Украденный цветок.

Чуть больше года спустя.

- Животик уже так заметен! – Я не могу сдержать радостной улыбки. – Можно потрогать?

- Конечно-конечно! – Нелли несколько раз кивает, и её миловидное лицо озаряется белоснежной улыбкой. – Я уже чувствую, как она толкается. Боже мой, это неописуемое ощущение!

- Ещё четыре месяца, и мы будем держать нашу малышку на руках! – с восторгом говорю я, нежно поглаживая округлившийся животик Нелли. – Беременность тебе очень идёт, подруга! Ты цветешь и пахнешь!

- Это тебе так кажется, – отмахивается миссис Стайлс, но её тёплая улыбка не покидает губы. – На пятом месяце беременности я чувствую себя бегемотом. То здесь болит, то сердце колит. Иногда даже в туалет сходить тяжело, а иногда бегаю каждые две минуты. Это сейчас. Боюсь представить, что будет дальше! – Она хихикает, но затем морщится.

- Нелли, болит?

- Я же говорю, – снова отмахивается она. – То здесь заболит, то в другом месте. Я устала от бесконечных походов к врачам, но Гарри настаивает, чтобы моё здоровье было под постоянным контролем. Иногда доктора приезжают домой, ты и сама видела.

- Да, – киваю я. – Но, Нелли, Гарри прав. Твоё здоровье сейчас должно быть под двойным контролем. В тебе растёт маленький человечек!

- Иногда мне кажется, что это сон, Арлин, – Нелли закусывает нижнюю губу. – Будто я проснусь, а рядом нет Гарри, а в животе нет дочери. И я стала такой эмоциональной. Доктор говорит, что это всё гормоны. Я даже специальные таблетки начала пить, чтобы быть более сдержанной.

Я с улыбкой разливаю по чашкам еще одну порцию ягодного чая для нас с Нелли.

— Наверное, тебе следует больше отдыхать и есть, — неуверенно говорю я, ставя чайник на подставку. — Я не была беременна, поэтому не знаю, как следует себя вести в такой ситуации.

— Я следую указаниям доктора, и Гарри, конечно же, помогает мне. — Нелли несколько раз кивает, а затем берет тарелку с фруктовым пирогом, который Лаванда любезно испекла для нас. — Очень вкусно! Это настоящее блаженство, Арлин.

— Я обязательно узнаю рецепт для тебя.

— Спасибо. — Нелли задумывается, затем улыбается. — Арлин?

— Да? — Я делаю глоток чая, глядя на подругу.

— Что насчет твоей беременности?

Я непонимающе смотрю на нее, но ничего не говорю в ответ. Просто наслаждаюсь вкусом чая, пока он остывает в моей чашке.

— Ну, я имею в виду, что вы уже год женаты. Я знаю, Гарри рассказывал, что Зейн был бы не против ребенка сейчас. Он даже хочет этого.

— Да, это так. Он хочет, — киваю я, ставя чашку с чаем на блюдце. — Он... Нелли, только никому не говори то, что я тебе сейчас скажу.

— Ты меня знаешь.

Я киваю и поднимаюсь на ноги. Пройдясь по гостиной, собираю мысли и подхожу к панорамному окну, откуда открывается прекрасный вид на осенний сад. 

- Я пока не готова к детям, - подчеркиваю последнее слово. - Продолжаю принимать противозачаточные таблетки. Возможно, отправлюсь к врачу, чтобы установить маточную спираль. Я понимаю, что нет стопроцентной гарантии, но я стараюсь максимально обезопасить себя. - Последние слова произношу тише, осознавая, что это не совсем то, что я должна говорить беременной девушке. Но она моя подруга, и мне хочется поделиться своими переживаниями, чтобы не нести этот груз в одиночку.

- Насколько я понимаю, Зейн не в курсе ситуации, - Нелли говорит напряженно.

- Да, он не знает, - я киваю, все еще стоя спиной к подруге. Смотрю на желтеющие деревья и еще зеленый газон.

- Ты же понимаешь, что должна рассказать ему, Арлин. Он все равно узнает, но рассказать должна ты, а не доктор.

- Я не знаю, как правильно поступить. Мы женаты уже год, а я до сих пор не знаю, кто он на самом деле. Скажи, Нелли, на каком этапе ваших отношений ты узнала всю правду о Гарри?

- О какой правде ты говоришь, Арлин? - голос подруги слегка дрожит, когда я поворачиваюсь к ней лицом.

- Пока не знаю, - пожимаю плечами. - Но я журналист. И я уверена, что Зейн занимается чем-то нелегальным. Да, это приносит доход, и довольно стабильный, но это что-то плохое, Нелли. Я не знаю, что именно, но ты должна знать.

- Если Зейн тебе ничего не рассказал, то и я не имею права, - Нелли качает головой, продолжая есть свой пирог. - Да и знаю я совсем немного. И папа, и Гарри всегда скрывали от меня свой бизнес. Даже моя мама до сих пор остается в неведении.

— Мы с ним женаты уже год, но всё это... — Я покачиваю головой, — всё это до сих пор меня беспокоит.

