Ловушка счастья

Представьте, что, пробираясь по дебрям Аляски, вы внезапно столкнулись с огромным медведем гризли. Что вы сделаете? Закричите? Начнете звать на помощь? Броситесь бежать? Чуть позже мы вернемся к этому вопросу, но сначала ответим на другой: а что такое эмоции?

Ученые долго не могли прийти к единому мнению на этот счет, но большинство специалистов сходятся в следующем:

1. Эмоции возникают в срединных структурах головного мозга (в среднем мозгу).

2. Каждая эмоция – это совокупность физиологических изменений в организме.

3. Физиологические изменения подготавливают нас к активным действиям.

Физиологические проявления могут выражаться в изменении пульса, кровяного давления, мышечного тонуса, уровня гормонов, кровообращения, а также активизации различных отделов нервной системы. Эти изменения дают о себе знать на уровне ощущений: «бабочки» в животе, ком в горле, влажные ладони, подступающие слезы. Также мы чувствуем потребность в определенном действии: расплакаться, рассмеяться или спрятаться.

Эмоции изменяют наше типичное поведение. Так, под воздействием сильных эмоций меняется голос, движения, жесты, выражение лица. Вероятность определенного поведения под воздействием той или иной эмоции называется «тенденцией к совершению действия». Однако обратите внимание, что ключевое слово здесь – «тенденция». То есть у нас возникает склонность к тому или иному действию, но мы не обязаны его совершать, выбор за нами. Это не значит, что мы вынуждены поступить именно так; просто данная реакция будет наиболее вероятной . Например, если вы нервничаете из-за того, что опаздываете, вы будете склонны к превышению скорости, но при желании можете и не делать этого. Если вы на кого-то сердиты, вы будете склонны повысить голос, но при желании можете сдержаться.

Давайте рассмотрим строение эмоции на примере тревоги. Переживание тревоги неодинаково для разных людей (это справедливо для любой эмоции), но, как правило, включает в себя следующие компоненты:

• Физиологические изменения: учащенное дыхание и сердцебиение, повышенное давление и потоотделение, дополнительный приток крови к ногам.

• Ощущения: начинает бурлить в животе, становится трудно дышать, учащается сердцебиение, появляется дрожь в руках и ногах, потеют ладони.

• Позыв: возникает позыв убежать или бросить то, чем вы заняты.

• Тенденция к совершению действия: ускорение темпа речи; суетливые движения; хождение взад-вперед. (Люди часто воспринимают эту тенденцию как позыв: хочется ерзать, вертеться и т. п.)

Эмоции тесно связаны с мыслями, образами и воспоминаниями. Например, когда вам страшно, появляются мысли о том, что может пойти не так; воспоминания о других ситуациях, в которых вам было страшно; пугающие картины (от автокатастрофы до сердечного приступа). Но один мыслительный процесс связан с эмоциями так прочно, что некоторые специалисты рассматривают его в качестве их ключевого компонента. Речь идет о процессе осмысления наших переживаний или, иными словами, придания им того или иного значения. Например, испытывая грусть, вы придаете ей значение потери; испытывая страх, начинаете думать об опасности.

Слово «эмоция» происходит от латинского «exmovere» – волновать, возбуждать. Многие английские слова, обозначающие различные эмоции, происходят от латинских названий разнообразных физических ощущений. Так, слова «anguish», «angst», «anger», «anxiety» [2] происходят от латинского глагола «angere», что означает «задыхаться» – отсылка к ощущению «кома в горле», которое часто сопровождает подобные эмоции. Для ясности отмечу, что слова «эмоции» и «чувства» употребляются мною для обозначения физических ощущений и импульсов, а не значений или смыслов, с ними связанных.

Контролируют ли эмоции наше поведение?

Ответить на этот вопрос легко: нет! Эмоции совершенно точно не контролируют наше поведение. Например, вы можете чувствовать гнев, но вести себя спокойно. Возможно, вы склонны к крику, гневной мимике, сжатию кулаков, к физической или вербальной агрессии, но вы необязательно реализуете это. Вы можете выбрать другую модель поведения: говорить медленно и спокойно, выглядеть безмятежным, принять открытую, расслабленную позу.

