Любовь сквозь трещины |18+

Очередная совместная пара с Джеймсом. Кажется я уже начинаю привыкать к его персоне, которая преследует меня по пятам.
Профессор Линкольн Брейди вышел к кафедре, поправил очки и медленно оглядел аудиторию.
В помещении сразу стало тихо - его уважали за умение превращать лекции в представления.

- В этой аудитории сидят художники, скульпторы, и, разумеется, архитекторы, - начал он глубоким, уверенным голосом. - И каждый из вас уверен, что именно его направление - вершина искусства.

Он сделал паузу, позволив его словам повиснуть в воздухе.

- Архитектура, - продолжил профессор, - это искусство пространства. Она создаёт мир, в котором мы существуем. Это монументальная поэзия камня, стали и стекла. Архитектор - почти бог. Он выстраивает реальность.

Несколько студентов-архитекторов самодовольно усмехнулись.

- Скульптура, - Брейди поднял ладонь, будто ощущая форму в воздухе, - это способность оживлять безжизненное. Вы видите то, чего нет, и заставляете других верить в это. Скульптор дарит матери форму души.

Он кивнул тем, кто держал глину на своих пальцах даже сейчас.

- И живопись... - Голос его стал мягче. - Это чистые эмоции на холсте. Слияние цвета, света, боли, чувств и времени. Через неё художник не показывает мир - он предлагает свою версию реальности. И иногда эта версия куда честнее правды.

Профессор замолчал на секунду, чуть прищурившись.

- Но. - Он поднял указательный палец. - Истории человечества рассказывает не кто-то один. Она рождается там, где эти направления сталкиваются, спорят, дополняют друг друга.

Он прошёлся между рядами.

- Поэтому сегодня - у вас вызов.
Вы объединяете свои таланты в пары. Архитектор - художник. Скульптор - архитектор. Художник - скульптор. Противоположности. Контрасты. Конфликты.

Он остановился у окна и повернулся обратно.

- Через неделю вы покажете мне не просто работу...
Он наклонился вперёд, в голосе появился вызов.
- Вы покажете мне союз языков искусства. Единую историю, рассказанную сразу тремя способами.

Студенты шепчутся. Кто-то уже нервно листает блокнот.

- Если вы думаете, что можете справиться в одиночку - вы ошибаетесь. Настоящий художник умеет слушать другого. И, возможно, именно в паре вы найдёте то, что ищете всю жизнь.

Он отходит к кафедре.

- У вас одна неделя. Покажите, чего вы стоите. Удивите меня... или провалитесь.

И на этих словах он хлопнул ладонью по столу -звонко, как точка.

- Я уже хотела встать и пойти к Тессе, но меня перехватил Джеймс.., - далеко собралась? Нам надо работать в паре, Я архитектор ты художник, мы идеально дополняем друг друга - он игриво ухмыльнулся.
- Я хотела работать в паре с Тесс. Так что извини. Я повернула голову к Тесс, она весело разговаривала с симпатичным темнокожим парнем со скульптурными руками. Судя по выражению её лица, менять партнёра она точно не собиралась.
Предательница.
Мне остаётся только согласиться на работу в паре с Джейсом , как раз узнаю, что тогда случилось, пусть передо мной объяснится!

- Кажется Тесса уже нашла себе партнёра - давай же соглашайся, Я не подведу детка, - прозвучал его игривый голос рядом с моим ухом.
- Не называй меня так , эта привелигия тебе больше не доступна. Сегодня встретимся у меня в шесть .
Я отобрала у него телефон, чтобы вписать свой номер. Он стоял, сложив руки на груди, будто торжествуя. Невыносимый.
- Как скажешь детка, - он издевается?
Вернув телефон, я резко развернулась.
- До вечера, малыш, - бросил он вслед, тихо, чтобы слышала только я.

Я едва удержалась, чтобы не послать его к чёрту.

***

Вечер проекта.

Я металась по квартире, пытаясь привести мысли в порядок. Сердце било быстрее, чем хотелось бы признавать. Почему я нервничаю? Это всего лишь он. Просто парень, которого я... нет. Не думай.

Я собрала волосы в высокую небрежную дульку, переоделась в свободную белую майку и короткие шорты -я должна выглядеть так, как мне комфортно. Никаких платьев, никаких намёков.

