Глава VIII. НА РЫНКЕ «ДИНАМО»
Глава VIII. НА РЫНКЕ «ДИНАМО»
Иван почувствовал, как у него сам собою открывается рот. - Не может быть, - наконец произнес он в трубку.
- Выходит, что может, - отвечала Марго.
- А Луна-то откуда узнал?
- Да понимаешь, - начала объяснять девочка, - к Луниным полчаса назад прибежала Елена Марковна.
- Какая Елена Марковна? - перебил Иван.
- Жена Владислава. В общем, прибежала и говорит: «Влад пропал! Прямо не знаю, что делать». Ну, предки Луны начали её успокаивать. Мол, у человека дела. Мог где-нибудь задержаться. Тут Елена Марковна совсем впала в истерику. И все им окончательно выложила. Сперва она тоже просто беспокоилась. Потому что Владислав Николаевич должен был сегодня вернуться в восемь вечера. Он никогда не опаздывает. А если уж задерживается, то обязательно предупреждает. А тут ни слуху ни духу. В общем, Елена Марковна прождала весь вечер. Вдруг - звонок. Она к телефону подходит, а ей кто-то жутким голосом говорит: Владислав, мол, у нас. Трепыхаться не надо. И тем более ей настоятельно не советуют обращаться в милицию. Конечно, если ей хочется увидеть мужа живым. Потом ей сказали, что будут звонить еще. Она попыталась выяснить, в чем дело, но они бросили трубку.
Марго умолкла. Иван тоже молчал. Известие совершенно потрясло его. Он мог предполагать все, что угодно, но только не это.
- Алло! Алло! - вывела его из задумчивости собеседница. - Ты куда исчез?
- Никуда, - откликнулся Пуаро. - Я думаю.
- Ну, и что надумал? - поинтересовалась Марго.
- Да вот, - медленно начал Иван. - Получается, что на него вчера не случайно напали. И ни с кем, значит, его не перепутали.
- Значит, не перепутали, - голос девочки прозвучал словно эхо.
- И пасли именно его, - продолжал Иван.
- Допустим, - ответила Маргарита. - Но почему они его тогда сразу с собой-то не увезли?
- Сам пока не понимаю, - честно признался мальчик. - Хотя нет. Подожди. Пожалуй, объяснение есть...
Тут дверь в его комнату отворилась. Вошел отец.
- Ванюша, ты знаешь, сколько сейчас времени?
- Папа, - замахал руками сын, - завтра суббота. В школу мне не идти.
- Все равно нельзя выбиваться из режима, - настаивал отец.
Иван зажал трубку и, состроив родителю свирепую физиономию, тихо произнес:
- Па, у меня очень важный разговор.
- Ну, раз важный...
И, пожав плечами, Константин Леонидович направился в гостиную, где сидели у телевизора жена и теща.
- Дела-а, - опустился он рядом с женой на диван.
- Ты велел ему спать? - посмотрела на часы та. - Половина двенадцатого.
- Понимаешь, Инга, у него важный разговор с девочкой. По-моему, из новой школы, - смущенно произнес муж.
- Всего второй день в новой школе, а уже важные разговоры с девочками по ночам, - покачала головой Генриетта Густавовна. - Как у нынешней молодежи все быстро.
- Да будет тебе, мама, - вступилась за сына Инга Сергеевна. - Теперь времена другие. Все живем на повышенных скоростях.
- Иначе не выжить, - думая о каких-то своих проблемах, вздохнул Константин Леонидович.
- А главное, Ваня вообще перестал мне что-либо рассказывать, - пожаловалась Генриетта Густавовна. - Я вчера спрашиваю, как ему понравилось в новой школе, с кем он там познакомился. А Иван мне в ответ: «Нормально, ба! «- и убежал.
- Наверное, торопился, - предположил Константин Леонидович.
- Вот-вот, все торопятся, - продолжала Генриетта Густавовна. - У тебя-то, Костя, как на работе?
Лицо у Константина Леонидовича приняло крайне озабоченное выражение, и он, бросив теще: «Да, в общем-то, все нормально», - удалился на кухню. Генриетта Густавовна бросила выразительный взгляд на дочь. Но та сделала вид, будто целиком и полностью поглощена фильмом.
Иван, убедившись, что отец ушел, плотно прикрыл дверь своей комнаты и продолжил беседу с Марго:
- Понимаешь, я думаю, что тогда, в подъезде, это было предупреждение.
