Украденный цветок.

— Зейн? — От шока ахаю, увидев мужчину на пороге своей комнаты. Хлопаю ресницами, не понимая, сплю ли я.

— Привет. — Улыбается мягко.

Вновь рассматривать начинает. Взглядом карих глаз скользит по голым ногам, затем поднимается до белой майки. Карие глаза темнеют ещё сильнее, стоит им остановиться на выпуклости моей груди.

Я без лифчика, уже спать собиралась, как услышала стук в дверь. Не могла и подумать, что, после недельного отъезда, на моём пороге Зейн окажется. Но он правда здесь. Немного уставший, судя по тёмным кругам под глазами. Чёрные волосы не собраны в короткий хвост, короткие пряди спадают на лоб и виски. И Зейн выглядит по обычному - в чёрных брюках и белой футболке.

И как же скучала я за эту неделю! Немеренное количество раз перечитывала наши переписки, чуть ли не с визгом радовалась каждому доставленному букету, дрожащими руками записки читала. Боже! Столько эмоций испытывала, словами не описать.

А сейчас Зейн здесь. Говорил, что вернётся через пару недель, а что по факту? И как же рада я, что слова свои он не сдержал. Приехал.

Не сдерживая порыва, бросаюсь на шею мужчине. Вдыхаю уже привычный запах, наслаждаясь. Его руки меня ближе прижимают, губы оставляют нежный поцелуй на макушке.

Зажмуриваю глаза, ногами обхватывая бедра мужчины. Жмусь, показывая, что не хватало его тепла.
Зейн тихо смеётся, проходя в комнату. За его спиной хлопает дверь, а я глаза на него поднимаю.

— Привет. — Наконец выдыхаю. Сердце в пляс пускается от одного взгляда Зейна. Нежный, вперемешку с чем-то горячим, успокаивающим мою душу. — Ты наконец вернулся.

— Вернулся. — Зейн придерживает меня за бедра, ладони поглаживают голые участки кожи. Так, что у меня дыхание замирает от этой близости. — Соскучился, Арлин.

— И я. — Активно головой киваю, не сдерживая счастливой улыбки.

— Почему ты одна? — Зейн мою комнату осматривает.

— Соседка у своего парня ночует. — Опускаюсь на ноги, немного смущаясь.

Зейн впервые видит мою комнату в общежитии. Не думаю, что он ожидал здесь хоромы, но и сомневаюсь, что ожидал увидеть все по-скромному. И это странно - видеть Зейна, стоящего посреди моей комнаты. И даже дух захватывает.

— Как тебя вообще впустили? — Усмехаюсь, а Зейн глаза на моё лицо опускает. Руки на талии лежат, поглаживая.

— Главное - желание, Арлин. — Он подмигивает.

Вновь улыбаюсь. Ничего не могу с собой поделать. Кровь в венах бурлит от присутствия Зейна, от его поступков. Соскучился - приехал. И никаких отговорок. Боже, такой мужчина, и ухаживает за мной. Где я успела монетку на удачу кинуть?

— Может, ты голодный?

— Голодный. — Кивает, а я дёргаюсь, хочу приготовить что-то, но Зейн резко останавливает меня, своими губами мои ловит. К телу своему прижимает, и я понимаю, в каком смысле он «голодный».

От этого осознания у меня сердце в пятки уходит.

Зейн не напирает. Целует глубоко, но нежно. Большие ладони блуждают по телу, иногда задирая майку. У меня кожа мурашками кроется от таких прикосновений. Низ живота тугим узлом скручивать начинает, ноги дрожат.

— Соскучился. — Низко шепчет в губы, а я его за шею обнимаю. Сама жмусь. — Так соскучился по тебе, Арлин. По запаху, по голосу, по тебе. Невозможно.

Я даже ответить не могу. Дыхание такое тяжёлое, кровь приливает во все чувствительные точки.

Зейн опускается на мою кровать, спиной о стену опираясь. Не думая, взбираюсь сверху, центром чувствуя мужское возбуждение. Сдерживая стоны, сама целую Зейна. Его руки вновь на моем теле - гладят, ласкают. Так нежно, так приятно.

— Красивая. — Шепчет Зейн. Сглатывает, когда я выпрямляюсь на нём. Смотрим в глаза друг другу. У меня щеки пылают, мне жарко. — Нежная, отзывчивая Арлин.

Наблюдаю за тем, как его рука одну бретельку майки опускает, оголяя правую грудь. Соски уже болезненно твёрдые, требуют ласки. Что Зейн и дарит. Не сводя с меня взгляд, наклоняется и ловит сосок губами. С моих же губ срывается немой стон, глаза закатываются. Пальцами впиваюсь в густые волосы мужчины. Так хорошо.

Зейн посасывает, облизывает мою грудь мучительно - приятными движениями. Второй рукой опускает другую бретельку, оголяя грудь полностью. Ладонью накрывает, сжимая. Пальцами играет с соском, а я спокойно на месте не могу усидеть. Тихо постанываю от удовольствия, ерзая на мужчине. А он жёстче свои ласки продолжает. Дико возбужден, как и я.

Трусики от влаги липнут к центру, пульсация невыносимая.

— Боже. Боже. — Не выдерживаю.

Наши губы вновь в влажном поцелуе соединяются.

Сердце бьётся так быстро, что кажется, словно резко остановится от переизбытка чувств. Тело до жути чувствительное.

Не в силах больше терпеть, сама тянусь к пряжке ремня. Дрожащими руками растегиваю, пока Зейн свои ласки продолжает. Невозможно приятно. Так, что я хныкать начинаю.

