Вызов

Хонджун не знал, что его пальцы могут быть такими чувствительными. Он проводил ими по коже Сонхва и пронзительные ощущения тут же отдавались в его теле. Пробегали разрядами от самых подушечек, растворяясь в крови, обретая звуки в дыхании. А ещё он не знал, что его тело будет ТАК реагировать на прикосновения Сонхва. На его поцелуи, пылающие на обнажённой коже. Хонджун никак не мог избавиться от смущения, которое то и дело выдёргивало его из пелены желания. Он будто на миг выплывал из восхитительного безумия, видел себя со стороны, чётко осознавал происходящее, но вот — Сонхва неспешно обвёл языком его сосок, терзающе прикусил, отчего Джун зажмурился и запрокинул голову, и безумие вновь обволокло его сознание. Наперекор смущению пришло бесстыдное желание исполнять любые прихоти своего тела. И сейчас ему хотелось, чтобы Сонхва опустился ниже, чтобы не только рукой ласкал его член... Хонджун, уже не контролируя себя, настойчиво подтолкнул Сонхва вниз, запустил пальцы в его волосы на затылке. Едва губы Сонхва оказались на его члене, Джун повёл бёдрами навстречу, надавил на затылок парня, развратно проникая ему в рот.

Сонхва понимал, что спешить нельзя, но сдерживаться становилось всё труднее. Каждое движение и отклик Хонджуна превращались для него в пытку. Несмотря на невинность и настороженность, Джун с отчаянным любопытством позволял творить с ним самые непристойные вещи. Сонхва это доводило до исступления. Он словно заживо горел и совсем не собирался выходить из этого пламени. Потому что знал — это только начало. И это знание доводило его до дрожи, до сорванного дыхания, до невозможности остановиться, если вдруг Джун испугается и передумает.

Зная, что Джун уже на грани, Сонхва достал смазку, выдавил прозрачный прохладный гель себе на пальцы и дотронулся до парня. Хонджун вздрогнул. Его тело тут же напряглось, пальцы вцепились в плечо Сонхва. Тот заново вобрал его член в рот, заставляя забыться и расслабиться. Вскоре так и случилось. Хонджун вновь стал нетерпеливым и требовательным, вынуждая заглатывать глубже, двигаться быстрее. Сонхва, пользуясь порочным влечением Джуна, ввёл в него палец. Скользкий от смазки он легко двигался взад-вперед и Сонхва быстро присоединил к нему второй. Стало заметно туго, даже со смазкой. Хонджун тяжело дышал, то ли от стыда, то ли от удовольствия. Сонхва поднялся к его лицу, Джун тут же закрыл глаза, пряча лицо в сгибе локтя. Его губы, припухшие и пунцовые были приоткрыты, он сипло выдыхал. Сонхва не переставал двигать пальцами, растягивая Хонджуна для предстоящего проникновения. Понимая, что Джун почти готов, Сонхва впился в его губы и получил жадный ответ. Это уже не было просто желанием. Это была разнузданная похоть, управляющая их телами, достающая из глубин сознания самые грязные мысли. Сонхва вывел пальцы и, тут же подстроившись, стал медленно входить в Джуна. Ощущения оказались настолько яркими, что он даже разорвал поцелуй. Он полностью отдался чувству, тому как головка его члена туго продвигается вперёд, как горячее тело Джуна позволяет себя поиметь.

Хонджун замер. Нет, не телом. Замерло его сознание. Всё вокруг превратилось в пульсирующее нечто. В этом нечто было надсадное чувство боли, но оно отступало перед самым настоящим шквалом наслаждения. Сонхва, покачиваясь, вновь и вновь вторгался в его тело и это аморально будоражило. Хонджун не пытался сдерживать стоны, а порой и вскрики, когда Сонхва оказывался особенно беспощаден. Джун настолько захотел, чтобы Сонхва в него кончил, что это походило на фанатичную одержимость. Он стал подаваться навстречу Сонхва, ощущения буквально разрывали, отчего Хонджун стал задыхаться и хватать ртом воздух. Голос сорвался на последнем стоне.

Сонхва дёрнулся ещё раз, глубоко и грубо вторгаясь в беззащитного парня, впиваясь зубами в его нежное плечо. Джун вскрикнул и тут же содрогнулся, замирая в ощущениях. Сонхва с довольным рыком задрожал, кончая в парня.

Прояснение долго не наступало, произошедшее будто и не собиралось их отпускать. Дыхание оставалось ещё тяжёлым, по телу разлилась усталость. Не хотелось даже хоть немного пошевелиться. Сонхва поборол оцепенение и, приподнявшись на локтях, посмотрел на Хонджуна. И не сдержал смешка. Джун тут же подозрительно нахмурился.