В дверь раздался настойчивый стук.

Я глубоко вдохнула, открыла.

Джеймс стоял, прислонившись к дверному косяку, с папкой в руках. На нём была тёмная облегающая футболка выглядывающее тату из-под рукава (там было что-то на испанском), чуть растрёпанные волосы - как будто сделал вид, что не старался.
Чертовски раздражающе.

- Привет, Эл, - чуть хрипло. - Мило тут у тебя.

Его взгляд медленно спустился вниз.
К шортам.
К ногам.
Обратно - к губам.

Он усмехнулся.

- Удобная форма для творчества. И... других активностей.

Я закатила глаза.

- Заходи, архитектор.

Он прошёл внутрь, оглядывая квартиру.
Мои холсты у стены, кисти, банки с растворителем - всё выдавало меня.

- Ты всё ещё рисуешь ночами? - тихо спросил он.

Я напряглась. Он помнит.

- Иногда, - отрезала я. - Садись.

Мы устроились за низким столиком.
Бумаги, чертежи, карандаши.
А между нами - пауза, слишком долгая..

- Итак, - начал он и поднял глаза, - по поводу проекта. Я думал...

- Ты всегда думаешь, - съязвила я.

- А ты всегда взрываешься, - парировал он мягко, без злобы.

Чёрт. Он стал острее.
Холоднее.
И спокойнее.

Он развернул лист.

- Вот. Концепт: пространство, где стенами станет эмоция. Где человек движется по этапам... будто через отношения.
Первая комната - тепло. Вторая - огонь. Третья - трещины. Четвёртая - пустота.

Я смотрела на линии, эскизы его чёртежей.
Это... прекрасно.
Гениально.

- Ты прогрессировал, - прошептала я непроизвольно.

Он задержал на мне взгляд.

- Это звучит... будто ты восхищена мной.

Чёрт.

- Я просто признаю факт, - холодно.

Он всё ещё смотрел. Слишком внимательно.

- Знаешь, Эл... - он замолчал, сжав карандаш пальцами. - Время... меняет людей. Делает их взрослее.

Сердце болезненно толкнулось.

- Ты не имеешь права говорить мне об этом, - тихо.

- Может, и не имею. - Его голос стал твёрже. - Но я скажу, когда надо.

Секунда взгляда в глаза - и я поняла: он не ушёл просто так три года назад.
В его глазах скользнула тень.

Тяжёлая.
Тёмная.
Секрет.

- Почему ты ушел тогда? - выдавила я.

Он резко отвёл взгляд, прикрыл ресницы.
Карандаш хрустнул в пальцах.

- Не сейчас.

Ответ, от которого становится холодно в груди.

- Джеймс...

- Элли не сейчас!, - тихо, но жёстко.

И снова эти янтарные глаза - теперь глубокие, усталые.

Что он скрывает?

Тишина повисла между нами.

Он откинулся назад, встал и подошёл к моему холсту у стены.

- Это твой новый стиль? - спросил он тихо.
Голос стал другим.
Мягким.

- Да. Меня вдохновил процесс исцеления.

- Исцеление, - повторил он медленно, будто пробуя слово. - Интересно.

Он медленно повёл пальцем в воздухе, не касаясь холста, как будто чувствовал энергию.

- Ты стала глубже, Эл.

Я вскинула подбородок.

- А ты стал наглее.

Он усмехнулся, повернулся ко мне, прислонился к стене и медленно скрестил руки на груди.

- Наглость - результат опыта.

Капля тишины.
Мы оба знаем: эта встреча открыла дверь, которую никто не хотел открывать.

- Ладно, - он оттолкнулся ногой, возвращаясь. - В четверг покажем профессору первый эскиз. Я принесу макет. Ты - пробные цвета.

- Хорошо.

Он наклонился ко мне.
Близко.
Слишком.

- И, Элли... - его голос стал бархатным. - Не надевай такие шорты, если не готова ловить взгляды.

Я замерла.

- Это не твоя забота.

- К сожалению... - он прошептал, - до сих пор - да.

Живот сжало.

Он развернулся к двери.

- Увидимся, художница.

Дверь закрылась.

Я осталась стоять посреди комнаты, с комом в горле и бешеным сердцем.

Вот так... начинается опасная игра.