«Путь свободы»

Здравствуйте! Мой тгк «Сальвадора Ноктюррн🔪» https://t.me/SalvadoraNocturne ссылочка

.(20 глава прошлое Кристиана)

...Двор братства встретил меня холодом, несмотря на яркое солнце. Люди, словно тени, скользили мимо, их лица искажены тревогой, а глаза – тусклые и безжизненные. Я захлопнул дверцу машины, ощущая, как металл отдает в ладонь ледяной сыростью. Направился к главному зданию, массивному и мрачному, как склеп.

И тут этот крик. Пронзительный, детский, полный ужаса. Он врезался в тишину двора, заставив меня остановиться, как вкопанного. Что-то оборвалось внутри. Этот крик... в нем было что-то такое, что заставило меня вспомнить то, о чем я старался забыть.

Рука непроизвольно сжалась в кулак. Костяшки побелели. Воспоминания, словно осколки разбитого зеркала, вспыхнули в голове, пронзая сознание острой болью. Я вошел в здание, и в нос ударил запах сырости, пропитавший все вокруг. Хуже, чем вчера – будто тлен усилился за ночь, проел стены, залез под кожу. Холод пробежал по спине. В полумраке, окутывающем коридор, появилась о девушка , . Улыбка расплылась по ее лицу, слишком широкая, неестественная.

– Вы Кристиан? – голос слащавый, как дешевые духи, которыми она, видимо, облилась.

– Да. А где Эльза? – Я старался, чтобы голос звучал бесстрастно, но в горле что-то застряло. Хотелось рычать, кричать, вырваться из этой липкой атмосферы, но я держал себя в руках.

– К сожалению, Эльза уехала в США на время. Поэтому я буду вам продавать Николь, – она кокетливо вздернула подбородок, и улыбка стала еще шире. В ее глазах плясали игривые огоньки, но за ними я видел лишь пустоту.

– Пойдемте? – Она шагнула ко мне, приблизившись слишком близко. Я почувствовал ее теплый запах, перебиваемый тем же отвратительным ароматом сырости. Коснулась моей руки, кончиками пальцев. «Какая у вас красивая кисть...» - прошептала она.

Внутри меня поднялась волна отвращения. Я впился в нее взглядом, ледяным, как полярный ветер.

– Я не понимаю, какого черта ты тут вообще делаешь, – процедил я, голос прорезал тишину, как нож. – Убери свои грязные руки и оставь меня в покое. Я не собираюсь вестись на твою провокацию.

Ее лицо мгновенно изменилось. Улыбка сползла, глаза расширились от испуга. Она отшатнулась, будто я ее ударил. Щеки покраснели, а губы задрожали.

– Ой... простите... – прошептала она, голос превратился в жалкое писклявое бормотание. – Я... я просто...
Заткнись уже и введи меня. "А... тогда идёмте," – пробормотала Франческа, стараясь не смотреть мне в глаза. Она быстро развернулась и зашагала по коридору, словно спасалась от огня. Я следовал за ней, чувствуя, как сырость проникает в одежду, пропитывает ее насквозь.

Каждый шаг отдавался глухим эхом в полумраке. Стены, покрытые плесенью, сочились влагой. Отвратительный запах гнили становился все сильнее, смешиваясь с тяжелым, затхлым воздухом. Под ногами хлюпала вода, просачивающаяся сквозь прогнивший пол.

Фонарь, висевший под потолком, мерцал тусклым, дрожащим светом, отбрасывая причудливые тени, плясавшие по стенам. В этих тенях мне мерещились оскаленные лица, шепчущие проклятия. Казалось, что само здание живое, дышит гнилью и отчаянием, и с каждой секундой давит все сильнее.

Я чувствовал, как липкая паутина касается лица, как что-то ползает по шее, вызывая тошнотворный холодок. Хотелось вырваться отсюда, убежать как можно дальше, но я заставлял себя идти вперед. Николь ждала. И я должен был ее забрать, чего бы это ни стоило. Даже если мне придется пройти через самое пекло.

Девушка шла впереди, не оглядываясь. Ее плечи дрожали, как будто она плакала, но я не обращал на это внимания. Она сама выбрала эту роль, сама предложила себя в качестве проводника по этому мерзкому месту. Теперь пусть расплачивается.Мы вошли в комнату, и меня снова ударило волной тошноты. Сырость здесь казалась еще более ощутимой, проникая под кожу, сковывая легкие. Но главным было не это. Вдоль стен, словно жуткие украшения, висели ножи – охотничьи, кухонные, ржавые, блестящие. Среди них – цепи, окровавленные тряпки, инструменты, предназначение которых я не хотел знать.

И посреди всего этого кошмара лежала Николь. Она почти не дышала, ее тело, одетое в смирительную рубашку, казалось чужим, сломанным. Глаза закрыты, лицо бледное, словно выбеленное смертью.

– Почему она в таком виде? – прорычал я, с трудом сдерживая ярость.

Франческа съежилась, прижавшись к стене, словно боялась, что я нападу на нее.

– Простите! Просто по-другому никак. Она... она была очень неспокойна.

