Глава 17.
Я пытался удержать её на руках, но она начала умолять отпустить её, поэтому я положил её на кровать и сел рядом. Одно дело наблюдать за обращением обыкновенно человека, и совсем другое - за обращением любимого человека. Лира сжалась в комочек, обхватив живот руками, и начала стонать, потом стала крутиться с бока на бок, а затем она уже стала выгибаться дугой, сжимая кулаки. Стоны с каждой минутой становились всё громче, а потом она не выдержала и начала кричать. Я пробовал успокоить её и, взяв её за плечи, вжал в кровать, а потом стал шептать, что это скоро закончиться. Она посмотрела на меня помутневшим взором, и я понял, что она уже ничего не понимала из-за боли. Когда крик перешёл в вой, я не выдержал и, взяв её к себе на руки, прижал голову к своей груди, и стал говорить:
- Девочка моя любимая потерпи! Уже скоро! А потом всё будет хорошо!
Сердце обливалось кровью и рвалось на части из-за мучений Лиры, и единственное, что мне оставалось делать, это смотреть на часы, отсчитывая минуты. Но эти минуты растягивались в часы, и я уже сам стал испытывать физическую боль. Лира же стала всё слабее и слабее вырываться, а спустя один час и пятнадцать минут после начала обращения, обмякла и, замолчав, стала тяжело дышать. Она умирала, и я прислушивался к этим судорожным, последним её человеческим вздохам и мне казалось, что это из моего тела уходит жизнь.
Перерывы между вдохами становились всё длиннее, и я заглянул её в глаза.
- Ненавижу тебя... - из последних сил прошептала она, и её сердце остановилось.
Лира-человек умерла. Теперь впереди долгие пятнадцать минут, а потом её сердце опять забьётся и на свет появиться Лира-оборотень.
Я прижал её к себе и стал укачивать как маленького ребёнка и прислушиваться к звукам.
Время тянулось ужасно медленно, а когда прошло пятнадцать минут и сердце не забилось, меня стал охватывать страх. Ещё через пять минут страх перерос в панику, и я вспомнил, что бывали случаи, когда люди не переносили обращение и умирали.
- Лирайя! - я стал трясти её тело. - Дыши!
Но она сейчас была как безжизненная тряпичная кукла, и меня уже охватил ужас. Если Лира умрёт, я этого не переживу, потому что меня всю жизнь будут преследовать её последние слова.
- Нет! Я не позволю тебе умереть! - я стал трясти её с новой силой.
Мне показалось, что она еле слышно вздохнула и я, приложив ухо к её груди, замер и стал прислушиваться. Через одну, самую длительную минуту в моей жизни, я услышал, как её сердце сделало удар в груди, и понял, что всё уже хорошо.
Я прижал её к себе и наконец-то улыбнулся. Самая тяжёлая и мучительная часть обращения позади. Теперь Лира будет почти сутки спать, а нанокриты довершат изменения, как внутренние, так и внешние. Интересно, а какой она станет? Я стал вглядываться в её лицо, ища уже первые малейшие перемены. Поднеся руку к её лицу, я провёл пальцем по бровям, потом по переносице, очертил контур губ, затем погладил её по щеке, а потом опустил руку и положил её в области сердца, прислушиваясь к его медленному биению.
Устроившись удобнее в кровати, и не выпуская Лиру из рук, я стал размышлять. «Так, обращение почти завершено. Когда она придёт в себя её надо будет покормить». С этим проблем возникнуть не должно, ведь мы не питаемся человечиной или кровью, а лишь едим очень много зараз. Черт, у нас в холодильнике нет достаточного количества еды, да там почти вообще ничего нет, а когда Лира проснется она будет ужасно хотеть есть и в особенности мясные продукты. Мы сняли дом далеко от людей, значит, мне надо ехать в посёлок, или в город. А машины у меня нет! Я, конечно, могу и добежать, в теле волка мы передвигаемся очень быстро, но незаметно это сделать не получится. В человеческом теле мы передвигаемся не медленней чем в волчьем, но и тут меня тоже могут легко заметить. Выходит, надо сначала купить машину, а потом в магазин и обратно, тем более машина нам будет нужна, ведь уедем отсюда. А это значит, что мне надо оставить Лиру одну и съездить в город.
Я поморщился - делать этого не хотелось. Но с другой стороны, потом на покупку машины времени у меня не будет. Когда Лира придёт в себя, начнётся веселье, и я даже боюсь представить, что она может мне устроить. И уж точно, потом её нельзя будет оставлять одну. Следовательно, надо всё успеть до сегодняшнего вечера.