Уверен, что в жизни у вас бывали моменты, когда вы чувствовали страх, но в то же время оставались на месте, несмотря на желание убежать. Иными словами, вы были склонны к бегству, но предпочли не делать этого. Все мы не раз проходили через это: ожидая своей очереди сдавать экзамен, приглашая кого-нибудь на свидание, собираясь на собеседование, выступая перед публикой или занимаясь экстремальным спортом.

Вы уже знаете, что я волнуюсь при каждом публичном выступлении. Однако когда я признаюсь в этом своим слушателям (что я обычно делаю), они неизменно удивляются. «Но вы выглядели таким спокойным и уверенным!», – говорят они. Это потому, что несмотря на физиологические проявления этой эмоции (учащенное сердцебиение, урчание в животе, потеющие ладони), я не вел себя как человек, который волнуется. Волнение обычно вызывает у нас тенденцию к суетливым движениям, увеличению темпа речи и учащению дыхания. Я же поступал ровно наоборот. Я сознательно предпочел дышать размеренно, а двигаться и говорить – медленно. Фактически подобная картина типична для всех, кому приходится выступать на публике: даже имея многолетний опыт, они, как правило, все-таки испытывают волнение, но заметить его невозможно, так как их поведение совершенно спокойно.

Подумайте о любителях покера, которые сохраняют бесстрастное выражение лица, даже если их обуревают эмоции. Подумайте о профессиональных актерах, которые с помощью мимики, жестов и интонаций могут изобразить самую настоящую панику, оставаясь при этом абсолютно спокойными (я не говорю сейчас об актерах, работающих по системе Станиславского). Вспомните, сколько раз вы «делали счастливое лицо», несмотря на ужасное эмоциональное состояние. Во всех этих случаях действия противоречат эмоциям.

А теперь вернемся к эпизоду в начале главы: вы пробираетесь сквозь дебри Аляски и внезапно на вашем пути вырастает огромный медведь гризли. Естественно, вы почувствуете дикий страх и, без сомнения, вам захочется повернуться и убежать. Но если, отправляясь в путь, вы прочли инструкцию по выживанию, то знаете, что это – худшее, что вы можете сделать. Если вы повернетесь и броситесь наутек, у медведя сработает инстинкт преследования. Он бросится за вами и в считаные секунды нагонит вас. Теперь вы его пища. Как же следует поступить? Среди специалистов нет единого мнения, но большинство склоняется к тому, что лучший способ – это отступать медленно , без резких движений и громких звуков, и ни в коем случае не поворачиваться к медведю спиной.

Многие люди последовали этому совету и выжили. Все они чувствовали жуткий страх (избавиться от него – задача непосильная), но тем не менее смогли проконтролировать свое поведение . Вот мысль, которую я хочу до вас довести: чувства не подчиняются нам напрямую, однако мы можем контролировать свои действия. Это понимание очень пригодится вам в дальнейшем, так как при изменении жизненного направления гораздо полезнее сосредоточиться на том, что нам подвластно, нежели на том, что лежит за пределами нашего контроля.

Само собой, существуют рефлекторные реакции, над которыми мы не властны. Например, если я попытаюсь ткнуть вам пальцем в глаз, ваши веки мгновенно сомкнутся. Вы не можете это контролировать. Даже за миллион долларов вы не смогли бы оставить веки открытыми. Но подобные рефлексы являются исключениями. Большинство наших действий контролируемы, если, конечно, мы совершаем их осознанно.

Мысль о том, что наши действия контролируются эмоциями, – весьма убедительная иллюзия. Психолог Хэнк Робб сравнивает ее с иллюзией заката. Когда мы наблюдаем закат, солнце словно бы тонет за горизонтом. Но на самом-то деле солнце вообще не двигается. Двигается земля, вращаясь вокруг своей оси, так что фактически мы просто отдаляемся от солнца. И хотя все изучали это в школе, мы с легкостью забываем подобную премудрость, когда своими глазами видим закат. Солнце неподвижно? Движется поверхность, на которой мы стоим? Да в это практически невозможно поверить!

