Глава пятая.
Я не понимала, что мне следовало делать: бежать? Прятаться? Или спуститься вниз и поприветствовать того, кто на время заменит убежавшего Виктора? Говорю сто процентную информацию, что Адамс убежал из-за меня. Ну а какой нормальный мужчина будет терпеть такую как я? Особенно, когда такая как я не желала подчиняться никому, в том числе такому как он. Пусть и дальше пытается переделать меня, у него всё равно ничего не получиться.
Люси неловко помялась на месте, поправила свою тёплую накидку и вышла из комнаты. Видимо сегодня девушка приболела, потому что у неё был не здоровый вид. Я вовремя схватила её за руку, дотронулась до горячего лба тыльной стороной ладони и округлив глаза произнесла:
— У тебя жар, давно? — В ответ девушка покачала своей головой. — Я даю тебе отгул, поболей, отдохни. Я напишу мистеру Адамсу, чтобы он приказал своим лакеям привезти лекарства.
— Спасибо, мисс Френсис.
— Виктория. Называй меня Виктория. — На лице у Люси появилась улыбка. Я достала из своей сумочки маленькую аптечку и протянула девушке таблетки. Предусмотрительность нужна всегда, именно поэтому я всегда носила с собой небольшие мятные леденцы, чтобы хотя бы боль в горле не причиняла дискомфорт.
Когда я услышала, что в здание заходит не один, а сразу несколько мужчин, то поправила свой внешний вид и быстро отправила Люси в комнату. Нечего в таком состоянии себя так нагружать. А следом вышла из комнаты я.
Медленно спускаясь по лестнице, мой взгляд цепляется сначала за высоких мужчин в костюмах, а потом и видимо самого мистера Уолтера, который, как только услышал мои шаги — повернулся и стал внимательно на меня смотреть. Вернее, я бы так не сказала. Он на меня глазел. Причём не очень было мне приятно выдерживать такой взгляд.
Его волосы были уложены назад, он был одет в чёрную рубашку, брюки и такого же цвета, и пальто, которое было расстегнуто, а на запястье левой руки у него красовались дорогие часы, золотые запонки, идеально вычищенные туфли и хищный оскал. И сколько ему лет? Тридцать, сорок?
— Добрый вечер, мистер Уолтер. — Сдержанно произношу я понизив свой голос на несколько октав, а потом, протягиваю свою ладонь для рукопожатия.
— Та самая Виктория... Многое о тебе слышал. Не скучно ли вам, такой благородной девушке в таком низком социальном обществе? — Мужчина любезно принимает моё рукопожатие и пронзает своим холодным ледяным взглядом, словно выискивая что-то в моём спокойном и достаточно рассудительном взгляде.
— Мистер Уолтер... — Я мимолётно запнулась, потому что увидела в сопровождающих мужчины знакомое лицо. Разве это должно как-то меня сейчас волновать? Но к сожалению, это меня действительно волновало, и не просто потому что внутри что-то защемило от нескончаемой радости, а потому что мне мигом стало тошно. — Вы можете в любое время обратиться ко мне, ведь, я же здесь главная. Пока что. — Сделав акцент на последнем я дарю мужчине натянутую улыбку.
— Мисс Френсис, я запомню ваши слова. — Мужчина продолжал смотреть на меня ядовитым взглядом и когда я вырвала наконец-то свою руку из его, и снова натянуто улыбнулась, отошла в сторону со словами, — Девушки вы можете пройти в комнаты. Тут у нас грипп, поэтому не желательно вам сейчас с ними видеться, мистер Уолтер. — Развернувшись на каблуках я разгоняю по разным сторонам девушек, которые без лишних разговоров и с открытым испугом рванули по разным углам. Видимо, потому что в этот раз они действительно готовы были меня послушать. Моя рука дотрагивается до ручки двери, ведущей в комнату, а потом, кто-то с силой хватает меня за запястье, и следом захлопывает дверь и заставляет развернуться лицом к себе. Тот, кого я ненавидела всем своим нутром, тот кого я проклинала всю эту ночь — стоял напротив меня, и снова смотрел мне в глаза.
— Что ты забыл тут? Решил воспользоваться услугами?
— Виктория что ты несёшь?
— Уил, я тебя видеть не могу. Не хочу. Ты принёс в мою жизнь столько боли, столько разрушения. А теперь ты радуешься тому, что теперь стал одним из мальчиков Уолтера. Его популярность летит впереди него самого.