— Ты под защитой, Арлин, — произносит моя подруга с нежностью в голосе.

— От кого? — я грустно усмехаюсь. — Ладно, эти темы могут быть слишком тяжёлыми для твоих нервов, поэтому... — Не успеваю я договорить, как в гостиную возвращаются Гарри и Зейн, прервав поток моих мыслей.

Гарри опускается рядом с женой, а Зейн подходит ко мне. Его руки обнимают меня за талию, притягивая ближе.

— Всё в порядке? — спрашиваю я, прочистив горло, и начинаю поправлять воротник на рубашке мужа.

— Поужинаем вчетвером? — Зейн заглядывает мне в глаза.

— Конечно, — киваю я. — А как же Луи и Адель?

— У них сегодня другие планы, — отвечает Зейн. — Мы будем наслаждаться вкусной рыбой, которую приготовила Лаванда, только вчетвером.

— Как скажешь, — снова покорно киваю я, опустив взгляд на пуговицы его рубашки.

* * *

Зейн нависает надо мной. Его сильные руки нежно гладят моё обнажённое тело, вызывая дрожь. Я отвечаю на каждый его поцелуй с такой же нежностью.

Я люблю его, и это не вызывает сомнений. Это чувство лишь усиливает наслаждение от нашего занятия любовью.
Однако то, что Зейн до сих пор многое от меня скрывает, вызывает у меня недоумение. И, признаюсь, мне это обидно.
Я думаю, Зейн должен был заметить, в каком состоянии я пребываю в последнее время. Возможно, он и видит, но не хочет делать выводы.

Зейн шепчет нежные слова, его горячее дыхание вызывает мурашки на моей коже. Я не могу перестать дрожать. Когда он обнимает меня, я чувствую себя в безопасности, словно укрыта от всего мира.Когда он двигается внутри меня, оставляя дорожку поцелуев от уха до ключицы, я не могу сдержать ни единого стона наслаждения.

Мы любим друг друга с огромной страстью и пылкостью. Это так сильно, что порой кажется, будто искры из глаз летят, а ноги подкашиваются. Но это чудесное чувство!
В такие моменты все обиды отступают на второй план. Зейн знает об этом и нагло пользуется моими слабостями.

Мы много раз говорили и спорили о том, что я не должна быть в неведении, я кричала о своей роли его супруги. Я просила больше свободы, но в итоге не получила ничего. Как и перед свадьбой, я царапалась, кусалась и даже рвала вещи. Зейн, зная меня, некоторое время терпел, но и его терпению всегда есть предел.

Однажды мы подрались. Нет, не так, чтобы Зейн причинил мне физический вред. Но это было громко, пострадало много бытовых вещей, в основном посуда и техника. Мне даже не было стыдно за это. Вся эта ругань закончилась ненормальным сексом на кухонном столе. В тот момент я была слишком взбешена и расцарапала Зейну спину. А у меня, после его пальцев и губ, остались довольно тёмные синяки на груди и бёдрах.

Мы оба ненормальные — это факт. Но Зейн сильнее, у него больше власти. А я находилась и нахожусь в его тени. Красивая жена рядом — трофей, который он любит.

— Я в душ, — произношу я лениво, мои ноги всё ещё подрагивают от недавнего оргазма. Зейн смотрит на моё обнаженное тело, и на его губах играет довольная улыбка. — Попросишь Марту принести сюда круассаны и сок? Хочу посидеть на балконе.

— Конечно, цветочек, — отвечает он.

Я вижу в его глазах любовь. Я вижу восхищение и преданность. Я слышу его тёплые речи. 

Но я, судя по его логике, правду знать не заслуживаю. Или, быть может, там скрыто то, от чего я буду далеко не в восторге?

* * *

— Я не согласен на такие условия и никогда не соглашусь, как уже говорил. — Зейн произносит эти слова строго, даже с некоторой нервозностью.

Наступает тишина, и я прижимаюсь щекой к холодной поверхности двери. Коленки слегка дрожат от волнения, но я стараюсь держаться.

— Обсуждать это по телефону — не самая лучшая идея, Саид. Если есть срочная необходимость, мы можем встретиться. — Следует секундное молчание. — Понял. Буду на связи.

Я опускаю взгляд и прикусываю нижнюю губу. Я не удивлена, потому что это уже не первый раз, когда я подслушиваю телефонные разговоры Зейна. Возможно, он даже догадывается о моих шпионских способностях, но вежливо молчит об этом.

Я всё ещё не разгадала эту загадку. Может быть, я не очень хороший журналист, и все эти иностранные имена постоянно сбивают меня с толку. Но я настойчиво иду вперёд.

Тихо выдохнув, я уже хочу отойти от кабинета мужа, когда слышу женский голос. Я даже вздрагиваю от неожиданности.

— Зейн, — зовет она. — Пожалуйста, давай... давай я всё исправлю.

Мои глаза округляются. Чёрт возьми, этот голос, без сомнения, принадлежит Лаванде!
Нашей милой и юной домработнице.