Вечность

Через несколько дней открыли заявки на должность заместителя главного следящего за государственными организациями. А этим ГС был Андрей и конечно, в ту же секунду он появился перед мной. Я ожидала увидеть перед собой всё ещё кипящего злостью Андрея - а он был... на удивление спокойным. Даже слишком спокойным.

Он заставлял меня подать заявку, используя все возможные средства давления, включая шантаж.

— Ты должна подать заявку, – заявил он, сложив руки на груди и пристально глядя мне в глаза.

— Ты сейчас серьёзно? – попыталась я отшутиться, надеясь, что он одумается. — Мне не нужна куча обязанностей и ответственности.

— Именно поэтому тебе и нужно подать заявку, – не уступал он. — Ты справишься. Я же знаю, на что ты способна.

Мда, только вот я не знала, на что способна. Во-первых, я никогда не проходила эти обзвоны. Это похоже на собеседование, только вместо того, чтобы рассказывать про себя, меня завалят вопросами о государственных организациях. Андрей продолжал настаивать, и в итоге, под его давлением, я всё же подала заявку.

Прошёл отбор кандидатов, и вскоре Роман Акулезов выложил в группу администрации список одобренных и отклонённых. Я была среди одобренных. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как это произошло. Вопросы в заявке, конечно, были не слишком сложные, но я понимала, что ответы должны быть развёрнутыми. Я пыталась сделать их такими, но по сути писала наугад.

В списке админов, которым предстояло пройти обзвон, оказались Родион, Дмитрий Хомыч, Богдана, Артем. Много незнакомых, да? Все они хотели занять это место, хотели власти.

Все.

Кроме меня.

Времени на подготовку было мало. Все вокруг читали правила и зубрили, чтобы выделиться среди остальных. А я? Я сидела, боясь даже взглянуть на правила, они просто не запоминались. Страх давил на меня с каждым часом всё сильнее. И когда пришло время обзвона, нас начали вызывали по очереди в кабинет.

Меня позвали. Я пошла как на заклание. Руки дрожали, сердце колотилось.

В кабинете сидели главный администратор Канапка, его заместитель Акулезов, Андрей и ещё кто-то, кого я не успела рассмотреть. Я села за стол и Андрей начал задавать вопросы. Наверное, хорошо, что именно он задавал мне их. Я перестала сильно переживать. Вопросы перестали казаться сложными. На большинство я ответила, хотя на некоторые всё же не смогла найти нужные слова. Но в целом, всё прошло хорошо.

Андрей закончил с вопросами и я ушла, оставаясь в ожидании результатов. Спустя время, по непонятным причинам, меня и Хомыча перевели в другой кабинет. Мы остались вдвоём. От тишины ставало некомфортно и он заговорил:

— Я столько раз пытался. Столько заявок подавал, – сказал он, слегка улыбаясь. — И каждый раз - мимо. Или не рассматривали, или выбирали другого. Уже думал, не моё это. Но всё равно... тянет.

Дима был не просто одним из. Для него это место было чем-то гораздо большим - не вопросом амбиций, как для Андрея, и не желания власти, как у других. Это было как последний шанс. Путь наверх, через терпение и бесконечные попытки. Своего рода личный марафон, где победа - сама возможность доказать, что ты ещё способен.

Мы ещё немного смогли поговорить и нас вызвали в кабинет. Двоих. Там, ожидали те же администраторы, и сразу сказали, что мы с Димой набрали одинаковое количество баллов. Мы переглянулись и я сказала:

— Решайте сами.

Повисла тишина. Они смотрели на нас, а мы на них.

Дима смутился, но произнёс:

— Ну, раз такое дело, уступаю девочке.

Я удивлённо посмотрела на него, не понимая, почему он так легко отдаёт свою мечту мне. Но его взгляд сказал всё.

Это было не решение - это была капитуляция.

Он знал, что если останется, Андрей найдёт способ вытолкнуть его. Не напрямую, нет. Он слишком умён для прямого конфликта.

Он бы начал сомневаться в его решениях, ставить в неловкие ситуации, создавать условия, в которых тот обязательно ошибётся. А потом «по процедуре» снял бы. Всё выглядело бы честно. Формально. Но не по-человечески.

Я не выиграла. Я просто оказалась тем вариантом, которого Андрей был готов терпеть.

Дима ушёл, потому что знал: в этой игре ему не выиграть. И я позволила ему проиграть. Я не гордилась этим. Наоборот - было стыдно.

Стыдно за то, что я оказалась удобной кандидатурой.

Стыдно за то, что Андрей в этот раз не кричал, не ломал мебель - а просто спокойно сидел, зная, что получил своё.

Стыдно за то, что моя победа стала чужим поражением.