— Кошак... — хрипло сказал Сонхва и провёл пальцем по щеке Джуна, где ещё красовались усы.

Хонджун фыркнул и отмахнулся от руки Сонхва. Стало как-то неловко. Джун покраснел, вспоминая о произошедшем. В комнате витал терпкий запах тел. Захотелось спрятаться под одеялом. А ещё с непривычки саднила пятая точка, ноющей болью.

— Хочешь сбежать? — осторожно спросил его Сонхва.

— Очень.

— Я не хочу, чтобы ты уходил, — Сонхва сел рядом и дотронулся до ладони Хонджуна. Его беспокоило состояние парня. — Но я не буду настаивать и удерживать тебя. — Сонхва задумчиво замолчал. — Я пойду в душ, а ты решай как поступить. — Он тепло улыбнулся и встал с кровати, оставляя парня думать.

Заботливый Сонхва напрягал Хонджуна также, как и циничный. Он дождался когда тот закроется в ванной и, шикнув от резкого болезненного движения, вылез из постели. Наверное, правильнее было бы остаться, но Джун не мог побороть неловкость. Он точно знал, что вновь окажется в постели Сонхва, и даже очень скоро, но сейчас хотелось побыть одному. Собрать разбежавшиеся мысли и ощущения воедино, вобрать в себя и запереть. Успокоиться, приняв произошедшее. Небрежно накинув одежду, Хонджун подошел ко входной двери, оглянулся напоследок и вышел из квартиры. Надеясь, что Сонхва и правда его поймёт.

***

Придя в университет, Хонджун очень скоро почувствовал себя незащищённым. Он смотрел на проходящих мимо студентов и ему казалось, что все знают о произошедшем между ним и Сонхва. Когда он видел разговаривающие по несколько человек группки, он задавался вопросом: а не его ли они обсуждают? Джун вроде понимал, что зря параноит, но успокоиться всё равно не мог. Пару раз вздрогнув от чьего-то смеха, он вконец расстроился. Он не знал, что с этим делать. В голове стали закрадываться мысли, что он совсем не готов к такой жизни, к таким отношениям. Что, оказывается, боится осуждения. Поэтому, когда он заметил в универе Сонхва, тут же постарался скрыться и не попасться ему на глаза. Он не понимал, как должен вести себя с ним.

Сонхва дождался очередного перерыва и в этот раз решительно настроился найти Джуна. Узнать почему тот не отвечает на сообщение. Почему до сих пор не дал о себе знать. Узнав в какой аудитории будет лекция Хонджуна, он направился к нужному корпусу. Прождав немного, он, наконец, увидел парня и пошёл ему навстречу. Сонхва не понравилось как Джун быстро отвёл от него взгляд, как нервно сжал руку в кулак. Даже его улыбка, с которой он разговаривал с друзьями, выглядела фальшивой.

— Привет, — как можно спокойнее, сдерживаясь, сказал Сонхва и попытался дотронуться до руки Хонджуна, но тот отвёл её в сторону, чуть поворачивая корпус, будто случайно избегая прикосновения. Но Сонхва прекрасно понял, что специально. В груди тут же заворочался гнев. И страх. — Не хочешь поговорить?

— Нет, — поспешно выпалил Джун и беспокойно посмотрел по сторонам.

Сонхва стал догадываться почему парень так себя ведёт. Но понимание никак не избавило от разливающейся в груди горечи. Что он должен сейчас сделать? Как успокоить Хонджуна? И почему он должен его успокаивать, смиряясь с тем, что Джун ему не доверяет или стыдится? Сонхва осознал, что его гордость вот-вот взбрыкнёт и едва начавшиеся отношения полетят к херам. К далёким, ебучим и беспросветным.

— Кошак... — совсем тихо, с грустью сказал Сонхва.

Хонджун дёрнулся, как от удара и Сонхва ослепило яростью. Сжав зубы, он заглянул в лицо парня, в глаза, которые он так старательно от него прятал. Но тот резко отошёл и скрылся в аудитории. Сонхва едва удержался, чтобы не отправиться за ним, выволочь в коридор и придушить у всех на виду. К счастью или нет, вспышка гнева быстро отступила. Сонхва будто очнулся от слащавого сна, в котором находился последние несколько дней и снова стал самим собой. Холодным, с ясной головой. Он всё так же любил Хонджуна и будет его любить, только теперь это чувство нужно загнать под толстый панцирь. Просто нужно подождать. Джун сам придёт к нему. А если нет, то Сонхва точно придумает как заставить его это сделать.