- То есть выходит, что именно Владислав Николаевич куда-то дел какие-то камни? - спросила Марго.
- Выходит, - Иван именно так теперь и считал. - А те двое на «Жигулях» его сперва как следует пугнули.
- Так сказать, бандитский педагогический прием, - подхватила Марго. - Но, видимо, Владислав Николаевич оказался трудновоспитуемым и урок не пошел ему на пользу.
- Примерно так, - откликнулся мальчик. - И боюсь, что теперь ему где-то там очень плохо.
- Хорошо, если вообще пока жив, - с тревогой произнесла Марго.
- Слушай, а Луна не сказал его жене о том, что мы знаем? - поинтересовался Иван.
- Луна у нас пока пребывает в здравом уме и твердой памяти, - отвечала Марго. - Поэтому молчал, как партизан.
- И правильно, - одобрил Иван. - А ему не удалось выяснить, чем занимается Владислав Николаевич?
- Я его о том же спросила, - откликнулась девочка. - Но тогда он ещё не успел ничего выяснить. У них Елена сидела, а Луна решил мне сразу по горячим следам позвонить. Пока предки не слышат и телефон свободен. Но он обещал, что потом все узнает. Тем более теперь это будет проще.
- Естественно, - согласился Иван. - Раз его предки с Владиславом Николаевичем дружат, то в семье сейчас все разговоры будут вертеться вокруг него.
- Совершенно с тобой, Пуаро, согласна. Вот поэтому Луна ждал, чтобы как бы невзначай спросить. Потому что теперь его повышенный интерес к персоне Владислава Николаевича ни отцу, ни матери подозрительным не покажется.
- А когда он узнает? - Ивану хотелось как можно скорее побольше выяснить.
- Обещал за субботу и воскресенье. Он все равно в это время с предками будет куковать на даче.
- Почему так долго? - Ивана охватила досада.
- Долго? - переспросила Марго. - А что изменилось бы, если бы он, например, выяснил сегодня или завтра утром? По-моему, мы ничего конкретного сейчас предпринять все равно не сможем.
- И впрямь, - ответил Иван. - Главное, что у нас нет ни единой зацепки. Слушай, Марго, а ты-то завтра в Москве?
- Да, - ответила девочка, - но, увы, мы с родителями на целый день уезжаем в гости.
- Жалко, - выдохнул Иван.
- Зато воскресенье у меня абсолютно свободно, - решила ободрить его Маргарита. - Позвони и приходи. Глядишь, что-нибудь вместе и придумаем.
- Позвоню и приду, - Ивана обрадовало её приглашение.
- Тогда до послезавтра, - попрощалась она. - А то мне надо позвонить Варьке. Она ещё ничего не знает.
Утром Ивана растолкала мать.
- Чего, в школу опаздываю? - он вскочил с постели.
- Нет, Ванюша, - засмеялась Инга Сергеевна. - Сегодня суббота.
- Фу, черт, - с облегчением выдохнул сын. И тут же с негодованием добавил: - А зачем тогда человека так рано будить?
- Да ты понимаешь, - в голосе матери послышалась виноватая интонация, - папа хотел везти меня за продуктами на машине, а его вдруг с утра на работу вызвали. Там у них возникли какие-то серьезные проблемы. Так что, Ванюша, придется тебе помочь мне с покупками.
- Ладно, - с жертвенным видом изрек тот. - Куда за продуктами-то пойдем?
- На оптовый рынок «Динамо», - внесла ясность мать. - Тут два шага.
- Ни фига себе два шага, - проворчал сын. «Хорошенькая суббота, - про себя добавил он. - Таскайся теперь с сумками за матерью. А в субботу на этом «Динамо», наверное, тьма народа».
Спорить, однако, было бесполезно. Если мама чего задумала, её не отговоришь. Такой уж у неё характер.
- Давай, давай, - поторапливала Инга Сергеевна. - Умоешься, вместе позавтракаем, и вперед.
Мальчик, потягиваясь и зевая, нашарил ногами возле постели тапочки и с шарканьем двинулся в ванную комнату.
