Огненная судьба Джейн Уизли

В последующие дни Гермиона восстанавливалась в больничном крыле под присмотром мадам Помфри, избавляясь от кошачьей мордочки.
Однажды Джейн взяла свое волшебное зеркало и рассказала "Тайне" обо всем. В какой-то момент Тайна написала:
— А почему ты не поверила, что Малфой не наследник?
Джейн нажала на зеркало и ответила:
— Теперь он не может быть наследником... он просто хвастливый сынок своего отца.
Вскоре на зеркале появилось новое сообщение:
— Мне кажется, это не вся правда. Независимо от того, что ты о нем думаешь, правда в том, что он оказался наследником. Ты не та, кто может считать кого-то плохим, думая, что он слабый. Возьми, к примеру, Квиррелла. Ты думала, он слаб, но не считала его плохим, верно?
— Да, я... — сказала Джейн и задумалась. — У меня... у меня было что-то внутри по поводу Драко. Понимаешь... какой-то голос говорил, что он не наследник... это было похоже на интуицию. Я не могла представить его наследником Слизерина. Я думала, что, каким бы он ни был, он не сможет этого сделать. Я, наверное, схожу с ума, — заключила Джейн.
— Значит, ты ему веришь? Может быть, он не так уж плох, — появилось на зеркале. — Веришь Малфою?
— Фу, что ты такое говоришь! Ты говоришь так, будто я приняла его за хорошего человека... Он Малфой, я его ненавижу до смерти. Как я могу изменить свое мнение о нем, — рассмеялась Джейн, но что-то внутри заставило ее задуматься, и она быстро сменила тему. — Ладно, забудь об этом. Кстати, у меня есть вопрос. Ты можешь меня видеть или я тебя?
— Я да, ты нет, — появился ответ.
— Эх, это несправедливо. Это как сталкер. Почему я не могу тебя видеть?
— Потому что это я послала тебе этот подарок, а не ты мне, — ответила Тайна.
Джейн нахмурилась, а затем улыбнулась:
— А если ты меня видишь, то что я делаю? — спросила она, показывая средний палец.
— Показываешь средний палец.
Джейн засмеялась:
— Вау, это правда, но почему я не могу тебя видеть? Ты видишь меня, ты даже знаешь, что я Джейн, а не Надежда, а я ничего о тебе не знаю и не вижу.
— Если бы ты меня увидела, возможно, ты бы перестала со мной общаться, — ответила Тайна.
— Это невозможно. Ты потрясающая, просто супер. У нас столько общего, и разговаривать с тобой так комфортно. Если бы я тебя увидела, мы могли бы сразу стать лучшими друзьями, — сказала Джейн.
Но Тайна все равно не сказала, кто она, и Джейн решила не давить на нее и больше ничего не спрашивать.
Наконец рождественские каникулы закончились, и все вернулись в школу. Но странные происшествия не прекращались. Гарри, Джейн и Рон делали домашнее задание, когда внезапно с третьего этажа донесся сердитый крик.
— Готова поспорить, это Филч, — сказала Джейн, узнав его голос.
Друзья бросились к лестнице, прислушиваясь.
— Думаешь, еще на кого-то напали? — спросил Рон испуганно, остановившись на полпути.
А Филч кипел:
— ...снова мне работа! Убираться здесь всю ночь! Как будто у меня других дел нет! Нет, всему есть предел. Сейчас же пойду к Дамблдору!
Его шаги стихли, и вдалеке громко хлопнула дверь.
Друзья завернули за угол. Филч, похоже, только что покинул свой наблюдательный пункт. Они снова стояли на том самом месте, где напали на миссис Норрис: в коридоре был настоящий потоп, и воды, казалось, становилось все больше. Она лилась из-под двери туалета Плаксы Миртл. Крик Филча стих, и его место занял жалобный вой Миртл, эхом разносившийся по каменным стенам.
— Что с ней опять? — проворчал Рон.
— Пойдем, посмотрим, — предложил Гарри.
Подобрав полы мантий выше лодыжек, друзья пробрались по воде к двери с надписью «Туалет не работает», не обратив на нее внимания, как обычно, и вошли внутрь.
Плакса Миртл рыдала громче прежнего, всхлипывая. Туалет был погружен в темноту, лампы омывались потоками воды, залившей стены и пол.
— Что случилось, Миртл?
— Кто там? — ответила несчастная Миртл. — Вы пришли, чтобы снова что-то в меня бросить?
Джейн побрела по воде к ее кабинке.
— Зачем мне что-то в тебя бросать? — спросила она.
— Откуда мне знать! — завыла Миртл, выныривая из бачка с очередным потоком воды, хлынувшим на пол. — Я сижу тут, занимаюсь своими делами, никому не мешаю. И тут в меня начинают бросать книги!
— Но тебе же ничего не будет, — резонно возразил Гарри. — Книга пролетит сквозь тебя, и все.
Джейн подумала, что он сказал это зря. Миртл взвилась и взвыла визгливым голосом:
— Значит, можно бросать в бедную Миртл? Она все равно ничего не чувствует! Десять очков за попадание в живот! Пятьдесят — в голову! Отличная игра! А мне не нравится!
— И кто в тебя бросал? — спросил Гарри.
