За чертой

В дом он вернулся незадолго до заката. Взбежал по ступенькам крыльца и замер, увидев приоткрытую дверь.

Никто не оставлял эту дверь приоткрытой.

Янис застыл на крыльце в нерешительности. Потом спустился, пробрался через сугроб к черному входу – и проскользнул в дом.

Короткий коридор привёл его в кухню, оттуда он тихо поднялся по черной лестнице наверх, к спальням. Заглянул в первую из них – и несколько секунд просто смотрел на рассыпанные по полу подушки и опрокинутый шкаф.

В животе заворочалось плохое предчувствие. Янис завернул за угол, почти уверенный, что сейчас увидит на полу тело.

Пусто.

Следующая спальня казалась нетронутой, зато третья – Янис перешагнул порог, и под сапогом сразу хрустнули осколки разбитого зеркала.

Простыни были содраны, матрас – разрезан и сброшен на пол. Дверцы шкафа распахнуты, правая повисла на одной петле.

Стараясь не подходить к окнам, Янис заглянул под кровать, но следов крови нигде не было видно.

Он вернулся в коридор. Миновал ещё несколько комнат и остановился возле арки, ведущей в маленькую библиотеку.

Конечно, тайных книг здесь быть не могло. Янис пытался успокоить себя этой мыслью, разглядывая разорванные страницы, сломанные переплёты и сбитые со стен полки. Кажется, книги пытались поджечь, но отсыревшая кожа не занялась.

Янтарный столик в углу – мозаика на нём изображала момент создания Гильдии – был разбит в мелкое крошево, как будто кто-то очень долго бил по нему тяжелым предметом. Рядом валялись чугунные каминные щипцы.

У кресел, которые раньше стояли по обе стороны камина, были отломаны все четыре ножки, и порезана вышитая обивка.

Янис не стал ничего трогать. Отступил обратно, выглянул вниз с лестничного пролёта. Никого.

Янис качнулся на носках, размышляя.

Был ли Волк здесь? Если да – где он теперь?

Ну и – в первую очередь – жив ли?

Крадучись он спустился вниз, тихо закрыл входную дверь и сразу же запер её изнутри.

Следы в прихожей сообщали, что людей было больше одного, но сколько – этого Янис сказать не мог.

Здесь почти не было разрушений – только резная дверь, ведущая в гостиную, была теперь вся исцарапана, а часть орнамента – отбита и щепками валялась на пороге. Янис помнил этот орнамент – в изящный узор были вплетены буквы, напоминающие о законах Гильдии. Дверь в прошлом веке сделал один из некромантов, бывший резчик по дереву.

Дверь была красивой.

Янис шагнул в гостиную. Краем глаза уловил движение. Отпрыгнул, уходя из-под удара.

Но удара не было.

Тёмная фигура развернулась к нему лицом, и он узнал: Волк.

***

Из единственного уцелевшего в доме зеркала на Яниса смотрел молодой ремесленник: серая рубашка, поверх неё – никакого камзола, только тёплая меховая безрукавка, подпоясанная широким алым платком – под ним прячется пояс с кинжалом и железным ножом.

С чернотой взгляда ничего не сделать, но он зачесал волосы так, чтобы они падали на лоб, и придавил сверху огромной шапкой, которая отыскалась в кладовке.

Вместо куртки он нашёл старый шерстяной плащ – не такой тёплый, зато длинный, и в глаза не бросается.

Через плечо повесил походную сумку. Камзол он сложил в сумку, но аметист приколол к рубашке под безрукавкой: так точно не потеряется.

Пару минут он изучал своё отражение: было очень странно видеть себя таким. За пять полных лет, прошедших после того, как он закончил обучение и получил брошь, он ни разу не нарушал закон об одеянии. Так привык видеть себя в чёрном, что светлое и яркое казалось чужим, кричащим, бросалось в глаза. Но он знал: так и должно быть. В таком облике никому и в голову не придёт, что перед ними некромант. Нет, обычный горожанин, просто невыспавшийся.

Он повернулся к двери, перешагнул порог комнаты и снова чуть не столкнулся с Волком. Тихонько выругался сквозь зубы: ну сколько можно.

Попытался обойти преграду, но Волк снова заступил его путь.

– Ну, что тебе? – Янис поднял взгляд, и увидел на лице согильдийца недоверие, смешанное с отвращением. Волк разглядывал Яниса так, будто тот вывалял свой наряд в нечистотах, прежде чем надеть.

– И куда вы... направляетесь в таком виде? – спросил Волк, кажется, подбирая слова.

