы провели вместе я ей восхищалась. Она была приятная в общении, харизматичная, от нее приятно пахло и неимоверно красивая. Если бы я увидела ее когда мне было двенадцать, это был бы конец моей личности, потому что в этот период я была настолько закомплексована, что стояла перед зеркалом в слезах ненавидя себя.
Оставшуюся часть урока улыбка не спадала с моего лица.
Когда прозвенел звонок, в кабинете включили свет и все начали подниматься. Я выходила одной из последних, меня остановила Триша.
— Постой.
— А? — я обернулась.
— Монткамери... — она не успела договорить.
— Вообще-то я Монтгомери. — потому что я ее вежливо перебила. Я хоть и старалась придерживаться нормальных и добрых разговоров с людьми, но не могла терпеть когда коверкают мое имя или фамилию.
Как повезло, у меня в руках как раз была книга «Анна из Зеленых Мезонинов», которую написала писательница с моей фамилией. Я как раз достала ее по окончанию урока. Я показала Трише обложку и провела пальцем по имени авторки.

— Пф... — она сделала такое выражение лица, будто я затронула ее собственную гордость. — Монтгомери, скажи честно, тебе нравится брат Джоан?
— Ч-чего? — что за вопросы она задает, подумала я.
Я сама-то еще не знала, точнее не понимала. Об этом я обычно раздумываю целый месяц, а тут меня в лицо спросили, надеясь на то, что я дам ответ прямо сейчас? Ну, ага.
Как я говорила, Ричи классный. И красивый. Не прямо конечно мой типаж, но это не страшно. Моим типажом были азиаты. Хотя... Ричи же наполовину азиат! Но я бы не сказала, что он выглядит как классический японец. У него даже глаза не узкие были.
Короче, я пока не решила, симпатичен ли он мне.
— Да или нет? — все также настойчиво спросила Триша.
— Тебе это вобще зачем?
— Ну, вы так много времени вместе проводите, уже похоже на то, что вы встречаетесь. — началось. Ей-то какое дело?
— Да я бы не сказала, что прямо так много.
— В школе ты вечно с ним. — кстати это было совсем не так, на переменах мы просто здоровались, иногда перекидываясь несколькими фразами. — Вчера вот я вас видела, как вы вечером прогуливались, когда мимо проезжала. А еще... — тут она меня заинтриговала. — Вчера вы в кабинете китайского спали? Да еще так мило... Прилегла ему на колени, и лежала спокойно, пока он тебя по головке гладил. — Триша рассказывала с улыбкой, но какой-то, мне показалось, ядовитой. — Почти все в курсе. Кстати, тебе вот он не говорил, что заболел? Поэтому в школу он не пришел. — я чувствовала, она хотела меня раздавить.

Специально для этого она даже придумала легенду, почему его нет, чтобы создать эффект, что она к нему намного ближе, а я-то знала правду.

— А тебе какое дело до этого? — я устала держать из себя вежливую девочку. Зачем она это все говорит? — Да, было и что?! Что?! — мой голос стал более громче и резче, Триша даже вздрогнула. — И, кстати, его нету в школе потому что его отстранили от уроков! Сюрпри-и-из! — я едко улыбнулась во все зубы и направилась к выходу, но напоследок сказала ей еще кое-что. — Потому что он прогулял урок со мной! Мы с ним спали в кабинете китайского, и я лежала у него на коленях! Он выбрал меня в свою компанию! — слова «мной» и «меня» я старалась выделять по максимуму и тычила пальцем себе в грудь. — Так что не надо тут придумывать легенды, чтобы типа показать, что знаешь о нем что-то! Пока.
Я вышла из кабинета, а щеки горели от ярости, даже шея вспотела от кудрей, некоторые волосинки которых прилипли к ней. Я почувствовала, словно в моих волосах течёт лава.
Прекрасно, просто прекрасно. Я умела держать себя в руках, но не сильно долго, и еще короче, если это было комбо под названием «Человек, который меня бесит + ситуация, в которой он пытается заставить чувствовать меня слабее».
«Как же она бесит!» — так и крутилась мысль, пока я шла в туалетную комнату. Что, заревновала? Пусть подавится. Я впереди нее, потому что Ричи хотя бы обращает на меня внимание. Наверное. По крайней мере, лежала у него на ногах я и расчесывал он тоже меня. А не ее.
Будет подаваться к нам в учсовет, не возьму. Или на кружки и клубы захочет записаться, порву ее анкету и сожгу.
Нет, это перебор. Пункт четвёртый, подпункт второй: не злоупотреблять и не использовать власть в личных целях, данной как президенту ученического школьного совета. И подпункт четвёртый: не отказывать во вступлении в совет, только из-за  ваших плохих отношений со вступающим. Но к нам точно не возьму, она на собеседовании провалиться.

