25. Бесконечность не предел
Песня для главы:
Anson Seabra - That's Us
Кхун мэ - так могут обращаться к матери друга.
Благодарю всех, кто поддерживал эту работу, за ваши отзывы и награды! Мне бесконечно радостно, что мои герои отзываются в вашем сердце 💜💜💜
***
Дерзкий солнечный луч тревожит крепкий утренний сон, поэтому все-таки приходится приоткрыть глаза, раз отвернуться по какой-то причине не получается. Эта причина мешает ему двигаться, обхватывает его руками и ногами и умилительно сопит ему в плечо, явно утомленная событиями прошлой ночи.
Его солнечный мальчик... это из-за него тепло сейчас разливается на сердце, а не из-за энергии реальной звезды, освещающей их планету, на которой ему повезло найти своего человека среди миллионов чужих. Тот спит крепко, поэтому можно позволить себе немного насладиться моментом и пройтись пальцами по немного спутанным волосам, затем тронуть скулу и спуститься на губы, еще немного припухшие и, вероятно, все еще чувствительные после тысяч поцелуев.
Жалеет ли он?
Нет, ни на секунду.
Каждое мгновение с ним - лучшее в его жизни, потому что освещено любовью Галфа. А он искренне хочет давать ему не меньше, чтобы тот никогда не пожалел о принятом решении, когда променял сытый комфорт на сложный квест по выживанию рядом с ним. Поэтому сделает все возможное, чтобы его мальчик был счастлив.
К сожалению он не может позволить себе долго нежиться в постели, хотя так хочется расслабиться и прижаться к уютному теплу, что так и манит погрузиться в него с головой и никогда не выпускать из своих рук. Поэтому сделает так, чтобы Галф сильно не расстроился, когда проснется: приготовит для него завтрак.
Снова дежа-вю ночи "после", но в этот раз не будет никакого ледяного душа из вскрывшейся лжи, что разрушит все построенные между ними мосты, потому что утаивать больше нечего. Он открыт и обнажен душой, но его поняли и приняли - это ли не есть любовь?
Руки на автомате совершают привычные манипуляции с овощами, молоком и яйцами, пока в его голове роятся воспоминания, столь яркие, что от них тут же начинают бежать мурашки. Или это от ладоней, что опускаются на его плечи, а затем скользят ниже, чтобы удобно лечь на талию, помогая пальцам сплестись между собой. Его правое плечо ощущает тяжесть чужой головы, а ухо - шепчущее дыхание, завершающееся еле уловимым поцелуем:
- Доброе утро...
Мью замирает, чтобы навсегда запомнить волшебство этого момента: первое настоящее их совместное утро, руки Галфа на его талии, уютные и комфортные объятия со спины и легкие поцелуи. Все это порождает в его сердце столь острую и болезненную нежность, что дышать становится почти невозможно. Но он через силу делает вдох, кладет ладони на плотно обхватывающие его руки, поглаживает их, чтобы затем немного повернуть голову и легко поцеловать в лоб:
- Доброе.
Это самое доброе утро за много-много лет, потому что оно наполнено любовью.
Галфом.
Потому что это слова-синонимы - отныне.
- Давай тогда в душ и завтракать?
Да, вчера он вытер Галфа влажными салфетками, как смог, но до ванной они уже не смогли дойти, поэтому сам он с утра уже завершил водные процедуры. Парень кивает и явно неохотно выпускает его из своих рук, на что получает усмешку и еще один утешающий поцелуй:
- Это всего 5 минут, не надо так морщиться.
- А вдруг за это время ты передумаешь? - и смешно выпячивает губу, как бы дразня, но в глазах рябь сомнения.
- Эй, откуда такие мысли... - теперь Мью уже поворачивается, сам обнимает крепко и целует немного заспанное лицо. - Смой их немедленно в душе, чтобы я даже такого от тебя не слышал!
Галф показывает язык и все же идет в ванную, а у него есть несколько минут, чтобы выложить уже готовый омлет и налить чай. С тревогой он осматривает вернувшегося и уже посвежевшего парня, который морщится, когда садится:
- Ты как себя чувствуешь?
- Тебе правду или успокоить?
Формулировка вопроса ни разу не радует, но:
- Правду, конечно.
- Сейчас... неприятно, я бы даже сказал, что больно, особенно когда сидишь на жестком.
Мью хлопает себя по лбу (вот идиота кусок!) и тут же бежит за небольшой диванной подушкой, чтобы подложить ее под уже смеющегося Галфа.
- Прости дурака, я совсем не подумал... - он виновато заглядывает в глаза. - И прости, что сделал больно, я правда не хотел и старался осторожно...
- Мью, - тот кладет ладонь на лицо, останавливая поток извинений. - Остановись. Мне вчера с тобой было безумно хорошо, а сегодня - это просто последствия, которые вполне можно пережить. Думаю, что это дело привычки, поэтому перестань себя винить. А то еще немного - и скажешь, что никакого секса больше не будет.
