26.
Прости, любовь моя, за то, что делаю больно, но сейчас, видимо, так надо...
_______________________________
Сколько я проспала, не знаю. Но когда я проснулась, то чувствовала себя гораздо лучше, чем было до этого.
В постели я была одна, даже Кая по близости не было. Но зато с кухни, доносился какой-то звук.
Выскользнув с постели, ступая босыми ногами на прохладный пол, я закуталась в халат, который был на мне и покинула комнату. Выйдя на кухню, я увидела Киру, которая что-то готовила и Кая, который гипнотизировал её взглядом.
Блондинка заметила меня сразу, но не торопилась, что либо говорить.
—Сколько я спала? – прервав тишину между нами, спросила я.
—Двое суток, – спокойно ответила она. – Я не стала тебя будить, тебе нужен был хороший и крепкий сон. Можешь не переживать, Кай был под моим присмотром. Мы погуляли и я его покормила.
—Эм, – замявшись, я сделала шаг к ней. – Спасибо тебе.
—Ты есть будешь? – спросила она, даже не взглянув на меня.
—Что не так? – спросила я, глубоко вздыхая. – Может ты хотя бы посмотришь на меня?
—Выглядишь отвратительно, – усмехается она. – Прими душ, а после поговорим.
—Пошла ты, – фыркаю я, не оценив её шутку. – Когда я выйду с душа, хочу, чтобы тебя тут не было. Помогла? Спасибо. Больше в твоей помощи и, тем более, присутствии, я не нуждаюсь.
—Маленькая, ты чего? Обиделась? – удивленно спрашивает она, повернувшись ко мне. – Это ведь шутка.
—Пошла. Вон. – бросаю я, уходя в ванную.
Закрывшись и подойдя к зеркалу, я заметила, что с глаз текут слезы.
Её «шутка», задела меня не на шутку, особенно сейчас, когда я в таком состоянии.
Уж не знаю, что здесь происходило, но она перешла любую границу.
Стараясь выбросить все эти мысли, я забралась в ванную и включила горячую воду, пытаясь смыть с себя все последствия ломки и бессознательных дней.
Аромат геля для душа, ударил мне в нос, полностью меня расслабляя. Цедра апельсина и кокосовое молочко, смягчало мою кожу, даря ей мягкость и нежность.
Повыв голову последним этапом, я выключила воду, завернулась в полотенце и вышла с ванной. Что и требовалось ожидать, Кира никуда не ушла, а сидела на кухне. Не обратив на неё внимания, я ушла в комнату и стала одеваться. Натянув нижнее белье, лосины и футболку, я принялась сушить волосы и наносить свои крема.
Кира зашла ко мне, заставляя меня вздрогнуть.
—У тебя либо крыша поехала, либо ты все же не выспалась. – скрестив руки на груди, цедит она. – Твои перепады настроения, меня немного беспокоят. Даже я, со своим стажем психолога, иногда тебя не понимаю. То ты благодаришь меня, то выгоняешь. Не пробывала определится?
—А ты не пробовала, фильтровать свои гребаные шутки? – психую я. – Это неприятно, Кира! Меня совершенно не прикалывают, все эти отвратительные подшучивание.
—Карина, блять, ну ляпнула не подумав, хватит из этого трагедию делать. – устало вздыхает она. – Последнее время, с тобой твориться что-то не то.
—Ты знаешь, где выход из моей квартиры. – фыркаю я, проходя мимо неё.
—Карина, – кричит она. – Мы не договорили!
—Нет, Кира, мы договорили. – срываюсь я. – У меня сейчас нет желания, выяснять отношения с тобой! Я по-прежнему, ужасно себя чувствую.
—А, может, никаких отношений и нет? – бросает она, сводя брови на переносицы. – Я не вижу этих отношений. Мы с тобой, словно два незнакомца, которые изредка спят вместе и целуются. Мне казалось, что я тебя знаю, лучше чем себя саму, но это не так. Я знала лишь твоих демонов и твои шрамы, но тебя саму - нет.
—Ты прекрасно видишь, что со мной творится. – кричу я, срывая голосовые связки. – Может, забить на все и снова принять? Принять для того, чтобы ты узнала меня, а не мою оболочку, состоящую из скорлупы алкоголя, боли и веществ?!
—Не утрируй, – фыркает она. – Ты прекрасно знаешь, что я говорю не про это!
