17.
К сожалению, в конце концов день отъезда Кейтлин всё же наступил
Казалось, они приехали с родителями в этот город только вчера, но время пролетело незаметно, словно страница, перевернутая ветром.
Чемоданы были собраны, билеты на руках, на пороге уже стояло такси.
Обнявшись напоследок, девушки вышли из дома. Кейтлин оглянулась, задержав взгляд на окнах. Ей казалось, что дом тоже прощается с ней, тихо вздыхая сквозняком в незакрытом окне.
Тихие слова благодарности и обещания встретиться вновь звучали в воздухе. Казалось, сама природа замедлила свой ход, словно желая продлить эти последние мгновения.
Кейтлин развернулась и пошла к машине, стараясь не оглядываться. Она знала, что если посмотрит назад, то станет только хуже. Слезы душили ее, но она сдерживала их, чтобы не расстраивать Алану.
Подруга стояла на крыльце, маленькая и хрупкая в лучах заходящего солнца. Ее большие глаза были полны тихой печали. Кейтлин глубоко вдохнула, стараясь унять дрожь в руках, и быстро села в машину.
Такси медленно тронулась с места. В зеркало заднего вида Кейт видела, как фигурка Аланы становится все меньше и меньше. Ком в горле не давал дышать, и слезы все-таки хлынули потоком, застилая глаза. Она знала, что не могла ничего изменить, но сердце всё равно разрывалось от боли.
Машина летела вперед, прочь от её дома, прочь от Аланы, прочь от всего, что было ей дорого.
Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и мир вокруг медленно погружался во тьму.
Фары выхватили из темноты обочину, поросшую жухлой травой. В салоне царила тишина, прерываемая лишь тихим шуршанием шин по асфальту.
Кейтлин посмотрела в окно. Огни города превратились в размытые пятна, сливающиеся в одну бесконечную полосу. Ей казалось, что она не едет, а плывет в темном океане, потерянная и одинокая. Впереди не было ничего, кроме мрака, а позади – руины её прошлой жизни.
В наушниках заиграла любимая песня. Кейтлин закрыла глаза и позволила слезам течь свободно по щекам, размазывая тушь.
Мелодия пронзила ее, словно осколок стекла, напомнив о моментах счастья, которые теперь казались такими далекими и нереальными.
Кейт чувствовала себя сломанной, раздавленной, неспособной собрать себя по кусочкам.
Ей казалось, что мир вокруг нее утратил краски, стал серым и безжизненным.
Каждый вдох давался с трудом, словно в легких поселился свинец. В голове гудело, мысли путались, образуя хаотичный вихрь, из которого невозможно было вырваться.
Казалось, время остановилось. Минуты тянулись мучительно долго, превращаясь в бесконечные часы. Воспоминания, словно осколки разбитого зеркала, то и дело всплывали в памяти, причиняя острую боль. Она пыталась отмахнуться от них, но они преследовали ее, не давая покоя.
Кейт чувствовала, как силы покидают ее. Она устала бороться, устала сопротивляться. Ей хотелось просто сдаться, позволить волне отчаяния накрыть ее с головой и унести в небытие.
Такси остановилось у аэропорта. Кейт вышла из машины, чувствуя себя совершенно опустошенной. Она взяла свой чемодан и направилась к входу.
Толпа в аэропорту казалась ей невыносимо шумной и суетливой. Девушка словно наблюдала за происходящим сквозь толстое стекло, отгородившись от остального мира. Каждый звук, каждое движение отдавалось эхом в ее голове, усиливая чувство безысходности.
Регистрация прошла как в тумане. Кейт механически отвечала на вопросы матери, пока та получала посадочные талоны. Все это казалось ей бессмысленным ритуалом, не имеющим никакого отношения к ее реальной жизни. Она не чувствовала ни предвкушения от путешествия, ни боли от предстоящей разлуки. Только глухую пустоту внутри.
Когда самолёт взмыл в небо Кейт подумала, что
впереди ее ждёт неизвестность, новая жизнь, но часть ее сердца навсегда осталась там внизу, в маленьком городке, где жила Алана.