Он открывает рот, чтобы тут же его закрыть, потому что похожие слова уже были готовы сорваться с губ, но Галф каким-то образом угадал и пресек на корню:
- Так вот: даже не рассчитывай. Я столько сил потратил, чтобы тебя соблазнить, поэтому я не приму твоего отступления. Но думаю, что как-нибудь надо будет попробовать поменяться, для разнообразия безобразия так сказать.
Мью все еще молча смотрит на этого невероятного человека и тянется с поцелуем обожания к губам, что продолжают его соблазнять каждым словом. И только бурчащий от голода желудок его парня через некоторое время напоминает им о том, что неплохо бы было его чем-то наполнить.
Он все еще залипает на Галфа, такого простого и домашнего, сидящего перед ним и с аппетитом уничтожающего еду. Теперь смотреть можно открыто, без утайки, не боясь быть уличенным в повышенном интересе, потому что все маски сброшены и стены пали.
Можно не скрывать улыбку, которая растекается на лице от подобного вида.
Можно протянуть руку через весь стол и коснуться гладкой кожи щеки - просто так, без причины.
Можно улыбнуться в ответ на улыбку - просто потому что хочется.
Утренняя идиллия разрушается грустной реальностью: до занятий с детьми ему нужно все-таки успеть разобрать оставшиеся счета и свести доходы с расходами, поэтому ворует еще один поцелуй и уже после этого спускается вниз, чтобы погрузиться в этот бумажный ад. Который засасывает настолько, что теряется ход времени до тех пор, пока легкое поглаживание на плече не отвлекает его:
- Я принес тебе попить.
Мью с благодарностью принимает стакан с прохладным соком, делает несколько глотков, а затем обреченно стонет, потому что почти не продвинулся со своей нелюбимой работой.
- Может давай я тебе помогу? Пусть незаконченное, но высшее экономическое у меня есть, основы бухгалтерского учета у нас были, а с математикой у меня все отлично несмотря на все мои прогулы.
- Ты серьезно? Добровольно хочешь погрузиться в эту преисподнюю? - он не верит услышанному.
- Не преувеличивай, - тот смеется, - это всего лишь цифры, которые просто надо упорядочить и свести в итоговые таблицы. Дело пары часов.
Мью встает, пока Галф не передумал, и пускает его на свое место, чтобы потом обнять его со спины и с восторгом наблюдать, как тот ловко расправляется с документами и вычислениями:
- А ты не думал заняться репетиторством? Готовить школьников к поступлению в университет, помогать студентам по своим профильным предметам? Раз у тебя так хорошо это выходит - если тебе не будет неловко, конечно...
Галф задумывается и откидывает голову назад так, что их щеки оказываются прижаты друг к другу:
- Хм... А неплохая идея. Но почему мне должно быть неловко?
- Потому что ты тоже станешь кем-то вроде обслуживающего персонала.
- Вроде телохранителя? - Галф как всегда безошибочно улавливает направление его мысли.
- Вроде. Тебе нужно будет подстраиваться под клиента, прогибаться, молчать, даже если хочется ответить что-то резкое.
- Я был настолько ужасен? - улыбается и трется носом.
- Ну... скажем так: поначалу я дико тебя невзлюбил, почти ненавидел. Спесивый богатенький мальчик.
- А что теперь изменилось? Уже не богатенький? - дразнит.
- Уже мой мальчик. И уже люблю.
Целовать вот так просто - безумно приятно. Прикосновения легкие, как крылья бабочки, ставят своей целью не разжечь страсть, а выразить нежность. Которую смывает неловкое покашливание, заставляющее их испуганно отпрянуть друг от друга.
- Ты давно не приходил домой, вот я и приехала тебя проведать... Не знала, что ты не один.
- Мама, - Мью испуганно смотрит на второго самого важного в его жизни человека.
Леди проходит с пакетами в руках, которые ставит на стол, и вопросительно смотрит на Галфа:
- Познакомишь со своим... другом?
Пауза перед последним словом не осталась незамеченной, поэтому он с волнением сглатывает и смотрит на побледневшего парня рядом, который все же опомнился и сделал приветственный вай:
- Госпожа Чончививат, меня зовут Галф - рад с вами познакомиться.
- Галф? - та задумчиво хмурится. - О, я тебя вспомнила! Ты тогда был возле палаты Мью, когда он был без сознания, а потом куда-то пропал. Он еще тебя искал, когда очнулся, но я не знала твоего имени, поэтому сказала, что никого не видела.
Мью переводит взгляд с одного на другого и не знает, что сказать. Но его мама тепло улыбается парню:
- Поэтому можешь звать меня кхун мэ, милый. Я принесла Мью немного домашней еды, но думаю, что там вам на двоих хватит.
- Спасибо, я с удовольствием попробую, - Галф снова вежливо кланяется.
- Тогда... я не буду вам мешать? И может как-нибудь заглянете к нам домой на ужин? Вместе. Познакомишься с семьей.
Мью провожает маму до выхода, целует и обнимает ее на прощание. И ловит улыбку, сулящую весьма обстоятельный разговор позже. Но затем он оборачивается, чтобы встретиться с взволнованными глазами Галфа:
- Она... все поняла? Что мы вместе?