Движения резкие, несдержанные. С одной стороны, можно подумать, что это из-за длительного отсутствия интимной близости с мужчиной. Но, с другой стороны, я понимаю, что это от дикого желания к Зейну. Так сильно хочется. Касаться, чувствовать, вдыхать.

— Как же это удивительно. — Сквозь поцелуи шепчет Зейн, сжимая меня в своих тисках. — Держать тебя, Арлин, всю тебя. Хочу невыносимо.

А я ответить не могу. От желания заливаюсь, извиваюсь. Сама целую, помогаю раздеться. Не сдерживаю томных стонов, не скрываю страстную натуру.

— И я хочу. — Шепчу в губы Зейну. — Хочу тебя. Очень.

Сама между ног опускаюсь. Выдыхаю, облизываюсь. Не думая, беру налитую головку в рот. Поднимаю взгляд, встречаясь с чёрными глазами Зейна. Он смотрит прямо на меня, пальцами в мои волосы зарываясь. И в тёмных глазах желание горит, похоть. И гребная нежность, которая здесь совершенно не к месту.

А я глубже член беру. Облизываю, посасываю, сама же от похоти сгораю. Не перестаю в глаза мужчины смотреть, помогаю себе рукой.

Зейн прямо в глаза смотрит. Дышит часто, нижнюю губу облизывает. Слегка за волосы дёргает, направляя. А я подчинаюсь, и сама же от этого завожусь.

У меня слюна по подбородку течёт, и между ног невыносимо влажно. А я продолжаю Зейну удовольствие доставлять. Вижу, что сдерживает свои порывы. Так и хочется крикнуть, чтобы волю чувствам дал.

Зейн поднимает меня и сразу же подминает под себя. Вновь целует: губы, лицо, шею, щетиной царапая. Мы оба уже потные, дрожим.

— Какая же ты. — Шепчет Зейн, а у меня голова кругом идёт от происходящего. Слова вымолвить не могу. — Всю хочу, Арлин. Всю тебя.

Сквозь дурман слышу шелест пререзерватива. Сама тянусь к Зейну, к себе привлекая. Даю понять, что нужен здесь и сейчас. Мы вновь целуемся. Жадно, отчаянно. Дышим часто-часто, а кислорода все равно не хватает.

От первого толчка у меня глаза закатываются. Удовольствие каждую клеточку пронизывает, выворачивает. Стонов не сдерживаю. Уносит совсем.

— Тише - тише. — Зейн целует губы, нос, двигаясь во мне.

К себе прижимает, своим жаром одаривая. А я не могу стоны удовольствия сдержать! Так хорошо. До звёздочек в глазах, до гребаных слез.

Сама к Зейну льну, чувствуя, что взорвусь вот-вот. Целую шею, пальцами в лопатки цепляясь. Целую и целую, словно до конца насладиться не могу. Целую щетинистый подбородок, ключицы, плечи. Кусаю, капельки пота слизывая.

Зейн низко стонет, двигаясь во мне нещадно быстро. Все забывается. Остаётся только дикий кайф, запах секса и влажные звуки наших тел.

— Пожалуйста. — Шепчу, хныкая. — Зейн, пожалуйста. Я не..

И Зейн слышит меня. В кровать своим весом вдавливает. Целует, губы прикусывая. Толкается быстрее, и все мои нервные окончания взрываются разом. Накрывает безумной волной удовольствия. Тёплой, яркой, слишком приятной. Сладко. Как же сладко.

— Тише, Арлин. — Зейн целует моё лицо. Нежно, трепетно. В глаза заглядывает, а у меня помутнение. — Ты чего плачешь?

— Просто.. — Быстро моргаю. — Мне так хорошо сейчас. Никогда такого не испытывала.

Испустив смешок, Зейн ещё несколько раз целует моё лицо, подольше останавливаясь на губах. А я себя сахарной ватой чувствую. Мягкой, тёплой.

— Всё хорошо. — Шепчет Зейн, волосы мои приглаживая. — Ты умница.

Наблюдаю за тем, как Зейн встаёт во весь рост. Проводит рукой по волосам, осматривает меня тёмными глазами. Удовлетворённо кивает, мягко улыбаясь. А у меня сил нет прикрыться. Да и для чего?

— Не побрезгуешь нашим душем? Или..? — Прикусываю нижнюю губу.

Зейн прищуривается, снимая пререзерватив. Жар мои щеки наполняет, грудь.

— Не побрезгую. — Усмехается. — А ты не усни.

— Не обещаю. — Слегка улыбаюсь.

— Ты не должна спать сейчас. — Зейн наклоняется. Целует нежно, медлительно. Я мурлыкать готова от такой ласки. — У меня другие планы на тебя, Арлин.

Морщу нос, улыбаясь, когда Зейн вновь выпрямляется. Надевает трусы, затем брюки. А я на его тело смотрю, вновь желая почувствовать его тяжесть на себе.

Когда Зейн оставляет меня одну, я лишь на секунду прикрываю глаза. Не усну. А даже если и усну, Зейн разбудит.

* * *
Распахиваю глаза, сжимая в руках одеяло. Щурюсь от яркого света, что по глазам бьёт. Быстро осматриваюсь, но сразу же понимаю, что в комнате я одна.

За окном солнце высоко светит, на часах одиннадцать дня.

Господи. Зейн не разбудил. Неужели ушёл? Почему не остался? Такой дурак. Должен был разбудить.

Поднимаюсь на ноги, игнорируя свою наготу. Тело приятно ломит, но на душе тоска. Зачем же уснула я? Могла бы встать, приготовить что-то для Зейна, и не уснула бы тогда. А Зейн? Почему же не разбудил и просто уехал?

Подавив вздох отчаяния, тянусь к мобильному. Глаза слегка округляются, стоит увидеть на тумбочке темно - зелёную бархатную коробочку и записку под ней.