Родная

   Проснувшись утром я ощущала странную лег кость смешанную с беспокойством. Как будто все, что могло меня волновать, зарылось в сейф где то глубоко в душе, но вот вот норовило выбраться обратно и сожрать меня заживо.
   На кухне я увидела Марата. Он был чем то очень опечален, его красные глаза отозвались уколом в сердце.
- Что то случилось? - обеспокоено спросила я погладив его по голове.
- Айгуль. Спрыгнула. Позавчера. - парень закрыл лицо руками.
   Мои глаза распахнулись, я крепко обняла брата, как обычно матери успокаивают своих детей когда им снятся кошмары. Я не знала какие слова подобрать чтобы успокоить его, но таких не находилось. Потерять любимую, это невообразимая боль, которую увы, залечить нельзя.
   Брат крепко обнял меня, я чувствовала как мож моими руками его тело содрогается от рыданий.
- Ты не должен идти в школу, братик. - тихо сказала я. - Мне кажется у тебя температура.
- Я не пойду. Я отсужусь в подвале.
- Я пойду с тобой. Я не оставлю тебя одного!
   Через час мы сидели вместе на диване, где как казалось совсем недавно лежал после операции Вова. Я долго успокаивала Марата и когда он наконец уснул я облегченно выдохнула. Мне казалось, что груз как будто упал с плеч.
   Подняв голову к потолку я оглядела комнату, все было как обычно, но что то изменилось. Как будто уют ранее царствующих в этом месте пропал. От комнаты как будто пахло скорбью и страхом. Я списала это на горе брата и найдя под диваном сигареты вышла на улицу.
   Тихо выдыхая дым я увидела Турбо, он подошел ко мне.
- Теперь от сигареты не отлипнешь? - улыбаясь спросил он. - Я тебя подсадил?
- Нет, просто,  день тяжелый, - я снова затянулась, - Не ходи туда.
- Что там?
- Марат, еле уложила.
- Что то случилось? - парень недоуменно глянул на меня.
- Айгуль, девчонка его, сбросилась. - я потерла глаза свободной рукой.
   Лицо Валеры исказилось. Он почесал затылок и в его глазах читался немой вопрос: как?
- Затравили ее, живете по понятиям, правильные, а девчонку в могилу свели.
- Я хочу уйти из группировки, - тихо сказал парень и я посмотрела на него округлыми глазами. - Не сейчас, надо сначала пацанов в порядок привести, но я думаю, что мы и так как группировка растворимая скоро.
- В смысле? - я выкинула окурок и облокотилась на стену.
- В прямом. Мы Кащея отшили, Адидас в бегах, мы с Зимой супера, вес имеем, но не настолько чтоб оправлять почти пятьюдесятью пацанами. - парень нервно трепал замок на куртке. - Развалимся почти как Дом Быта и кто захочет переедет в другую ОПГ, а остальные в чушпаны.
- Мне казалось ты рвешься взять бразды правления в свои руки, ты же так любил универсам.
- Любил - ключевое слово, после того, что случилось с девчонкой той, я переосмыслил некоторые вещи... - я не дала ему договорить и крепко обняла.
   Я безусловно была шокирована такими словами, но сильнее я все таки радовалась, ведь жизнь без всех этих разборок гораздо приятнее, чем с ними.
   Мы еще какое то время поболтали, а потом я ушла к Марату.
- Эй братик, нам домой пора, пойдем, дома сейчас никого не должно быть.
   Мы с братом поковыляли домой, на нем все еще не было лица. Он с трудом поднялся в квартиру.
   В почтовом ящике я заметила письмо, достав его я прочитала «для Нинтендо» и быстро спрятала его в карман.
«Вовочка! Написал!»
   Если брат отправил письмо, значит он в безопасности и мне не о чем беспокоиться. Но какое то тяжелое волнение все еще трепало мою душу.