— Понятия не имею. Я сидела тут, на изгибе сифона, предавалась мыслям о смерти, и эта штука пролетела прямо сквозь мой череп. — Миртл злобно посмотрела на друзей. — Вот она, под раковиной, ее водой смыло.
Трое пригнулись и увидели маленькую, тонкую книгу. У нее была изношенная черная обложка, и она была вся мокрая, как и все в этом туалете. Гарри хотел ее поднять, но Рон ухватил его за руку.
— Ты с ума сошел? Это опасно.
— Опасно? — удивился Гарри. — Что тут опасного?
— Ты еще спрашиваешь. — Рон со страхом посмотрел на находку. — Папа говорит, есть книги, которые Министерство конфискует. Например, одна сожгла людям глаза. Была еще «Сонеты волшебника», если прочитаешь, будешь говорить стихами всю жизнь. А одна старая ведьма в Батте нашла, знаешь, какую книгу — откроешь ее, и читаешь ее всю свою жизнь. Идешь — читаешь, ешь — читаешь. Приходится все делать одной рукой, в другой книга.
— О боже, — тревожно кивнул Гарри.
— Рон, не преувеличивай. Что, по-твоему, может быть в этой книге? — сказала Джейн, поднимая ее. — Вот, ничего не произошло.
Джейн сразу поняла, что это дневник, по дате на его изношенной обложке, которой было полвека. Дрожащими руками она открыла его. На первой странице еще можно было прочесть имя Т. Н. Реддл, написанное расплывшимися чернилами.
— Погоди. — Рон осторожно подошел сзади и заглянул через плечо Джейн. — Это имя мне кажется знакомым... Т. Н. Реддл получил награду за особые заслуги перед школой пятьдесят лет назад.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что Филч заставил меня чистить его памятную доску целый час. Тогда, когда у меня изо рта вылезали слизни. Разве ты не заметила? — спросила Джейн.
— Мне было неинтересно, я просто хотела поскорее закончить чистку, — сказала Джейн.
Так Джейн открывала страницы, набухшие от воды. Они были совершенно чистыми. Нигде ни слова, даже самой простой записи, вроде «Летающие бытовые предметы» или «День рождения близнецов».
— Он тут никогда ничего не писал, — разочарованно сказал Гарри.
— Но зачем его кто-то выбросил? — Рон почесал затылок.
Гарри взял книгу у Джейн, перевернул черную обложку и увидел на внутренней стороне адрес магазина на Воксхолл-Роуд в Лондоне.
— Владелец дневника, должно быть, был маглом, — задумчиво сказал Гарри. — Иначе он не купил бы его там.
— Это нам ничего не дает. — Рон пожал плечами и, понизив голос, добавил: — Пятьдесят очков, если попадешь Плаксе Миртл в нос.
Гарри все же сунул дневник в карман.
Гермиона вышла из больничного крыла в начале февраля, без усов, черной шерсти и хвоста. В первый же вечер по возвращении в Гриффиндор друзья показали ей дневник и рассказали, как он был найден.
— Может быть, в нем что-то очень важное спрятано, — сказала Гермиона, внимательно изучая дневник.
— Если спрятано, то очень надежно. И, наверное, что-то постыдное, — хмыкнул Рон. — Объясни, Гарри, почему ты не выбросил его?
— Я хочу знать, почему его кто-то выбросил, — сказал Гарри, — и за какие особые заслуги Реддл получил награду.
— За что угодно. — Рон закатил глаза. — Может, он набрал тридцать Ж.А.Б. (С.О.В.) или спас профессора от спрута... Или убил Миртл, а это любому принесет славу...
Джейн посмотрела на Гарри и Гермиону и поняла, что они думают так же, как и она.
— Ты что-то придумала? — с любопытством спросил Рон.
Но вместо нее ответила Джейн:
— Значит, Тайная комната была открыта пятьдесят лет назад, верно? Малфой так сказал.
— Да... — протянул Рон.
— И этому дневнику пятьдесят лет. — Гермиона взволнованно постучала по черной обложке.
— И что?
— О, Рон, открой глаза! — раздраженно воскликнула Гермиона. — Мы также знаем, что человека, открывшего Комнату в последний раз, исключили из школы пятьдесят лет назад. А Т. Н. Реддл получил награду за особые заслуги полвека назад. А что, если он получил награду за поимку наследника Слизерина? В этом дневнике может быть все: где Комната, как ее открыть и какое существо в ней живет. А человек, который сейчас организует нападения, конечно, не хочет, чтобы все это стало известно, согласны?
— Отличная теория, Гермиона, — кивнул Рон, — но есть одно маленькое «но»: в дневнике вообще ничего не написано.
Но Гермиона вынула из сумки волшебную палочку.
— Бывают невидимые чернила, — прошептала она и, постучав палочкой по дневнику три раза, произнесла: — Апарекиум!
Ничего не произошло. Но не отчаиваясь, Гермиона снова порылась в сумке и достала что-то, похожее на ярко-красный ластик.
— Это Обнаружитель, — объяснила она. — Я купила его на Косой аллее.
Гермиона сильно потерла место, где было написано «Первое января». Дневник не поддавался.
— Я же говорил, нечего тут искать, — сказал Рон. — Реддл получил дневник в подарок на Рождество, но поленился делать записи.