Я сжал кулаки, борясь с желанием схватить ее за горло и вытрясти из нее всю правду. Но сейчас это не имело значения. Главное – Николь.

– Давайте пройдемте к месту оплаты, и вы оплатите, а потом вы заберете ее, – пролепетала Франческа, избегая моего взгляда.

Она повела меня обратно в коридор, а затем в просторное помещение, которое, видимо, служило офисом. За старым, обшарпанным столом сидел толстый мужчина с сальными волосами и грязными ногтями. Он ухмыльнулся, увидев нас.

Здесь было не лучше, чем в других комнатах. Сырость, гниль, отвратительный запах, который преследовал меня, словно проклятие. Оплата прошла быстро и без лишних слов. Я отдал деньги, чувствуя, как внутри меня все сжимается от отвращения. Каждый жест, каждое слово, каждая секунда, проведенная здесь, оставляла на моей душе грязный отпечаток.

Забрав квитанцию, я повернулся к Франческе.
Я вернулся в комнату, и сердце сжалось от боли. Николь по-прежнему лежала без сознания, бледная и неподвижная, как кукла. Я подошел к ней, коснулся ее холодной щеки.

– Что вы ей вкололи? – прорычал я, глядя на Франческу с ненавистью.

Она замялась, отвела взгляд.

– А... я не знаю, правда. Могу узнать у вас?

– Что?

– Почему вы решили купить себе Николь? Вы вроде бы не похожи на педофила.

Я усмехнулся, от этого вопроса мне стало противно.

– Тебя это волнует?

– Нет, но...

– Но?

– Просто, у Николь есть сестра и...

– Сестра? – Я удивился, этого я не знал.

– Да! Но ничего, просто я вам хотела сказать.

– Её сестру нельзя забрать? Купить, то есть?

Франческа покачала головой.

– Нет, к сожалению. Я не знаю причину, но нельзя.

Меня это не волновало, я пришел за Николь, и я её заберу. Я опустился на колени рядом с кушеткой и осторожно взял Николь на руки. Она была такая легкая, словно пушинка. Сердце защемило от жалости. Я прижал ее к себе и поднялся, стараясь быть как можно аккуратнее.

Выходя из комнаты, я не оглянулся на Франческу. Она стояла в коридоре, в полумраке, и просто смотрела на нас. В ее глазах я увидел странную смесь чувств – страх, зависть, тоску... Но мне было все ровно. Мне какое дело?

Я вышел из здания, пропитанного сыростью и смертью, и направился к своей машине. Под палящим солнцем Николь казалась еще более бледной и хрупкой. Я бережно уложил ее на заднее сиденье, пристегнул ремнем безопасности.

Завел двигатель и выехал на дорогу, оставив здание братства позади. В зеркале заднего вида я видел, как Франческа стоит у входа и смотрит нам вслед.
(21 глава прошлое Николь) Я очнулась. Голова раскалывалась, тело ныло, словно меня били. Открыла глаза и увидела потолок, незнакомый. Я в какой-то кровати. Рядом стоял мужчина, блондин. Его лицо мелькало у меня в памяти, как вспышка – видела его вчера, в том проклятом месте. Меня пронзила волна ужаса. Я закричала.

– Эй! Эй. Что ты кричишь? Я ничего тебе не сделаю, Николь.

Его голос звучал странно, мягко, но я не верила ни единому слову. Что ему нужно? Где я?

– Что вам надо? Где я?

– Ты? В моём доме, и с этого дня это и твой дом тоже.

Чего? Он издевается? Мой дом?
– Того. Я забрал тебя, Николь. Теперь ты живешь у меня. Если ты думаешь, что мне от тебя что-то надо, то нет.

– Хотите сказать, вы такой хороший, решили просто взять меня, просто? Вы издеваетесь?

– Нет. Не веришь?

– Не верю.

– Потом тогда поверишь. Ладно. Я, к сожалению, уезжаю на время, тебе экскурсию проведет моя домработница Ава. Можешь пока что поспать.

Он ушел, оставив меня в одиночестве. Я молчала, а что сказать? Что я в шоке? Это мягко сказано... Шок – это когда роняешь телефон. А тут... Меня вырвали из моей жизни, словно сорняк, и пересадили в чужую почву. Как будет Элли без меня?

Последние воспоминания врезались в память, словно осколки стекла. Элли... Моя маленькая Элли, моя сестра, моя надежда. Как ее держали, как она смотрела на меня... Полные слез, полные отчаяния. Эльза позвала меня... Эльза, эта ведьма! А потом появилась Элли, хотела спасти, но не просчитала. Она всегда была такой – смелой, наивной, любящей. А я... Я не смогла ее защитить.

Боль пронзила меня изнутри, словно раскаленный нож. Я зажмурилась, пытаясь унять дрожь. Где она сейчас? Что с ней делают? Жива ли она вообще? Мысли роились в голове, как змеи, отравляя меня своим ядом.

Я без Элли – словно птица без крыла. Мы всегда были вместе, всегда поддерживали друг друга. Она – моя опора, моя лучшая подруга, моя семья. А теперь... Теперь я одна. В чужом доме, с чужим человеком, в чужом мире.