Под воздействием сильных эмоций мы можем совершать самые разные поступки, о которых потом сожалеем. Мы крушим вещи, кричим, оскорбляем людей, напиваемся или следуем другим деструктивным моделям поведения. И кажется , что во всем повинны эмоции. Но на самом деле это не так. Мы так поступаем лишь потому, что подобное негативное поведение вошло в привычку. Если же сознательно анализировать чувства и сознательно наблюдать за своим поведением, то мы сумеем сохранить контроль над своими действиями, какими бы сильными ни были эмоции. Даже гнев или ужас не в силах помешать нам сесть или встать, закрыть рот или выпить стакан воды, подойти к телефону, сходить в туалет или почесать руку. Да, мы не можем перестать чувствовать гнев или страх, но, без сомнения, способны контролировать свое поведение.

Проблема в том, что миф о контроле эмоций над действиями намертво врос в нашу культуру. Так, мы используем выражения: «движимый страхом», «охваченный гневом», «раздавленный виной». Мы оправдываем свое поведение, ссылаясь на эмоции: «Я так разозлился, что просто не мог сдержаться!», «Я был в такой депрессии, что вообще не мог ничего делать». Прибегаем мы и к таким объяснениям: «Мой страх оказался сильнее меня», или «Гнев взял надо мной верх». С самого детства мы слышим такие разговоры, поэтому и вырастаем в полной уверенности, что эмоции всецело контролируют нас. И пошатнуть эту иллюзию очень непросто.

Но ведь известны примеры, когда страх буквально парализует! Да, действительно, в очень редких случаях люди, оказавшись в опасной для жизни ситуации, какое-то время не могут сдвинуться с места, словно кролики, замирающие перед светом фар. Но все же 99,9 процента выражений вроде «парализованный страхом» употребляются не в буквальном смысле. Это просто метафоры, украшающие нашу речь. Дело не в том, что человек физически не способен предпринять действие: он сознательно воздерживается от него.

Эмоции сродни погоде

Эмоции сродни погоде: они есть всегда – и постоянно меняются. То накатывают, то отступают, то усиливаются, то ослабевают; приятные сменяются неприятными, ожидаемые – непредсказуемыми. Понятие «настроение» описывает общий эмоциональный фон в течение какого-то времени. «Чувство» относится к отдельному эмоциональному всплеску, который характеризуется четкими отличительными признаками. Если продолжить аналогию с погодой, «плохое настроение» – это облачный день, а чувство злости или тоски – налетевший шторм. Мы постоянно испытываем те или иные эмоции – точно так же, как на улице постоянно стоит какая-нибудь погода. Правда, иногда они недостаточно сильны или отчетливы, чтобы мы могли с легкостью их описать или хотя бы заметить. Если в такие моменты нас спрашивают, как мы себя чувствуем, мы обычно отвечаем: «Нормально» или: «Да ничего».

Одни люди очень чутки к своим эмоциям, тогда как другие в разной степени дистанцированы от них. Сходным образом, некоторым очень легко говорить о своих чувствах, а другим – чрезвычайно трудно, и обычно они ограничиваются простыми выражениями: «Мне хорошо», «Мне плохо» или «Я как-то странно себя чувствую». Хотя порой мы говорим про человека, что он «бесчувственный», на самом деле таких людей нет. Чувства и эмоции есть у каждого, независимо от того, легко ли мы их распознаем и умеем ли выражать словами.

Три фазы образования эмоции

Рассмотрим три фразы образования любой эмоции.

Фаза 1. Значимое событие!

Эмоция вызывается каким-либо значительным событием. Оно может произойти как во внутреннем мире (тяжелое воспоминание, неприятное ощущение, беспокоящая мысль), так и во внешнем (все, что может быть воспринято одним из пяти чувств). Ваш мозг фиксирует это событие и предупреждает о его значимости.

Фаза 2. Подготовка к действию!