Но вскоре это выяснилось. Спустя несколько дней Гарри, убедившись, что их никто не услышит в гостиной, сказал, что разговаривал с Томом Риддлом через этот дневник, и что тот показал ему, кто был преступником пятьдесят лет назад, введя его в свои воспоминания. Там Гарри увидел Хагрида, что означало, что Тайную комнату открыл Хагрид. Джейн была очень удивлена, но не хотела верить:
— Гарри, ты шутишь? Ты действительно веришь в эту чушь? — спросила Джейн.
— Ты, наверное, подумал: "О, какой-то незнакомец, которого я знаю всего два часа, обвинил моего друга, которого я знаю пару лет. Почему бы мне не поверить"?
— Джейн! Перестань говорить саркастически. Но, может быть, Реддл поймал не того человека, — сказала Гермиона. — Может быть, там было другое чудовище, которое нападало на людей.
— Сколько, по-твоему, тут чудовищ? — нахмурившись, спросил Рон.
— Мы знаем, что Хагрида исключили из школы раньше, — грустно признал Гарри. — И после этого нападения прекратились, иначе Реддл не получил бы особой награды...
Рон подошел к проблеме с другой стороны:
— Реддл тогда был кем-то вроде Перси. Кто просил его доносить на Хагрида?
— Но чудовище кого-то убило, — возразила Гермиона.
— Эй, вы верите в это? — спросила Джейн. — Мне нечего сказать. Да, Хагрид любит опасных животных, но он не мог никого убить.
— Джейн, открой глаза, — сказал Рон.
— Наоборот, ты открой глаза. Я не могу поверить в то, что сказал этот Том, — сердито сказала Джейн.
Между четверыми повисло долгое молчание. Наконец, Гермиона, запинаясь, сказала то, что думали они все:
— Может, нам стоит пойти и поговорить с самим Хагридом?
— Веселая будет встреча, — хмыкнул Рон. — Привет, Хагрид, скажи, ты не выпускал тут в последнее время в школу кого-нибудь страшного и волосатого?
Они решили ничего не говорить Хагриду, если не случится нового нападения.
В следующие недели у них не было времени об этом думать. Потому что у гриффиндорцев был очередной матч против Пуффендуя. Вуд гонял команду каждый вечер на поле, поэтому времени не оставалось ни на что, кроме квиддича и домашнего задания. И случилось еще одно: дневник Риддла пропал, кто-то его забрал, но Джейн это даже не волновало, наоборот, она была рада, что этот проклятый дневник исчез.
На следующее утро, после того как они позавтракали в Большом зале перед матчем, они направились в свою башню, чтобы взять необходимую экипировку для матча, и тут к растущему списку неприятностей добавилась еще одна, более важная причина для беспокойства. Как только Гарри ступил на мраморную лестницу, он внезапно остановился и закричал. Джейн, Рон и Гермиона бросились к нему.
— Голос! — закричал Гарри, оглядываясь. — Я слышал его снова! Вы слышали?
Рон и Джейн широко раскрыли глаза и отрицательно покачали головами, а Гермиона внезапно хлопнула себя ладонью по лбу:
— Гарри, кажется, я поняла! Бегу в библиотеку!
И она полетела вверх по лестнице.
— Что она поняла? — растерянно спросил Гарри.
— Понятия не имею, — подняла бровь Джейн.
— Почему она вдруг помчалась в библиотеку?
— Это же Гермиона, — пожал плечами Рон. — Если что-то непонятно, пойди туда и спроси у нее сам...
Но не успели они, как коридор заполнился учениками, спешащими на стадион.
— Поторопитесь, — подтолкнул их Рон. — Скоро одиннадцать часов. Вы забыли про матч!
Гарри и Джейн побежали в башню Гриффиндора. Джейн взяла свой «Нимбус-2001», Гарри свой «Нимбус-2000», и вскоре они присоединились к толпе, которая хлынула на поле.
Команды вышли на поле под громкие аплодисменты. Оливер Вуд взлетел в воздух, чтобы заранее облететь стойки поля; мадам Трюк выпустила мячи. Пуффендуйцы в желтом сгруппировались, чтобы уточнить последние игровые планы.
Когда Джейн запрыгнула на метлу, внезапно появилась Профессор МакГонагалл и побежала по полю с огромным фиолетовым мегафоном в руке.
Сердце Джейн дрогнуло.
— Матч отменяется! — прогрохотал мегафон, и переполненные трибуны взорвались шумом, криками и свистом.
Оливер Вуд немедленно приземлился и, как сумасшедший, подбежал к Профессору МакГонагалл, сжимая в руке метлу.
— Но, профессор! — закричал он. — Мы должны играть... Кубок... Гриффиндор...
Профессор МакГонагалл проигнорировала его и говорила громоподобным электронным голосом:
— Все ученики возвращаются в свои гостиные. Там вы получите дальнейшую информацию. И прошу, быстрее!
После этого она опустила мегафон и поманила Гарри и Джейн:
— Вам, Уизли, Поттер, лучше пойти со мной.
Не понимая, в чем его сегодня обвиняют, Джейн посмотрела на Рона, который отделился от шумной толпы.
Рон догнал их по дороге в замок. К их удивлению, Профессор МакГонагалл не сочла присутствие Рона лишним.
— Ты тоже иди с нами, Уизли.