Час спустя они с матерью уже шли по старому тенистому парку «Динамо» в направлении малого стадиона, вблизи которого и раскинулся рынок. Иван не ошибся: народа было полно. Уже на подходе к рынку возле каждого из многочисленных лотков толпились покупатели. Все что-то разглядывали. Поэтому путь к торговым рядам напоминал Ивану лыжный слалом. И ему, и матери постоянно приходилось либо кого-нибудь обходить, либо от кого-то отпрыгивать.
На территории самого рынка демографическая обстановка, по мнению Ивана, сложилась ещё более угрожающая. Возле каждого контейнера выстроилась хоть небольшая, но очередь. А возле некоторых очереди были достаточно внушительными. Оставшееся пространство заполнялось, если так можно выразиться, колеблющимися покупателями. Эти производили сравнительный анализ цен в разных контейнерах, стремясь, чтобы потом не было мучительно больно за неудачно потраченные деньги.
Инга Сергеевна предупредила сына:
- Ванюша, давай сперва все налегке обойдем. Поглядим, где чего. А уж потом примемся за покупки.
У Ивана вырвался стоический вздох.
- Ну, чего ты надулся? - не укрылось его состояние от матери.
- Пустяки, не обращай внимания, - проворчал сын.
- Господи, - посетовала Инга Сергеевна. - Ну, вылитый отец. Ему тоже быстрее купи в первом попавшемся месте, и домой.
- Я пока что, по-моему, молчу, - справедливости ради отметил Иван.
- Но с таким видом, что лучше бы уж говорил, - нахмурилась мать. - Ладно. Пошли.
Иван потащился следом за нею в глубь рынка. По мере их продвижения толпа уплотнялась и будто даже зверела. По ногам Ивана несколько раз проехались сумками на колесиках. Правда, и сам он успел изрядно пройтись по многочисленным ногам. «Скорее бы она уж все обошла и купила», - мысленно подгонял он мать.
Инга Сергеевна, похоже, чувствовала себя в этой толпе совершенно комфортно. Во всяком случае, к немалому возмущению сына, не торопилась. Обойдя круг, она, так ничего и не приобретя, двинулась по рынку второй раз.
- Мама, ну когда же ты наконец будешь покупать? - взмолился Иван.
- Именно сейчас и начну, - ответила Инга Сергеевна. - Вот. Встань в ту очередь. Сыра купим.
Иван направился в большую очередь за сыром. А Инга Сергеевна подошла к киоску, где торговали кофе и чаем.
- Я куплю и подойду к тебе! - крикнула мать. - Стой спокойно и ни о чем не думай.
Иван попытался последовать её совету, но тщетно. В каком-нибудь другом месте, вполне вероятно, можно было спокойно стоять и ни о чем не думать. Но только не здесь. На этом проклятом рынке даже очередь находилась в постоянном движении. Она колыхалась, как океан перед штормом. И, подобно морской стихии, выкидывала на поверхность обломки кораблекрушения в виде счастливых обладателей сыра. Прижимая к груди покупки, покупатели всеми фибрами своих душ стремились к следующему контейнеру. Тут требовалось смотреть в оба. Зазеваешься - и сразу же получишь удар по корпусу тяжелой сумкой. Или по ногам опять же проедутся колесами.
Словом, чтобы выйти из этой нелегкой ситуации с наименьшими потерями, Ивану приходилось прыгать, словно боксеру на ринге. «Когда же она наконец купит свой кофе?» То и дело оборачиваясь, он пытался разглядеть в соседней очереди Ингу Сергеевну, однако её скрывала распахнутая дверь чайно-кофейного контейнера.
Прямо за спиной у Ивана раздался оглушительный гудок. Мальчик от неожиданности отпрянул назад и едва не оказался под колесами микроавтобуса. Скрипнули тормоза. Из окна высунулась голова водителя.
- Жить надоело во цвете лет? - сердито осведомился он у Ивана.
- Ездить надо поаккуратней, - огрызнулся тот.
Шофер, видимо, сочтя для себя унизительным продолжать диалог с пацаном, медленно поехал вперед, постоянно сигналя и тесня многочисленные очереди.
- Ну, вот и я! - окликнула Ивана мать. - Как ты тут?
- Лучше некуда, - уныло сообщил сын.
- Знаешь что, - Инга Сергеевна встала вместо него в очередь за сыром. - Вот тебе сумки. - Она протянула ему четыре доверху набитых пластиковых пакета. - Постой вон там.
