Мысли о любви, страхи, вина
Мысли о любви, страхи, вина
После затишья наступил момент, когда я понял: она снова в Москве. Уехала. Без слов, Просто исчезла, как тихий ветер, который однажды согрел, а потом оставил после себя холод.
. Один из её сторис появился в моей ленте — знакомый столичный пейзаж, надпись на фоне заката: «Заново». И мне стало по-настоящему пусто. Не от того, что она там, а от того, что меня там больше не было. Ни в её городе, ни в её жизни.
«Иногда самое тяжёлое — это не потерять человека. А понимать, что он живёт дальше без тебя» — (из фильма «Ла-Ла Ленд»)
Я всё прокручивал в голове. Где я ошибся? Когда именно всё пошло не туда? Почему не настоял? Почему отпустил? И главное — мог ли я изменить финал?
Любовь — она как дорога. Иногда вы идёте вместе. Иногда — расходитесь. А иногда стоите на перекрёстке, где никто не делает шаг вперёд. Мы оба остановились. Только теперь она ушла дальше. А я всё ещё стоял там — с надеждой, которая давно выгорела.
«В любви, как в жизни, страшнее всего не потерять — а чувствовать вину, что не смог удержать»
Внутри меня были страхи. Что она найдёт кого-то лучше. Что забудет меня. Что тот кулон, который я дарил 8 марта, пылится в ящике, как глупый сувенир из старой жизни. А может — она уже потеряла его? Или подарила кому-то другому?
Я винил себя. За слабость. За нерешительность. За то, что позволил другим вмешаться в нашу судьбу. Мы оба были жертвами обстоятельств, но я, как мужчина, должен был сражаться до последнего. Я не сражался. Я сломался.
«Любовь — это война. И ты либо воюешь, либо проигрываешь молча» — (из романа «11 минут» Пауло Коэльо)
Иногда я думал: а вдруг она ждала, чтобы я приехал в Москву? Чтобы я встал под её окнами и крикнул: «Назик, я здесь! Плевать на всех!» Но я не приехал. Я остался в тени. И эта тень стала домом.
Сны стали странными. Я видел её во сне — молча, как будто между нами всегда была эта тишина. В одном сне она держала ребёнка. Я стоял вдалеке. Не подходил. Просто смотрел. А она уходила по белой дороге, не оглянувшись.
«Вина — это тень любви. Она остаётся даже тогда, когда само чувство умирает»
Назик уехала. А я остался. Не в Бишкеке, не в Лейлеке. А где-то между прошлым и будущим. Без карты, без компаса. Только с памятью, которая всё ещё жгла.