- Думаю, что да.
- Прости, Мью, я не думал, что вот так все откроется... Ты же хотел поговорить с ней сам, подготовить.
Парень реально расстроен случившимся, на что Мью может только обнять его, успокаивая:
- Все нормально. Мы с ней еще обязательно поговорим, но я уже могу сказать, что она тебя приняла, - ловит удивленный взгляд и поясняет. - Галф, тебя позвали познакомиться с семьей.
- Семьей? - в голосе какое-то счастливое неверие.
- Да, у меня есть сестра, папа тоже чудесный. И Чоппер! Ты обязательно должен познакомиться с моим псом! Мама за ним присматривала, пока я работал с тобой, но я хотел его забрать себе, когда немного восстановлюсь. В любом случае: я уверен, что ты им обязательно понравишься. И они тебе тоже.
- Семья... - все еще неверяще повторяет.
- Да, - Мью кивает и еще сильнее сжимает в объятиях. - Даже если вдруг что-то пойдет не так, семья, на которую можно положиться, у тебя уже есть: как минимум у тебя есть я.
Солнечные лучики счастья согревают его снова и снова, как и любовь, что плещется в этих теплых глазах.
***
На самом деле он немного волнуется, потому что хочется, чтобы этот день стал особенным для Галфа.
Чтобы ничего не испортить - заранее заказал доставку его любимых блюд и выгулял Чоппера, который к ним все-таки переехал и теперь носится пушистым комочком счастья по квартире обоим на радость. Но вспотевшая от волнения рука все-таки нервозно сжимает маленькую бархатную коробочку, в которой лежит главный подарок на день рождения Галфа. Они впервые отмечают его вдвоем, поэтому так хочется, чтобы все прошло просто идеально.
Несколько месяцев вместе - это не такой большой срок, но вместе!
Это слово настолько греет, что Мью каждый раз довольно жмурится, когда прокатывает его на языке как вкусную карамельку.
Да, у них есть еще много вопросов, которые надо решить.
Университет Галфа: Мью все-таки очень хочет, чтобы тот восстановился и доучился, но парень пока направил все свои силы на подработку, поэтому берет все больше и больше учеников как репетитор. А он не может отказать такой счастливой мордашке, когда тот радуется каждому самостоятельно заработанному бату.
Отец Галфа... Что же, до сих пор жива надежда, что эти двое если не помирятся, то хотя бы поговорят. Но они оба - упрямые до невозможности, и никто не хочет делать первый шаг. Поэтому Мью просто вздыхает на очередное раздраженное "я не хочу его видеть" и надеется, что когда-нибудь они остынут и услышат друг друга.
Но по крайней мере он теперь хоть немного может компенсировать парню отсутствие семьи: его собственная очень тепло приняла Галфа несмотря на его собственные тревоги и опасения. Мама - почему-то почти сразу и без вопросов, отца и сестру пришлось немного подготовить сперва. Те поначалу отнеслись с подозрением, но теперь ему так радостно, что и его мальчика любят в родительском доме.
- Мью, я дома! - теплое чудо влетает в квартиру и в его объятия. - Я голодный как волк - корми меня быстрее, раз я сегодня именинник.
- Иди мой руки, волк, - целует в ответ, улыбается такой порывистости и идет распаковывать заказ, чтобы выложить контейнеры на стол и достать бокалы.
Галф в предвкушении плюхается на стул рядом и тянется за вилкой, чтобы получить легкий шлепок ладонью:
- Погоди минуту.
- Ну Пи'... - тот ноет. - Я сейчас умру с голода.
- Сперва тост, - Мью поднимает бокал и ждет, пока то же самое сделает Галф. - За тебя, мой солнечный мальчик. Пусть в этой жизни у тебя все получится, а я буду рядом тебя поддерживать. Всегда. Давай останемся вместе надолго.
И с замиранием дыхания подталкивает к нему коробочку.
Галф оставляет бокал и берет ее в руки:
- Мью... не надо было...
- Мне захотелось, не бурчи. И он совсем недорогой.
Идея для подарка пришла ему в голову, когда Галф готовился к занятиям по математике со своими учениками и прорабатывал материал про пределы функций.
Простой серебряный браслет, линия которого в центре закручивается и образует знак бесконечности в узле.
- Это очень красиво, Мью. Спасибо! - его глаза горят благодарностью и восторгом.
Он берет Галфа за руку, чтобы помочь надеть украшение на тонкое запястье.
Чтобы поцеловать потом нежную кожу под пока еще прохладным металлом, не впитавшем тепло тела:
- Бесконечность не предел, мой хороший. По крайней мере не для нас.
***
Кто рыдает над прекрасными стихами DieMaus, тот я 😭😭😭
Знаешь, есть в любой судьбе
Место сказке,
Хоть стоим мы на земле,
Сняты маски.
На пути встречались боль
И потери,
Только я к тебе пришёл,
Значит - верю.
Не всегда найти ответ
Было просто.
Для меня ты воздух, свет,
Солнце, звёзды.
Вызов миру и себе?
Что ж, он брошен.
Бесконечность не предел,
Мой хороший.