Иван проследил за взглядом матери. Она указывала на площадку перед закрытым контейнером. Это было единственное пустое место на всем видимом пространстве рынка. Иван уговаривать себя не заставил. Подхватив тяжелые сумки, он со всех ног побежал к «спасительному уголку».
Места там оказалось достаточно не только для самого Ивана, но и для сумок, которые он поставил подле себя. Затем, прислонившись к контейнеру, мальчик впервые за все время, проведенное на рынке, немного расслабился.
В ожидании матери он размышлял о странной истории с Владиславом Николаевичем. С его исчезновением все вчерашние выкладки ребят рассыпались в прах. Дураку понятно, что заниматься дальше камнеобрабатывающим комбинатом и семьей Космачевых не имеет никакого смысла. Скорее всего они и впрямь скромные, незаметные люди, ведущие вполне обыденную и законопослушную жизнь. Мужчина с бордовым портфелем, который забегал к ним позавчера вечером, тоже, по-видимому, не представляет никакого интереса. Это почти наверняка совпадение. «Хотя, - продолжал размышлять Иван, - кто его знает? Ведь...»
- Ну-ка, парень. - И кто-то решительно отодвинул Ивана в сторону.
Тот поднял голову и, едва не вскрикнув, попятился. Сомнений быть не могло: перед ним стоял один из тех мужиков, которые позавчера напали на Владислава Николаевича. Даже куртка на этом типе была та же самая. Во всяком случае, очень похожа на ту. Черная, короткая.
- Чего застыл, пацан? - усмехнулся мужик.
- Ну-у... - растерялся мальчик. - Да нагрузили вот... - указал он на полные сумки.
- Терпи, - хохотнул мужик. - Атаманом будешь. А теперь брысь в сторону. Мне открыть надо.
Иван послушался. Мужик, вытащив из кармана ключи, отомкнул двери контейнера и скрылся внутри. Мальчик ждал, что последует дальше.
Мужик внутри не задержался.
- Эй! - показавшись на улице, замахал он кому-то рукой. - Хватит филонить! Я открыл. Иди работай.
- Сейчас, Радик, сейчас, миленький. Уже бегу.
И мимо Ивана в контейнер пронеслась девушка. Радик хлопнул её ладонью пониже спины. Девушка взвизгнула. Мужик хрипло расхохотался.
- Ладно, трудовая пчелка. Я пошел...
И, рассекая, как ледокол, толпу, он направился в глубь рынка. Иван, подхватив сумки, поспешил за ним. Но почти тут же услыхал окрик матери:
- Ваня, ты куда?
Пришлось остановиться. «Вот черт, - с досадой подумал он. - Когда не надо, час стоит в очереди. А сейчас - на тебе...»
- Мы же договорились, - подошла к нему Инга Сергеевна. - Стой тут и никуда не двигайся. Мне и так тяжело.
Иван, подхватив сумки, поспешил за ним. Но почти тут же услыхал окрик матери: - Ваня, ты куда?
- Да мне показалось, что ты там, - с наивным видом указал вперед мальчик. - Думаю, вдруг ты меня потеряла.
- О боже! - с досадой воскликнула Инга Сергеевна. - Ну и мужики мне достались! Что старый, что малый. Ни минуты не могут постоять на месте.
- Да что ты говоришь, - тщетно пытался различить Иван среди моря человеческих тел и голов Радика. - Меня все равно оттуда погнали.
- Почему? - поинтересовалась Инга Сергеевна.
- Потому что открывали, - Иван указал на контейнер, возле которого во мгновение ока скопились люди. - А я им, видно, мешал.
- Ты на все найдешь объяснения, - устало проговорила мать. - И перестань, пожалуйста, вертеться. Я, между прочим, с тобой разговариваю. Да чего ты там все время высматриваешь?
- Пить хочу, - воспользовавшись первым пришедшим на ум предлогом, ответил Иван.
- Начина-ается, - протянула мать. - Ты что, маленький? Потерпеть до дома не можешь?
- Могу, - ответил Иван. - Но мне-то ещё все равно стоять, пока ты покупками заниматься будешь. Вот я бы пока и попил.
- Ладно. Иди. Покупай свое пойло. А потом возвращайся сюда, - указала она на контейнер с хозяйственными товарами.
- Хорошо, ма! - радостно выкрикнул Иван.
Подхватив свою порцию сумок, он вклинился в толпу и довольно быстро
пробежал до конца ряда. Радика уже и след простыл.