Мозг начинает оценивать событие: «Хорошо это или плохо? Принесет пользу или вред?» В то же время мозг начинает готовить тело к одному из двух действий: либо приблизиться, либо убежать. В этой фазе невозможно выявить какое-либо отчетливое чувство в привычном смысле слова. Если мозг решает, что событие опасно, то запускается реакция «бей или беги» (подробнее см. на следующей странице), и наш организм готовится либо к нападению, либо к бегству. Если же мозг определяет событие как потенциально полезное, организм готовится приблизиться и исследовать его. И пока наше тело готовится к действиям, мы испытываем целую гамму ощущений и импульсов.

Фаза 3. Вмешательство разума

В третьей фазе наш разум начинает увязывать происходящие в теле изменения с определенными смыслами, образами и словами. Например, разум может определить наши ощущения и позывы словом «фрустрация», или «радость», или «мерзкое чувство». И то, как назовет эти ощущения разум, оказывает значительное влияние на наше к ним отношение. Например, представьте, что два человека катаются на американских горках. Одному страшно, а второй в восторге. У обоих – одинаковые физиологические изменения (повышается уровень адреналина и кровяное давление), сходные физические ощущения (ералаш в животе, бешеное сердцебиение) и один и тот же позыв (закричать), но субъективное восприятие происходящего очень разнится, так как определяется голосом разума. Одному из них разум говорит: «До чего же здорово!», а второму – «Это же опасно!» А теперь угадайте, кому из них страшно, а кому весело? Точно так же и с актерами: то, что для одного – «боязнь сцены», для другого – «прилив адреналина». Оба испытывают одни и те же ощущения (учащенное сердцебиение, дрожь в коленях), но их разумы интерпретируют их совершенно по-разному.

Реакция «бей или беги»

Реакция «бей или беги» – это первобытный рефлекс выживания, образующийся в среднем мозгу. Он развился неслучайно: при возникновении угрозы есть два способа выжить: убежать или остаться на месте и защищаться. Повышаются пульс и уровень адреналина, происходит прилив крови к крупным мышцам верхних и нижних конечностей, дыхание становится учащенным (чтобы в организм поступало больше кислорода). Все это готовит организм к бегству или к обороне.

Поэтому любая угроза немедленно запускает в нас реакцию «бей или беги». Первобытным людям эта реакция спасала жизнь. Если на вас нападает огромный, заросший шерстью мамонт, а убежать уже не получится, то последняя надежда – убить его или хотя бы отогнать. Однако современный человек не так уж часто оказывается в действительно опасных ситуациях, но реакция «бей или беги» возникает и тогда, когда в ней нет особой нужды.

Повторюсь: во всем виновата эволюция. Для разума, привыкшего помогать нам «не дать себя убить», потенциально опасной является чуть ли не любая ситуация: капризный супруг, властный начальник, штрафной талон за нарушение правил парковки, новая работа, пробки на дорогах, большая очередь в банк, крупная сумма кредита, не ахти какое отражение в зеркале... список продолжите сами. Угроза может исходить даже от самого разума – в форме тревожных мыслей или образов. Разумеется, ничего из вышеперечисленного не представляет реальной угрозы для жизни, но мозг и тело реагируют так, словно она есть.

Если разум оценивает событие как потенциально опасное, то запускается реакция «бей или беги», которая выливается в страх, гнев, шок, отвращение, вину и другие неприятные ощущения. Если разум оценивает событие как хорошее или благоприятное, у нас быстро появляются приятные ощущения: любопытство, спокойствие или счастье. Ощущения первой группы мы склонны описывать как отрицательные, а второй – как положительные. На самом же деле ни те, ни другие не являются ни хорошими, ни плохими – все это просто чувства.

«Хорошо, – скажете вы, – допустим, это просто чувства, но я все-таки предпочитаю испытывать приятные ощущения, а не наоборот». Ну, разумеется, как и любой другой человек – такова уж наша природа. К сожалению, это предпочтение порой становится таким значимым, что создает серьезные проблемы и ведет к образованию механизма, который я называю «переключателем борьбы». Хотите узнать об этом больше? Тогда читайте дальше.