Глава 14. Куда приводят сны
Жалобно стону от тупой боли в затылке. Потираю ушибленное место ладонью, так и не открывая глаз. Страшно. Сознание медленно возвращается ко мне. Что произошло? Жуткая колыбельная, лестница на чердак. Я упала с неё и сейчас валяюсь среди коридора?
Не чувствую своего тела. Пытаюсь пошевелить руками, как слышу громкое лязганье металла, от которого трещит голова. Цепи?.. Пытаюсь открыть глаза — без результата. Сплошная тьма. Слышу едва различимый шум, а за ним знакомый бархатный голос с лёгкой хрипотцой:
— Белому кролику не стоит играть с серым волком, всё равно не убежит. Как бы глубоко не был скрыт хищник, он одержит верх, и от кролика останется лишь залитая кровью белоснежная шубка.
В ужасе распахиваю глаза. На этот раз успешно. Обнаруживаю себя отнюдь не в подвале, а в какой-то комнате, погружённой в полумрак. Единственное освещение — призрачный лунный свет, пробивающийся через тонкие занавески на окнах.
Первым делом смотрю на руки. Никаких кандалов, никаких следов. Это был очередной кошмар... Потираю ладонями глаза и поправляю очки. Как я оказалась здесь? И почему я сижу в рабочем кресле? Осматриваю комнату, особо не блещущую роскошным убранством. Одна стена, в которую изголовьем упирается двуспальная кровать, обшита тёмно-коричневыми панелями, на других обычные серые обои с изображением чёрных стволов деревьев, тянущихся от пола до самого потолка, с раскинувшимися острыми ветвями. Обычные книжные полки, обычный комод.
С интересом осматриваю убранство комнаты, пока мой взгляд не падает на кровать и лежащего на ней парня. Дамиан, как и подобает человеку посреди ночи, лежит в своей постели, накрытый одеялом. Только не спит. В ужасе таращится на меня. В обычное время я нашла бы его обескураженное выражение лица забавным, но не сейчас. Мне и самой страшно от полного непонимания ситуации.
Мы молча смотрим друг на друга. В конечном итоге, он не выдерживает, гулко сглатывает, и его дрожащий шёпот разрезает тишину:
— Сабрина?..
Нервно сглатываю и неловко поправляю сползшую с плеча ночную сорочку. Дамиан встаёт с кровати и делает неуверенный шаг навстречу ко мне, очевидно, не до конца понимая, кто перед ним. Но это длится недолго. Он узнаёт меня и выдыхает с видимым облегчением. Шок и удивление, игравшие на бледном от лунного освещения лице, в один миг переходят в типичную насмешку, полностью скрывая все истинные чувства Дамиана. Он спросонья перепутал меня с одной из своих подружек?
— Что принесло тебя сюда, штучка? — одаривает меня своей коронной ухмылкой и пробегается восхищённым взглядом по моему телу, заставляя испуганно съёжиться. — Решила, что нашим отношениям пора перейти на более интимный уровень?
Подходит ко мне с лёгкой ухмылкой на губах. Спасибо хоть не голый... Я же в панике вскакиваю с его кресла и делаю пару шагов назад, пока не врезаюсь копчиком в письменный стол.
— Боюсь огорчить, но нет... — глухо шепчу в ответ.
— Тогда что ты забыла в моей спальне среди ночи?
Хотелось бы и мне знать. Так, Лиза, а теперь импровизируй. Ты хорошо умеешь нести чушь. Но в критической ситуации это достаточно сложно.
— Я... эм... — неловко бормочу, пока извилины в голове судорожно пытаются придумать хоть какой-то ответ. — Я... заблудилась...
(Правда что ли?! Ты серьёзно думаешь, что он поверит в эту херь?)
Дамиан довольно прыскает и выгибает в иронии бровь. При лунном свете его бледное лицо кажется ещё более утончённым. Кожа почти прозрачная, как у призрака.
— Более адекватного ответа я не получу?
— Я не знаю... — обнимаю себя руками, будто это поможет унять стыдливый пожар внутри. — Мне снился странный сон... а потом я обнаружила себя здесь...
Вот почему из всех возможных комнат в этом огромном особняке меня угораздило забрести в спальню белобрысой проблемы...
— Уже интересно, — хищно скалится, подобно волку из моего кошмара. — Я тебе снился?
От его вопроса вздрагиваю и начинаю дрожать. Отчётливо помню его голос. И те слова про белого кролика. Нервно стучу пальцами ног по полу, лишь бы колени не подкосились.
— Нет... — стыдливо шепчу и опускаю взгляд в пол на свои босые ноги.
— Не ври мне, маленькая штучка, у тебя плохо получается.
Жалобно шмыгаю носом, не решаясь поднять взгляд. Меня охватывает чувство страха. Но не то, что во сне. Мышцы напрягаются, я чувствую опасность, исходящую от Дамиана. И холод. Странный холод.
— Почему ты не спишь? — спрашиваю в лоб, желая обескуражить и выиграть время, дабы придумать нормальный ответ.