Воспоминания душили, как удавка. Я видела ее лицо, слышала ее смех, чувствовала ее тепло. Как же мне ее не хватает! Как же мне тяжело без нее! Внутри меня зияла черная дыра, заполненная болью, страхом и отчаянием.

Я заплакала, беззвучно, судорожно. Слезы текли по щекам, обжигая кожу. Я была сломлена, раздавлена, уничтожена. Я не знала, что меня ждет впереди, но одно я знала точно – без Элли моя жизнь больше не имеет смысла. Я умру, если не увижу её. Моё сердце умрет.( 22 глава прошлое Николь. Николь 16 лет) Сегодня ровно два года, как я живу с Кристианом. И, вопреки всем моим страхам, мне не плохо. Он относится ко мне хорошо, всегда с нежностью и... любовью. Даже странно произносить это слово вслух. Я рассказала ему о своем прошлом, обо всем кошмаре, который мне пришлось пережить. Он внимательно слушал, не перебивая, не осуждая. Просто был рядом. И за это я ему благодарна.

За эти два года я так и не узнала, жива ли моя Элли... Эта неизвестность терзает меня, разъедает душу, как кислота. Я часто плачу из-за этого, чувствую себя виноватой. Я словно предала ее, оставила в том ужасном месте, а сама живу в роскоши и комфорте. Как бы я ни пыталась заглушить это чувство, оно всегда возвращается, давит, душит.

Я сижу на террасе, вдыхая прохладный вечерний воздух. Слышу голос Авы:

– Николь, я могу зайти к тебе? Я приготовила шарлотку, твою любимую.

Ава – ангел-хранитель в этом доме. Добрая, заботливая, она заменила мне мать.

– Да, конечно, заходи, спасибо.

Ава вошла на террасу, неся в руках поднос с душистой шарлоткой.

– Пожалуйста, милая, ешь. Ты и так похудела сильно.

– Да ладно, все хорошо, – улыбаюсь я, хотя в душе тоска.

– Хорошо, милая. Кстати, сегодня Кристиан приедет довольно поздно, и к нему сегодня придут важные гости и его семья.

– Да? Я не знала.

– Да. Ладно, я пойду, если что-то будет нужно, скажи мне, Ника.

– Хорошо, спасибо, Ава.

Оставшись одна, я достала из вазы спелые яблоки, нарезала их на тонкие ломтики. Заварила крепкий чай с бергамотом. Я положила кусок шарлотки на тарелку. И посмотрела на него, а потом на сад. Красиво, уютно, но не для меня. Съела кусочек, запила горячим чаем. Шарлотка была восхитительной, но я не чувствовала вкуса. Меня грызла тревога.

На самом деле, я плохо знала семью Кристиана. Он редко о них говорил, словно это была закрытая тема. И сегодня я с ними познакомлюсь. Надеюсь, они не плохие люди. Хотя, откуда я могу знать? Верно? Верно.

Вдруг я представила себе лица этих людей – надменные, холодные, осуждающие. Они будут смотреть на меня, как на грязную вещь, которую Кристиан подобрал на улице. Они будут шептаться за моей спиной, обсуждать мое прошлое, мою связь с братством. И я буду чувствовать себя еще более виноватой, еще более преданной по отношению к Элли.Когда я доела шарлотку, терпкий вкус чая немного успокоил разбушевавшиеся нервы. Я решила выбрать одежду, которую надену на встречу с семьей Кристиана. Поднявшись в свою комнату, я открыла шкаф. На вешалках висело множество платьев, блузок, юбок. Кристиан никогда не скупился на вещи для меня. Но сейчас, стоя перед этим изобилием, я чувствовала растерянность. Что надеть? Как произвести хорошее впечатление?

Я перебрала несколько платьев – одно слишком откровенное, другое слишком мрачное, третье слишком вычурное. Наконец, мой взгляд упал на платье из черного шелка. Простое, элегантное, с длинными рукавами и скромным вырезом. Оно казалось подходящим. Сдержанным, но в то же время изысканным. Я сняла его с вешалки и прижала к себе.

В последнее время мне кажется, что мне нравится Кристиан. Не уверена, что это любовь, скорее симпатия, благодарность... Но все же, что-то между нами есть. Он всегда ко мне хорошо относился, заботился, защищал. Он подарил мне новую жизнь. И иногда я ловлю себя на мысли, что не хочу ее потерять.

В памяти всплыл один из наших теплых вечеров. Мы сидели на диване, укрытые пледом, и смотрели фильм. На экране бушевали страсти, но я не обращала на них внимания. Мне было хорошо рядом с Кристианом. Он держал меня за руку, нежно поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Его тепло разливалось по всему телу, прогоняя страхи и тревоги.

Я прижалась к нему, уткнувшись лицом в его плечо. Он обнял меня, прижал к себе крепче. В этот момент я почувствовала себя в безопасности, словно нашла свой дом.Кристиан всегда относился ко мне как к младшей сестре. Заботливо, нежно, оберегая от всего плохого. Мне было приятно его внимание, его забота. Ко мне никогда так не относились. В братстве я была лишь товаром, игрушкой, которую можно сломать и выбросить. А Кристиан увидел во мне человека. И за это я была ему безмерно благодарна.