На часах уже было восемь часов утра. «Воспользуюсь помощью того мужчины, который нас вчера подвозил. Попрошу его отвезти меня в ближайший автосалон. Так будет намного быстрее».
Встав с кровати, я порылся в карманах и, найдя бумажку с его номером, позвонил ему. К моему облегчению он сразу согласился отвезти меня в город, и показать ближайший автосалон.
Через полтора часа я был уже в автосалоне, выбрал мощный внедорожник и, стал ждать, пока оформят все документы. На душе было неспокойно и я, постоянно бросая на работницу автосалона, взгляды, ходил из угла в угол. Как назло девушка, которая занималась оформлением, вместо того, чтобы делать своё дело, посматривала на меня и постоянно зазывно улыбалась. Мне же хотелось её встряхнуть хорошенько и заставить работать быстрее.
У меня зазвонил телефон, и когда я увидел номер звонящего, я сильно и неприятно удивился.
- Марго?!
- Здравствуй, милый! - пропела она в трубку.
- Здравствуй.
- Как твои дела?
- Хорошо.
- Я рада. Значит, ты не сильно пострадал в аварии. А эта тварь долго мучилась перед смертью? - с мерзким смешком спросила она.
И тут я всё понял. Ну, конечно же, это Марго! Только эта мстительная сука может желать смерти Лиры. Но она здорово просчиталась, если думает, что я вернусь к ней после смерти Лиры.
- Я, конечно, сначала хотела сама её убить, - продолжила Марго. - И приготовила для неё целую программу, но раз уж не вышло выкрасть её, мне вполне достаточно будет и того, что она помучилась перед смертью. Так как, она долго умирала?
- Да, полтора часа, - спокойно ответил я, а потом сделал паузу и произнёс, - Но сейчас всё хорошо, обращение прошло успешно.
В трубке повисла тишина, а спустя минуту, раздался сначала визг, а потом Марго закричала:
- Ты обратил её? Ты её обратил! А твой отец знает? Без разрешения Лорда это незаконно.
- Это не твоё дело.
- Я всё равно её достану!
- Марго, если с головы Лиры упадёт хоть один волосок, - угрожающе сказал я. - Ты сама будешь долго и мучительно умирать. Я тебе это обещаю.
- Да?! - похоже, Марго справилась с собой и стала говорить спокойнее. - А что ты мне сделаешь? Если ты меня хоть пальцем тронешь, мой отец не оставит это без внимания! Ты хочешь из-за этой твари развязать войну между кланами? - она уже говорила вызывающе. - Хотя, я сделаю по другому - я позвоню Аскольду, и скажу, что ты обратил эту гадину, и поздравлю его с тем, что сделка об объединении кланов уже точно и бесповоротно расторгнута .
- Я одного не могу понять, Марго - зачем ты это делаешь? Я всё равно не женюсь на тебе, и ты мне больше не нужна, - сказал я.
- Ты посмел променять меня, МЕНЯ, на это ничтожество! Ты бросил дочь Лорда, да к тому же еще и твою невесту, на человека! Даже на дичь! Ты меня унизил! Я такого не собираюсь прощать! - Марго опять перешла на крик.
Чтобы дальше не слушать её крики и визг, я выключил телефон и, не выдержав, спросил у девушки, которая оформляла документы:
- Ещё долго?
- Ещё три минуты, - она опять улыбнулась мне. - Может вам кофе приготовить?
- Всё что я сейчас хочу - это чтобы вы как можно быстрее оформили документы, - грубо сказал я.
Внутри уже всё стало сжиматься от страха. Лира осталась одна в доме, и она совершенно беспомощна сейчас. Если Марго знала, что мы едем в горы и приказала надрезать тормозной шланг, то вполне может и вычислить место, где мы остановились. Сейчас Лиру может убить даже малое дитя, и вполне возможно, что к моему приезду её или убьют, или выкрадут из дома, и тогда уже Марго всласть развлечётся.
- Подпишите, пожалуйста, документы, - девушка обратилась ко мне.
Я быстро всё подписал, схватил ключи и выбежал на улицу.
Я нёсся с бешеной скоростью, боясь опоздать и застать Лиру мёртвой, или вообще не застать. Возле ворот дома я бросил машину и кинулся в дом. Преодолев за две секунды лестничный пролёт, я ворвался в спальню. Лира лежала в кровати в той же позе, что я её и оставил.
Вздохнув с облегчением, я подошёл к кровати и присев, взял её за руку и стал всматриваться в её лицо. Лицо уже стало меняться, обретая идеальные черты, а кожа заметно похолодела.