Глава 6.
Утро наступило медленно, как будто само время не спешило двигаться. За окном было пасмурно - небо затянуто серыми облаками, а воздух казался влажным, будто дождь только что прошёл или вот-вот начнётся снова. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь редким щелчком часов на стене. Рейна проснулась не сразу - сначала лежала, глядя в потолок, ощущая тяжесть в теле и пустоту внутри. Сон не принёс облегчения, только усталость, как будто она всю ночь боролась с мыслями. Она медленно села на кровати, провела рукой по лицу, чувствуя, как кожа стала сухой, а глаза - припухшими. Внутри было глухо, как будто эмоции спрятались в самый дальний угол. Она встала, прошла босиком по холодному полу, включила свет в ванной и посмотрела на себя в зеркало. Отражение было чужим - уставшее, бледное, с потускневшим взглядом. Она умылась прохладной водой, стараясь прогнать остатки сна и слёз, затем нанесла лёгкий крем, собрала волосы в низкий хвост и вернулась в комнату. Одежду она выбирала долго, но без желания. В итоге надела серую водолазку, чёрные джинсы и пальто цвета мокрого асфальта. Всё нейтральное, незаметное. На ноги - удобные ботинки, в сумку - ноутбук, блокнот, бутылка воды. На кухне она поставила чайник, но не дождалась, пока он вскипит. Просто налила себе стакан воды, откусила кусочек вчерашнего батона и оставила всё на столе. Аппетита не было, но нужно было хоть что-то.
Она вышла из квартиры, закрыла дверь и вызвала такси. На экране - пять минут ожидания. Она стояла у подъезда, глядя на мокрый асфальт, на капли, стекающие с деревьев, и чувствовала, как внутри всё сжимается. Машина подъехала - чёрный седан, водитель в бейсболке, молчаливый. Внутри пахло мятой и освежителем. Рейна села на заднее сиденье, пристегнулась и уставилась в окно. Город был серым, как её мысли. Люди спешили, машины гудели, но всё казалось отстранённым. Она ехала, будто в капсуле, где нет ни времени, ни чувств. Водитель пару раз взглянул в зеркало, но ничего не сказал. Через двадцать минут они были у университета. Она вышла, поблагодарила водителя и направилась к входу. В холле было шумно - студенты болтали, кто-то смеялся, кто-то листал конспекты. Рейна прошла мимо, не останавливаясь, не здороваясь. Она чувствовала себя прозрачной, как будто её никто не замечает - и это было даже удобно.
Первая пара - философия. Преподаватель говорил о свободе выбора, о моральных дилеммах, и каждое слово резонировало внутри. Рейна сидела на последнем ряду, делала вид, что записывает, но на самом деле просто рисовала линии в блокноте. Вторая пара - экономика. Таблицы, графики, формулы. Всё казалось бессмысленным, как будто её жизнь больше не вписывается в эти рамки. После пар она вышла на улицу, и у входа уже ждала Бека - в ярком пальто, с кофе в руках и привычной улыбкой.
-Ты выглядишь так, будто не спала неделю,-сказала она, протягивая стакан.
-Почти так и есть, -ответила Рейна, беря кофе. Они пошли по аллее, где деревья уже начали терять листву. Листья шуршали под ногами, воздух был прохладным, но свежим. Рейна молчала, потом вдруг остановилась.
-Мне нужно рассказать тебе кое-что.
-Говори.
-Мой отец... Он хочет, чтобы я вышла замуж. Не просто так - ради бизнеса. Всё уже решено. Жених... Я его даже не знаю..,-Бека замерла, глаза расширились.
-Скажи что ты шутишь?..
-Нет. Он сказал, что это укрепит семью. Что я должна сделать это ради них.
-А ты?
-Я не знаю. Я не хочу. Но он давит. И Роби... он ушёл. Он сказал, что не может быть рядом, если я соглашусь,-они шли молча. Бека взяла её за руку.
-Это безумие. Ты не вещь. Ты не обязана быть разменной монетой. Я с тобой. Что бы ты ни решила.
