20. Ты спасешь меня?
Песня для главы:
The Birdsongs - Will You Save Me?
Эту главу посвящаю солнечному и талантливому Галфу, который сегодня просто ошеломил и поразил в самую печень весь фандом на своем концерте 😍
Мы так гордимся тобой, наш самый лучший мальчик 🌻🌻🌻
***
Что-то щекочет его нос, заставляя поморщиться. Он пробует отодвинуться, но это раздражающее чувство все равно возвращается и принуждает приподнять веки. На него внимательно смотрят золотистые глаза, обладатель которых легко проводит указательным пальцем по кончику носа.
- Что ты делаешь? - голос спросонья ожидаемо хриплый.
- Бужу тебя. Доброе утро, Мью.
Есть какое-то невероятное умиротворение в этом моменте, когда ты лежишь в объятиях другого человека, тебе тепло и уютно. Ты просыпаешься от его нежных прикосновений, а тебе еще желают доброго утро таким мягким голосом.
Сознание все же медленно загружается в его голову и как будто выворачивает на него ведро ледяной воды.
Потому что он все-таки заснул возле Галфа и ночью не ушел к себе на диван, как планировал, ибо слишком пригрелся рядом. А теперь он смотрит в эти глаза, в которых уже теплится надежда на... что-то, что Мью не сможет обещать даже себе. Поэтому:
- Это не то, что ты подумал. Я просто перенес тебя с дивана, чтобы ты поспал нормально. Но ты меня не отпускал, поэтому я ждал, когда ты разожмешь руки, и случайно заснул. Ничего более, поэтому не нужно придумывать то, чего нет.
- Так что из нас что-то сейчас придумывает, Пи'? То, чего нет.
Боже, как же он успел соскучиться по этим подколкам и лукавой улыбке в уголке губ, что так и хочется поцеловать. Но ему остается только буркнуть что-то невнятное в ответ и попытаться освободиться из рук, что все еще продолжают его удерживать, несильно, но крайне уверенно.
- Галф, надо вставать. У меня скоро группа.
- О, - тот сразу оживляется и все-таки выпускает. - Я хочу посмотреть, как ты тренируешь своих учеников. В конце концов скоро и я буду на их месте. Мне нужно понимать, к чему готовиться: почему-то кажется, что ты - строгий учитель.
Мью стонет и демонстративно прижимает руку к лицу, чтобы дать понять, что до сих пор не в восторге от этой идеи. Но все же в итоге встает, чтобы хоть как-то привести себя в порядок при помощи прохладного душа и приготовить подобие завтрака, потому что потом поесть долго не получится.
Непривычно, но тепло.
Потому что он выспался несмотря на некоторые неудобства вроде узкой кровати на двоих взрослых парней.
Потому что теперь чай и тосты нужно делать на двоих.
Галф тоже вскоре выползает из ванной, все еще немного помятый, но уже уверенно идет к плите и ставит сковороду на огонь, а затем лезет за продуктами в холодильник, чтобы уверенными движениями начать взбивать смесь для омлета. Мью не верит своим глазам:
- Ты умеешь готовить?
- Ну да, самостоятельная жизнь такому учит быстро, - не отвлекаясь от своего занятия.
- Тогда почему вчера... если сам мог...
- Ну, во-первых, это твоя кухня и хозяйничать тут - дурной тон, я и так фактически вломился в твою квартиру, - и умолкает, сосредоточенно вылавливая пальцем все-таки попавшую в миску скорлупу от яйца.
- А во-вторых?
- Во-вторых, я люблю, когда обо мне заботятся. Ты заботишься.
Снова эта убивающая наповал прямолинейность, от которой смущаешься и неволько краснеешь, потому что иммунитет к такому крайне сложно выработать. Ему всю жизнь постоянно так или иначе говорили о том, что нужно прятать свои чувства, что нужно уметь держать лицо. А потом в ней появляется этот золотой мальчик богатых родителей, который ни в чем себя не ограничивает, порой безрассудный в своей смелости и открытости - и ты безоружен перед ним. Потому что несмотря на сложности его характера и внутренние проблемы у него есть уникальная и крайне редкая черта: Галф всегда честен перед самим собой.
Если уж ненавидеть, то от души.
Любить - искренне и всем сердцем.
Поэтому Мью предпочитает промолчать в ответ и поставить завтрак на стол, чтобы дождаться омлета (весьма вкусного, кстати), чтобы уже вдвоем уничтожать еду. А затем сбежать вниз под предлогом подготовки к тренировке, потому что все еще не выдерживает этот пристальный взгляд, вопрошающий: ты спасешь меня, Мью?
Но что делать, если их представления о спасении так радикально отличаются?
Спокойная и безопасная стабильность Мью против непредсказуемой свободы, которую так жаждет Галф.
Поэтому он до пота сегодня тренирует своих детей, выкладываясь по максимуму в демонстрации приемов. И очень старается не смотреть на парня, который тоже вскоре спустился со второго этажа и тихонько наблюдает за ним с угла. Почему-то даже никуда не уходит и ждет окончания занятий, пока Мью не получит от каждого из учеников почтительный вай, чтобы затем подойти с откуда-то взявшимся влажным полотенцем и начать промакивать выступивший от усилий пот. Он перехватывает его руку за тонкое запястье:
- Что ты делаешь?
- Забочусь о тебе, - тоном "ну что тут может быть непонятно", - потому что тебе это тоже нравится.
- Кто тебе это сказал, - бурчит смущенно.
- Твое лицо, такое довольное сейчас, - понимающе улыбается.
И невозможно не ответить ему тем же, потому что его сердце и правда тает от той нежности, что он читает в глазах напротив, в аккуратных промакивающих движениях рук. Но все же отстраняется:
- Мне надо в душ, потом приготовлю обед и... нам надо поговорить.