Позади идущие ученики выражали свое недовольство отменой матча, многие казались очень обеспокоенными. Рон, Джейн и Гарри поднялись за профессором по мраморной лестнице. На этот раз она привела их не в кабинет, а в больничное крыло.
— Это очень расстроит вас, — сказала Профессор МакГонагалл необычно мягким тоном, когда они подошли к двери лазарета. — Произошло еще одно нападение... Двойное нападение.
У Джейн похолодело внутри. Профессор МакГонагалл толкнула дверь, и они вошли.
Мадам Помфри склонилась над пятикурсницей — это была студентка Когтеврана, у которой Рон и Гарри пытались узнать дорогу в гостиную Слизерина на Рождество.
А на соседней кровати...
— Гермиона! — выдохнул Рон.
Гермиона лежала необычно тихо, глаза были открыты и казались остекленевшими.
— Их нашли возле двери библиотеки, — сказала Профессор МакГонагалл. — Я полагаю, вы тоже не знаете, что это? — Она показала маленькое круглое зеркальце. — Оно лежало на полу рядом с ними.
Рон, Джейн и Гарри покачали головами, не отрывая глаз от Гермионы.
— Я отведу вас в башню Гриффиндора. — Профессор МакГонагалл тяжело вздохнула. — Мне нужно поговорить с учениками.
Когда все собрались, профессор начала свою мрачную речь:
— «Все ученики возвращаются в свои факультетские гостиные не позднее шести часов вечера и не покидают их. На занятия вы будете ходить в сопровождении преподавателя. Никто не пользуется туалетной комнатой без сопровождения. Все матчи и тренировки временно отменяются. Никаких передвижений в вечернее время».
Переполненная гостиная Гриффиндора слушала этот суровый приказ, не говоря ни слова. Профессор свернула пергамент, который читала, и закончила своими словами:
— Я думаю, нет необходимости добавлять, что я никогда не была так расстроена. Если преступник не будет пойман, школа, по всем признакам, будет закрыта. Я строго прошу всех, у кого есть какие-либо подозрения, немедленно прийти ко мне и сообщить о том, что вам известно.
Профессор МакГонагалл протиснулась через проем рядом с Полной Дамой, который в этот момент закрылся. И вся гостиная зашумела.
— Смотрите, закляты два гриффиндорца, один когтевранец и один пуффендуец, не считая призрака, — начал загибать пальцы Ли Джордан, ближайший друг близнецов Уизли. — Интересно, обратил ли кто-нибудь из учителей внимание, что все слизеринцы целы и невредимы? Разве не очевидно, что все это дьявольское зло исходит от Слизерина? Наследник Слизерина, чудовище Слизерина... Почему бы просто не выгнать всех слизеринцев отсюда? — распалялся он под одобрительные кивки и редкие хлопки.
Сам Перси сидел в кресле позади Ли, но на этот раз он не спешил высказывать свое мнение. Напротив, он выглядел растерянным и подавленным.
— Перси просто сгорел, — прошептал Джордж Джейн. — Та когтевранка, Пенелопа Кристалл, — староста. А он и не думал, что чудовище осмелится напасть на старосту.
Но Джейн не слушала его. Перед ее глазами все еще лежала Гермиона, как мраморная статуя, на больничной койке. И потом она посмотрела на Гарри, который выглядел обеспокоенным. Джейн не хотела оставлять его в доме неприятных людей, думая, что будет, если Хогвартс закроется.
— Что нам делать? — прошептал им Рон. — Ты думаешь, они подозревают Хагрида?
— Мы должны пойти и поговорить с ним, — ответил Гарри, собираясь с мыслями. — Я не верю, что это снова он. Но Хагрид выпустил чудовище в тот раз, он должен знать, где Тайная комната, с этого и начнем разговор.
— Но МакГонагалл сказала, что из башни можно выходить только на занятия, и то под присмотром учителей.
— Значит, пришло время снова достать старую мантию моего отца.
Кстати, единственная вещь, оставшаяся от отца Гарри, — это Мантия-невидимка.
Так они, накинув мантию-невидимку, вышли из замка, когда все спали, и пришли к дому Хагрида. Они подошли к его двери и только там сняли мантию, которая их спасла.
Постучали в дверь, и в ту же секунду они увидели арбалет в руках Хагрида, за которым оглушительно лаял его волкодав по имени Клык.
— Вот это да! — Хагрид опустил оружие и удивленно посмотрел на них. — Что вы делаете в лесу посреди ночи?
Они втроем вошли в дом, и Джейн, указав на арбалет, спросила:
— А это зачем?
— Просто... Ничего... — замялся Хагрид. — Я вообще... так, ждал... Садитесь... Чай сварю...
Он, казалось, с трудом понимал, что делает. Разлил воду, чуть не потушил огонь, нервно дернул большой рукой и разбил чайник.
— Хагрид, что с тобой? Ты знаешь о Гермионе?
— Да, конечно... знаю...
Они никогда не слышали такого голоса у Хагрида.
Тревожно оглядываясь на окна, он налил кипяток в кружки, забыв заварить чай, отрезал большой кусок пирога с орехами, как вдруг в дверь громко постучали.
Пирог полетел на пол. Рон, Гарри и Джейн испуганно посмотрели друг на друга, отступили в угол и завернулись в мантию-невидимку. Хагрид убедился, что они невидимы, взял арбалет и открыл дверь.