«Облом, - Ивана охватила досада. - Надо же. Такая была удача, а я даже как следует не успел ею воспользоваться».
На всякий случай он прочесал ещё один ряд. Радика и там не было. Да и как его найдешь! Времени у него было достаточно, чтобы вообще покинуть территорию рынка. Тем более если он куда-то спешил. «Какой я дурак! - клял себя на чем свет стоит Иван. - Не надо было останавливаться. А матери бы, в конце концов, потом что-нибудь наплел. Все равно ведь пришлось вешать ей лапшу на уши. А так хотя бы проследил, куда он идет. Правда, - спохватился Иван, - далеко мне с этими сумками не уйти. И мать бы меня потом пилила до вечера. Как объяснить ей, зачем я вдруг пропал? А с другой стороны, этот Радик тут человек не случайный. Раз он открыл ключами контейнер, а потом ещё отчитывал продавщицу, а та сразу прибежала, как угорелая, значит, он имеет отношение к этому контейнеру. А раз так, то, по идее, должен постоянно появляться здесь, на рынке. Ну, а тогда для нас не все потеряно. Мы можем завтра вместе с Марго пооколачиваться возле контейнера. Глядишь, что-нибудь и разнюхаем».
Сразу успокоившись, Иван вернулся к матери. Та уже затоварилась под завязку и заметно нервничала, то и дело поглядывая на часы.
- Куда ты девался? - набросилась на сына она. - Всю воду, что ли, на рынке выпил?
- А? - уставился на неё Иван. - Какую воду? Ах, воду! - в последний момент спохватился он. - Нет. Я ту, которую мне хотелось, не нашел.
- Когда людям хочется пить, они пьют любую, - раздраженно произнесла мать.
- Но мне не так уж хотелось, чтобы пить любую, - нашелся Иван.
- Тогда бери сумки - и домой! - скомандовала Инга Сергеевна.
Но и вернувшись домой, Иван не переставал думать о встрече на рынке. Ему не терпелось поделиться новостью с ребятами. А в особенности почему-то с Марго. Поэтому её телефон он набрал первым. Увы, как и следовало ожидать, в квартире Королевых никто не отозвался. Ровно тот же результат ожидал его при звонках остальным друзьям. «Ну, надо же, - с досадой размышлял Иван. - Почему именно сегодня их всех унесло? Если бы хоть кто-нибудь оказался в Москве, мы бы уже сейчас побежали на рынок».
Затем он подумал о Владиславе Николаевиче. С момента, когда Марго сообщила неприятную новость, минули уже почти сутки. Не исключено, что сосед Луны уже нашелся и сидит теперь преспокойно дома с женой. Или похитители созвонились с Еленой Марковной и выдвинули какие-то свои условия. Однако до возвращения Луны получить какую-либо информацию о пропавшем бизнесмене Иван не мог. И ему оставалось лишь набраться терпения и ждать.
Но спокойно ждать Иван не мог. Он пытался отвлечься, но сегодняшняя встреча на рынке не выходила у него из головы. Стремясь хоть чем-то себя занять, Иван попытался составить словесный портрет мужика в кожаной куртке. Дело сперва представлялось мальчику очень простым. Всего несколько часов назад он с этим Радиком столкнулся нос к носу.
Однако, оказавшись наедине с чистым листком бумаги и ручкой, Иван растерялся. С чего же начать? Немного поразмыслив, мальчик наконец медленно вывел первое слово: «Рост». «А кто его знает, какого он роста? - заколебался он. - Точно чуть выше меня. Но насколько?»
Поднявшись со стула, Иван подошел к дверному косяку и отмерил примерный рост Радика. Затем направился в переднюю и, порывшись в стенном шкафу, нашарил среди инструментов отца рулетку, с помощью которой замерил расстояние от пола до предполагаемой макушки Радика.
- Ванюша, - появилась в самый неподходящий момент Генриетта Густавовна. - Решил измерить, насколько подрос с прошлой весны? Интересно, интересно. Ну, и что у нас там получается?
Иван от неожиданности отпустил рулетку. Она с тихим жужжанием ушла в металлический корпус. Теперь придется начинать все сначала.
- Бабушка, не мешай! - взмолился внук.
- Что значит - не мешай? - поджала губы Генриетта Густавовна. - По-моему, я имею полное право поинтересоваться, насколько ты вырос.
