3 часть
Я стояла и протирала столы в маленьком ресторанчике, где иногда подрабатывала.
Ресторан был старый, но ухоженный. На деревянных стенах висели фотографии, пожелтевшие от времени, с улыбающимися лицами постоянных гостей и старым городом на фоне. Полы поскрипывали под ногами, будто вспоминая каждое утро и каждый разговор, что здесь когда то звучал. Всего шесть столиков, накрытых клетчатыми красно-белыми скатертями, с едва заметными пятнами кофе, которые так и не удалось отстирать. На подоконниках горшки с розмарином и мятой. В помещении стоял запах ванильных булочек.
Хозяин, мистер Хейден, стоял у стойки. Высокий, седой, с вечной чашкой чая в руках. Когда то он дружил с моими родителями, еще до того, как все случилось. После их гибели он не отдалился, наоборот, стал ближе. Приносил еду, спрашивал, не нужно ли чего, давал возможность подрабатывать, когда другие просто отводили глаза, жалея молча. Он никогда не говорил о жалости. Только однажды, когда я уронила поднос и едва не разревелась, он тихо сказал.
«Ничего страшного, Рита, все складывается так, как должно быть. Просто живи.»
С тех пор я старалась просто жить.
Я выжала тряпку, провела по последнему столику у окна и невольно улыбнулась, там всегда сидела пожилая пара. Они приходили каждое утро, как по расписанию. Она заказывала яблочный пирог, он заказывал черный кофе без сахара. Они редко говорили, но между ними царила та тишина, которую хочется ощущать.
Иногда я ловила себя на мысли, что завидую им. Не из за любви, а из за того, что у них была привычка быть вместе. У меня же все всегда проходило: люди, дни, разговоры. Все текло, ничего не задерживалось.
Целыми днями я ходила будто в облаках. Все вокруг казалось ярче, легче, будто город вдруг перестал быть серым. А все потому что мне написал один парень. Не просто случайный собеседник, нет. Он писал спокойно, уверенно, без излишней вежливости, но с какой-то легкой теплотой, которая мгновенно располагала к себе.
С ним было удивительно легко, разговоры текли сами собой. Мы могли обсуждать все, книги, музыку, детские привычки, даже нелепые мелочи вроде того, кто какое кофе пьет. Он не давил, не перебивал, не пытался показаться лучше, чем есть. Просто писал.
С того дня я ходила сама не своя. Всегда счастливая, будто выиграла миллион. Иногда ловила себя на том, что улыбаюсь, даже когда мою посуду или иду по улице. Люди, конечно, замечали. И смотрели на меня как на душевно больную.
Даже мистер Хейден однажды заметил.
— Рита, ты сегодня светишься. – сказал он, подавая поднос.
Я только улыбнулась в ответ и ушла в зал, стараясь скрыть, что сердце действительно бьется чуть быстрее.
— Рита, пойдем на перекур. – раздался за спиной знакомый голос. – Уже десять минут трешь один и тот же столик. Совсем уже заработалась.
Я почувствовала на плече легкое прикосновение и обернулась. Конечно же, Ангелина. Узнала бы её голос где угодно, мягкий, чуть насмешливый, с хрипотцой.
Ангелина была второй официанткой в ресторане, где я работала. Мы быстро нашли общий язык, обе спокойные, без лишних эмоций, без лишнего притворства. Она могла слушать, не перебивая, а это редкость. С ней было просто и легко.
Я положила тряпку на стол, выдохнула и улыбнулась ей.
— Да, пойдем. А то и правда, скоро дырку в столе протру.
Она засмеялась, а я почувствовала, как внутреннее напряжение чуть спало. Все таки хорошо иметь кого то рядом, даже если это просто коллега, просто человек, с которым можно на минуту выдохнуть из этого замкнутого круга работы, одиночества и... переписки, которая вдруг стала смыслом моих дней.
Мы вышли на перекур и уселись на веранде, которая почти никогда не открывалась для посетителей. Старая древесина скрипела под ногами, краска на перилах облупилась, через щели дул прохладный ветерок, играя с волосами. Хозяин считал, что это место недостаточно красиво и ухоженно для посторонних, поэтому временно выделил нам его для перекуров.