На следующем уроке, ненавистной математике, я села на последнюю парту рядом с одноклассницей. Не сказать, что мы были лучшими друзьями, но в школе мы общались.
Я постукивала карандашом по парте и смотрела в окно, наблюдая за классом, у которого проходил урок физкультуры на стадионе.
Я, наверное, очень смешно выглядела, когда спорила с Тришей. Представьте низкую девочку, лицо которой уже горит от злости, на повышенных тонах ругающуюся с вами. Мне теперь стыдно смотреть ей в глаза, я уже представляю как она со своими подружками будет обсуждать это на обеде.
—Беверли! — одноклассница потрясла меня за плечо.
— А? — растерянно откликнулась я.
—Монтгомери, встань пожалуйста. — на меня смотрел учитель, а когда я окинула взглядом кабинет, оказалось, что весь класс.
—Простите пожалуйста... — я встала, опустив голову.
—Беверли, ты почему в облаках летаешь?
—

Извините, я задумалась... — все также растерянно, я пыталась объясниться.
— На моих уроках прошу слушать, потому что контрольные тесты будут не из легких. — эта фраза уже была адресована всему классу. — Ответь тогда, на каком промежутке будет убывать линия на графике?
Оказывается одноклассники решали уравнение с графиком, пока я задумчиво пялилась в окно. Я посмотрела на доску, потом в тетрадь к подруге, затем снова на доску, пытаясь решить в уме хоть что-нибудь. Это бесполезно; в математике, особенно, если надо решать в уме, я была бессильна.
— Я не знаю. — пришлось признаться мне, мой голос был тихим и дрожащим 
— Садись, очень жаль. — учитель закатил глаза и принялся объяснять решение на доске.
Я с облегчением села на место и, почему-то посмотрела на Тришу. Она почти-что сразу заметила мой взгляд и начала в ответ глядеть с презрением.
Я повела себя как маленькая девочка и, как обычно делала в разных ситуациях, подлиннее высунула язык и сощурила глаза. Триша только усмехнулась, а потом незаметно показала мне средний палец.

Ричи

Я сидел на кухне, поедая лапшу, к которой вчера так и не притронулся. Остаток вечера меня не отпускала эйфория после прогулки. И она не будет отпускать меня еще целое утро.
Джоан отправила кружок, я думал она опять просто от нечего делать отчитывается мне о своем времяпрепровождении, но нет.
Я наблюдал лицо Беверли, образ которого весь вчерашний вечер был у меня в голове. Щеки у нее чуть порозовели от смущения, но она улыбалась. Она всегда улыбалась, и мне нравилось это больше всего. Сегодня передние пряди ее волос были заведены за уши, тем самым открывая слегка оттопыренные маленькие уши. Это выглядело безумно мило.
Сестра дала ей слишком мало экранного времени. Клянусь, если бы не оставил телефон в спальне, я бы пересматривал этот кружок, пока ел. 
Выспаться сегодня не очень удалось, потому что Джоан со своей подругой сами проспали и метались по дому как резанные, пытаясь все успеть. А потом еще и оказалось, что Холи нужно не на уроки, а в больницу с классом, поэтому они изо всех сил пытались успеть на школьный автобус, чтобы потом пересесть на другой, который едет в больницу.
Я сходил за телефоном в комнату и вернулся обратно в гостиную. Кто знает, на сколько мне придется расстаться с приставкой, поэтому до сегодняшнего вечера в планах по полной насладиться играми.
П

осле первой катки, прямо в момент, когда я с легкой победой закончил, пришло уведомление на телефон.
Я лениво полез в мессенджер и зашел в чат. Кто-то не знакомый мне.
«Йо, Фудзивара»
«?¿» — ответил я.
«Это Адам»
Да ну. И зачем я ему понадобился? И откуда мой контакт? Или... Он хочет чтобы я ему отплатил за толстовку, которую облил?! Вдруг, она какая-то дорогая была.
Хоть напрягаться и волноваться не мое, в этот момент я сделал именно это.
«Прости за толстовку. Я куплю тебе новую, или эту постираю» — быстро напечатал я и отложил телефон.
«Да не парься, я же сказал что все ОК!🙆‍♀️ Мне посоветоваться надо»
«А. Насчет чего?» — зря я волновался. 
Ответ пришел только через пять минут, потому что он что-то печатал, то нет; то выходил из сети и заходил вновь.
— Твоя сестра... У нее есть парень?— Адам отправил голосовое. А голос у него был растерянным.
«Допустим, нету. А что?»
После этого он больше ничего не ответил. Странный. Чего ему от моей сестры надо?
В дверь позвонили. Я услышал приятную мелодию от дверного звонка.
— Не-е-ет.... — я устало закатил глаза, не хотя подниматься.
Названный гость не хотел так просто уходить, он продолжал чередовать звонить и барабанить в дверь.
Уже подойдя к двери я посмотрел в глазок и очень удивился. На крыльце стоял Кевин, выпуская дым изо рта, тянув к губам электронку.
— Привет. — я открыл дверь и сразу почувствовал уличную прохладу, легкий ветер дул мне в обнаженный торс и голени. — Заходи, мне холодно.
— Здарова, чувак! — он вскинул руку для «братского» хлопка. — Я тебе доску твою принёс.
Он вошел и занес два скейтборда в дом, один из которых был моим.
Обычно я никогда не хотел пускать кого-то домой, особенно, когда мне дали хотя бы до двух часов дня побыть одному. Но сейчас играть в приставку одному было, на удивление, скучновато.
— Стопэ, ты почему не в школе? — он снял кроссовки и окинул меня сощуренным взглядом. — Ученики престижных школ прогуливают уроки? — Кевин усмехнулся и прокашлялся из-за этого, потягивая дым из вейпа. Ему всего лишь шестнадцать, а плохих привычек и подпорченной репутации больше, чем у тридцатилетнего наркомана.
— Меня отстранили, дурень, я ж говорил тебе. И хватит курить, мне не нужно, чтобы мама из-за запаха подумала, что я курю. — я выхватил у него курилку. — А ты почему не в школе? — задал я встречный вопрос.
— Э! Да запах долго не держится, выветрится по быстрому. — он возмущённо пытался забрать, когда я высоко поднимал руку. Ничего у него не вышло, хоть он и был немного выше меня. — Не твое дело, просто не пошел. За что хоть отстранили?
Я убрал вейп в ящик тумбочки.