- Я тут совершенно ни при чем, - огрызнулся Иван. - Я занимаюсь совершенно другим делом.
- Каким же, позволь узнать? - не отставала бабушка.
- Ты все равно не поймешь, - Ивану в голову не приходило, что ей ответить.
- А ты попробуй объяснить. Вдруг я пойму. У меня как-никак два высших образования.
- У тебя оба образования гуманитарные, - наконец нашелся внук. - А это задание по физике. Мне нужно установить... угол падения, - импровизировал на ходу он. - А потом ещё угол отражения.
- Физик, конечно, из меня никудышный, - вынуждена была признать бабушка, большую часть жизни проработавшая редактором в солидном академическом издательстве, - но, может, все-таки объяснишь, каким образом дверной косяк связан с углом падения?
- Бабуль, это слишком сложно! - Иван и сам не знал ответа на этот вопрос. - И вообще, не мешай мне делать уроки.
- Мама! - показалась из кухни Инга Сергеевна. - Ну, что ты пристала к ребенку? В кои-то века человек сам вспомнил про физику и решил ею заняться.
- Значит, теперь я и спросить уже ничего не имею права? - обратила негодующий взор на дочь Генриетта Густавовна. - Видите ли, он занялся физикой. А толку-то. Если он не может про этот угол ничего объяснить, то и на уроке плохо ответит.
- Когда доучу, смогу объяснить, - оборонялся Иван. - А пока я только начал.
- Ах, поступайте, как знаете!
И, обиженно пожав плечами, бабушка удалилась к себе в комнату дочитывать письма Петрарки.
- Уф-ф, - провел ладонью по лбу Иван.
- Нечего отдуваться, - проводив взглядом Генриетту Густавовну, принялась воспитывать Ивана мать. - Неужели нельзя по-человечески разговаривать с бабушкой? Она все время на тебя обижается.
- А я что, виноват? - взмолился Иван. - Просто она постоянно меня расспрашивает. Обо всем.
- Можешь и ответить. Не развалишься. Естественно, бабушка интересуется твоей жизнью. Ты же ей родной внук, а не посторонний. Прошу тебя: впредь будь повежливей. Тем более мы теперь живем все вместе.
И мать снова ушла на кухню. Оставшись наконец один, Иван опять принялся за измерения. У него получилось сто восемьдесят сантиметров. «Фигура», - начертал на листке следующее слово мальчик. «Как это пишут в детективах? - начал вспоминать он. - Ага! «И, склонившись над листком, он вывел: «Телосложение плотное. Фигура спортивная». Иван перешел к следующему пункту. Он назывался «Особые приметы». Сперва мальчик надолго задумался. Затем написал: «Особые приметы отсутствуют».
Теперь следовало описать лицо. Тут Ивана ожидали наибольшие трудности. Ибо за исключением всего двух фраз: «Лицо круглое. Волосы темные, коротко стриженные», - начинающий детектив выжать из себя ничего не смог. «Глаза... Какие же у него глаза? Маленькие? Нет, наверное, средние. Во всяком случае, небольшие. Цвет... Цвет... Наверное, у него темные глаза». Вот и все, что удалось ему вспомнить по поводу лица таинственного Радика. То есть, встретив, он и впрямь узнал его. Сможет, естественно, узнать и впредь. Но вот объяснить кому-то другому, как выглядит Радик... Промучившись ещё часа полтора, Иван окончательно убедился, что эта задача ему не по силам. То ли у него недостаточно развита наблюдательность, то ли у этого мужика какое-то совсем невыразительное лицо...
Вечером, как раз в тот момент, когда отец наконец вернулся с работы, зазвонил телефон.
- Ну, если они опять меня вызывают, то я прямо сейчас сойду с ума! - потянулся за трубкой Константин Леонидович. - Алло! - голос его прозвучал напряженно. Однако напряжение тут же сменилось радостными интонациями: - Ах, Ивана? Сейчас позову.
«Марго! «- у мальчика екнуло сердце. Он схватил трубку в своей комнате.
- Слушаю.
- Здорово, - раздался в ответ голос Луны.
- А, это ты, - испытал некоторое разочарование Иван.
- Звоню сообщить, что мы раньше вернулись, - продолжал Павел.
- А что случилось? - спросил Иван.
- Да из-за Владислава Николаевича.