Шаги к катастрофе
Среда (вечеринка)
Маша хлопнула двери и скинула кроссовки так, что один удался о стену.
- Я дома! Крикнула она, уже поднимаясь по лестнице.
Ответа не последовало. Видимо, брат завис с наушниками. Что ж, отлично. Времени до вечеринки – вагон, можно не спешить. Или как минимум – не признаваться себе, что волнуешься.
Телефон зажужжал, на экране мелькали сообщения от Эвиты:
- ТЫ ЖЕ НЕ ПЕРЕДУМАЛА????
- Поздно. Я уже подумываю взять святую воду и бейсбольную биту.
- Только если бейсбольная бита будет в блестках. Я уже платье глажу, кстати.
- Я только-только добралась. У меня лицо после дня в колледже – как у зомби после кофе без сахара.
- Ты красивая зомби. В аду бы тебя выбрали мисс 2025.
- Спасибо, это лучше, что мне говорили за сегодня.
Открыв шкаф, Маша уставилась одежду, как будто вещи должны были сами собрать её идеальный образ. Спустя 10 минут, куча и слишком много пайеток, слишком монашеская, и слишком похоже на урок физры уже лежала на кровати. В итоге она выбрала облегающие чёрное платье, тонкую кожаную куртку и серьги с цепочками.
- Выглядим так, будто точно попадёт в беду, – сказала она своему отражению и добавила Туши на ресницы. – Прекрасно.
По пути к автобусной остановке она напевала под нос что-то бессмысленное, и только свернув за угол, влетела прямо в кого-то.
– Блин! – Одновременно воскликнули оба.
И тут – дежавю. Точно остроносый профиль, тёмные кудри насмешливые улыбка. Лео Хантер.
- Да ты что, моя карма? – Буркнула Маша, отступая на шаг. – На каждом повороте, как баг в игре.
– Может, ты просто магнит для неприятностей? – Усмехнулся он. – Или я для острых языков.
– Ты, скорее, для острых ощущений. Типа встретил и день пошёл по наклонной.
– А ты всё такая же колючая. Мне даже нравится, – Лео скользнул взглядом по ней. – Куда идёшь, красавица?
– На ритуальное жертвоприношении. Ты приглашен, если первым ляжешь на алтарь.
– О, я весь твой, – подмигнул он и шагнул в сторону.
Маша закатила глаза, но улыбка всё-таки прорвалась. Она ещё долго не могла понять, случайно все это было ... или нет.
Позже, когда солнце уже отклонилось горизонту, Эвита подогнала такси махнула Маше из окна, будто они сбегают из тюрьмы. Внутри было полно глупых песен, смеха, попыток накрасить губы на повороте и фраз вроде:
Если мы так умрём – я хочу, чтобы на моих похоронах играла Rihanna.
– Я напишу на твоей могиле: шла на тусовку и больше не вернулась.
– А тебе: она говорила, что останется на час, но встретила его.
– Его? – Маша прищурилась.
– Ну да. Я уверена, ты там кого-нибудь зацепишь. С твоими колками фразами ты как я ядерное оружие с глазами.
– Спасибо, моя прелесть. Только бы не отравить кого-то случайно.
Они подъехали к большому, частному дому, утопающему в приглушенном свете и низком бассе музыки. Люди уже толпились у входа, кто-то танцевал, кто-то курил, кто-то смеялся слишком громко.
– Ну что, Готэм зовёт?– Маша вдохнула поглубже.
– Только не забудь, – прошептала Эвита с улыбкой. – Иногда настоящая история начинается не с того, кто смотрит на тебя... а с того, кто ещё в тени.
И Маша шагнула в дом.