—Тогда, извини, но я тебя совсем не понимаю. – всплескивая руками горько усмехаюсь я. – Не понимаю, что ты хочешь от меня. Не понимаю, что хочу я сама. Не понимаю, что мне делать дальше и как справляться с тем состоянием, которое меня преследует уже не первый день. Я буду еще раздражительней. Буду психовать. Кричать. Срываться. А ты, вместо того, чтобы сгладить эти углы, будешь их натачивать еще сильней. Натачивать до тех пор, пока кто-то не споткнется и не напорется на эти самые углы. Именно это, ты сейчас и делаешь. И пахнет от тебя иначе...
—Ты не права, Карина. – поникает она. – Все твои слова, основаны лишь на том, что происходит в данную минуту. Ты не видишь ничего, кроме того, что хочешь видеть сама. Черт, маленькая, я не отходила от тебя, все эти дни. Все следила, чтобы пока ты спишь, тебе хуже не стало. И, блять, причем тут мой запах?
—До начала ломок, от тебя пахло тобой. – смотря в пустоту говорю я. – Сейчас, от тебя пахнет чужим. Не тобой. Я это заметила еще в тот день, когда ты приехала после родных. Либо ты с кем-то была, либо я очнулась и больше не вижу тот розовый мир, который был с того самого дня, как познакомилась с тобой.
—Ты несешь чушь, – насупилась она. – Полную чушь. Как, сука, мой запах связан с нашим разговором? Я тебе пытаюсь донести одно, а ты меня не слышишь и говоришь совершенно другое. Либо же, ты просто не хочешь меня слышать.
—Дай мне свой телефон, – протянув руку, резко говорю я.
—Что? – удивлено моргает она. – Нахрена?
—Дай телефон, Кира. – требовательней говорю я. – Дай мне его!
—Нет, – грубо бросает она. – Ты не в себе, маленькая. Уже даже не отвечаешь за свои действия и слова.
—Кира, – шепчу я, сглатывая слезы. – Прошу, дай мне свой телефон. Мне нужен, твой телефон.
—Карина, – кричит она, хватая меня за лицо. – Очнись. Это я! Видишь? Черт, маленькая, это ведь я! Прекрати. Прошу. Пожалуйста, выберись из этой темноты и посмотри на меня так, как смотрела буквально четыре дня назад. Прошу, милая.
Она резко прижимается к моим губам и я сдаюсь. Приоткрываю рот и отвечаю на её поцелуй. Мои руки обвивают её шею и я прижимаюсь к ней всем своим телом. Ее тепло окутывает меня и я тихо стону, пока она сжимает мою талию и ведет руками по спине. Наши губы вступают в борьбу с друг другом. Она покусывает нижнюю губу, вырывая еще один стон из моей груди. По моему телу бегут мурашки, мысли исчезают и я готова на все, главное, чтобы она не останавливалась.
И словно прочитав мои мысли, она подхватывает меня на руки и несет в комнату, в ту же секунду, мы оказываемся на кровати.
Она нависает сверху, не прерывая поцелуй. Разгоняя желание по моим венам, она находит край футболки и запускает руки, поглаживая сначала живот и поднимаясь все выше.
Ее пальцы находят мою грудь и она сжимает сосок, а после нежно поглаживает. Я выгибаю спину, наслаждаясь её лаской. Горячие губы скользят вдоль щеки, настигая шею и ключицы. Я не выдерживаю преград в виде одежды и стягиваю с неё толстовку, а следом её и свою футболки. Когда на наших телах не остается одежды, её губы скользят еще ниже. Горячие и слегка шершавые руки блондинки, ведут все ниже, пока не настигают края лосин. Мягкими движениями, она стянула последние элементы одежды и мое тело задрожало. В груди тяжело, в низу живота жарко. Я постанываю, сжимая в руках одеяло и выгибаюсь, раздвигая ноги шире. Кира прижимается ко мне и снова находит мои губы. Ее рука скользит ниже, пока не находит самую чувствительную точку моего тела. Дыхание перехватывает, в глазах появляются искры, а ощущения фантастические.
Жар наших тел, страсть, которая разгорается с каждой секундой все сильней. Сильные руки, мягкие и податливые губы, нежные прикосновения и тихие стоны. Я выгибаю спину еще сильней, желаю закричать, но вместо этого, просто закусываю губу.
Проходят секунды, минуты, казалось, что целые часы пролетали мимо нас, пока я тонула в этом удовольствии. Дыхание сбивается окончательно, а движения становиться резкими, ненасытными. Я закрываю глаза и тону в чувствах к этой девушки. Сейчас, я просто не могу думать о наших словах, о наших ссорах. Все это ушло на второй план, стало неважным и почти бессмысленным.
В эту самую секунду, мне важны лишь её губы, пальцы и жар исходящий от неё.