– Подальше от Арната, – с готовностью пояснил Янис. – Этот город нам не рад, и нам это очень доходчиво объяснили. Или до тебя даже так не дошло?

Волк качнул головой, как будто это было чем-то неважным.

– Вы никуда не пойдёте так, – заявил он. – Это незаконно и немыслимо.

– Тебе-то что? – уточнил Янис. – Я же тебя не заставляю переодеваться. Знаю, ты без парочки лакеев с этой задачей просто не справишься.

– Нет, – Волк положил руку на рукоять кинжала, и Янис против воли шагнул назад, вспомнив утро. – Вы – часть нашей гильдии. Нарушая закон, вы подставляете Гильдию. Вспомните: вы давали клятву.

– Ты сумасшедший? – ласково спросил его Янис. – Или, может, просто приболел? Что ты несёшь?

Судя по выражению лица, Волк был абсолютно серьёзен: чем-то решение Яниса оскорбляло его, а ещё вызывало откровенное презрение.

– Кто-то вломился в дом – это неприятно, но такое случается. Я понимаю, что вас напугал проповедник на площади. Но нарушать клятву – предавая Гильдию – нельзя. Это вопрос чести, не вашей – понимаю, вам это непонятно – но нашей, чести Гильдии. – Он выпустил рукоять кинжала и протянул руку к Янису ладонью вверх. – Вы можете уйти, да. Но тогда вам придётся отдать аметист.

Янис замер от изумления.

– Ты шутишь? – спросил он осторожно.

– Нет.

До двери было всего пять шагов, но Волк стоял на пути, и – Янис уже успел убедиться – Волк был быстрым.

– Хорошо, – сказал Янис. Он очень давно не врал, но сейчас слова сами собой шли на язык. – Я собирался позже вернуться за аметистом. Но сейчас думаю, что даже и к лучшему, если мы на этом навсегда попрощаемся. Я оставил его в тайнике в библиотеке.

Волк смотрел безо всякого доверия.

– Клянусь, – добавил Янис для пущей убедительности. – Впрочем... пойдём, сам увидишь.

Волк кивнул. Посторонился, пропуская его – явно не желая оставлять за своей спиной.

Янис помнил: дверь внизу заперта, и это будет лишней задержкой. Зато дверь с черного хода открыта. Между библиотекой и черным ходом – коридор с одним поворотом, лестница вниз, кухня – и только тогда дверь. Слишком далеко, если Волк бегает так же быстро, как дерётся.

Они поднялись по ступенькам на второй этаж, и Янис уловил момент, когда взгляд Волка скользнул в разгромленную библиотеку. Бросился бежать. Через три шага его схватили за ворот и уронили на пол, приложив затылком. Было больно – а ещё до крайности обидно. Знал же, что не успеет.

– Я знал, – сказал Волк, прижимая его коленом к полу. – Где одна клятва, там и вторая. Где аметист?

– Иди нахуй, – пробормотал Янис. Колено мешало дышать.

Волк сорвал сумку с его плеча, и принялся рыться в ней. Вытащил камзол, встряхнул, пытаясь вытряхнуть из складок брошь.

Янис дотянулся до кинжала.

Волк отшвырнул камзол и снова запустил руку в сумку. Янис ударил его кинжалом в бедро.

Волк дернулся, перехватил его руку у запястья, ударил пальцами о пол, заставляя выронить оружие. Янис зашипел, попытался второй рукой достать до его лица, но Волк поймал и эту руку, и ухватил левой за оба запястья.

– Где аметист? – спросил он спокойно. – Мне вас обыскивать, что ли?

– Не знал, что тебе такое интересно, -- съязвил Янис.

– Где...

– Я тебе уже сказал. В библиотеке.

Волк дернул ворот безрукавки, пытаясь нащупать под ним брошь, но слегка промахнулся. Янис затих, осознав вдруг отчаянность своего положения. Расставаться с брошью он не собирался. Даже думать об этом – немыслимо, как отрезать руку. Но вывернуться из хватки этого человека не получалось. И даже если он дотянется до кинжала – ну не убивать же его, в самом деле?

– Отпусти, – сказал он. – Мой аметист тебе не принадлежит. Можешь созвать совет Гильдии и устроить суд. С тебя станется. Убери от меня свои руки.

Волк выпустил его запястья, и через мгновение поднялся.

– Убирайся, – сказал он. – Если до новой луны не сообщишь Мастерам, то я сообщу сам.

Янис сел, глядя, как он уходит по коридору. Потом дотянулся до кинжала, выругавшись на боль в кисти. Вернул его в ножны и потянулся за сумкой.