— Добрый вечер, Хагрид.
Кряхтя, Дамблдор вошел в хижину. Лицо его было хмурым и темным. За ним в дверь вошел еще кто-то. Джейн сразу узнала его:
— Это начальник моего отца, — прошептала она еле слышно, — Корнелиус Фадж, Министр магии!
Гарри чувствительно ткнул Джейн локтем, призывая ее молчать.
Хагрид побледнел, на лбу выступили капли пота. Он бросил затравленный взгляд на Корнелиуса Фаджа и Дамблдора и тяжело опустился в одно из кресел.
— Ситуация плохая, Хагрид, — говорил Фадж короткими фразами. — Хуже некуда. Надо принимать решение. Четыре нападения на полукровок. Дело зашло слишком далеко. Министерство обязано принять меры.
— Я... это... я никогда... — Хагрид умоляюще посмотрел на Дамблдора. — Вы же знаете, это не я... Я никогда... Профессор Дамблдор, сэр...
— Я хотел бы внести ясность, Корнелиус. Хагрид пользуется моим полным доверием, — сказал Дамблдор еще более хмуро и твердо. — Он вне подозрений.
Фадж, чувствуя себя неловко, продолжил.
— Послушайте, Альбус, прошлое Хагрида говорит против него. У Министерства нет другого выхода. Необходимо действовать. Совет попечителей в курсе дела.
— Я еще раз вам говорю, Корнелиус, устранение Хагрида не исправит ситуацию. — В голубых глазах Дамблдора горел огонь, которого Джейн никогда раньше не видела.
Фадж нервно крутил в руках котелок.
— Взгляните на произошедшее с моей точки зрения, Альбус. На меня оказывают давление. Требуют действий. Если будет доказана невиновность Хагрида, мы вернем его. Тогда, поверьте, никто не скажет плохого слова. Но сейчас я вынужден забрать его с собой. Вынужден. Это мой долг.
— Заберете меня? — повторил Хагрид, он дрожал. — Куда?
— Ненадолго. — Фадж избегал смотреть Хагриду в глаза. — Это не наказание, Хагрид. Можно сказать, мера предосторожности. Найдется настоящий преступник — вас отпустят с соответствующими извинениями...
— В Азкабан? — спросил Хагрид хриплым голосом.
Фадж не успел ответить, как в дверь снова решительно постучали.
Дамблдор открыл, и тут Джейн получила удар локтем в бок: увидев, кто вошел, она не сдержалась и ахнула.
В длинном черном дорожном плаще, с холодной, довольной ухмылкой на губах, Люциус Малфой быстрым шагом вошел в хижину Хагрида. Клык угрожающе зарычал.
— Вы здесь, Фадж, — начал Малфой. — Прекрасно!
— А вы... вам... что тут нужно? — вспылил Хагрид. — Уходите... да! То есть... выйдите из моего дома!
— Мне, дружище, совершенно не доставляет удовольствия быть в этом доме. — Малфой презрительно оглядел скромное жилище лесничего. — Я искал директора, звонил в школу, и мне сообщили, что директор у вас.
— Что вы от меня хотите, Люциус? — спросил Дамблдор. Он говорил вежливо, но в его глазах горел недобрый огонь.
— Страшные новости, Дамблдор, — театрально протянул Малфой, доставая толстый сверток пергамента. — Попечители решили, что вам пора покинуть пост директора. Вот приказ о вашем временном отстранении, на нем двенадцать подписей. Боюсь, вы перестали контролировать ситуацию. Сколько жертв? Сегодня еще двое, верно? Если преступника не остановить, в Хогвартсе вообще не останется полукровок. А к какому драматическому финалу все это может привести, мы все прекрасно знаем.
— Отстранение Дамблдора? Это невозможно! — возмутился Фадж. — Это просто возмутительно... Послушайте, Люциус...
— Назначать или отстранять директора — прерогатива Совета попечителей, Фадж, — отрезал Малфой. — А если Дамблдор не справляется с эскалацией преступлений...
— Дамблдор не справляется? — Фадж был так сильно возбужден, что его верхняя губа блестела от пота. — Тогда кто справится?
— Это мы скоро увидим. — Малфой мерзко усмехнулся. — Заметьте, проголосовали все двенадцать...
Хагрид встал на ноги, его черная густая голова едва не достала потолка.
— А-а! — закричал он. — Сколько из них вы... вы заставили... угрожали, и люди согласились!
— Дружище, не позволяйте вашему сварливому нраву навлечь на вас беду, — с фальшивым сочувствием предупредил Малфой Хагрида. — Не советую так кричать на охранников в Азкабане. Им это очень не понравится...
— Убрать Дамблдора! — Хагрид был так сильно рассержен, что Клык жалобно заскулил. — Ну и ладно, уберете, тогда полукровкам не спастись! Да, не спастись! Всех убьет!
— Сохраняй спокойствие, Хагрид, — остановил его Дамблдор, пристально глядя на Малфоя. — Конечно, Люциус, если Совет попечителей требует моего отстранения, я должен подчиниться.
— Но... — заикнулся Фадж.
— Нет! — прогрохотал Хагрид. Ярко-голубой взгляд Дамблдора встретился с ледяным серым взглядом Малфоя.