Вдруг из моего айфона заиграла песня. Мягкие, томные звуки заполнили комнату. Это была Swim от Chase Atlantic. Моя любимая песня, которую я поставила на звонок, чтобы каждый раз, слыша ее, вспоминать о чем-то прекрасном. О чем-то, что заставляет меня жить дальше. О надежде, которая еще теплится в моем сердце.
Я схватила телефон и увидела, что мне звонит Кристиан. Сердце сладко замерло.

– Никки, привет, как ты? – Его голос был теплым и мягким, как всегда.

– О, Крис, да, привет. Хорошо, выбираю, что надеть, – проговорила я, нервно теребя край шелкового платья.

– Ты скоро приедешь домой?

– К сожалению, нет, завал на работе. Тебе что-нибудь заехать купить? – В его голосе чувствовалась легкая усталость.

Я задумалась. В горле пересохло, ужасно хотелось чего-нибудь сладкого.

– Ну... Если тебе не сложно... – начала я нерешительно.

– Говори, Никки. Что ты хочешь?

– Просто... знаешь, очень хочется что-нибудь из выпечки. Но не шарлотку. – Почему-то мне стало стыдно просить его о чем-то.

– Из выпечки? – он немного помолчал. – Может, тебе заехать в "Бургер Кинг"? Я помню, ты любишь их пирожки с яблоками.

Мое лицо расплылось в улыбке. Я обожала эти дурацкие пирожки! Настоящая вредная еда, но иногда так хочется чего-то подобного.

– О, да! Крис, это было бы идеально! – воскликнула я. – Только, пожалуйста, возьми два, ладно? Один мне точно будет мало.

– Хорошо, Никки, возьму два, – засмеялся он в трубку. – Буду примерно часов 5.
хорошо спасибо  Крис.
Я сбросила трубку, и настроение взлетело до небес. Этот маленький эпизод с пирожками из "Бургер Кинга" почему-то сделал меня невероятно счастливой. Я словно снова почувствовала себя ребенком, которому позволили съесть что-то вредное, но безумно вкусное.

Достала колонку и включила ее на полную громкость. Зазвучала After Dark от Mr. Kitty. Глубокий, пульсирующий бас пронизывал все тело, заставляя двигаться в такт музыке. Я закрыла глаза и поддалась ритму, наслаждаясь каждым звуком, каждой вибрацией.

В этот момент я забыла обо всем – о предстоящем знакомстве с семьей Кристиана, о своих страхах и тревогах, о своем прошлом. Я просто была здесь и сейчас, в этой комнате, с этой музыкой. И мне было хорошо. Почти идеально.Уже почти полночь. Сердце колотилось в груди, словно бешеная птица. Должны скоро прийти родственники Кристиана, и он тоже должен скоро приехать. Но вместо радостного предвкушения меня охватывал липкий, парализующий страх. Что-то было не так. Предчувствие беды сжимало горло.

Послышался звонок в дверь, и я побежала открывать. Да, могла открыть Ава, но почему я не могу? Верно? Верно! Мне хотелось быть хозяйкой этого вечера, показать, что я не просто гостья в этом доме.

Я побежала и распахнула дверь, и... оцепенела. На пороге стоял... стоял...

Джон.

Джон из Братства. Тот самый, чье ледяное прикосновение я помнила до сих пор. Тот самый, чьи глаза смотрели на меня, как на насекомое, которое нужно раздавить.

Но рядом с ним стоял еще один мужчина. Высокий, широкоплечий, с холодным, надменным взглядом. Его лицо казалось мне знакомым, но я никак не могла вспомнить, где я его видела.

И тут меня словно ударило током. Это же... Это сын создателей Братства. Он приезжал туда однажды. Он был еще моложе, но его взгляд... Этот взгляд я никогда не забуду. Он чуть не убил меня тогда.

Ужас пронзил меня, как ледяная стрела. Мой пульс участился, дыхание перехватило. Я не могла пошевелиться, не могла произнести ни слова. Ноги словно приросли к полу.

Передо мной стояло мое прошлое. Стояло мое самое страшное кошмарное. Стояло и ухмылялось.

Я почувствовала, что теряю сознание. Мир вокруг поплыл, звуки приглушились. Я слышала, как Джон что-то говорит, но не могла разобрать слов. Видела, как ухмыляется сын создателей, как его глаза сжирают меня.
(Настоящее Николь 23 глава) Я продолжала работать в этом чертовом клубе. День за днем, ночь за ночью. Ради денег. Проклятых денег, которые позволяли мне просто выживать. Омерзительно. Отвратительно. Ненавижу себя за это. За то, что приходится продавать себя, свой стыд, свою душу. Но что мне делать? Что? Что? У меня нет другого выхода. Или, по крайней мере, я так себя убеждаю.

Я еле-еле держалась. За тонкую ниточку, связывающую меня с надеждой. На что я надеюсь? Сама не знаю. Может быть, на чудо. Может быть, на то, что когда-нибудь все это закончится.

