Мальчик октябрь
Я поймал себя на мысли, что уже десять минут смотрю как он натягивает на плечо сползавшую футболку брата. Поймал когда наткнулся на озорной взгляд карих глаз.
Парень лег на землю, растянувшись на траве. Через секунду скинул старые кеды, показав розовые мальчишеские пятки и похлопал на землю рядом с собой
-Ложись.
Его звали Август, потому что его мать любила август, хотя он больше был Октябрем. Он носил одежду брата и обожал рисовать. Он не считал смерть концом и любил закаты больше рассветов. Он пил заваренную в кипятке мяту и не смотрел фильмы. Он был рыж,как лис, и веснушки у него были даже на губах. Он верил в магию и обожал ледяную воду и старые переходы.
-Не молчи, Артем. Я не люблю тишину.
Мне всегда было не удобно находится рядом с ним. Я жил в полной, обеспеченной семье. У него был только брат. Я не любил жизнь. А он дышал с каждой секундой все радостнее. Тем не менее он шел именно ко мне, заставлял жить и радоваться жизни, рисовал мои портреты и дарил по воскресеньям. Он нашел меня на этой поляне три месяца назад и именно он научил меня кататься на велосипеде. Я не умел этого в пятнадцать лет, а он катался с трех.
-Артем?
-Да?
-Если бы ты был птицей то как бы ты умер?
Он любил тупые вопросы, к которым надо было придумывать ответы. Этим он заставлял меня чувствовать жизнь.
-Я бы умер сразу после вылупления. Или до него. Я не удачник.
-А я бы дожил до старости, а когда понял что мне конец, кинулся бы в море и умер в пучине волн.
-Иногда ты неисправимый романтик.
Самый долгий наш разговор. Больше Август не говорил.
На следующий день он пришел на то же место. Подошел и обнял меня.
Я знал его. Каждую его клетку, каждую частичку. Он любил обниматься, но никогда этого не делал. Но спрашивать я не стал. Если Август молчит, значит так и надо.
Он спросил какие цветы я люблю пока мы шли к нему на чай. Он буквально затащил меня в старый домишко где жили оба брата. Архитектор и Август-октябрь.
-Я люблю сирень.
-Это не цветок.
-Но он же цветет.
-Артем, ты не понимаешь. Я спросил про цветок.
-Тогда пионы. А ты?
Он молчал. Молчал долго, пока наконец не ответил.
-Фиалки. Дикие фиалки пахнущие медом.
Архитектор стоял над плитой, пытаясь спасти подгоревший обед.
-Я могу помочь.
Слова вырвались сами. Против моей воли. Я умел готовить, а Архитектор нет. Я мог помочь и предложил сделать это. Точнее предложило сердце, отдельно от мозга, который давно не думал рационально.
Когда я закончил с едой, Август вскочил со стула и ушел к себе.
Он плакал. Плакал впервые в жизни. Плакал чистыми, кристальными слезами. Плакал не скрывая боль. Боль которая жила внутри.
Он увидел меня в щели двери.
-Ты слишком добрый, Артем.
Он снова поправил, уже бесившую меня футболку на плече и вытер слезы.
Парень смотрел в окно. Его глаза в свете заходящего солнца казались оранжевыми. Теперь он точно был Октябрем. Октябрем с мокрыми глазами.
-Я наверное пойду.
Он не ответил. Просто стоял и смотрел в окно.
-Посмотри со мной на закат и пойдешь.
Мы вышли на крышу маленького каменного дома. Солнце уже спряталось за крышами домов. Август оперся о трубу а я сел на крышу.
Мы сидели казалось что маленькую вечность . А небо до сих пор не потемнело до конца, а расходилось сиренево-голубыми полосами. Это был самый красивый закат в моей жизни. Сначала оранжевый, потом малиновый а сейчас такой холодный и нежный.
-Можешь идти.
-Я хочу увидеть звезды.
Я любил звезды. Я любил ночь больше дня. Ночью ты начинаешь думать и чувствовать. Думаю Август бы со мной согласился, но я не спрашивал. Я почти никогда ни о чем не спрашивал. Я узнал его имя от Архитектора, когда он звал его в три ночи. Тогда мы разжигали костер. Он сказал что обожает костры. Когда они обжигают твои щеки. Он обожал костры не замечая что сам был костром.
Звезды зажглись. Август ушел. Через время ушел и я. Попрощаться с парнем мне не удалось. Архитектор коротко кивнул мне и поблагодарил за помощь.
Дома все по старому. Вещи пахнущие порошком, чай с лимоном. А я хотел бы что бы мои вещи пахли пылью и дождем. А чай был заваренной мятой. Но это была жизнь Августа. Мальчика-октября. Который при желании мог стать самым сильным костром.