Галф моментально становится серьезным и кивает, убирая руку от лица. А Мью спешит наверх, чтобы, стоя под прохладными струями, прокручивать в голове фразы для предстоящего сложного разговора, который так хочется отложить на миллионы лет, дабы не разрушать эту атмосферу теплоты между ними.
Но вот еда приготовлена и уже даже съедена, и момент истины настал. Они сидят на том диване, где совсем недавно случился столь важный ночной разговор, а дневной пока внушает куда больший страх.
- Галф, - начинать всегда безумно сложно, поэтому Мью старательно подбирает слова, чтобы не начать ругаться и спорить в самом начале, - думаю, что это очевидно: тебе лучше жить в другом месте.
- Это еще почему? Мы отлично с тобой уживаемся: что сейчас, что раньше. Я даже научился немного готовить, поэтому тебе будет меньше хлопот со мной. Почти никаких, вообще-то.
- Я уже говорил, что это как минимум неудобно: моя квартира не предназначена для двоих. Ты сам убедился, что даже спать тут второму человеку негде.
- Мы этой ночью с тобой отлично спали вдвоем на твоей кровати.
Мью почти стонет от отчаяния и хватается за голову, потому что парень выглядит вполне довольным и парирует все его аргументы:
- Это одна ночь, а дальше ты будешь жаловаться на жесткий матрац, от которого синяки на боках, и что не выспался, поэтому...
- У меня нет денег на другое жилье.
Однако, не только у него есть заготовки для этого разговора... Что же, к этому он готов и достает бумагу, что составил еще вчера.
- Что это? - Галф недоуменно рассматривает цифры на ней, сведенные в таблицу.
- Твой отец помимо оплаты моего лечения еще перечислил значительное вознаграждение за твое спасение. Часть из него, как было ранее с оплатой по контракту, сразу списал банк. А это то, что осталось. Я хотел вернуть всю сумму после того, как накоплю остальное... В любом случае эти деньги - твои, можешь ими пользоваться на свое усмотрение. В том числе снять жилье, где тебе будет комфортно жить и решить, что делать дальше. Когда я заработаю недостающие деньги - я их переведу тебе.
- На мое усмотрение? - задумчиво.
- Да, поэтому давай начнем тебе искать жил...
- Тогда я "усматриваю" купить сюда большую мягкую кровать, потому что этот матрац и правда кошмарный. И как ты на нем спишь вообще?
- Галф! - Мью отчаянно стонет. - Неужели ты не понимаешь, что я хочу сделать, как лучше для тебя.
- Если ты этого и правда хочешь, - парень дожидается подтверждающего кивка, - тогда позволь мне решать, что лучше для меня. Один уже пытался это сделать - и чем в итоге обернулось?
Мью пораженно молчит, потому что ему нечем крыть такие аргументы. А Галф мягко и настойчиво продолжает, кладя ладонь на его руку:
- Пожалуйста, Мью, услышь меня. Я уже просил тебя ранее и повторю сейчас: не прогоняй меня сейчас только потому, что ты думаешь, что так будет лучше для меня. Если хочешь помочь - сделай так, что я прошу: позволь остаться рядом, научи защищать себя. Было бы отлично, если еще получится устроиться на работу, потому что даже эти деньги, - кивает на листик с суммой, - не бесконечны, а жить на что-то нам надо. Плюс мне надо будет потом попробовать восстановиться в университете, когда накоплю достаточно на оплату. Поэтому, Мью... ты поможешь мне?
Эта просьба не только в словах.
Она еще в глазах, что смотрят так пронзительно и умоляюще.
И в них Мью читает все то же: ты спасешь меня? Это вновь активирует ту его часть, что не дает ему проходить мимо искренних просьб о помощи и значительно усложняет жизнь ему самому.
Но все еще сомневается, что ему это по силам...
- Хорошо, давай так, - после тяжких минут колебаний он все-таки решается, - предлагаю компромисс: ты остаешься до тех пор, пока я не помогу встать тебе на ноги и стать самостоятельным. Не уверен насчет работы, потому что у тебя нет опыта, но попробую что-нибудь придумать. А дальше уже будешь сам решать насчет университета, дневная или заочная форма обучения, если это все еще будет актуально. Идет?
И теперь остается только затаить дыхание и ждать ответа на это безумное для него самого предложение, которое ставит под удар всю его тщательно спланированную жизнь. Галф задумчиво (как знакомо!) наклоняет голову, но все еще не выпускает его ладонь из руки, поглаживая пальцы, а затем переплетая их со своими. И выдает свой вердикт:
- Я согласен. Если после этого ты скажешь мне уйти - я уйду.
Мью опускает взгляд на их сцепленные руки и уже начинает проклинать себя за проявленную слабость: наверное нужно было настоять и все-таки найти Галфу другое жилье. Вот и что прикажешь ему теперь делать, когда рядом с ним на постоянной основе будет это теплое солнечное чудо вот так мягко улыбаться? Как он вообще сможет себя сдерживать все это время?
И потом отпустить, отрывая от себя еще одну часть с кровью?
Но, видимо, эти вопросы вообще не волнуют его нового соседа, потому что тот довольно жмурится и тянет старшего с дивана:
- Раз мы все обсудили, то давай, вставай - нам нужно за покупками!
- Что? Зачем?
- Мне нужен новый телефон - старый я оставил, потому что не знал, что там еще зашито для слежения за мной.
Умный мальчик.
Мью горделиво улыбается, но затем давится воздухом, когда слышит:
- И нам нужна кровать. Большая. Очень большая. Кинг-сайз.