Сегодня весь клуб был забронирован на ночь. С самого утра поползли слухи, что какой-то Оливер забронировал клуб на одну ночь. Оливер... Его имя звучало, как предзнаменование. Я еще узнала, что его семья была очень успешной. Его отец, мистер Клару, был миллиардером, а его мать – известной моделью. Золотая молодежь, купающаяся в роскоши и безнаказанности.

Эту информацию я прочитала в сети, когда узнала о его брони. Просто из любопытства. Не знаю, зачем мне это было нужно. Может быть, чтобы подготовиться к встрече с очередным монстром.

Ко мне подбежала Лили, вся возбужденная.

– Николь! Ну что, готова к интересной ночке?

– У нас каждую рабочую ночь они интересные, – пробурчала я, стараясь не смотреть ей в глаза.

– Нет! Я слышала, что этот парень... интересный! То есть он довольно жесток. Я слышала, что один раз он даже убил кого-то.

– О господи... – прошептала я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

– Вообщем, да. Он еле-еле забронировал клуб за 10058 фунтов.

– Сколько?

– Да, вот столько. И то еле-еле. Как я узнала от Лилит, он прямо умолял Кристиана, и тот так и быть разрешил.

– Интересно, – равнодушно ответила я, стараясь не показывать свой страх.

– Да! Да! Ты представляешь, какой он важный?

– Ладно, я пойду поработаю. И кстати, можешь сходить к Кристиану? Я не могу, сходи ты.

– Нет.

– Николь! Ну, пожалуйста! Пожалуйста! Ты же знаешь, я боюсь его.

– Нет! Я сказала же. Что не понятного?

– Хм. Ладно, – пробормотала Лили и ушла, разочарованно опустив плечи.

Подготовка к приходу Оливера шла полным ходом. Клуб сверкал, как новогодняя елка, бармены натирали бокалы до блеска, официанты суетились, словно муравьи. А Лили, как привязанная, стояла рядом со мной и рассказывала о своем новом парне. Опять.

– Он такой важный! И богатый! – щебетала она, закатывая глаза. – Конечно, мы провели только одну ночь! Но я уверена, что стану его девушкой!

– Как его хоть зовут? – спросила я, стараясь не показать раздражение.

– Аарон, фамилия вроде бы Сетон.

Стоп. Сетон? Где-то я это уже слышала.

– Стоп, а он случайно не миллиардер? Я что-то слышала про него в инсте.

– Да! Николь! Он богатый! Он такой милый! Он рыжий! Ты же знаешь, я обожаю таких! А в сексе он был... таким! – Лили запнулась, покраснев.

– Таким?

– Да! Ну, не важно! Он ахренный!

– А где он сейчас?

– К сожалению, после нашей ночи он сразу уехал к своим родителям. Как я поняла, его отец женится и хотел познакомить его с дочерью его невесты.

– Ого, – вырвалось у меня.

– Да! Он сказал, что напишет, но еще не написал, нооо! Думаю, напишет!

– Надеюсь, – сказала я, стараясь звучать искренне.

– Да, точно напишет! Я ему понравилась! Я уверена!

Я молча кивнула, глядя на нее с жалостью. Лили была такой наивной, такой доверчивой. Она верила в сказки, верила в любовь, верила в то, что богатый красавчик из инстаграма сделает ее счастливой.

Но я знала правду. Я знала, что этот Аарон Сетон, скорее всего, забудет о ней через неделю. Что она будет еще одной в длинном списке его завоеваний. И что ее сердце снова будет разбито.

Я хотела ей сказать об этом, предупредить ее, но передумала. Зачем лишать ее надежды? Зачем отнимать у нее эту маленькую иллюзию счастья? Пусть живет в своем мире, пока может. Все равно рано или поздно ей придется столкнуться с жестокой реальностью.

Вздохнув, я отвернулась от Лили и снова уставилась в зеркало. Подготовка почти закончена. Макияж безупречен, платье идеально облегает фигуру. Я выгляжу... как дорогая кукла. Готовая к продаже.– Ты точно уверена в этом Аароне? – спросила я, стараясь, чтобы в голосе звучала искренняя забота.

– Да, уверена. Он такой... настоящий. Не такой, как все эти богачи, с которыми я раньше встречалась.

– Хочешь, его фотку покажу? – Лили потянулась к телефону.

– Нет, не надо, – я резко остановила ее. – Я знаю примерно, как он выглядит.

– Ладно...

– Простите, мне надо отойти. По поводу бронирования, – вдруг проговорила Лили, словно очнувшись.

– Иди, – отмахнулась я.

Я решила тоже отойти, только в туалет, подкрасить ресницы. Мне нужно было хоть ненадолго остаться одной, собраться с мыслями. (Спустя 2 часа) Вечеринка началась совсем недавно, но она уже была вся в разгаре. Громкая музыка била по ушам, заставляя вибрировать каждую клетку тела. Яркий свет стробоскопов слепил глаза, создавая ощущение хаоса и безумия. В воздухе висела густая смесь запахов – дорогого парфюма, алкоголя, сигаретного дыма и чего-то еще, неуловимо мерзкого, чего я не могла идентифицировать.