— Однако учтите, — Дамблдор говорил медленно, отчетливо, чтобы никто не пропустил ни слова, — я не покину школу, пока в ней останется хоть один человек, который мне доверяет. И еще помните: здесь, в Хогвартсе, тот, кто попросит о помощи, всегда ее получит.
— Удивительные мысли. — Малфой поклонился. — Нам всем будет очень не хватать вашего... э-э-э... как бы это точнее сказать... очень своеобразного взгляда на руководящие обязанности. Нам остается только надеяться, что ваш преемник наведет порядок и не допустит «убийства»... э-э... полукровок.
Он подошел к двери хижины, открыл ее и, снова насмешливо поклонившись, проводил Дамблдора наружу. Фадж, крутя котелок, ждал Хагрида, но лесничий не торопился и, глубоко вздохнув, тщательно подбирая слова, сказал:
— А кто ищет что-то, пусть идет за пауками, за пауками, я говорю. Они приведут куда надо. Все, что я скажу.
Фадж удивленно посмотрел на него.
— Я сейчас, да, пойду, — успокоил его Хагрид, влезая в свое кротовое пальто. Выходя за Фаджем, он задержался в дверях и громко добавил: — И насчет еды... кто-нибудь должен кормить Клыка. Пока я не вернусь... то есть, когда я вернусь.
Дверь громко захлопнулась, и Рон сбросил мантию-невидимку.
— Да-а, нам теперь придется туго, — сказал он упавшим голосом, — без Дамблдора. Теперь ждите по три нападения в день. Школа может закрыться в любой момент.
Клык, подошедший к входной двери, внезапно завыл и начал царапать ее большой лапой.
Следующие недели Джейн полностью носила свои наушники, слушая музыку так громко, чтобы не слышать никого, как будто не хотела никого слушать. Потому что отсутствие Дамблдора радовало слизеринцев, и они злословили о нем, радуясь его уходу. Самое невыносимое было то, что многие считали Хагрида преступником и обсуждали это, что ее сильно злило.
Наконец, в один из дней после ужина, друзья решили отправиться в Запретный лес, как сказал Хагрид. Они втроем подождали, пока все уйдут, и когда двери спален закрылись наверху, выскользнули из гостиной через проем Полной Дамы.
Начался еще один трудный поход через замок, полный дежурных учителей. Наконец, они благополучно добрались до холла, неслышно открыли засов на дубовых дверях и, стараясь ничего не скрипнуть, вышли наружу. Вокруг было светло от лунного света. Друзья облегченно вздохнули и зашагали через поляну к Запретному лесу.
По мере приближения к лесу Рон начал чувствовать себя неловко.
— Знаешь, — сказал он, — вот мы сейчас войдем в лес, и вдруг окажется, что следовать не за кем. Откуда мы знаем, что пауки спешили именно в лес. Конечно, они явно удалялись от замка, но...
Рон замолчал, разрываемый противоречивыми чувствами.
Дом Хагрида печально смотрел на них своими слепыми окнами. Когда Джейн открыла дверь, Клык чуть не сошел с ума от радости. Испугавшись, что его громкий лай разбудит весь замок, друзья быстро дали ему густой сливочный помадный батончик из жестяной банки на камине, и он тут же залепил себе зубы.
Они оставили мантию-невидимку на столе Хагрида: в темном лесу она была не нужна.
— На прогулку, Клык! — хлопнул Гарри по ноге.
Волкодав, прыгая от счастья, выскочил из дома, побежал к опушке леса и поднял ногу у большого клена.
Джейн вынула волшебную палочку, произнесла «Люмос», и на ее кончике загорелся маленький огонек, достаточный, чтобы различить тропу и какие-то следы пауков.
— Неплохая идея, — кивнул Рон. — Я бы тоже свою зажег, но ты же знаешь — она либо взорвется, либо сделает что-то похуже...
Гарри ткнул Рона локтем и показал на траву. Два паука торопливо убегали от огня волшебной палочки в густую тень деревьев.
— Ладно, — обреченно вздохнул Рон. — Пошли, я готов.
И друзья вошли в лес в сопровождении Клыка, который бегал вокруг, нюхая корни и поваленные деревья. Следовать за цепочкой пауков, убегающих по тропе вглубь леса при свете волшебной палочки, было нетрудно. Они шли так минут двадцать, не говоря ни слова, прислушиваясь к звукам, кроме шороха листьев и хруста под ногами. Вскоре деревья окружили тропу густой стеной, закрыв небо своими верхушками, и волшебная палочка Джейн осталась единственным огоньком в непроницаемой темноте. Они заметили, что их восьминогие проводники свернули с тропы.
Джейн замедлила шаг, пытаясь разглядеть направление, но за пределами пятна света темнота — не успеешь и глазом моргнуть. Она никогда раньше не заходила так глубоко в лес. Что делать теперь? Она хорошо помнила, что, когда они были с Хагридом, лесничий строго-настрого запретил им отклоняться от тропы. Но Хагрид — он, наверное, сидит в камере Азкабана, за много миль отсюда — ясно сказал им: идите за пауками, и все выяснится.
Они шли не меньше получаса, их мантии постоянно цеплялись за нижние ветки деревьев и кусты ежевики. Через некоторое время стало заметно, что они идут по пологому склону, хотя кусты вокруг по-прежнему были густыми.