— Почему же? Сплю чутко, и вот, проснулся, — показательно тянется и зевает. — Да и знаешь, довольно страшно спать, когда за стенкой живёт такая маньячка.
Моё лицо вспыхивает в долю секунды. Крепче обнимаю себя руками. А со стороны так и выглядит: ворвалась в чужую спальню среди ночи.
— Я не маньячка! — восклицаю достаточно громко и поднимаю на него сердитый взгляд. — Говорю же, случайно зашла! Ходила воды попить и перепутала двери!
Дамиан смеётся, очаровательно щуря глаза. Не верит ни единому моему слову. Пусть от него и исходит эта аура опасности, я вновь обезоружена его неестественной красотой. Глупо отрицать притягательность и сексуальность этого парня в момент, когда он стоит перед тобой в темноте в одних трусах при блеклом лунном освещении. Его бледная кожа и светлые с золотым отливом волосы в контрасте с горящими янтарными глазами неумолимо притягивают. Он похож на ангела из самых глубин Ада.
— Когда-то ты говорила, что наши комнаты не перепутать.
Его слова гулом отдают в голове. Не успеваю опомниться, как он бесшумно оказывается передо мной и ставит ладони на стол по обе стороны от меня. Испуганно прогибаюсь назад, а он наклоняется следом. Мой голос едва слышен:
— Меня раздражает, когда ты подходишь так близко.
Стыдливо отвожу взгляд, в противном случае начну пялиться на его мускулистый торс. Дамиан приближается ближе, и его голос так же переходит в ласкающий шёпот:
— А мне кажется наоборот.
Вздрагиваю. Его не обмануть. Не скажу, что меня полностью устраивает расклад событий, но и совру, если скажу, что мне совсем не нравится. Не могу отрицать свою тягу к этому парню. Меня неумолимо тянет к нему с того самого вечера в библиотеке. Одним своим присутствием он бросает меня в омут и без капли жалости наблюдает, как я тону. Не даёт мне вырваться.
— Кто-то загнал несчастную девушку в угол и теперь наслаждается этим? — пытаюсь звучать уверенно, но получается из рук вон плохо. Дрожь в голосе выдаёт моё волнение с потрохами.
Уилкинсон иронично улыбается, смотрит на меня, как на сложную головоломку:
— Кто-то предвкушает момент беды и теперь боится?
Делает маленький шаг и прижимается ко мне. С этим прикосновением чувствую прохладу его крепкого тела. От этого по коже пробегает озноб. Одного одеяла ему явно мало. Вот только этот холод разжигает внутри меня пламя, неустанно распространяющееся по всему нутру. Кладу ладони на его грудь, накаченные мышцы сокращаются от моего прикосновения, и бессильно пытаюсь оттолкнуть.
— Слушай, маньяк недоделанный, не страдай фигнёй, и дай мне спокойно уйти. Я спать хочу.
Дамиан смеётся и наклоняется к моей шее. Прижимается лбом к моему плечу, пока его взъерошенные волосы щекочут мою кожу. Пламя разгорается с новым напором, обещая сжечь дотла изнутри. У меня жар? Впервые чувствую такое от обычного прикосновения. Дамиан жадно вдыхает, его лоб всё так же уткнут в моё плечо. Его запах опьяняет меня. Отравляет. Его яд течёт по моим венам и несётся прямо к сердцу. Он даже не представляет, как влияет на меня.
— Раз уж на то пошло, обычно девушек я домой не вожу, Габриэль против, — вновь шепчет, будто хочет получить надо мной полную власть. — Но если повезёт, так просто они из моей комнаты не уходят.
— И что это значит? — гулко сглатываю, чем вызываю надменный смешок с его стороны.
— А ты как думаешь? — отрывает лоб от моего плеча и прошибает взглядом насквозь.
Увереннее поднимаю голову и упрямо смотрю в бесстыжие карие глаза. Абсолютно бессовестные, но вместе с тем такие гипнотизирующие.
— Ну, и чего молчишь? В раз английский забыла? Раздевайся. Хотя, — усмехается и пальцем цепляет лямку моей лёгкой сорочки. Как-то странно смотрит и довольно закусывает нижнюю губу, — тут и снимать толком нечего.
— Совсем спятил?! Не трогай меня!
Пытаюсь оттолкнуть его, но тщетно. Как об стену горох. Об будто каменный. Янтарные глаза загораются хищным пламенем, и я чувствую себя кроликом из своего сна.
— А что ты думала? Такова моя натура.
— Твоя натура: жалкие запугивания и дешёвые издёвки! Ты не пуп земли!
Мои слова вызывают лишь хриплый смех с его стороны. Жадно ласкает мою шею губами, одновременно мягкими и холодными.
— Ты боишься меня и поэтому так дрожишь? — игриво шепчет, обжигая кожу своим ледяным дыханием, и касается языком мочки уха. — Только не вздумай врать.
Прикрываю глаза. Грудь судорожно вздымается и опускается от сбитого дыхания. Неконтролируемое тепло скапливается внизу живота.