Люди танцевали, словно обезумевшие, двигаясь в такт музыке, забывая обо всем на свете. Они кричали, смеялись, целовались, касались друг друга. Их глаза горели похотью и жаждой развлечений. Они пришли сюда, чтобы забыть о своих проблемах, о своей боли, о своей пустой и бессмысленной жизни. И они были готовы заплатить за это любую цену.

За столиками сидели богатые мужчины, окруженные красивыми девушками. Они пили шампанское, курили сигары и обсуждали свои дела. Они были уверены в себе, надменны и жестоки. Они считали себя хозяевами этого мира, и, возможно, они были правы.

А я... Я была всего лишь частью этой декорации. Одной из кукол, которую можно использовать и выбросить. Одной из теней, скользящих по стенам этого проклятого клуба.

Я стояла у бара, заказывая себе очередной коктейль. Мне нужно было заглушить страх, заглушить боль, заглушить все те чувства, которые разрывали меня изнутри.

Бармен, с усталым видом, налил мне порцию виски. Я выпила ее залпом, чувствуя, как обжигает горло. На мгновение мне стало легче. Но потом все вернулось на круги своя.

Вечеринка продолжалась. Музыка становилась все громче, свет все ярче, люди все безумнее. И я знала, что это только начало. Что самое страшное еще впереди. Что сегодня ночью произойдет что-то ужасное. И что я буду этому свидетельницей.Плюс моей работы был в том, что я могла немного выпить, и это меня радовало. Алкоголь притуплял чувства, позволял хоть ненадолго забыть о кошмаре, который меня окружал.

Бармен готовил мне мохито, как ко мне подсел высокий парень. Можно сказать, симпатичный. От него пахло дорогим парфюмом, от которого у меня слегка закружилась голова.

– Привет, детка, – промурлыкал он, придвигаясь ко мне слишком близко.

– Простите, я работаю, – ответила я, стараясь сохранять вежливость.

– Оу! Значит, ты менеджер, типа? – Он ухмыльнулся.

– Типа такого. У вас есть вопросы?

– Нет, но ты такая красивая. Вот честно, – он нагло оглядел меня с ног до головы.

– Спасибо, – сухо ответила я.

– Может...

– Нет, я на работе.

В этот момент рядом с нами сели две девушки. Одна была блондинка, а другая – брюнетка. Они громко смеялись, что-то обсуждая.

(Разговор девушек)

– Элли! Где ты была? Я тебя искала везде с Анной. И еще куда-то Кэтрин делась.

– Не имею малейшего понятия, где они, – ответила блондинка, отпивая что-то из своего бокала.

– Ну, Элли... – протянула брюнетка, игриво толкая ее в плечо.

Я смотрела на эту девушку, на эту Элли, и понимала, что видела ее раньше. Во сне... В галлюцинациях... Но где же еще?

Она... Моя... Сестра?

В груди что-то оборвалось. Сердце бешено заколотилось. Я резко встала со стула, и моя голова начала закипать. В голове замелькали обрывки прошлого – какие-то лица, какие-то голоса, какая-то блондинка, какие-то мужчины... Братство... Ужас...

Я попыталась ухватиться за стол, но руки ослабли. Ноги подкосились. Все поплыло перед глазами.

(24 глава прошлое Николь)Плюс моей работы был в том, что я могла немного выпить, и это меня радовало. Алкоголь притуплял чувства, позволял хоть ненадолго забыть о кошмаре, который меня окружал.

Бармен готовил мне мохито, как ко мне подсел высокий парень. Можно сказать, симпатичный. От него пахло дорогим парфюмом, от которого у меня слегка закружилась голова.

– Привет, детка, – промурлыкал он, придвигаясь ко мне слишком близко.

– Простите, я работаю, – ответила я, стараясь сохранять вежливость.

– Оу! Значит, ты менеджер, типа? – Он ухмыльнулся.

– Типа такого. У вас есть вопросы?

– Нет, но ты такая красивая. Вот честно, – он нагло оглядел меня с ног до головы.

– Спасибо, – сухо ответила я.

– Может...

– Нет, я на работе.

В этот момент рядом с нами сели две девушки. Одна была блондинка, а другая – брюнетка. Они громко смеялись, что-то обсуждая.

(Разговор девушек)

– Элли! Где ты была? Я тебя искала везде с Анной. И еще куда-то Кэтрин делась.

– Не имею малейшего понятия, где они, – ответила блондинка, отпивая что-то из своего бокала.

– Ну, Элли... – протянула брюнетка, игриво толкая ее в плечо.

Я смотрела на эту девушку, на эту Элли, и понимала, что видела ее раньше. Во сне... В галлюцинациях... Но где же еще?

Она... Моя... Сестра?

В груди что-то оборвалось. Сердце бешено заколотилось. Я резко встала со стула, и моя голова начала закипать. В голове замелькали обрывки прошлого – какие-то лица, какие-то голоса, какая-то блондинка, какие-то мужчины... Братство... Ужас...

Я попыталась ухватиться за стол, но руки ослабли. Ноги подкосились. Все поплыло перед глазами.

В последний момент я увидела лицо Элли, ее испуганный взгляд, ее протянутую руку...