Мы с Ангелиной взяли по маленькому стаканчику с кофе и удобно устроились на широких, слегка провисших кушетках. Аромат свежего кофе создавал уютную атмосферу, где можно было быть собой хотя бы на несколько минут.
— Рассказывай, чего ты такая веселая ходишь. – сказала девушка, наклонившись чуть ближе. – Последний раз ты была такой, когда...
Я притупила взгляд, прикусила губу, заранее зная, к чему она клонит. Слово «родители» повисло в воздухе, но мы обе промолчали.
— Извини, Рит, я всегда... – начала она, но остановилась, понимая, что могла задеть.
— Ничего, все нормально. – тихо ответила я. – Я уже давно приняла их смерть, просто до сих пор неприятные ощущения при упоминании их.
Ангелина кивнула, отпивая горячий напиток.
— Так что случилось у тебя?
Я резко заулыбалась, сразу вспомнив Райана. Достала телефон из кармана формы, открыла мессенджер и пролистала переписку, задержав взгляд на нескольких фотографиях, прежде чем найти ту самую.
— Смотри, это Райан. – сказала я, протягивая ей телефон. – Мы познакомились на давней вечеринке, а недавно он написал мне.
Ангелина осторожно взяла телефон, рассматривая фото. Её бровь изогнулась, а на губах появилась усмешка.
— Ничего себе ты красавчика урвала. – задумчиво покачала головой девушка. – И при этом он сам захотел познакомиться. Может это твоя судьба, а, Ритуль?
Я смущенно отвела взгляд в сторону, улыбаясь, и приняла обратно свой телефон, ощущая, как тепло от её слов медленно разливается внутри.
— Знаешь.. – на выдохе сказала я, слегка наклонившись к подруге. – С ним так странно и легко общаться. Мы можем писать о чем угодно, и разговор никогда не заканчивается тупиком. Он шутит, иногда смешно, иногда саркастично, но так, что видно, как он думает, прежде чем написать.
Я провела пальцем по экрану, перелистывая переписку.
— Еще мне нравится, что он замечает мелочи. Например, он помнит какой у меня любимый чай, спрашивает, как прошел мой день, даже если я отвечаю пару строк. И не как обычный «привет, как дела», а реально интересуется.
Я вздохнула, еще раз прокручивая переписку, стараясь уловить каждую деталь.
— И еще одно... он не торопится. Не давит, не требует, что бы я отвечала сразу. Даже когда я пропадаю на несколько часов, он спокойно ждет и это.. необычно. Редко встречаешь людей, которые умеют так уважать чужое пространство.
Я подняла глаза на Ангелину и заметила, как её брови слегка приподнялись, а на губах появилась улыбка. Её взгляд говорил сам за себя.
— Вот такой он. – тихо, с ноткой восхищения в голосе вырвалось от меня. – И мне кажется, что с ним все становится ярче, даже обычные дни.
Не знаю, сколько мы так болтали, но мы одновременно повернулись на звук открывающейся двери и увидели, как хозяин заходит на веранду.
— Так, девочки, чего сидим? Работы нету? – прозвучал его хриплый голос.
— Есть, начальник, – мгновенно отозвалась Ангелина, подмигнув мне. – просто у Ритули появился ухажер!
Я тоже улыбнулась, глядя на мистера Хейдена.
— Я очень рад, Риточка, что ты наконец то нашла свое счастье. – голос его был мягкий, но строгий одновременно. – Но ты и так редко появляешься на работе, поэтому я хотел бы видеть тебя именно на ней, а не на веранде со стаканчиком кофе. И подружке своей по секрету передай.
Он развернулся, подмигнул мне напоследок и вышел. Мы с Ангелиной переглянулись и рассмеялись, но все таки вернулись к работе. Кофе остался на столике, а за нами снова потянулась обычная рутина, звоны посуды, заказы, движения между столиками. Но внутри меня еще долго тлел тот легкий, теплый огонек счастья, который принесло одно короткое сообщение на телефоне.