8.
Наболтаешь крепкий чай, и между слов, я признаю, что я по тебе скучала..
_____________________________
Пасмурное утро, в котором была только одна причина подняться с постели - аромат заваренного чая и чего-то сладкого. Я сладко подтянулась, обняла Кая, который выбрал спать со мной, чем суетиться с Авророй на кухни.
Наконец поднявшись с постели, я нырнула в свои тапочки и выбежала на кухню. Аврора сидела на подоконнике и курила, а на столе стоял заварник с ароматным чаем и кексами, от которых шел пар и обалденный банановый аромат.
—Моя заботливая мамочка, – шутливо корчилась я, изображая детский голос. – Ты приготовила мне завтрак.
—Как была балбесиной, такой и осталась. – весело фыркнула подруга.
—Простите, тетушка Аврора, я и забыла, что вы слишком старая для этого мира. – посмеялась я.
—Свинья, – буркнула она, швырнув в меня полотенце. – Я тебя с окна скину.
—Я тебя за собой утащу, клуша старая. – продолжая улыбаться говорила я.
—Шут гороховый, ничего мне рассказать не хочешь? – сделав голос серьезным, спросила Аврора.
—Нет, Рора, не хочу. – буркнула я, вспомнив ее прозвище.
—Рина, – нахмурилась она. – Ты ведь знаешь, что я не отвалю от тебя, пока ты мне все не расскажешь!
—Блять, Рор, что тебе рассказать? – вспыхнула я. – Что родители спились окончательно? Так ты это знаешь! Или, может, ты хочешь знать, как я сбежала от них и полностью лишила себя детства? Что я с пятнадцати лет, ишачу как чертов конь, чтобы жить нормально? Или, блять, тебе рассказать о том, что продолжаю пить и употреблять? Так ты все это знаешь и без меня! Ты все это знаешь! Мне нечего рассказывать. Ты была свидетелем почти всего, что происходило у меня в жизнь, ровно до тех пор, пока не уехала.
—Карина, я хочу знать не то, что видела своими глазами. – выдохнула она, меняясь в лице. – Я хочу знать то, что так сильно тебя сломало. Это ведь не все! Я это прекрасно понимаю. Да, твои родители много пьют, но тебя не это сломало.
—А вот это, тебя не касается. – грубо прошептала я. – То, что я скрываю, останется только со мной. Об этом, даже мой психолог не знает. Ты тоже никогда не узнаешь. Не зачем это.
—Ты ходишь к психологу?, – удивилась Аврора.
—Пришлось, – дернув плечами скривилась я. – Крыша окончательно поехала, вот и записалась. Вроде помогает, а вроде и нет. Пока нихуя не поняла.
—Черт с тобой, сука вредная. – бухтит подруга. – Давай попьем чай, а после гулять.
—У меня с Каем тренировка. – ответила я, сев за стол. – Поэтому, полдня мы будем заниматься.
—Составлю вам компанию, – ответила она, наливая чай. – После мне надо будет домой, предки все еще не привыкли к тому, что я здесь. Надо их успокоить, пока тревогу не забили.
—Они тебе вынесут мозг и за то, что ты снова связалась со мной. – иронично усмехнулась я.
—Я не маленькая, – нахмурилась она. – Пусть свое мнения при себе оставят.
Я лишь улыбнулась и молча пила чай. Больше мы не стали, задевать темы моей жизни. Её и правда, все это никак не касалось. К черту все это.
Закончив наш небольшой завтрак, мы стали собираться. Я умылась, привела в порядок свои волосы и ушла одеваться. Обычные черные джинсы, толстовка и жилетка. На поясе сумка с угощением для Кая и запасной поводок. Надев на Кая комбинезон, ошейник и поводок, мы пошли на выход. Обув ботинки, я ждала, пока обуется Аврора. И зачем вообще нужны такие сапоги, которые три часа надевать надо? Бред. В слух я ничего, конечно, не сказала. Но по моему лицу все было и так видно.
Когда мы наконец покинули квартиру и вышли на свежий, прохладный воздух, я дала Каю время сходить в туалет и немного успокоиться, иначе никакой тренировки не будет. В нем слишком много энергии. Поэтому, надо хоть немного его успокоить.
—Откуда он у тебя? – спросила Аврора, наблюдая за увлеченным очередным кустом Каем.
—Нашла его, – ответила я, вспомнив тот день. – Шла с работы, погода еще такая отвратительная была. Дождь, холод. Заметила, какой-то странный комочек, недалеко от помойки. Пошла посмотреть и нашла его. У него была сломанная лапа, на ушах были швы, причем ничем не обмотанные. Ну, я схватила его и побежала в ветклинику. Ему наложили гипс, обработали уши, наложили новые швы, бинт и отпустили нас домой. Через месяц поставили все прививки, после сдачи анализов. Я завела ему документы и вот, теперь у меня есть свой пес.
—Ты сейчас говоришь о нем и у тебя глаза горят. – улыбнулась подруга. – Такое чувство, что он для тебя все и даже, чуточку больше.