Клык внезапно завыл, подняв громкое эхо. Джейн, Рон и Гарри неожиданно подпрыгнули.
— Что это? — Рон, вглядываясь в темноту, крепко сжал локоть Джейн.
— Там что-то движется, — ответила Джейн почти беззвучно. — По звуку, большое...
Все трое прислушались. Где-то справа от них что-то большое ломало ветки, прокладывая себе дорогу по незнакомой местности.
— Кто это? — закричал Рон дрожащим голосом. — Эй, кто там?
— Тихо! — прошипел ему Гарри. — Оно услышит...
— Услышит? — голос Рона сорвался. — Уже услышало — лай Клыка!
Темнота стиснула их глаза; мальчики стояли испуганные и ждали. Что-то загрохотало совсем рядом, а затем наступила мертвая тишина.
— Как думаешь, что оно делает? — спросил Гарри.
— Наверное, готовится к нападению.
— Или оно ушло?
— Н-не знаю...
В тот же миг рядом вспыхнул яркий луч света. Оба закрыли глаза ладонями. Клык завыл и попытался убежать, но запутался в колючих кустах и заскулил еще громче.
— Джейн! — воскликнул Рон внезапно прерывающимся от радости голосом. — Джейн, Гарри, это же наш форд!
— Что?!
— Быстрее, пошли!
Гарри и Джейн неуверенно двинулись за Роном. Скользя и спотыкаясь, друзья через мгновение вышли на небольшую поляну.
Машина их отца стояла прямо посреди поляны, под густо переплетенными ветвями, ее фары слепяще горели. Удивленный Рон бросился к ней, и голубой форд медленно поехал вперед, как большая собака, приветствующая своего хозяина.
— Она была здесь! — радовался Рон, обходя машину. — Смотрите... Срослась с лесом.
Переведя дыхание, Джейн спрятала волшебную палочку.
— А мы думали, ты хочешь на нас напасть! — Рон наклонился над машиной и с любовью похлопал ее. — Смотри, куда тебя привело!
Джейн, щурясь, оглядела освещенное место, надеясь увидеть пауков, но они все разбежались, спасаясь от слепящего света фар.
— Мы потеряли их след. — Гарри покачал головой. — Надо немедленно найти его!
Но Рон не ответил. Он стоял, уставившись на что-то, что находилось позади Джейн, метра на три выше лесной подстилки. Лицо его было белым от ужаса.
Джейн даже не успела обернуться. Раздался громкий щелкающий звук, и она внезапно почувствовала, как что-то длинное и волосатое обхватило ее, подняло с земли, и она повисла ногами вверх. Испуганная, дрожащая, барахтающаяся и дергающаяся, она услышала еще один щелкающий звук и увидела, как ноги Рона и Гарри тоже взлетели вверх, затем Клык пронзительно заскулил, еще мгновение, и Джейн поняла, что их куда-то несут, вглубь рощи.
Джейн не могла представить, как долго она была в руках чудовища. Темнота наконец рассеялась, и стало видно: листья на земле двигались, словно живые, от пауков. Повернув голову, она увидела широкую долину, где не было деревьев, и ничто не мешало яркому свету луны освещать картину, которая не приснится и в самом страшном сне.
Пауки! Но не те маленькие, которые непрерывным потоком стекались в долину.
Пауки отпустили их, и они упали на землю.
— Арагог! — позвал паук. — Арагог!
Из глубины паутинного купола очень медленно появился паук размером с маленького слона. Он был слепым.
— Что там еще? — проскрипело новое чудовище, щелкая челюстями.
— Люди, — ответил паук, принесший Джейн.
— Это Хагрид? — спросил Арагог, приближаясь, его покрытые коркой белые глаза незряче двигались.
— Чужие, — проскрипел паук, который тащил Рона.
— Убейте их, — сердито проскрипел Арагог. — Я так крепко спал...
— Мы друзья Хагрида, — закричал Гарри.
Цок, цок, цок — челюсти защелкали по всей долине.
Арагог замолчал.
— Хагрид никогда раньше не посылал людей в долину, — сказал он неторопливо, с сомнением.
— Хагрид в беде, — тяжело дыша, сказал Гарри. — Поэтому мы пришли.
— В беде? — спросил древний паук.
— Но зачем он вас послал?
— В Министерстве думают, что Хагрид... э-э-э... выпустил кого-то на учеников. Его забрали в Азкабан.
— Но это было много лет назад, — возразил Арагог. — С тех пор прошли годы... Да, я хорошо все помню. Хагрид тогда вынужден был попрощаться со школой. Они решили, что я чудовище, запертое в Тайной комнате. Они думали, что Хагрид открыл ее, чтобы выпустить меня.
— А вы... вы не жили в той Комнате? — Холодный пот тек по лицу Гарри.
— Я? — Арагог снова сердито защелкал челюстями. — Я не родился в замке. Я из очень далекой страны. Когда я еще был в яйце, один путешественник подарил меня Хагриду. Хагрид был еще маленьким мальчиком, но он заботился обо мне, прятал в шкафу, кормил остатками со своего стола. Хагрид — мой хороший друг и хороший человек. Потом меня нашли и обвинили в смерти совсем юной девушки... Хагрид тогда спас меня. С тех пор я живу здесь, в лесу, и мой друг приходит ко мне. Он даже нашел мне самку, Мосаг. Вы видите, как выросла наша семья? И все это благодаря заботе Хагрида.