Кевин парень специфичный. Ну как, у нас на Манхеттене много таких. Живет он со старшей сестрой в маленькой квартире в не очень благополучном районе, потому что родители те еще алкоголики, а его отец даже, говорят, в тюрьме сидел. Но это не точно, Кевин сразу уходит от этой темы.
Парень вырос на улице, в среде сомнительных компаний скейтеров, тусуясь с кем попало, зато он знает половину населения Манхэттена, а с другой половиной знаком максимум через три рукопожатия.
Видимо, ему не хватило внимания матери в детстве, поэтому он каждые две недели меняет девушек, как перчатки.
Граффити, запах сигарет, потертые штаны-шаровары; лицо, ноги и руки вечно в каких-то синяках и шрамах — именно это я скажу, если у меня спросят четыре ассоциации, связанных с ним.

— Очередной урок прогулял, спал вместо этого с... — я уже хотел сказать про Беверли, но вовремя замолчал, потому что знал, что от его расспросов я не отделаюсь.
К счастью, он лишь ухмыльнулся и прошел в дом.
— Что сегодня за день, что ты меня домой пустил?
— Давай без вопросов. В приставку будем? — я уселся на диван и схватил джойстик, попутно вручив второй Кевину, который расположился рядом.
— Гоу! — он сверкнул своей полной энтузиазма улыбкой.

После десяти минут завибрировал телефон, и, после того, как он в течении минуты доставал нас своим звуком я все-таки взял трубку, пробурчав: «Почему я сегодня всем понадобился?»

— Ало? — раздражённо сказал я.
— Ричи, быстро в чат зайди, тут сейчас все раскупят! —  голос Адама был настойчив.
К нам в чат он скинул несколько фотографий разных сережек.
«Офигеть.» — набрал я, с расширенными глазами сверля экран.
Адам, наверное из-за того, что я долго не отвечал, спросил:
«Или у Джоан уши не проколоты? Без проблем, я подвески поищу. Скажи, какая ей больше понравится»
Вот тут реально офигеть-не-встать. Я-то думал, взаимная подростковая симпатия бывает только в фильмах и книгах, но нет. Еще вчера сестра мечтательно смотрела на его фотографию, а теперь он выбирает ей украшение.
«Нет, нет. Она носит серёжки.» — ответил я.
Первые серёжки были с серебряным основанием, к которому были прикреплены фигурки в форме цветов молочного цвета, а на его сердцевине были вставки из светло-желтых камешков.
Вторые были оформлены в форме кольца из крупных матовых черных бусин.
Третьи были в форме бордовых бантиков, местами украшенные белым бисером, казалось, что они связаны из атласных переливающихся лент.
Без сомнений, сестре понравились бы все. От любого, оказанного ей знака внимания, она искренне радовалась, а если это еще и было от парня, который ей нравился, так она бы точно на потолок залезла.
В душе я был очень рад за сестру, поэтому хорошо подумал, какие бы ей больше понравились и лучше подошли.
«Она будет рада любым, но я думаю, ей больше понравятся третьи:)» — эту улыбку в конце я добавлял очень редко, только когда был рад чему-то.
«+реп, чувак! спасибо 👊 просто боюсь что раскупят, а их щас каждая девушка хочет, они ж вроде с новой, ограниченой коллекции. вот и хочу купить побыстрее, как-нибудь в подходящий момент подарю;) и признаюсь заодно, Джоан офигенная!»
Я поставил реакцию «лайк» на его сообщение и вышел из чата, я до сих пор в шоке. Вот это поворот событий.
— Чо там завис? — меня окликнул Кевин.
— Ничего. — я отложил телефон и мы начали новую катку.