А потом я провалилась в темноту.
(24 глава прошлое Николь) 

Я видела их. Они пришли. За мной.

"Что с вами, девушка?" – вежливо спросил кто-то. Голос был мягким, обманчиво спокойным.

Гарет. Его вроде бы так зовут. Одного  из них.

– Отойдите! – Я почти кричала, не контролируя эмоции. Голос сорвался. – Не трогайте меня!

Я попыталась отползти, но ноги не слушались. Я дрожала, как осиновый лист.

Нет... Неужели они пришли за мной? Или... За Элли? Что им нужно?

Вдруг кто-то подбежал ко мне, схватил за плечи и начал трясти.

– Николь! Что с тобой, Николь! Николь!

Ава. Ее испуганное лицо было последним, что я увидела перед тем, как полностью потерять связь с реальностью.

– Да? – прошептала я, пытаясь сфокусировать взгляд.

Я еле-еле приходила в себя. Голова раскалывалась, во рту пересохло. Сердце бешено колотилось, готовое вырваться из груди.

Я лежала на полу, окруженная любопытными взглядами. Мне было стыдно, страшно и тошно.

Почему это случилось именно сейчас? Почему они появились именно здесь? Что им нужно?

Я чувствовала, что моя жизнь снова рушится. Что все, чего я так долго добивалась, рассыпается в  прах.
Ава поспешно увела меня в гостиную.

– Ника! Что с тобой? Что случилось?

– Просто паническая атака... – выдохнула я.

– Ты же ходишь к психиатру?

– Да.

– Николь, милая, – Ава крепко обняла меня. – Я не знаю, что спровоцировало такой сильный приступ, но Кристиан скоро будет. Посиди пока здесь, хорошо?

– Хорошо, – прошептала я, утопая в ее объятиях.Я сидела, уставившись в одну точку, и чувствовала, как страх сдавливает грудь. Что эти люди здесь делают? Неужели это те самые гости? Боже...

Вдруг тишину разрезал скрип двери. Я резко повернулась и увидела кого-то в дверном проеме.– Кристиан? – прозвучал слабый вопрос, но надежда тут же разбилась.

В дверном проеме стоял мужчина... Тот самый Гарет...

Я вскочила с дивана и бросилась бежать, но внезапно чьи-то руки грубо схватили меня. Я узнала их. Это был Гарет.

Отчаянно сопротивляясь, я пыталась вырваться, закричать, но в следующий момент мне в рот засунули тряпку, лишив голоса.

Гарет смеялся, пока я изо всех сил билась, пытаясь освободиться. Каждое мое движение встречало лишь его презрительную ухмылку.

– Сука тупорылая. Сейчас повеселимся.

Он потащил меня к чердаку. Я отчаянно извивалась, пыталась зацепиться за что-нибудь, упереться ногами, но его хватка была мертвой. Каждая попытка сбежать лишь усиливала его смех и его хватку. Все мои силы были тщетны против его грубой силы.– Раз ты трахалка моего сына, значит, и моей будешь. Грязная сука.

Он с силой швырнул меня к стене. Удар откликнулся болью во всем теле, а голова закружилась.

В глазах потемнело, но я понимала, что нельзя сдаваться. Собрав последние силы, я попыталась подняться, ударить его, хоть как-то защититься. Но он был слишком силен, слишком быстр. Он перехватил мои руки, обездвижил, и я почувствовала, как нарастает отчаяние. Мои усилия были бесполезны против его грубой силы и извращенной похоти. Я билась, как птица в клетке, но побег был невозможен.
– Раз ты с моим сыном связалась, значит, и со мной поиграешь. Дрянь.

Он с силой швырнул меня к стене. Удар отозвался болью во всем теле, и в голове зашумело.

Я пыталась прийти в себя, понимая, что нужно бороться. Из последних сил я попыталась подняться, оттолкнуть его, хоть как-то защититься. Но он был сильнее. Он схватил мои руки, лишив возможности двигаться. Отчаяние захлестывало с каждой секундой. Мои попытки сопротивляться были тщетны. Я боролась, но он был слишком силен, и казалось, что выхода нет.
Я орала , но всё бестолку.
Он начал бить меня по спине так сильно, что мои руки тряслись.
-какая ты слабая.  Я молчала, боль пронзала каждую клеточку тела. Спустя какое-то время я рухнула на пол, обессиленная. Он ушёл, оставив меня лежать в пыли.

– Это только начало, милая, – прозвучали его слова, словно проклятие.

(Спустя 1,5 часа)

Я сидела вся бледная, дрожащая. Кристиан тревожно расспрашивал, что случилось, почему мне так плохо. Я не могла заставить себя рассказать.

И тут, как удар молнии, меня оглушила ещё одна новость: Гарет – отец Криса. Значит, Кристиан тоже из этого проклятого братства. За что мне всё это? Почему, когда я начинаю испытывать что-то к человеку, всё рушится? Почему любовь всегда оборачивается кошмаром?
– Николь, что тебя тревожит?

– Ничего, – прошептала я, отводя взгляд.

– Нет, тебя что-то тревожит, ответь, – настаивал Кристиан.