— Но ты же всё-таки здесь, стоишь рядом со мной.
— Если бы я могла провалиться сквозь землю — провалилась бы без лишних разговоров. Я не хочу тебя видеть.
— Ты даже не готова выслушать мои извинения?
— Извинения?! Какие к чёрту тут могут быть извинения? Ты — лжец, эгоист и предатель, который ввязался в какой-то там дурацкий спор. И куда он меня привёл? Сюда! А тебя бедненького и несчастненького к Уолтеру. УБИРАЙСЯ. — Я указываю пальцем на дверь, через которую он вошёл в мою комнату, но мои слова видимо на него не действовали. Уил всё ещё стоял на месте и пытался что-то сказать мне,
— Виктория, я каждый день и каждую минуту думаю о тебе. Не могу себе простить то, что ты теперь здесь. Но я готов исправить ситуацию, готов забрать тебя обратно... — Я толкаю Уила от себя, когда он подходит ко мне слишком близко. Его прикосновение, дыхание и голос вызывают у меня внутри горькие терзания. Мне становиться так плохо, что я не могу ровно стоять на ногах. Это чувство можно сравнить с тем, когда ты идёшь по ночной улице, на мало освещённой местности горят какие-то фонари, которые совсем не освещают дорогу. И вот, ты слышишь, как кто-то идёт сзади. Что вы будете делать в таком случае? У вас есть два варианта исхода событий. Первый — это то, что человек, который идёт позади тебя совсем безобидный, он просто идёт по своим делам и вас трогать не собирается. А есть второй — это тот вариант, в котором человек идущий позади вас, как раз собирается что-то с вами сделать. Ваши варианты; первый — убежать, и в обоих случаях сохранить свою жизнь, или второй — довериться тому, что человек вовсе безобидный, и с головой проблемы у вас, но при этом вы можете поплатиться за ошибку и погибнуть. Вот так сейчас со мной.
— Ты проспорил, специально сделал так чтобы я страдала! А теперь вот так просто говоришь со мной? — Я бью парня по груди, и снова толкаю в сторону выхода. Ухватив его за ворот рубашки и притянув к себе для того, чтобы в последний раз взглянуть в его глаза продолжаю, — Так ты называешь это любовью?
— Виктория, я не скрывал того, что мои чувства к тебе намного сильнее чем просто любовь.
— Врёшь! Ты любишь только себя, в моей жизни тебя не было от слова совсем! Ты появился только после смерти Грейс! После той аварии, ты тут же прибежал просить моей руки! Моей руки! Мне было шестнадцать, твою мать! — Я уже не сдерживаюсь, и кричу сильнее. — А когда я тебе гордо отказала, ты убил моего парня, Уил! Убил того, с кем я любила проводить дни и ночи, с кем хотела разделить свою жизнь! И угрожал Зои, моей подруге! Ты угрожал всем, кто был рядом... Но, почему? Скажи мне... это по-твоему любовь?
— Да! Да! Да! Это любовь, Виктория, и хочешь ты этого или нет — ты должна сказать мне спасибо что, я не придушил тебя так же, как и твою мать! — Он сорвался со своей цепи. Это был последний раз, когда я так унижалась и просто опускала руки. Я видела в его глазах ту уродливую насмешку надо мной и озорной блеск в его глазах который напомнил мне тот день, когда Уил со всей силы на моих глазах вонзил нож в живот Питеру. Сжимаю кулак и снова хватаю его за ворот рубашки. Ещё бы одна секунда и он бы лежал тут солдатиком, но так как я не ела, была ослабленной и с плохим самочувствием, стоять ровно на ногах тоже не могла.
— Чего ты хочешь? Я знаю какую ты цену возьмёшь, давай просто ты мне ответишь на один вопрос. — Я отступаю назад и облокотившись на стену слабо вожу взглядом по парню. — Зачем тебе я?
— Я пришёл сюда лишь по работе, чтобы проверить все ли девушки на месте, но, когда я увидел тебя, я подумал — «как же жалко, что ты просто... администратор.» Если конечно это можно назвать так...
— К делу переходи.
— Сколько будет стоить, ночь с тобой? Назови свою цену, Виктория.
— Ты подлый, уродливый, лживый мерзавец, Уил! Как ты можешь так про меня говорить!
— Я знаю твоё тело и твой характер, я знаю всю тебя так хорошо, что ты будешь прибывать в полной агонии ещё несколько часов.
— Ты просто хотел... чего?
— Чтобы ты служила только мне...