Рейна кивнула, но внутри всё было пусто. Они дошли до перекрёстка, обнялись, и разошлись - каждая в свою сторону. Дома Рейна сразу сбросила пальто, ботинки, прошла в ванную, умылась, переоделась в мягкие штаны и свитер. На кухне - всё так же, как утром. Она разогрела суп, села за стол, но еда казалась безвкусной. Она ела через силу, ложка за ложкой, просто чтобы не упасть. После ужина она прошла в гостиную, включила лампу, села на диван и завернулась в плед. Взяла книгу, но не смогла читать. Мысли крутились, как водоворот: отец, брак, Роби, Бека, университет, её жизнь, её выбор. Всё смешалось. Она легла, уткнулась в подушку, и слёзы снова потекли. Тихо, беззвучно. Она не боролась с ними - просто позволила себе быть слабой. Комната была тёплой, но внутри - холод. Она закрыла глаза, и сон пришёл медленно, как спасение. В нём не было слов, только тишина. И в этой тишине она уснула, надеясь, что завтра принесёт хоть немного света.
Сегодня она проснулась совсем не свет не заря, несмотря на то что были выходные. Через две недели аттестация в университете, нужно готовиться, но не было не настроения не сил. Она встала и сразу же пошла в ванную. Умывшись она пошла на кухню. Солнце только встало было пол шестого утра. Когда она попила чай и через силу съела банан ее телефон зазвонил. Уже было половина восьмого утра, звонил отец, она без всякого желания подняла трубку, зазвучал родной и добрый голос:
-Привет, доча. Как дела? Не спишь?
-Нет не сплю.
-А чего голос такой грустный.
-Не чего. Просто еще месяц назад, я встречалась с любимым, была свободна как ветер в степи, а сейчас меня будто запирают в клетку...
-Ну перестань. Мы же все обговорили. Я как раз звоню по тому делу. Твой будущий муж уехал в Испанию, так что ты просто поставишь роспись на бумаги и все. По договору брак заключается на два года. Ты обязана будешь переехать в его дом. Ты же все решила уже? Твой ответ положительный? Доча, котик мой любимый, с ним ты будешь просто в шоколаде...
-А если этот, котик в шоколаде, ответит нет?
-Девочка моя, ты знаешь мы тебя любим, но если сейчас дать заднюю, этот человек может уничтожить все до конца. И я, и мама просят тебя... Всего два года и ты снова будешь свободна. Ребенок, мой любимый. Роспись, через неделю, в центральном загсе, его роспись уже есть, нужна только твоя... Подумай еще.
Она резко сбросила трубку и откинула корку с банана на пол. Сразу же написала сообщение Роби: "Роби, я прошу тебя, если ты хоть не много любишь меня приедь, нам надо поговорить. Прошу тебя". Она откинула телефон и стала ждать. Через час в квартиру прозвучал звонок, она побежала открывать, на пороге стаял Роберт. Он обняла его. Он же был холоден. Провела в квартиру и усадила на диван.
-Что? Ты отказалась?-спросил он монотонным голосом.
-Нет, пока. Послушай, отец сказал, что если я отступлю, этот человек, разрушить его бизнес окончательно. Брак заключается всего на два года...
-Рейна, мне плевать! Либо, ты со мной, либо с ним!
Он встал и ушел с квартиры хлопнув дверью.
Рейна стояла у двери, не двигаясь, пока звук хлопка не растворился в тишине. Потом медленно опустилась на пол, прижалась к стене и разрыдалась. Слёзы текли без остановки, горячие, тяжёлые, как будто вырывались из самой глубины. Она не пыталась их сдержать - просто позволила себе быть разбитой. С дрожащими пальцами она набрала Беку: " Пожалуйста... Приходи. Я не могу одна". Через двадцать минут Бека была у неё. Без слов, без вопросов - просто вошла, села рядом и обняла. Рейна уткнулась ей в плечо, всхлипывая, а Бека гладила её по спине, шепча: "Я здесь. Всё будет хорошо. Ты не одна".
Потом Бека встала, пошла на кухню, заварила чай с мятой и мёдом, принесла в любимой кружке Рейны - с рисунком лисы. "Пей. Тебе нужно согреться". Рейна взяла кружку, и, глядя в неё, начала говорить. Медленно, сбивчиво, но всё: про отца, про договор, про Роби, про страх, про пустоту. Бека слушала, не перебивая, только крепче держала её за руку. И в этой тишине, среди запаха чая и тепла, Рейна впервые почувствовала, что её боль - не невидима.