Гарри собрал остатки храбрости:
— Тогда вы никогда... никогда ни на кого не нападали?
— Никогда, — прохрипел старик. — Я мог бы поддаться инстинкту, но из уважения к Хагриду никогда не причинял вреда людям. Тело убитой девушки нашли в туалете, а я никогда не был нигде в замке, кроме комнаты, в которой жил. Мой вид предпочитает темноту и тишину.
— Но, может быть, вы знаете, кто убил ту девушку? Кто бы это ни был, он вернулся и снова нападает на людей.
Слова Джейн утонули во взрыве громкого щелканья, скрипа, шороха множества лап, вокруг двигались большие черные фигуры.
— Ее убило чудовище, которое живет в замке, — ответил Арагог. — Это древнее дьявольское творение, которого мы, пауки, боимся до смерти. Я хорошо помню, как умолял Хагрида отпустить меня, когда почувствовал, что оно бродит по замку.
— Как оно выглядит? — настойчиво спросила Джейн.
— Мы никогда не говорим о нем! — вскипел Арагог. — Мы не называем его имя! Я даже Хагриду не назвал этого ужасного зверя, хоть он и спрашивал меня много раз.
— Мы можем идти? — спросил Гарри у Арагога без особой надежды.
— Идти? — прокаркал Арагог. — Я так не думаю...
— Но... но...
— Мои сыновья и дочери не трогают друзей Хагрида по моему приказу. Но не могу отказать себе в молодом мясе, которое само пришло к столу. Прощайте, друзья Хагрида.
Джейн огляделась. В нескольких метрах, нависая над ними, стояла целая армия пауков — они щелкали челюстями, ряды глаз на их черных уродливых головах излучали свет...
Гарри попытался встать, чтобы принять бой с оружием в руках, как вдруг в лесу раздался протяжный автомобильный гудок, и долину залил слепящий яркий свет.
Фары горели, клаксон оглушал, пауки в ужасе разбегались; несколько из них подлетели, упали на спину и молотили воздух бесконечно длинными лапами. Форд с визгом затормозил перед Роном, Джейн и Гарри и открыл двери.
— Хватай Клыка, — закричал Гарри, запрыгивая на переднее сиденье.
Рон, обхватив волкодава, забросил его назад. Собака истошно взвизгнула, двери с грохотом закрылись. Рон не успел нажать на газ, как мотор сам взревел, и они, сбивая стоявших на пути чудовищ, улетели вдаль. Взобравшись на обрыв, они выехали из долины и с грохотом влетели в лес. Ветки сильно били по окнам, автомобиль неким известным ему путем мчался через поляны и просеки.
Джейн посмотрела на Рона. Рот ее брата все еще был открыт, но глаза вернулись на место.
— Ты как, в порядке?
Но Рон ничего не мог сказать, он лишь уставился вперед.
Они пробивались через кусты, Клык сзади все так же жалобно скулил. Они проехали мимо большого дуба, и боковое зеркало оторвалось, словно срезанное ножом. Еще десять минут шума и тряски, и деревья стали расходиться: в просветах веток снова появилось небо.
Автомобиль остановился так резко, что друзья чуть не вылетели через лобовое стекло. Они были на опушке Запретного леса. Клык в нетерпении рвался на свободу, стуча лапами по стеклу. Как только Джейн открыла дверь, он вылетел, как стрела, и, поджав хвост, побежал к дому Хагрида. Джейн тоже вышла из машины, а через минуту вышли Рон и Гарри, все еще с одеревенелыми шеями, и начали разминать конечности. Но после всего этого Джейн почувствовала сильный гнев. Они не прошли бы через это, если бы они ей поверили. А они только сомневались.
Гарри вошел в дом Хагрида, чтобы забрать свою мантию-невидимку, а Рон сердито сказал:
— Идите за пауками! — прохрипел он, вытирая рот рукавом. — Я никогда не прощу этого Хагриду! Как мы остались живы!
— Он был уверен, что Арагог не причинит вреда его друзьям, — возразила Джейн. — Я в этом не сомневаюсь.
— У нашего Хагрида не все в порядке с головой! — Рон в гневе ударил кулаком по стене хижины. — Он считает, что чудовища не так страшны, как выглядят! Вот к чему это его привело! В камеру Азкабана! — Рона охватила безудержная дрожь. — Какой смысл был посылать нас туда? Что мы там узнали?
— Конечно, мы узнали, что Хагрид невиновен. Я сказала правду. Он никогда не открывал Тайную комнату. И если бы вы мне поверили раньше, этого бы не случилось. Я не говорила, что Малфой — наследник, но что вы сделали? Вы мне не поверили. Я сказала, что Хагрид невиновен, но вы снова не поверили. Вам очень нравится усложнять себе жизнь. Вам следовало бы поверить мне. Но нет, зачем верить Джейн. Вы привыкли тратить много времени только на себя. Хотя бы научитесь мне доверять, вместо того чтобы постоянно сомневаться. Я очень зла и разочарована. Я вам верю, а вы... — Сердито сказала Джейн и направилась к замку.
— Джейн, мантия-невидимка! — крикнул Гарри.
— Отстаньте, а! — сказала она и быстро ушла.