—Так и есть, – кивнула я, подтверждая ее мысли. – Я спасла его, а он - спасает меня. Ладно, пора начинать тренировку. Кай, ко мне.
Предварительно, я поменяла поводок на более удобный и достала вкусняшку. Мы начали с простого, команды - рядом. Кай слушался безоговорочно. Я спокойно говорила ему, управляла им. Все команды отскакивали от зубов, он был умным парнем. Правда, самая сложная команда была - охранять. Суть была такова, что он становиться между моих ног, я говорю команду, при этом он должен слышать как мой шепот, так и понимать безмолвную команду. И, если на голос он реагировал хорошо, то в остальном у нас были проблемы.
—Кай, охранять. – сказала я, наблюдая за тем, как он навострил уши, глядя на Аврору. – Умница. Теперь еще раз.
Мы снова прошли небольшой круг, повторили команду «сидеть» и снова «охранять». И так на протяжении часа. Отстала я от него только тогда, когда он распознал мой шепот и взгляд. Я была счастлива на столько, что начала мучать и дразнить его. В конце самой прогулки, он побегал за палочкой и мы отправились домой. Посадив Аврору на такси, мы с Каем зашли домой, я вытерла ему лапы, сняла всю амуницию с него и отпустила кушать. Сама же, я зашла в ванную и посмотрела на свое отражения. Раскрасневшиеся щеки, растрепанный хвост и уставший вид. Под глазами были синяки, губы сухие и бледные. Ополоснув ванную, я открыла кран с горячей водой, налила в ванную пену с ароматом ягод и что-то там было еще, но этот запах я распознать не могла. Пока ванная набиралась, я сняла одежду и снова посмотрела на себя в зеркало. Истощенное тело - покрытое небольшим количеством тату и шрамами. Какие-то шрамы остались с детства и подросткового возраста. Какие-то шрамы я получила, пока разнимала собак на тренировках. Тоненький и светлый шрамик на животе и бедре, я принципиально игнорировала. Слишком много всего, эти две полосочки в себя вложили. Видеть их всегда было больно, но я никогда на этом не зацикливалась. Не зачем это. Рвать себе душу и причинять боль, я явно не хочу. Я хоть и отбитая на всю голову, но пока еще мазохисткой не стала. Пока я утопала в своих мыслях, ванная наполнилась. Я выключила воду и погрузилась в горячую ванну, с ароматной пенной. По телу тут же побежали мурашки, а я выронила блаженный стон.
Как обычно, ко мне в ванную ворвался Кай и сунул голову ко мне, проверяя - жива ли я или уже успела утонуть.
—Уйди, – буркнула я, брызнув в него водой. – Живая, я! Дурак.
Он посмотрел на меня подозрительно карими глазами и упрямо сел возле ванны. Я закатила глаза и просто наслаждалась водой. Кай соотвественно, устав сидеть лег на коврик и смиренно ждал, пока я закончу и мы пойдем нежиться в теплую постель.
Минут через восемь, мое спокойствие прервал звонок на телефон. Мы с псом удивленно переглянулись, я вытерла руку и дотянулась до телефона. Увидев имя на экране, я удивилась, но ответила.
—Привет, – послышался хриплый голос Киры. – Как дела твои?
—Все хорошо, – с подозрением ответила я. – Ванну принимаю. У тебя как дела? Что-то не так?
—Все хорошо, – я слышала улыбку в её голосе. – Просто решила узнать, как ты, ничего большего. И, да, завтра приходи не в два, а часа в четыре. Даже к пяти можно.
—Почему так поздно?, – поинтересовалась я, чухая Кая мокрой рукой.
—У меня небольшие дела и меня не будет. – ответила Кира. – Но, если тебе сложно, мы можем перенести на вторник.
—Нет, не сложно. – выдохнула я. – Главное, чтобы в восемь вечера, я была на работе. В приюте не любят, когда я опаздываю.
—Как скажешь, – говорит Кира, чем-то шурша. – Ладно, я пойду, хорошего тебе вечера.
—Спасибо, тебе тоже. – с нескрываемым удивлением сказала я.
Сбросив вызов, я лишь хмыкнула в непонимании, зачем был этот звонок. Она ведь, могла просто написать мне и предупредить о том, что встречу надо перенести. Но она позвонила и поговорила со мной... это странно...
—Блять, – фыркнула я, зажмуривая глаза. – Кажется, я начинаю надумывать слишком много.
Выбросив все вопросы и подозрения из головы, я помылась, поела и мы с Каем легли в кровать, включив мой любимый фильм ужасов «Багровый пик». Он был один из любимых фильмов. Слишком уж, я любила ужасы и просто фильмы, события которых происходили в восемнадцатом и девятнадцатом веках. Меня все это завораживает и дает возможность погрузиться в другую реальность, а самое главное забыть о том, что происходит в моей жизни. Так и проходил наш вечер с Каем. Теплое одеяло, фильм и сумрак комнаты. За окном бушевал ветер и дождь, который только усиливался. У нас же уютно и тепло.