— Я тебе не доверяю, — отвечаю честно, как он и просил.
Бездумно скольжу ладонью по основанию его шеи, по крепкой груди, не в силах контролировать себя. Он так красив. Точно его тело — работа искусного архитектора, сумевшего создать шедевр из мрамора.
— Знаешь, штучка, нам будет крайне сложно уживаться в одном доме, если ты мне не доверяешь.
— Ты меня бесишь.
Давит на меня весом своего тела. Носом утыкается в основание моей шеи. Моё сердце бешено тарабанит в груди. Жарко. Очень жарко. Не могу смотреть на него. Закусываю губу и отворачиваюсь, полностью открывая доступ к шее.
— Взаимно, — холодные губы касаются горячей кожи, пока мягкие светлые волосы, при свете луны кажущиеся белыми, щекочут мою щеку. Хриплый голос подобно бархату ласкает слух: — Ты не представляешь, как влияешь на меня... Твоё присутствие, твой запах, та жизнь, что бьётся в твоей грудной клетке... — проводит языком по сонной артерии, заставляя меня дрожать. — Я люблю это так же сильно, как и ненавижу...
Что он имеет в виду? Он шепчет это, словно не контролирует свои собственные слова и мысли. Он околдовал меня, я не могу шелохнуться. Тыльной стороной левой ладони ласково проводит по моей щеке. Вижу, как бешено вздымается его грудная клетка, пока его лицо всё так же у основания моей шеи. Дрожу от удовольствия, охваченная каким-то неизвестным желанием. Я чувствую, что он хочет быть ближе ко мне, но не решается.
Дамиан немного отстраняется, и наши взгляды пересекаются. Невольно закусываю губу. Лечу в пропасть. Признаю поражение. В этот раз победа безоговорочно за ним. Сейчас я настолько не в себе, что позволю ему делать с моим телом всё, что он захочет. Его глаза подобны двум камням янтаря, суровые и мягкие одновременно, в них пляшут горечь и желание в лихорадочном танце. Эти глаза гипнотизируют меня.
— Ты не особенный, Уилкинсон, — последняя попытка противостоять ему. — И, если думаешь, что я прыгну в твою постель по щелчку пальцев, подобно всем твоим шлюшкам, спешу разочаровать.
Внутренние демоны умоляют меня открыть рот. Они автоматически вызывают слова, заставляют говорить. Потому что я боюсь молчать. Боюсь сорваться. Но мне так хочется коснуться его мягких тонких губ своими. Хочу, чтобы этот момент длился вечно, и мы стояли вот так, одни, в его комнате, в тишине ночи. Вдали от всего мира.
— Пытаешь задеть меня, штучка? Не выйдет.
— Даже не думала об этом. Погоди... — смотрю в карие глаза в упор и непроизвольно ухмыляюсь. — А есть за что?
Он вдруг выглядит потерянным, точно осознаёт суть своей фразы и моего вопроса. Взгляд становится пристальным и суровым, смотрит прямиком в душу, что мне даже не по себе.
— Уходи... — хрипит Дамиан, и дыхание его не приходит в норму.
Стою и не могу шелохнуться. Он так просто выгоняет меня? Не могу дышать. Не могу унять дрожь. Ничего не могу. Запуталась в адских путах без шанса на спасение.
— А я думала, девушки просто так из твоей комнаты не выходят. Или правила изменились?
Понимаю, что затеваю опасную игру. Игру с огнём. И если проиграю, мне придётся платить назначенную цену. Его пламя испепелит меня в долю секунды.
— Я сказал «уходи»... — хрип переходит в глухое рычание, граничащее с угрозой.
— С чего такие резкие перемены?
— Слушай, ты реально хочешь, чтобы я отымел тебя прямо на своём столе?! — с резким выпадом гаркает на меня, что я от испуга запрыгиваю на стол, и сжимаюсь, лишь бы казаться как можно меньше. Смотрю в сердитые карие глаза, которые, кажется, наливаются кровью. Отчётливо вижу, как лопается пара капилляров, образуя тонкую багровую паутину. Глупости... — Я же могу! Только не думаю, что такой расклад тебя устроит! Поэтому выметайся из моей комнаты, пока я не передумал!
Отходит и пропускает пальцы через взъерошенные светлые волосы. Тяжело дышит и с угрозой смотрит на меня, точно накинется в любой момент. В то же время пытается держаться и делать вид, что между нами ничего только что не произошло.
Я спешно подхожу к двери и с необычайным облегчением поворачиваю ручку. Чувствую палящий взгляд в спину, но не решаюсь обернуться. Переступаю порог и, почувствовав себя в мнимой безопасности, бросаю напоследок:
— А сказал, что не задела.
— Пошла вон! Живо!
Пулей выскакиваю из комнаты Дамиана и впопыхах бегу к себе. Последняя его фраза содержала в себе скрытое предупреждение. Но это ничего не меняет для меня. Покинув его комнату, я чувствую некое разочарование. Дамиан настоящая загадка... И меня неумолимо тянет к этой загадке... Я сошла с ума?