Утро началось с серого света, пробивающегося сквозь плотные шторы. Рейна проснулась рано, но не по будильнику - просто больше не могла лежать. Внутри было ощущение пустоты, как будто её эмоции выгорели, оставив только пепел. Она встала, прошла в ванную, умылась холодной водой, чтобы хоть немного оживить лицо. Волосы собрала в пучок, надела спортивные леггинсы, чёрную футболку и серую толстовку - всё практичное, не требующее усилий. На кухне - привычная тишина. Она поставила чайник, но не стала ждать, просто налила воду из фильтра, съела половину яблока и кусочек хлеба. Аппетита не было, но тело требовало хоть чего-то. Вызвала такси и вышла, не оглядываясь.
В университете всё было как обычно - шум, движение, студенты с кофе и ноутбуками. Но для Рейны это стало фоном, как будто она смотрела на всё через стекло. На парах она сидела тихо, делала записи, но мысли были далеко. Преподаватели говорили о подготовке к аттестации, о сроках, о важности концентрации - и всё это звучало как далекий гул. После занятий она пошла в спортзал. Тайский бокс стал её спасением - там не нужно думать, только двигаться. Тренер, дядя Пит, кивнул ей, не задавая лишних вопросов. Она разминалась, била по лапам, чувствовала, как напряжение уходит через удары. Пот стекал по вискам, дыхание становилось рваным, но в этом была жизнь.
Придя домой она сразу же пошла в душ. Перекусила: рис с овощами, чашка зелёного чая. Она переоделась в мягкие штаны и свитер, села у окна, глядя на улицу. В голове крутились мысли: "Роби не написал. Не позвонил. Не пришёл". Она открыла чат - пусто. И тогда поняла: он ушёл. Не в гневе, не в порыве - окончательно. Слёзы не пришли. Только тишина. Она легла на диван, завернулась в плед и уснула под шум дождя, который начал стучать по стеклу.
Утро было ясным, но холодным. Рейна проснулась с головной болью, но без тревоги. Она встала, умылась, надела джинсы, белую рубашку и пальто. Волосы оставила распущенными, лицо - без макияжа. На кухне - овсянка с бананом, чашка кофе. Сегодня она решила быть собранной, хотя бы внешне.
В университете - лекции по праву и маркетингу. Она сидела ближе к окну, делала заметки, задавала вопросы. Преподаватель даже похвалил её за активность. Но внутри всё равно было пусто. Она смотрела на других студентов - кто-то смеялся, кто-то флиртовал, кто-то спорил - и чувствовала себя чужой. После пар она не пошла в спортзал. Вместо этого - прогулка по городу. Она шла по улицам Лос-Анджелеса, мимо кафе, магазинов, парков. В наушниках - инструментальная музыка, в руках - бумажный стакан с чаем. Она шла без цели, просто чтобы двигаться. Мысли были тяжёлые, но ясные. Она вспоминала слова отца, разговор с Бекой, уход Роби. И вдруг начала думать: "А кто он - мой будущий муж? Я даже не знаю, как он выглядит. Как его имя? Чем живёт. Что любит. Он - как тень, которую мне навязали. Надеюсь он хоть адекватный...". Она представила: высокий, сдержанный, с холодным взглядом. Или наоборот - мягкий, интеллигентный, с тихим голосом. Может, он тоже не хочет этого брака. Может, он просто инструмент, как и она. Или - он уже принял всё, и ждёт её, как часть сделки. Рейна остановилась у фонтана, села на скамейку. Вокруг - дети, собаки, пары. А она - одна. И в этом одиночестве вдруг пришло понимание: она больше не может быть просто частью чужого плана. Её жизнь - не контракт. Не формальность. Не два года в чужом доме. Она достала телефон, открыла заметки и написала: "Я не вещь. Я человек. И только я решаю, кем быть". Потом встала, пошла домой. Вечером - душ, лёгкий ужин, книга, которую она давно откладывала. И перед сном - тишина. Но уже не пугающая. А очищающая. Она легла, закрыла глаза, и моментально уснула.