– Хочешь скажу? Значит, ты тоже в этом братстве? Твой папаша – один из главных!

– Ты его знаешь? – в его голосе прозвучало удивление.

– Да!

– Поверь, он больше особо не состоит в братстве, Никки.

– Я тебе не верю! – выпалила я, чувствуя, как внутри все кипит от злости и разочарования.

Я резко встала и ушла в свою комнату, хлопнув дверью. Нужно побыть одной, чтобы разобраться в этом хаосе, который творится в моей голове. (25 глава настоящее Кристиана) Я стоял у палаты, как громом пораженный. У Николь случился обморок. Это было немыслимо.

Я был с Уильямом, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя Лили.

– Здравствуйте! Кристиан! Вы говорили звонить, если что-то случится с Николь или клубом.

– Пожар? – выпалил я.

– Аа, нет! Нет...

– А что? – мой голос был спокоен.

– Николь потеряла сознание. Не волнуйтесь, мы уже вызвали скорую... Ей уже лучше... Вроде бы.

Шок пронзил меня, словно ледяной кинжал. Обморок? Николь? Что случилось? Лили сказала, что ей уже лучше, но это мало что значило. Страх парализовал меня. Я должен быть рядом с ней, защитить ее. Я не мог поверить, что это происходит. Лили говорила "вроде бы", а это значило, что все не так хорошо, как она пыталась представить. Я буквально чувствовал, как внутри меня нарастает паника. Что с ней? Почему это случилось? Что, если... Нет, я не позволю себе думать об этом. Я должен увидеть ее, убедиться, что она в порядке.Уильям в этот момент курил травку и что-то бессмысленно скроллил в TikTok. Его обычное состояние.

– Уилл. Мне пора. – Я стал быстро собираться, нервно сгребая ключи и телефон.

– Дай, угадаю, что с Николь? – Уилл оторвался от телефона, криво усмехаясь.

– Да, с ней.

– Тогда едь. – Он махнул рукой, возвращаясь к своему занятию. Поразительное равнодушие.

Я выскочил из квартиры и помчался к парковке, где ждал мой Porsche Panamera. Номер был особенным - мои инициалы. Я запрыгнул в салон, завел двигатель, и зверь взревел, готовый рвануть с места. Я вылетел на улицы Лондона, вдавив педаль газа в пол. Стрелка спидометра взлетала вверх, размывая огни ночного города. Я гнал к St. Bartholomew's Hospital, молясь, чтобы с Николь было все в порядке. Каждая секунда тянулась вечностью, а городские пейзажи мелькали за окном, превращаясь в размытое месиво. Я должен быть там, я должен увидеть её.Я почти не помню, как добрался до больницы. Все слилось в один сплошной кошмар. Помню только, как бегал по коридорам, как сумасшедший, отчаянно пытаясь найти, где находится Николь. Наконец, у стойки информации я выловил медсестру.

– Николь, она в 906 палате.

– Спасибо. – Я уже собирался бежать дальше, но она меня остановила.

– А могу узнать, кто вы для неё? Муж? Парень? Брат?

– Парень.

– Хм, повезло ей.

– Может быть, – буркнул я, не желая вдаваться в подробности.

– Подождите, Кристиан! – окликнула она меня, когда я уже сделал шаг в сторону коридора. – У девушки амнезия, да?

– Верно, а что?

– У девушки случился обморок из-за того, что что-то из её прошлого спровоцировало воспоминания, и есть очень большой шанс, что девушка вспомнила прошлое. Точнее, то, что она забыла из-за амнезии.

– Что? – пробормотал я ошеломленно.

– Да, я хотела вас предупредить. Девушка ещё не пришла в себя, но всё же... Кстати, вы такой красавчик.

Я перестал слушать её болтовню, в голове крутились только её слова: "Она вспомнила... прошлое..." Отбросив вежливые формальности, я направился к 906 палате, не зная, что меня там ждет.Я вошел в светлую палату. Николь уже пришла в себя. Она стояла у окна, спиной ко мне, и смотрела на что-то вдали, глубоко погруженная в свои мысли. Задумчивость, мрачная тень, омрачала ее обычно живое лицо.

– Зачем ты пришёл? – ее голос был холодным, как лед, и лишенным всякого тепла.

– Я не могу узнать, как дела у моей... сотрудницы? – произнес я без эмоций.

– Ты издеваешься надо мной? – прошипела она, поворачиваясь. В ее глазах клокотала ярость, темная и опасная.

В мгновение ока со столика взлетела ваза с цветами. Она с грохотом врезалась в стену, разлетаясь на осколки и брызги воды. Аромат цветов смешался с запахом лекарств, создавая тошнотворную смесь.

– Зачем ты мне врал?! Зачем? Просто зачем? – кричала она, ее голос звенел от боли и гнева.

– Врал? – Я сделал шаг вперед, пытаясь дотянуться до нее, но она отшатнулась, как от огня.

– Ты знаешь, о чём я! – Ее взгляд был полон ненависти и разочарования.

В палате повисла тяжелая, гнетущая тишина, нарушаемая лишь ее прерывистым дыханием. (